Золотая улыбка

      Поздний вечер в полицейском участнике N протекал спокойно. Большинство сотрудников уже покинуло здание и заступивший на дежурство сержант сонно клевал носом. Вуд, как мог, попытался устроиться с удобством на стареньком стуле, тут же пожалев об этом. Обычно так поздно редко что-то происходило. А если уж происходило, так нечто грандиозное.       Ворвавшегося в здание полицейского участка капитана уголовного отдела Кэйю Альбериха можно было назвать грандиозным во всем. От раскрытия преступлений до шумных посиделок в баре. Вуд окончательно попрощался с возможностью подремать этим вечером, завидя сияющую самодовольством улыбку капитана. — Поймал! — воскликнул мужчина, вталкивая в приемную какого-то скрюченного мужика. — Капитан Альберих! — воскликнул Вуд, подбегая к задержанному. — Запиши время и остальное, все как обычно. Это Виктор Гейер, подозреваемый в краже кошельков на станции, — поясняет Кэйа. Пока Вуд хлопочет, уводя задержанного, Альберих чуть ли не приплясывая, спускается на подвальный этаж. Разворачивая на ходу конфету на палочке, Альберих предвкушает завтрашний выходной. И возможно премию, которую выпишет начальница Гуннхильдр. Мужчина фыркает себе под нос. Джинн не особо жаловала его методы ведения расследований, каждый раз выговаривая своему (на минуточку лучшему из лучших) сотруднику, что пытаться вырвать волосы преступнику при задержании не одно и тоже, что самооборона. Выговоров Кэйа Альберих имел столько же, сколько и благодарностей. Может быть даже чуть больше, но его это не останавливало. Он превосходно выполнял свою работу и лишний раз нестандартные методы не применял, как бы Джинн не была уверена. Хотя после того, как он познакомил ее со своим сводным братом, Гуннхильдр стала заметно спокойнее, бесить начальницу можно было только по особым случаям. Поэтому внимание капитана вскоре привлек молодой судмед, что недавно пришел в их участок.       Капитан Альберих не был тем человеком, который мог запросто выразить свои чувства словами. О, нет, он долго и упорно изучал свою жертву, прежде чем решиться к ней подступить. С первых дней знакомства, он понял, что Альбедо Аурум не такой простачок, каким кажется. Гордая осанка, утонченное лицо с форфоровой, почти прозрачной кожей и большими голубыми глазами покорили сердце Кэйи. Признался он себе в этом не сразу…       На последней ступеньке, ведущей на этаж с лабораториями судмедэкспертизы и морга, Кэйа споткнулся. Каждый божий раз он натыкался на этот чертов выступ и никак не мог запомнить о нем. Проходя мимо архива, мужчина удостоверился, что почти все на этом этаже уже давно ушли. Но его сотрудники не интересовали. В нужном кабинете все еще горел свет и, по правде говоря, капитан очень надеялся, что там не происходит вскрытие. — Все трудитесь, господин эксперт? — Альберих вошел в кабинет, даже не постучав. Перекатывая на языке конфету, он прислонился к стене, окидывая взглядом напряженные плечи парня. Ответом ему была тишина. — Это же бессмысленно, писать отчет в такое позднее время, — покачал головой капитан. Подойдя ближе, он заглянул через плечо Аурума в бумаги, но не понял ни слова. — Пока тебя не было, моя жизнь казалась наполненной смыслом, — устало произнес парень. Уже и речи не шло, чтобы спокойно закончить отчет. — А ты знаешь, что дерзить старшим нельзя? — хитро улыбается Кэйа и шутливо грозит пальцем. Альбедо смотрит на него со смесью возмущения и гнева, сжимая кулаки. Некой чуйкой Альберих чувствует, что пора бы завязывать бесить судмеда. Ничего хорошего из этого не выйдет. — Все, все, Аурум, честно, я больше не буду, — его словам Альбедо не верит (да собственно Кэйа и сам себе не верит). Он пользуется тем, что парень закатывает глаза, вынимает изо рта конфету на палочке и быстро пропихивает ее в приоткрытый рот Аурума. — Сладко, правда? — улыбка Альбериха уже не хитрая. Мужчина с удовольствием наблюдает за сменой эмоций на лице парня и сбегает прежде, чем в него запульнут скальпелем. Альбедо кидается вслед за ним, но успевает увидеть только как длинный синий хвост скрывается за дверьми лифта. «Черт одноглазый, » — мысленно ворчит судмед. Он касается палочки конфеты, перекатывает ее во рту языком и запоздало понимает, что буквально несколько минут назад она находилась во рту капитана. Слабый румянец окрашивает щеки парня. Это неожиданно и странно. Такой жар он чувствует в первые.       Прикрыв дверь лаборатории, Аурум поворачивается и бездумно смотрит на рабочий стол, где остался недописанный отчет. К черту его.

***

      Как только дверь в квартиру открывается, на Альбедо налетает маленький вихрь. Белокурые хвостики торчат в стороны, один ниже другого, а ручки сжимают ногу парня. — Привет, Кли, извини, я сегодня слишком поздно освободился, — Альбедо дико уставший и чувствует за собой вину, что не уделил малышке внимания. — Братик Альбедо, ты не должен так много работать, — девочка говорит, уткнувшись в его пальто и парню приходится прислушаться, чтобы понять. Он наклоняется, гладит Кли по голове, а затем, поставив сумку на пол, подхватывает ее на руки. Взгляд у малышки сонный, немудрено, уже за полночь. — Почему ты не легла спать? — спросил парень, проходя в комнату малышки. — Кли сделала тебе ужин, но такая вкусная рыбка как у тебя, у нее не получилась, — пробормотала девочка. Видимо силы окончательно покинули ее, как только Альбедо оказался дома. Грустно улыбнувшись, парень уложил девочку в кровать и коротко поцеловал в макушку. Это она из-за него так вымоталась.       Пообещав себе сходить с малышкой завтра в парк, парень добрался наконец до кухни. Он, оказывается, так устал за сегодня. Снимая пальто, Альбедо вдруг запустил руку в карман и вытащил палочку от той конфеты. Не понимая, почему не выбросил ее по дорогу, он в задумчивости положил ее на стол. Взгляд уловил накрытую салфеткой тарелку. — Кли, ты такая умница, — сказал Аурум, смотря на старательно сделанный бутерброд с рыбой. Кетчупом сверху был немного неаккуратно нарисован четырехлистник, любимый знак малышки, которая считала его своим талисманом. Бутерброд оказался вкусным, только холодным, но греть его Альбедо уже было лень. Сил осталось только на то, чтобы добраться до душа, а потом и до кровати. Едва опустив голову на подушку, парень провалился в сон. Постельное белье приятно пахло кондиционером и фантомно карамелью. Темнота во сне сгустилась до состояния патоки, все глубже и глубже погружая уставшего судмеда в свои объятия. Запах сладости преследовал его и во сне, казалось он сам сделан из жемчужной карамели, тело ощущалось таким хрупким, что надкуси — трещинки распространятся.       Воскресенье началось в квартире рано утром. И то случайно. Кли хотела порадовать старшего завтраком, но не удержала тяжёлую сковородку, из-за чего грохот на кухне перебудил весь дом. Кто-то из соседей даже недовольно постучал в стенку. Альбедо подскочил на кровати как ошпаренный. Сердце гулко билось от приснившегося синеволосого соблазнителя. Потирая соннные глаза, парень вышел на кухню. — Кли не хотела тебя будить, прости пожалуйста, — со слезами на глазах протараторила девочка. Удерживая ручками кастрюлю, она пыталась поднять еще и тяжеленную сковородку. — Искорка, ты не сделала ничего плохого, все хорошо, — Аурум бросился обнимать малышку, стараясь хоть так успокоить ее. Он прекрасно знал, как Кли реагировала на подобные вещи и никогда не ругался всерьез. Да он весь мир уничтожит, если потребуется, лишь бы его маленькая сестренка не плакала. — Ты не злишься? — вытирая выступившую слезинку, спросила девочка. Альбедо как можно мягче улыбнулся, оставляя на блондинистой макушке поцелуй. — Нисколько. Давай лучше вместе сделаем завтрак, а после пойдем проведаем сестру Грейс? — предложение Альбедо было встречено радостным визгом. В стенку опять постучали. Парень показал стене язык и начал руководить приготовлением яичницы, поднимая с пола сковородку.       Телефон в спальне завибрировал.

***

      Кэйа склонился над трупом, осматривая. Пять ножевых ранений в грудь и живот. Огромная лужа крови. Следов сопротивления нет. Молодой мужчина, одет прилично. Похлопав по карманам, капитан вытащил бумажник и проверил его. Несколько мелких купюр и фото девушки в потайном кармашке, значит не ограбление. Мобильник нашелся рядом, вероятно жертва разговаривала по телефону в момент нападения. — Капитан, есть версии? — Свен принял из рук Кэйи телефон и упаковал его в прозрачный пакет. Мужчина встал, задумчиво поглаживая подбородок. Отстраненно подумав, что надо бы побриться, он опустил взгляд на лицо убитого. Что-то ускользало от него. — Не ограбление, возможно задолжал кому-то или… — осматривая еще раз лицо, мужчина наконец углядел зажившую царапину. — Любовные разборки. — Любовные разборки? — недоуменно переспросил Свен. — У него на щеке заживший шрам, очень похоже на царапину от ногтей, — в подтверждение своих слов, капитан Альберих провел пальцами по собственной щеке, — ссора с любовницей или женой. — У него нет кольца на пальце, — покачал головой сержант, указывая на руку трупа. — Значит пассия, — отмахивается Кэйа. Он отдает приказ грузить тело и закругляться. Что-то заставляет его остаться на месте преступления после отъезда следственной группы. Парк, где нашли мистера Брауна Хауза, был не особо людным. Рядом находились только церковь и городское кладбище, что вряд ли могли быть как-то связаны с преступлением. Кэйа нахмурился, припоминая карту города. За парком еще была стоянка, а дальше только шоссе и несколько частных домов. Мысленно прикинув, капитан направился к церкви. Стоянка от него никуда не денется, а вот церковь была ближе, да к тому же солнце начинало уже припекать не по весеннему. Сняв пальто, мужчина спокойно прогулялся до здания и даже с удовольствием втянул носом запах свечного воска.       Внутри было тихо. Конечно шаги мужчины гулким эхом раздавались от стен и свода, но посторонних звуков не было. На нескольких скамейках сидели прихожане. — Чем могу помочь? — Кэйа повернулся, встретившись взглядом с женщиной в церковных одеждах. — О, — стушевался капитан, — я из полиции, мисс… — Сестра Грейс, сэр, — улыбнулась женщина. — Сестра Грейс, мне неудобно об этом говорить в таком святом месте, но неподалеку было совершено преступление. Скажите, вы не замечали никого подозрительного в последнее время?       Женщина в задумчивости наклонила голову. В ее светлых прядях были уже заметны ниточки седины. — Вы знаете, — сестра Грейс сложила ладони в молитвенном жесте, — среди моих послушниц есть одна девушка. Прелестное дитя, с чистой душой и голосом, она поет в церковном хоре и она всегда приветлива со всеми. Но в последний месяц она будто сама не своя. Я пыталась узнать, что ее беспокоит… — Но она не хотела вас расстраивать, верно? — капитан Альберих воспользовался заминкой и провел женщину к скамье. — Да, а потом я все увидела сама. Среди прихожан есть юноша, ничего плохого не могу сказать, но очень уж он привязан к сестре Барбаре. Буквально шагу не дает ступить, как только она выходит из храма, — женщина покачала головой, разводя руками. Из разговора с ней, Кэйа узнал, что некий Альберт караулит младшую послушницу каждый день и пару раз пробирался к кельям. К убийству это не имело никакого отношения, но капитан пообещал разобраться. Опрос прихожан в церкви не дал результатов. Собравшись уже было возвращаться, Кэйа оказался на дорожке у парка, когда увидел идущих ему на встречу Альбедо с маленькой девочкой. Удивлению капитана не было границ. Поравнявшись, он коротко кивнул судмеду и присел на корточки, желая поздороваться. — Привет, я Кэйа, — мужчина осторожно протянул смуглую руку для рукопожатия, ожидая, что девочка испугается. Дети часто боялись его из-за повязки на глазу, поэтому отношения с ними у капитана были не очень. Но малышка решительно шагнула вперед и сжала маленькими пальчиками протянутую ладонь. — Я Кли, а это мой старший братик Альбедо!       Капитан тихо рассмеялся, принимая знакомство. — Я работаю вместе с твоим братиком, — ответил мужчина и подмигнул Ауруму. Альбедо сжал челюсти, стараясь не краснеть и вроде ему это удалось. Уши только немного кололо, но под светлыми прядями, собранными в короткий хвост, их не было видно. — Братик Альбедо самый крутой! — янтарные глаза девочки вспыхнули восхищением. — Согласен, — Кэйа посмотрел вверх на парнишку, но тот отвел глаза. Забавные вещи узнал сегодня капитан о новом начальнике экспертов, ведь кто бы подумал… — Дядя Кэйа, было очень больно? — малышка приблизилась, коснувшись пальчиками глазной повязки мужчины. Тот, совсем не ожидав, незаметно дернулся, чтобы не пугать ребенка. — Ничего, уже не больно, — пожав маленькую ладошку, Кэйа потрепал Кли по волосам, приведя ее хвостики в неописуемый хаос и выжидающе посмотрел на Альбедо. — Что? — Мы звонили тебе, но ты не брал трубку, — пожал плечами Альберих, мол ничего такого, — у нас новое дело, Аурум.       Лицо парня вмиг стало серьезным. Подхватив Кли на руки, он направился в церковь и вскоре вернулся один. На вопросительный взгляд мужчины, Альбедо пояснил, что за малышкой присмотрят сестры.       В тишине они добрались до участка и, на ходу надевая халат, Альбедо отдал приказ своим помощникам начинать вскрытие. Сахароза, нервная девушка, что клевала носом в чашку с кофе, пока не появился начальник, подскочила и оперативно подготовила инструменты. — Я уже выяснила время смерти, — тихо начала девушка, — где-то около шести утра сегодняшнего дня. — Помимо того, что заметил капитан Альберих, — встрял Тиммей, лаборант и любитель поэкспериментировать в лаборатории, — я обнаружил свежий кровоподтек на задней стороне шеи. — И что же такого нашел там капитан? — невзначай поинтересовался Альбедо, аккуратно поворачивая голову жертвы. В заметках Кэйи была указана зажившая царапина на щеке и при пристальном рассмотрении, судмед нашел немного грязи. Выскоблив ее скальпелем, парень передал частицы Сахарозе на анализ. — Ну, он предположил, что щеку пацану расцарапала подружка его, — почесав голову, припомнил Тиммей. — Любовница, — поправила Сахароза, не отвлекаясь от компьютера. — Я кажется видел его, — вдруг произнес Альбедо. Он чуть отошел в сторону, всматриваясь в лицо убитого. — Он ходил в церковь святого Барбатоса. — Прихожанин? Ну мы все туда иногда ходим, — пожал плечами Тиммей, продолжая осмотр тела. — Мне надо к капитану! — бросил Альбедо, снимая халат и выбегая из лаборатории. Он вспомнил этого Брауна Хауза.       Едва не столкнувшись с дежурным, парень промчался по коридору светлым вихрем. В любой другой ситуации, он бы ни за что не поднялся наверх. А тем более не постучался бы в кабинет капитана Альбериха, но обстоятельства складывались не в его пользу.       Кэйа разговаривал с сотрудником участка по телефону, давая наказ опросить всех в округе парка, когда в его кабинет залетел Аурум. Голубые глаза смотрели со всей серьезностью, грудь вздымалась от учащенного дыхания. Если бы не обеспокоенное выражение лица, Кэйа бы решил, что Альбедо пришел его увидеть. (Да, тешить собственное эго мужчина любил) — Я видел как Браун ссорился с какой-то девушкой в церкви, — выпаливает парень. Его рука все еще судорожно сжимает дверную ручку. Пальцам больно, но он словно не замечает этого. — Окей, — капитан удивлен и обеспокоен, он встаёт и тянет судмеда вглубь кабинета, закрывая дверь. Паренек обычно собран и подобное поведение не укладывается в голове Кэйи, привыкшему к чему-то более постоянному. Иронично, что сам мужчина постоянством не отличался, обладая натурой яркой и импульсивной. — Давай-ка ты успокоишься и подробненько все расскажешь дяде Кэйе, — легонько приобняв за плечи, Альберих усадил парня на стул для посетителей. — Браун был прихожанином церкви святого Барбатоса, — начал Альбедо. Потихоньку он успокаивался, словно кабинет капитана полиции был самым умиротворяющим местом. — Я часто его видел на мессах и просто, когда приводил Кли. Последний раз, кажется это было воскресенье на прошлой неделе, я случайно застал сорру. Он ругался с какой-то девушкой, видел ее пару раз во время службы, но имени не знаю. — Ты умница, — слова вылетают прежде, чем Кэйа успевает подумать. Он непроизвольно тянется погладить парня по руке и ожидает, что его оттолкнут. Пальцы Альбедо холодные и тонкие, музыкальные, пальцы творца, не иначе. Он слабо дергается, когда смуглая ладонь мужчины накрывает его руку. Контраст бьет по глазам. Бледная узкая ладошка и огромная, по сравнению с ней, смуглая рука с сильными тренированными пальцами. Альбедо ощущает мозолистые подушечки, говорящие о том, что Альберих часто тренировался. — Постарайся вспомнить детали и описать эту девушку, — голос капитана тихий и низкий, словно кошачье урчание. — Эм, обычная девушка, среднего роста, волосы русые. Я видел ее в толстовке и она часто натягивает капюшон на голову, будто скрывает лицо. А, еще она, кажется, боится детей, — Альбедо ловит недоумевающий взгляд мужчины и поясняет, — она испугалась, когда Кли подошла к ней и убежала. — Ты молодец, — повторяет Кэйа и тянется к голове судмеда, чтобы потрепать по волосам, но тот испуганно шарахается, вжимая голову в плечи. — Извините, капитан, — бормочет Альбедо и спешит встать. Сейчас его точно прогонят взашей, он больше чем уверен. Перед глазами не лицо капитана, перед глазами — детство. Вот в маленького Альбедо летит сначала подушка, потом раскрытая книга, ударяя мальчика в лоб, отчего потом остается маленький шрам под челкой. Альбедо уворачивается, но пьяный отец настигает его в дверях, занося руку для удара.       Парень шумно сглатывает. Он чувствует, как к горлу подкатывает тошнота. Шрам на шее, в виде четырехугольной звезды, начинает зудеть под водолазкой. А следом Аурум ощущает теплые объятия. Кэйа закрывает худого судмеда почти полностью, нашёптывает на покрасневшее ухо какой Альбедо замечательный и умный, гладит осторожно по спине и корит себя в душе.       Мужчина мечтает чтобы эти бледные губы только улыбались, не кривились в подобии улыбки, нет. Чтобы открыто и искренне, не зная страха.       Альбедо успокаивается в объятиях. Воспоминания стираются тихим шепотом, горячие руки чувствуются даже через водолазку и становится жарко. Он нехотя, с удивлением для самого себя, остраняется, бормочет про работу и уходит.       Заполучить его улыбку становится уже не просто целью.       Следующие несколько дней проходят как на иголках. Кэйа целыми днями расспрашивает свидетелей, ищет девушку, что в последний раз ругалась с убитым. Почти ночует в церкви и узнает достаточно, для решающего шага.       Утро воскресенья начинается у капитана Альбериха задолго до восхода солнца. Накинув на голову капюшон ветровки, он застывает у автомата с напитками у дома подозреваемой. Спустя полчаса фигура девушки появляется в зоне видимости. Она смотрит по сторонам, нервно сжимает в руке ремень сумки и идет по улице вверх. Кэйа двигается за ней на расстоянии, периодически скрываясь за углами домов. Алисия Коллинз оглядывается, но прохожих с каждым разом становится все больше и больше. На середине дороги капитана сменяет Вуд, потом Майлз и все трое вместе с девушкой заходят в церковь. Она садится на самый дальний ряд. Горожан этим утром было мало, что только на руку расследованию.       Кэйа устраивается неподалеку, что иметь возможность наблюдать сразу за двумя людьми: Алисией и Альбертом. Во время опроса сестры активно делились с обворожительным мужчиной проблемами прихода, поэтому Альберих был в курсе кто приносит по утрам цветы, кто притащил в кельи бутылку вина (взгляд сестры Розарии капитан запомнит надолго), а кто не давал проходу милой сестре Барбаре. Собственно в тот-то раз Кэйа и познакомился с младшей сестрой своей начальницы, про которую ему периодически выкладывали тонну информации.       Альберт не представлял из себя человека, который действительно мог навредить Барбаре, но как показала практика, все возможно. Вновь посмотрев на Алисию, капитан нахмурился. Она что-то яростно искала в сумке.       Глазами показав Майлзу, чтобы пересел поближе, Кэйа нашел впереди сидящих Альбедо и Кли. Нельзя было допустить, чтобы они пострадали.       Капитан воспользовался паузой посреди службы и пересел ближе. Малышка приветливо улыбнулась мужчине, показав пальчиком мол тихо. Кивнув головой, Альберих приблизился к уху Альбедо, прошептав, что они поскорее уходили из церкви. Паника в глазах парня быстро сменилась решимостью. Пробормотав Кли что-то, они вдвоем двинулись к выходу. Сестра Грейс поинтересовалась у них все ли в порядке, быстро отпустив.       Можно было действовать. Вуд почти неотрывно следил за подозреваемой, но все равно пропустил момент, когда она достала нож из сумки. Никто из прихожан не обратил внимания, когда девушка в накинутом капюшоне прошла к алтарю. Развернувшись, она занесла нож над собой.       Под крики людей, полицейские чудом успели среагировать, бросаясь к подозреваемой. Вуд вывернул сопротивляющейся девушке руку, выбивая нож, Кэйа сбил с ног, ударяясь спиной о каменный пол церкви. Майлз лишь едва не успел добежать, запыхавшись и доставая из кармана наручники. — Я должна присоединиться к Брауну! — кричала Алисия. Несмотря на призывные крики о своей смерти, девушку быстро вывели, посадив в машину. Альберих переводил дыхание, выйдя на площадку перед церковью. — Капитан вы в порядке? — голос Альбедо пронзает насквозь. Он не напуган, но чувствуется тревога. Кли стоит в сторонке с сестрой Грейс, поэтому Альберих притягивает парня к себе и стискивает в объятиях. От Альбедо пахнет корицей, средством для стирки и детским кремом, мужчина затягивается запахом, стараясь унять дрожь в руках. — Кэйа. — Что? — непонимающие смотрит Аурум, пытаясь выбраться из крепких обнимашек. — Зови меня Кэйа, — просит капитан. Альбедо больно щипает его за бок и улыбается, так же ярко, как сияют самые яркие звезды на небе. Альберих не видел, но уверен, что Альбедо самая яркая золотая звезда.