Демон из Дагранда

На утро, Брайан как обычно проснулся раньше своего брата. Выйдя из комнаты, чтобы посмотреть вернулся ли кто-нибудь Брайан заметил, что с чердака течёт какая-то густая тёмно-коричневая жидкость, местами похожа на смолу дерева, но запах, запах был гнилой, как буд-то мёртвое тело разлогалось на чердаке. Брайан не осмелился сразу пойти на чердак, но это побудило его, что здесь что-то твариться недоброе! Разбудив Филона и рассказав ему о чердаке, братья приняли решение заборикадировать дверь наверх. Найдя доски на улице и гвозди лежащие в консервной баночке на полочке у двери в подвал, они закрыли дверь на крышу. После тчащетельной проверки надёжности замка, Брайан и Филон сильно прогаладались и решили пойти на кухню в надежде найти хоть какую-то еду, но когда Брайан открыл дверцу холодильника у него помутнилось в глазах и буд-то бы заложило нос от вони которая исходила от давно испорченых продуктов. В холодильнике ничего небыло кроме грамадной туши окончательно дохлой рыбы, скукожихся овощей, и какой-то густой жидкости в баночке, очень похожей на ту, что текла из чердака, но запах уже не был таким гнелым. Поняв, что тут братьям нормально не позавтракать они приняли решение идти на охоту, чтобы найти хоть какую-то еду. И через два часа им так и удалось найти маленького барана, скорее всего детёныша, было страно, что он был так далеко от посёлка, в такой глуши леса, но делать было нечего. Брайан только нацелился на жертву, как тут из кустов расдался громкий шорох, будто кто-то с большой скоростью бежал с одного места на другое. Брайан и Филон только отвлеклись на подозрительный шорох в кустах, как тут баран исчез буквально в никуда, но вдруг за братьями вновь послышался резкий шум, и из кустов выпрыгнул довольно крупный чёрный волк: шерсть его была искаженой в некоторых местах и вовсе отсуствовала, зубы были идеально белыми, крупными и очень острыми, в высоту зверь был примерно 1.33 метра, а если бы он встал на задние лапы, то его рост мог бы достичь и всех трёх. Зверь смотрел прямиком в глаза Брайана. Зарычав и оскалив свои большые клыки крупный волк уже был готов наброситься на Брайана и растерзать его, но тот долго не раздумывая направил ствол на зверя и выстрелил. Пуля попала прямо в сердце. Кровь моментально окрасила лица Филона и Брайана. Волк пашатнувшись упал на землю, но через три секунды смог подняться. Вновь посмотрев уже на Филона, Брайн в ужасе и в спешке начал перезаряжать винтовку, но зверь с окрававленой дыркой в груди, через которую можно было увидеть всё ещё бьющееся продырявленное сердце, развернулся и убежал вновь в лес. Брайан закончив перезаряжать оружие снова направил на зверя и выстрельнул повторно, вторая пуля достигла цели прямо в заднюю левую лапу, волк вновь упал на землю, но почти сразу вскачив убежал обратно в гущу леса. –Вот бессердечная тварь! «С удивлённым взгядом и вытирая кровь на своём лице сказал Брайан» –И н-не г-говор-ри! «С ещё более заикавшимся голосом сказал Филон» Вновь перезарядив винтовку, мимо братьев прошёл здоровый и крупный олень. Брайан направив дуло на животное, выстрелил. Пуля попала прмяпиком в лёгкое, при этом успешно пробив рёбра. Олень начал бежать и примерно через семь секунд упал на землю. По крови исходящей из оленя братья нашли его и с кое каким трудом, но дотащили его в дом. По дорогое домой, Филон спросил у Брайана: –Как ты так удачно в смертельные места попадаешь? –Раньше, у нас был тир, в нём я и научился так точно стрелять. Дома уже часть оленя разрезали, замариновали, пожарили и съели. Остальное кинули в морозильник, при этом полностью очистив его от давно испорченых продуктов. Однако Брайана не отпускала одна мысь: «Как одна пуля смогла пробить рёбра и повалить такого здорового оленя, но две пули не смогли убить какого-то волчару, при том, что одна из них попала прямо в сердце.» С этой страной мыслью Брайан лёг спать и ели как заснул. Через десять минут, Филон тоже пошёл к себе в комнату и лёг спать, на этот раз как не странно он заснул довольно быстро, скорее всего очень устал. Однако на чердаке шум усилился и уже там кто-то ни то, что что-то пилил, а буквально ломал и уже не доски, а кости.