Секрет дачной сирени

***

- Что ж, мы теперь в одной упряжке, Арина Викторовна, как занимательно, - разве может бесить человек так, что затрагивается все нутро, выворачивая наизнанку и тебя, и твои последние нервные клетки? Может, еще как может! - Слушай, мало ли что сказала Наталья Валерьевна, но быть с тобой, как ты сказал, в одной упряжке, я не собираюсь, - выставив вперед указательный палец в знак протеста, я развернулась, чтобы, наконец, покинуть ставший ненавистным университет. - Лучше не объявляй мне войну, Ариша Викторовна, думаю, долго ты не продержишься, - тихо, не без самодовольства продолжил нагнетать Макс. Кто еще войну объявляет, козел? - Думать, это не по твоей части, - не обернувшись, я хлопнула дверьми университета, громко чертыхаясь про себя.

***

- Мать, ну что ты так долго, - Янка стиснула меня в медвежьих объятьях, - и почему ты в таком виде? – она осмотрела меня с ног до головы. Яна Куйбышева моя лучшая подруга и по совместительству та, с которой мы снимаем квартиру, еще с первого курса универа. - Да, ничего, один козел облил меня, пока парковался, зараза! - я прошла внутрь нашего жилища, решив не рассказывать, что с этим человеком мне придется как-то уживаться. Незачем забивать ей голову своими личными проблемами. - Вот идиот! Слушай, а тебя случаем не подменили? Обычно у тебя к таким особям ноль внимания, - Яна в недоумении уставилась на меня, откусывая попавший ей в руку пирожок. - Да, гуманоиды, - я скептически скривила лицо, снимая злополучное пальто. Подруга лишь закатила глаза и поплелась за мной. - Ну и фиг с ним, - отмахнулась она, - Ты лучше рассказывай, как встреча прошла? - Хорошо, в договоре меня все устроило, только есть один моментик, - я продержала интригующую паузу, - В работу входит проживание преподавателей в университете!!! – воскликнула я. - И-и-и, - подруга сжала еще сильнее, чем прежде, раскачивая из стороны в сторону. - Задушишь! – рассмеялась я. - Офигеть!!! А ты тете Маше уже рассказала? – отпуская, спросила Янка. - Нет еще, эх, мы же всегда вместе, а теперь съехать придется, - это и впрямь для нас несвойственно, всегда друг с дружкой, прямо как Чип и Дейл. Правда, был у Яны однажды парень. Но по неизвестной причине он ее бросил, помню лишь то, как она по нему убивалась. - Да, но ты же не на край света переезжаешь, будешь звонить, писать, - подруга отвела взгляд, будто задумалась над чем-то, - А теперь хватит о грустном, тоже мне нюни распустили, пойдем лучше твои пожитки соберем. Ввалилась я в университет, когда уже смеркалось, ибо «чай на дорожку» в извечных традициях Янки никто не отменял. На удивление, меня встретил Максим. - Что тебе нужно? – проворчала я, подкатывая чемодан ближе к себе. - Какие мы злые, а ведь это я должен на тебя дуться, но утро вечером мудренее, - он загадочно ухмыльнулся. - Что ты имеешь ввиду? - подозрительно косясь, я «прокатилась» мимо него. - Ничего, Ариша Викторовна. Наша уважаемая Наталья Валерьевна, попросила показать тебе твою комнату, давай сюда, - он перехватил мой древний чемодан и с невиданной легкостью понес его на второй этаж. А можно мне так? Я его перла по ступеням и чуть не откинулась, а этот Тони Старк держит его одной рукой и хоть бы хны. - Не называй меня Аришей, понял?! - вспыхнула я. Надо же было хоть как-то поставить его на место. Однако, этот жест с его стороны, заставил меня глубоко внутри растечься лужицей. - Конечно, Ар-и-и-и-ша Викторовна, - он растянул мое имя, словно жвачку «Орбит» с довольной рожей шествуя вверх. Мне ничего не оставалось, как поплестись за ним. Что сказать, этот день меня изрядно вымотал. ***

Ночь с воскресенья на понедельник 02:00

- Что за... - я разлепила глаза, не понимая откуда идет эта трель. Посмотрев на телефон, я поперхнулась. Два часа ночи, мне через пять часов нужно уже быть на ногах. Включив светильник, ослепивший меня сильнее яркого дисплея гаджета я округлила глаза. На прикроватной тумбочке стоял ретро-телефон, трезвонивший, словно чайка. Кому я могу понадобиться в два часа ночи?! - Кто это? – прохрипела я в трубку. В другой ситуации, я, наверное, пищала бы от восторга, чувствуя себя барышней, щебечущей о разных пустяках, обмахиваясь веером из страусиных перьев. Сейчас же хотелось убить. - Арина, это я Максим, срочно беги ко мне... мне, - в ответ низкий мужской голос и давящая тишина. Я положила трубку, смотря в одну точку. Что еще случилось? Может он меня разыгрывает? Или этому козлодою и вправду стало плохо, например? Да, каюсь, совесть во мне победила. Я накинула халат, завязывая пояс. Коридор встретил меня пугающей пустотой, лишь светильники исправно горели, освещая пространство. Ощущая себя Эдит Шарп, я оправила шлейф халата, заворачивая за поворот, нервно прислушиваясь, боясь какой-нибудь триллеровской хрени, по типу мертвеца, вампира, или что там еще бывает. Преподаватели жили в отдельном левом крыле, поэтому я без труда нашла его комнату. Постучавшись, я громко спросила. - Максим, это Арина, с тобой все хорошо? - ничего не последовало. Я простояла так пару минут, после чего решилась войти. Распахнув дверь, я потеряла дар речи от увиденного. На кровати, среди смятых простыней извивалась, постанывая блондинка, а над ней, покрывая ее грудь поцелуями навис Максим. Я застыла, желание блевануть боролось с неконтролируемой яростью, бушующая словно магма, готовая с одним словом вырваться наружу. КАК ОН ПОСМЕЛ?! Больше не вынося пошлые стоны, я выбежала, громко хлопнув дверью. Проносясь по коридорам к своей комнате, в висках стучали лишь его слова, последние слова. *** Опустившись в велюровое кресло, я посмотрела в зеркало напротив, крепко сжав кулаки. Я ожидала чего угодно, но только не такой подставы. Что он этим хотел сказать? Это его грязная месть? Я схватилась за пульсирующие виски, из-за недосыпа у меня могла развиться хроническая мигрень, чего я допустить не могла. Это болячка, приятным бонусом передалась мне от моей мамы, и теперь раз в месяц я слегала на пару дней, чувствуя, будто в голове звенит огромный колокол, раскалывая ее своим звоном на части. Поднявшись с кресла, я нашла таблетки. Налив стакан воды из хрустального кувшина, я подошла к окну, запивая лекарство. Вода приятно освежила засохшие губы. Былая ярость утихла, но внутри не угасал холодный голубой огонь, ожидая исполнения мести. Я сделала очередной глоток, наблюдая за яркими огнями, усмехаясь своим мыслям. Зря ты связался со мной, Максим Евгеньевич. Ибо именно Ведьма объявляет тебе войну. ***

Утро понедельника 7:49

Lost in your eyes - Craig Hardy and Theo Chinara

Я прыгала по комнате, в очередной раз, натягивая любимые лавандовые брюки. Что поделать, зато потом сидят хорошо, как влитые! Проснулась я разбитой, но с твердым желанием идти к своей цели. Конечно, он первым начал войну, но нет подтверждения тому, что он ее закончит. Хм, вздумали играть со мной, Максим Евгеньевич, извольте платить. Справившись с брюками, я затянула волосы в конский хвост и выпорхнула из новоявленного гнездышка. Утром коридор не казался таким зловещим. Золотые детали интерьера поблескивали на солнце, а малахитовые стены добавляли антуража, создавая старинную, мрачную атмосферу, поражая глубиной цвета и благородностью. Пора воплощать свой план в жизнь. *** - Если б, мишки были пчелами, эх, то они бы ни по чем, никогда и не подумали, так высоко строить дом, - долбанная ножовка, или на что только не пойдешь, чтобы отомстить. Я и не представляла, что тащить ее из подсобки с первого на второй будет так проблематично. Надо было видеть лицо Евгения Степановича. ***

Взлетай – Burito

Touch in the night - Silent Circle

- Привет, дядь Жень, - я постучалась и зашла в его маленькую, но практично обособленную мастерскую. - Ой, Аришка, что-то случилось? - он поднялся поприветствовать меня. Поправочка, это был единственный человек, которому я позволяла здесь себя так называть. А познакомилась я с ним абсолютно случайно, блуждая по коридорам вечером, перед той злополучной ночью. Тогда, я впервые за долгое время, почувствовала себя одинокой. - Можно? - не знаю, что тогда мной руководило, но я постучалась в случайную дверь на первом этаже, снизу которой лился приятный желтый свет. - Конечно, а ты видимо новенькая? – мужчина тепло улыбнулся, - Заходи, не стесняйся. - Верно, меня Арина зовут, - я зашла в помещение, разглядывая развешенный кладезь инструментов. Почему-то все это пробуждало во мне непреодолимо теплые чувства. В дедушкином гараже всегда такой же мужской, пусть и грубоватый порядок. - Дядя Женя, - он пожал мою протянутую руку. - А... - Ни к чему все эти отчества, и устал я от них, хоть ты, Аришка, меня по имени называй, - старик провел рукой по седеющей шевелюре, - чай будешь, на травах, сам собирал, - уголки его губ приподнялись в гордой улыбке. - А, давайте! – задорно улыбнулась я. Мне просто напросто не хотелось лукавить перед этим открытым и добрым старичком. Поэтому умастившись на предложенной табуретке, я стала слушать рассказы о даче с цветущей и страшно пахучей по весне сиренью и недавно отремонтированный карбюратор, попивая чай с ароматным чабрецом. За все это время впервые почувствовав себя кому-то нужной. После, с настроением, зависающее на верхней планке я побрела в свою комнату сразу отправившись в царство недавно стиранных простыней со стабильным запахом порошка и подушек с моим любимым синтепоновым наполнителем. А дальше сумасшедшая ночь. От последнего меня передернуло. - Да не особо, дядь Жень. Мне просто ножовка нужна, - я осознавала, как «незатейливо» и «невинно» выглядит моя просьба. - Для чего, позволь спросить? – мужчина смешно свел брови, снимая инструмент с крючка. - Да так, в своих целях, - протянула я, в попытка смыться, да побыстрее. - Темнишь ты что-то Аришка, или обидел кто? - бинго, видимо, дядя Женя скрывает в себе экстрасенсорные способности, ну или преподавателя Хогвартса. - Дядь Жень, честное слово, потом расскажу, - взмолилась я, мне была дорога каждая минута. - Ладно, бери, только смотри аккуратней, - старичок с сомнением вручил мне приспособление для мести, - Эта у меня тяжелая, другую на даче оставил, та была полегче. - Ничего, донесу, спасибо, - пропыхтела я, скрываясь за дверью. *** Следующей целью моего утра было как-то достать ключи от его комнаты. Загрузив, чертыхаясь ножовку к себе, я пулей полетела снова на первый этаж. - Валентина Витальевна, доброе утро, - с ней, конечно, не получилось попить чай и поговорить по душам, зато поддерживать хорошую беседу было вполне просто. - И вам, Арина Викторовна, вы что-то хотели? – консьержка оправила розовое платье из мохера, чем напомнила мне Долорес Амбридж, не хватало лишь шарфа с трехмерной головой кошки. - Да, просьба будет несколько странная. Мне нужны срочно ключи от комнаты Максима Евгеньевича, он просил сегодня занести необходимые ему документы, но вот незадача, он сегодня допоздна, а мне в скором времени понадобиться уехать, - в меру серьезно я описала всю ситуацию. Мне нужно был идти на актерское, определенно. - Почему бы вам не отнести ему на кафедру, - подозрительно отнеслась к моей декларации Валентина Витальевна. На ее месте, я поступила бы точно также. - Я тоже задаюсь этим вопросом, но он меня лично попросил, - качнув головой в знак недоумения, я уставилась в стену, все нутром чувствуя, как она буравит меня взглядом. - Хорошо, но только попрошу вас сразу же вернуть их, - «Амбридж» протянула серебряный ключ, опускаясь в кресло. - Естественно, благодарю, - продержалась моя маска сознательного и благоразумного человека совсем недолго. Прикрыв за собой дверь, я рывком вытянула руку со сложенной ладонью в кулак вверх, прошептав заветное: «Ес-с-с!» Однако быстро одернув себя, рысью взметнулась к своей комнате. Время мести! *** Я стояла с ножовкой наперевес посередине его комнаты. В ту злополучную ночь, я не успела толком ее разглядеть. Более чем логично, что она была в точности похожей на мою. Однако, в ней было столько личных деталей, что они, несомненно, делали комнату индивидуальной и неповторимой. Напоминало Бэт-пещеру. В комнате царил идеальный порядок, отглаженные белые рубашки и костюмы-тройки аккуратно висели в шкафу вместе с безупречным черным пальто, которое ему так шло... Что со мной происходит? Давно уже не романтизированная школьница! Неужели, он сам все поддерживал в чистоте, или это та самая блондинка наглаживала ему одежду, хотя кому это надо, он вообще бабник! - Дядь Жень, а ты хорошо знаешь Максима? – я отхлебнула чай, смотря на мужчину с маниакальным ожиданием в глазах Евгений Степанович от неожиданности поперхнулся чаем. - Какого Максима? – откашлявшись, переспросил он, разворачивая конфету Петушок - Максима Евгеньевича, тоже с кафедры филологии. - А-а-а, Максимка, заходит время от времени, инструменты какие нужно берет, так перекидываемся парой слов, - он отправил кусочек Петушка в рот, запивая чаем. Значит, он еще и рукастый, интересно... - Да, есть такое, - я и не заметила, как озвучила свою мысль вслух, - только меняет он вас, как перчатки, а ему девушка и жена нужна, чтобы остепенила, что это я, в самом деле - он часто заморгал, делая глоток. Я увидела мелькнувшую боль в глазах старика, однако, через секунду все растворилось, и мужчина вновь улыбнулся мне, подмигивая. Я прошла к кровати, застеленная черным постельным бельем. Оно приятно пахло, как и его остальная одежда терпким, древесным парфюмом. Жалко портить такую красоту и вкусноту, но что поделаешь… Месть требует жертв! *** Затаившись возле одной из колонн, я стала смиренно осматривать коридор, ожидая «клиентку» или «клиента». Я хихикнула. - Дядь Жень, вот ножовка, - я втащила это орудие пыток в его мастерскую. - Может, наконец, расскажешь, что случилось? – повесив инструмент на крючок, он сложил руки на груди, осматривая меня, словно нашкодившего ребенка. - Потом, дядь Жень, потом, - крикнула я старичку, уже выбегая от него, сжимая серебряный ключ в руке. Оставив его у Валентины Витальевны, удостоившая меня красноречивым взглядом, я мышкой проскользнула на второй этаж. Мне было глубоко плевать на ее подозрения, главное, чтобы подробности осуществления моей мести не долетели до его козлячьих ушей. Он вернулся с пар пять часов назад, и, судя по слоновьему спокойствию «рыб» не клюнул на приманку, кстати, о рыбке... Пока я витала в расчетах, с противоположной стороны коридора, к двери Максима приближалась та самая оставившая в моей памяти заметный голосистый след блондинка. На ней было летящее изумрудное платье. «Дамочка вы, по-моему, временем года ошиблись», - хотелось крикнуть этой поганке, что отчетливо сливалась с цветом стен. Она постучалась, и, ухмыльнувшись, впорхнула в покои султана. Я вспомнила любимый турецкий сериал, отлично заходивший холодными, зимними вечерами. Сейчас я походила на Хюррем, с блеском устраняющая гаремных соперниц. Интересно, как далеко его Валиде-Султан? Я замотала головой, что за Великолепный Век головного мозга? Прождав еще минут сорок, я и не надеялась на свершение своего корыстного умысла, как раздался громкий треск, я бы даже сказала, душераздирающий. Я услышала лишь одно слово, точнее возглас, пока неслась в свое спасительное убежище: «А - ри – на!», от чего улыбка моего внутреннего чеширского кота стало только шире.