Тринадцатая

      — Ну хорошо, — заявил Виктор, выйдя на поляну, где и происходило все действо. — Малыш, иди сюда, они не кусаются. Слон, а теперь что?       — Ну… — Коновалов задумчиво оглядел шестерых хомячков джунгарской породы: одного рыжего и пятерых красных. — Трудно сказать… О! Из батяни порт-ключ выпал, — узнал он старый ботинок. — Щас возьмемся и…       — Пойдем плодить грызунов, — задумчиво проговорила Светлана, совсем не ожидавшая, что «наказание магии» может выражаться в такой форме. — Чего хоть они хотели?       — Эти вот — связать, — Коновалов широко улыбнулся. — А батяня пыточным приложить пытался. Как ты видишь, больше не пытается. Нервные все стали…       — Интересно, от чего зависит выбор животного? — задумался Виктор. В общем-то, ему было все равно, но немножко интересно. — Ладно, пошли твою семью в зоопарк превращать… Нам еще к каким-то «гоблинам» надо.       — А потом перекантуемся и домой? — жалобно спросила Светлана, соскучившаяся уже по будням «скорой».       — Года три, — хмыкнул Альперович. — И то, как пойдет еще… Слон! Показывай, как средством септическим пользоваться.       — Любите вы ругаться, — проворчал Коновалов, готовя себя к встрече с семьей. Кольцо целителя не давало ему их просто передавить, а хотелось так, что аж зубы сводило.       На поляне осталось шесть хомячков, а трое молодых людей с хлопком исчезли с полянки. Оказавшись перед… образцом похмельного зодчества, по выражению Виктора, молодые люди двинулись в сторону дома. Слон, желавший предупредить докторов о том, что им предстоит, не сразу нашел слова.       — Малыш, помнишь, на ментов в притон приезжали? — поинтересовался Коновалов.       — Такое не забудешь, — девушку передернуло.       — Ну, тогда для тебя сюрприза не будет, — глубокомысленно заявил водитель психбригады. — Добро пожаловать в «Нору».       — Ой… — только и сказала Светочка, когда из чрева строения на нее надвинулась сирена. От силы звука создавалось ощущение сна на крыше «канарейки» спецов. Только у них от машины исходил звук такой, что в зубах отдавался.       — Здравствуй, мама, — индифферентно заявил Слон. — Папа прилетит попутной совой, он там девицу склеил, так что можешь пока потренироваться.       Звук мгновенно исчез, как обрезало. Молли Уизли пыталась сначала сообразить, что сказал сынуля, потом — как на это реагировать, а вот «сынуля» пытался вспомнить… Призрак пацана сказал, что на чемпионат отправились все, но вот полсемьи обнаружилось дома, что было само по себе интересно. Осторожно обойдя зависшую в процессе мышления женщину, Виктор хлопнул Коновалова по подставленной ладони.       — Уважаю, — кивнул доктор Витя, в первый момент даже растерявшийся. — Малыш, пойдем, не будем мешать даме расшевеливать нервные клетки.       — Да, Вить, — кротко сообщила явно что-то задумавшая Светлана. — Пожра… Поесть-то здесь есть чего? Или будут морить голодом докторов?       — Учитывая, что сегодня как раз пятница… — задумчиво произнес Слон. — Ну-ка, пойдем, молодой растущий организм.       — Испортили мы Слона, — заметил Виктор, приобняв девушку, отчего мыслительный процесс матери семейства замедлился.       — Слон сейчас сам кого хочешь испортит, — прокомментировал Коновалов. — Малыш права, жрать охота, а тут у нас… хм… каша… Светочка, а ты готовить умеешь?       — Конечно, умею, — ответила ему милая девушка. — Но Витька под настроение лучше…       — Тогда, голубки, сделайте что-нибудь съедобное, что ли, — попросил Слон, очень тяжело переваривавший обед типа «каша», он ее в армии наелся. — На мясо можете пустить кого угодно, кроме самой мелкой, в ней кости одни.       — По идее, из мелкой можно суп сварить… — девочка, к которой Виктор в шутку потянулся вилкой, с диким визгом покинула помещение. — Слабовата…       — Какие ее годы, — вздохнул Коновалов. — Вы там не отвлекайтесь, мало ли какая движуха начнется…       Витя со Светой включились в процесс приготовления чего-нибудь съедобного. Продукты были. Их было много. И такими темпами эти самые продукты обещали вскоре заслать послов с гуманитарной миссией. Потому, чтобы этого не допустить, молодые люди, недоумевая, почему местная мать Слона готовит исключительно кашу при таком изобилии, принялись быстро резать, причем чарами, и только Саша использовал найденный ножик. Тесак был в длину сантиметров двадцать, а то и все тридцать, и выглядел угрожающе. На кухню никто не выходил, а, судя по звукам, семейство сгрудилось вне зоны поражения.

***

      Молодые люди трапезничали, то есть питались медленно, перешучиваясь и никуда не спеша. Привыкнуть к мысли, что никакой матюгальник не дернет их из-за стола на вызов, было непросто, но ребята старались. Заканчивался август, поэтому предполагался некий процесс, навевающий тоску на мужской пол… Шоппинг, короче. Виктор пытался вспомнить те две горсти информации, которые ему достались по поводу похода за покупками. Слон и тут оказался кладезем информации.       — Значит так, — сообщил докторам Коновалов. — Сейчас, пока мамка в прострации, а остальные в шоке, мы сыплем порошок в камин, четко проговариваем «Косая Аллея» и топаем в огонь, подобно великомученикам. Тут такое метро… Типа.       — Что бы мы без тебя делали, Слон? Спасибо! — вздохнул Виктор, привычно приобнимая Светлану.       — Ну что… Пешком бы топали, — пожал плечами Слон, ничего особенного не видевший. — Давай, пока эти… не прочухались.       — Там выход к людям есть? — поинтересовалась милая девушка, уже что-то задумавшая, что было заметно по ее сверкающим глазам.       — Куда он денется, — спокойно ответил Коновалов. — Только и к этим… волшебникам, — его аж перекосило, — зайти надо. Зелья там… А то ты, Вить, реально, как из застенков.       — Пугаю? — поинтересовался Виктор, ища глазами зеркало.       — Демаскируешь, — хмыкнул Слон. — Говорящие скелеты — это запрещенная некромантия.       — Ладно, пошли? — поинтересовался Альперович, осторожно обходя замерших родственников Слона. — Чего они, кстати? Никогда скелетов не видели?       — Да откуда им, — зевнул Коновалов. — Мы, ребята, сильно изменились за сутки, а мозги у них вялые, как Митрич под аминазином, вот и…       — Хочешь батончик? Ну съешь! — один из рыжих протянул конфету Светлане. Девушка с интересом посмотрела на хитро улыбающегося рыжика и попробовала откусить кусочек. Раздался хлопок.       — Мама, — меланхолично позвал женщину Слон. — Джордж и Фред в хомячков превратились. У нас кот есть?       — А? — отмерла женщина. — Что? Какой кот? Фред! Джордж! Вы опять? — сирена набрала обороты, а молодые люди слаженно шагнули к камину.       — Ну ты даешь… — хихикнула Светлана, сообразившая, что отравить ее теперь тоже невозможно. Девушка вспомнила о намеках души Гермионы. — А если бы траванули?       — Нас? — удивился Слон. От такого детского удивления, написанного на лице по-новому выглядевшего друга, рассмеялся уже и Виктор. — Зато теперь она занята часа на два.       — Коварно, — согласился Виктор и заглянул в камин. — Не внушает… Правда, метро тоже не всегда внушает… Ладно.       Молодым людям удалось ничего не перепутать, поэтому они вывалились на улицу без эксцессов. На грязную, полную людей улицу. Света огляделась: действительно, костюмы — как из кино. Девушка вопросительно посмотрела на водителя, целеустремленно шагавшего в сторону громадной белой домины, напоминавшей по дизайну мэрию в их городе. На ступенях рядом со входом кто-то блестел, вызывая интерес.       — Интересная у них реклама, кольчужная, — заметил доктор Витя. — Нам туда?       — Да, Вить, это банк, — отозвался идущий вперед Слон. — Так что нам туда, судя по всему. Другого места с гоблинами я просто не знаю.       Войдя в здание, доктора в сопровождении Слона направились к ближайшей конторке, за которой обнаружился некто зеленый, челюстью похожий на ухлопанного кирпичом крокодила. У Светы сразу же возникло желание обследовать недокрокодила, так что она наложила диагностику, чем привлекла внимание не только его, но и охраны, впрочем, не сдвинувшейся с места.       — Добрый день, целители, — вздохнул зеленый сотрудник банка. — Могу я увидеть ваши кольца? — внимательно посмотрев на три руки, украшенные простыми перстнями, гоблин еще раз вздохнул. — Прошу следовать за мной.

***

      Разговор с аж целым директором оказался очень плодотворным. Тот подробно объяснил все нюансы их совершеннолетия, включая возможность слинять из Хогвартса в любой момент, потому как в момент изменения сути контракты оказались разорванными, причем абсолютно все. Включая, как оказалось, и тот, отметка о котором имелась на лбу доктора Вити. Так как они теперь целители, то автоматически исключались из всех пророчеств, что уже было хорошо. Ну и деньги… денег оказалось немало, что позволило нагрести некоторую кучу и озаботиться покупкой дома «подальше от людей, но в магическом мире».       — Кстати, а браки у вас как заключаются? — вспомнила Светлана о важном.       — А вам зачем? — не понял гоблин в роскошном костюме. — Вы же замужем.       — За кем это? — моментально ощетинился доктор Альперович.       — За вами, — любезно объяснил директор то ли банка, то ли еще чего-то. Его им так представили: «директор».       — А… — Виктор так же моментально остыл. — Это хорошо, за мной — это правильно.       — Кольца из сейфа наденьте для подтверждения статуса, — попросил гоблин, протягивая коробочку юноше. Обнаружившаяся там пара колец доктору Вите понравилась, потому Малыш была немедленно окольцована. — Насчет дома мы пошлем вам сову, как будет приемлемый вариант.       — Очень хорошо, — кивнул Виктор Шулимович, после чего они откланялись. Купить предстояло еще многое. Гоблины сообщили о планирующемся мероприятии, при этом скалились так, как Алексей Викторович при получении новых машин. Радовались, значит. Чему они так радовались, еще предстояло узнать.       — По-о-оттер с гря-язнокровкой, — белобрысому, подошедшему сзади, явно было тесно на этом свете. — И еще…       — Завидуй молча, Малфой, — отбрил его Слон, даже особенно не задумываясь. Белобрысый кого-то увидел и сразу стушевался, а троица двинулась дальше за покупками. — Вот, Малыш, этот нехороший мальчик очень хочет пройти профилактику…       — Сифилиса, — добавил Виктор, которого бледнолицее взбесило, хотя, казалось бы, как их только пациенты на вызовах не называли… — Кстати, Малыш, на меня диагностику наложи, а то что-то я агрессивный.       — Это ты ревнуешь, — объяснила мужу Светлана. — Ты, когда ревнуешь, можешь Грому голову отвернуть. Нашел к кому…       Перешучивавшиеся молодые люди двигались по направлению к лавкам. Еще платье надо было заказать, а потом сходить к простым людям и затариться радостью — от нормальной одежды до шовного материала, мало ли какой год будет. Шовный, как магнезия — лишним не бывает.