Kissing in the Moonlight

Стрелки часов безжалостно отбивали секунды. Секунды до отбытия главы клана Камисато. Тома помогал ему. Помогал паковать вещи в командировку. Несколько дней они не увидятся. Дня 3 если быть точным. Тома снова будет занят лишь делами по дому, а сердце разрываться ещё безжалостнее. Тома уже слабо помнил, что за командировка, помнил лишь что это что-то связанное с комиссией Ясиро. Часы пробили 5 часов утра —Спасибо за помощь, Тома — Аято еле заметно улыбнулся помощнику. — Скоро за мной приедут, я пойду на порог. —Хорошо, — Тома отвесил поклон - принятая мера уважения в Инадзуме. — Во сколько вас встретить через 3 дня? —Точно не знаю. Я напишу тебе письмо с датой когда все прояснится, — голубые глаза мужчины на секунду встретились с зелёными глазами слуги. Но это лишь на секунду. Уже в следующие мгновение Аято двинулся к выходу из поместья. Тома тяжело вздохнул. Да, он любил Аято, но боялся признавать это даже самому себе, не говоря о признании самому главе. Парень зевнул и решил вернуться в постель. Ему вставать через два часа, а значит времени на сон очень мало. Наступило 7 утра. Тома инстинктивно проснулся. Но он лишь проснулся. Все тело будто онемело, конечности не хотели двигаться. Тому все ещё клонило в сон. Организм отчаянно сопротивлялся желанию мозга встать. Поборов себя, Тома встал и, пошатываясь, дошёл до тумбочки где стоял бокал с прохладной водой. Глоток. Стало лучше. Сколько он спал? Скорее всего около полутора часа. Не в новинку конечно, Тома часто спал меньше 3 часов. Но все же, парень не мог оставить своего господина одного разбираться с вещами с утра пораньше. Пусть это и могли поручить остальным слугам, и даже нескольким, чтобы режим не сбивался, но Тома настоял на своём. Никто кроме Аяки не знал Аято так близко, как знал он. Только с ним Аято после конца тяжелой работы попросит Тому сделать две кружки чая и пригласит его посидеть с ним чтобы поговорить по душам. Переносимся на два часа вперёд. Время идти будить дочь клана Камисато, Аяку. Тома с подносом, на котором стояли стакан воды и несколько любимых конфет девушки, тихо постучал в дверь, проверяя, спит ли обитательница комнаты. —Войдите, — так же тихо послышалось из-за двери. Тома вошёл. Аяка с распущенными волосами смотрела на парня. Она все ещё сидела в кровати. —Доброе утро, госпожа, — Тома слегка поклонился, стараясь не разлить воды. Он прошёл к кровати и поставил поднос рядом с девушкой. — Глава клана успешно выехал в пять часов утра из поместья, — сказал парень опережая немой вопрос Аяки. —Славно. Надеюсь он поскорее вернётся, — Аяка мило улыбнулась Томе. Вот он, один из единственных лучей света в мрачном доме. Вечно улыбающаяся Камисато Аяка, что относится ко всем одинаково, не скрывая улыбки как это делает ее старший брат. — Ты снова не выспался? —Да, но ничего страшного, — парень кивнул. — Я буду на первом этаже в гостиной до 10 часов утра. Если понадоблюсь, — добавив последнюю фразу, Тома снова поклонился и пошёл к двери из комнаты. Но вот загвоздка. Как только Тома протянул руку к дверной ручке, он застыл как камень. В глазах все размылось. —Тома? Все в порядке? — послышался неуверенный голос девушки сзади. —Тома? Аяка позвала слугу ещё несколько раз. Тома не двигался. Размытие в глазах сменилось кромешной тьмой. Парень полетел на пол. Дальше из мира будто убрали все звуки. Тома слышал, как Аяка закричала, очевидно вскочив с постели. Как на крик сбежались слуги и как все защебетали над телом парня. «Пульс есть, он не мёртв!», «Врача сюда!» отдавалось звонким шумом в голове у Томы. В следующую секунду он уже лежал в тёплой постели. Рядом кто-то был. Тома повернул голову и не поверил своим глазам. Рядом на стуле на него смотрел никто иной как Камисато Аято. —С пробуждением, Тома — немного мрачно произнёс глава. — Я рад, что ты очнулся. —Г-господин.. Но разве вы не?.. —Да, я уехал на остров Каннадзука по делам комиссии Ясиро. Однако, вчера я даже опомнится не успел, как мне пришло срочное письмо от Аяки о том, что ты потерял сознание и не можешь прийти в чувство, — Аято продолжал смотреть на Тому. — Я вернулся вчера ночью. —Но.. Зачем? — парень непонимающе риполнялся в кровати. Ну что ж, слава богу не медицинский пункт, а его комната. —Встреча не такая уж важная. Я оставил надежного человека на оставшиеся 2 дня. — В голосе Аято все же слышалось некое разочарование. —Я все ещё не понимаю.. — Тома посмотрел прямо в глаза Аято, но на долго этого контакта не хватало. Взгляд главы был слишком пристальным, будто пронзающим насквозь. Парень понял, что задет вопросы, которые были не совсем нормально спрашивать прислуге. — Зачем вы покинули командировку? —Ты для меня гораздо важнее обычной встречи с торговцами из Ли Юэ. Признаться, в мои планы не входило подрываться с другого острова ради тебя. Последовала неловкая пауза. —Извините что доставил хлопот, господин.. — Тома виновато посмотрел на свои ноги. —Я не держу на тебя зла, — Аято вздохнул. — Насколько я понял, ты потерял сознание из-за практически полного отсутствия нормального сна. Скажи мне правду, пожалуйста: Сколько ты обычно спишь? Такое тёплое отношение, естественно, не было чем-то новым по отношению к Томе, но все же такой прямой вопрос вогнал парня в тупик. Врать смысла не было, да и Тома вряд ли сумел бы под таким прожигающим душу взглядом. —Не больше 3-4 часов, — сообщил Тома своим коленям. —Я надеюсь, ты понимаешь что этого недостаточно? — Укоризненный взгляд впился в Тому, словно копье. — Может я разочарую тебя, но теперь я буду тщательнее следить за тем, чтобы ты спал как минимум 6 часов. —Хорошо, господин, — Тома не смел возразить. Он и сам не против спать побольше, но в последнее время он слишком много взял на себя. —Что же, я рад, что ты не стал упрямится. А сейчас: если ты не против, я пойду и сообщу Аяки что ты очнулся. —Да хорошо.. И можно ещё вопрос? — Получив кивок от Аято Тома продолжил. — Сколько я спал? —Чуть больше суток. Это все вопросы? — Аято и так знал ответ. Конечно же, такой человек как Тома не позволит задавать себе больше вопросов чем надо. —Нет. Я узнал все.. все что хотел, — Тома наконец поднял взгляд на господина. —Отлично, тогда до встречи, — кивнул Аято и вышел из комнаты. Тома хотел было позвать его по имени, попросить ещё остаться с ним. Попросить не уходить ещё немного. Но он не стал. Он вновь заглушил желания сердца, как обычно повинуясь разуму. Ах, глупый, бедный Тома! Каково это, испытывать страх перед невзаимный любовью? Каково жить с размывающимся сердцем, с борьбой внутри? Каково знать и понимать, что он никогда не сможет быть с любимым ему человеком и все равно думать о нем каждую ночь? Каково как ребёнок ждать вечерам когда Аято позовёт его на чашечку чая лишь чтобы провести время с любимым? На все эти вопросы у Томы был лишь один ответ — больно. Больно знать что ему никогда не светит быть для любимого больше, чем хорошим собеседником и слугой. Дверь распахнулась и в комнату влетела Аяка, сразу же кинувшись обнимать Тому. —Ах, Тома, как же я рада! Ты не представляешь, как я испугалась за тебя! — Аяка отстранилась он Томы. — Почему же ты спал так мало, что довёл себя до такого состояния? У Томы не было ответа. Он не мог признаться, что все этно время он старался проводить рядом с Аято, чтобы хоть как-то чувствовать близость с ним. —Я дам тебе отпуск! На неделю, — Аяка взвилась. — Нет-нет, ты точно должен как следует отдохнуть. —Госпожа, не стоит, правда.. —Очень даже стоит. Я уже спросила своего брата об этом. Он дал согласие. —Но.. —Я ничего не желаю слышать в возражение, Тома, — послышался голос Аято. Он стоял в дверном проёме. — Это приказ. Я приказываю тебе отдохнуть неделю. У нас полно слуг в доме, волноваться не о чем. —Хорошо, — Тому наконец сразили. Если Аяке он и мог что-то возразить, то главе клана не смел. —Вот и славно! — Аяка поднялась и направилась к выходу из комнаты. — Выздоравливай, — сказала она напоследок Томе и вышла. Аято стоял в дверном проёме ещё 10 секунд. Но эти десять секунд тянулись сладкой вечностью. Парень посмотрел на Тому, но уже без какого-либо укора во взгляде. Скорее с сочувствием, с нежностью. Он так же вышел вслед за сестрой, оставив Тому в одиночестве.