***
— Эй, засранец, выпусти меня. Сукуна вылезает всегда нежданно, но в этот раз Мегуми даже рад. Юджи весь такой соблазнительный в этом фартуке, с мукой на щеках и упругим тестом в сильных руках. Хочется взять этот фартук, закрутить у него на шее, да придушить слегка, самую малость, чтобы не смотрел своим обезоруживающим взглядом на него и не пугал тараканов в его голове. Стереть большими пальцами белые следы на щеках и пальцы ему облизать, чувствуя пресный вкус на языке. Сукуна вылезает нежданно, но весьма вовремя.***
Мегуми сходит с ума, не иначе. Ему снятся пухлые губы и мягкие щеки, розовые волосы и идиотский фартук. Он бесится, срывается на Нобаре и Итадори, но с каждым разом все дольше засматривается на друге. Лишь Годжо кивает, смотрит хитрыми голубыми глазами и улыбается. Ему проще, их у него шесть, ловит ими каждый вздох и взгляд, как будто понимает, что это надолго. Мегуми ему завидует. Он тоже хочет шесть глаз, чтобы ловить каждый вздох и взгляд Юджи, чтобы спрятаться за непроходимой стеной повязки и наблюдать часами.***
Мегуми нравится Сукуне. Если вообще можно сказать, что кто-то нравится тысячелетнему проклятию, то да, он явно ему нравится, хотя здесь лучше подошло бы помешательство. Сукуна вылезает без спроса, смотрит с щеки красным оком, не мигая, да так, что Фушигуро жутко становится. Сукуна говорит, что Мегуми расстрачивает талант; Юджи говорит Сукуне заткнуться. В этом есть какая-то идиллия.***
Мегуми больной ублюдок. Он смотрит на пухлые розовые губы и мягкие щеки, прячет взгляд и деревенеет от прикосновений. Мегуми нравится Юджи, а Юджи нравится Дженнифер Лоуренс. Мегуми говорит: «Поменяйся», с болью и горечью смотря в красные глаза на мягком лице. Мегуми нравится целовать губы Юджи, и не важно, чьи глаза на него смотрят.