Тринадцатая

      Настроив окраску машины, Слон пригласил всех внутрь. Предстояло двигаться «вторым» способом, потому что реперные точки картографисты, которыми поделилась Центральная, еще не занесли в память умного транспорта. Где находится место, в котором мальчик Гарри провел долгие годы, секретом не было, поэтому спустя некоторое время к небольшому дому на тенистой улице подъехал, рыкая сиреной и мигая маячками, автомобиль местных парамедиков. Так как послать его могла только больница, то соседи моментально активизировались, судача о том, за кем приехали.       Из-за дверей не доносилось ни звука, что, конечно же, ничего не значило. Входная дверь открылась перед целителями, позволив звукам дома вырваться на улицу: тонкий визг, звуки ударов, крики «сдохни, тварь»… Мгновенно озверевший Слон рванулся внутрь дома, в котором избивали ребенка. Накинув на себя чары маскировки, делавшие их визуально взрослее, Виктор обездвижил Дурслей, вызвав полицию, а Света в это время оказывала помощь малышу. Ребенок выглядел трехлетним, тонко выл, не в силах сказать ни слова.       — Полиция, — в дом, пропахший болью маленького ребенка, вошел офицер. Он увидел машину врачей, будучи в курсе, кто именно вызвал полицию. Его вниманию предстали двое связанных взрослых, тело ребенка на полу, работающие медики. — Что здесь произошло?       — Избиение и попытка… — почему Коновалов сказал о попытке насилия, не мог бы ответить и он сам, но услышав его слова, офицер полиции моментально подобрался. — Мы забираем ребенка, но шансов, что довезем, мало, — исчезновение Гарри Поттера надо было прикрыть, а проблемы Дурслей — это проблемы Дурслей.       — Удачи вам, — кивнул полицейский, вызывая подкрепление. У Дурслей начинались очень трудные времена. Мальчика осторожно перенесли в машину, уложив уже там в малую регенерационную камеру. О Дамблдоре в этот момент, конечно же, никто не подумал. Автомобиль сорвался с места, двигаясь к следующему адресу. Если ситуация с Гарри была ожидаемой, то что ждать от Грейнджеров — никто не знал.       — Что у нас с малышом? — поинтересовалась Светлана, заглядывая через плечо доктору Вите.       — Избиения, недостаток питания, авитаминоз, вживленный артефакт, — спокойно ответил Альперович. Ничего серьезного действительно не было, а с такими вещами капсула справлялась самостоятельно. — Ты мне скажи, чего от Грейнджеров ждать?       — Хороший вопрос, — кивнула девушка. — Если предположить, что извращенцами они были всегда… То будет иметь смысл провести лечение, только Слона спросить, с психиатрией у меня не очень.       — Голубки, подъезжаем, — сообщил Коновалов. — В окно гляньте, — посоветовал он. К искомому дому приближалась девочка, лет шести на вид. Голова ее была низко опущена, она шла медленно, и весь вид ее выражал глубокое горе.       — Ой… — прошептала Светлана. — Кажется, об этом дне мне рассказывала девочка. Нужно ее спасти, а то психику не выгребем.       — Паркуемся и двигаем спасать, — кивнул Слон, думавший о том, как вытащить ребенка, никому не причиняя вреда. Он погасил маячки, вставая возле дома. — Света на месте.       — Я не согласна! — попыталась повозражать девушка, но у нее ничего не вышло — доктор Витя поддержал единственного представителя психбригады, подумав, что тому виднее.       — Пойдем, доктор, — трансфигурировав вязки, грустно произнес Коновалов, отлично представляя, что именно они увидят в доме. — Сначала мочим камеру.       — Ты думаешь… — Альперович нахмурился, ускорив шаг.       Камер оказалось две. Одна снимала весь путь маленькой еще девочки от входной двери до гостиной, где было приготовлено… много чего. Там, собственно, стояла вторая камера, видимо, для крупных планов. Когда они неслышно вошли в дом, Гермиона успела дойти до комнаты и сейчас медленно раздевалась, громко рыдая. Первая камера была разбита с сохранением кассеты. Для полиции. Вторая тоже улетела в стену, как только доктор Витя увидел, чем хотели избить ребенка, уже теряющего связь с реальностью.       Грейнджеры были моментально связаны, а вот Гермиона будто не видела ничего происходившего, снимая с себя последнее. Она рыдала и смотрела с таким ужасом, но, казалось, ничего не видела. Слон наложил диагностику, сразу же оглянувшись на Виктора, повторившего этот жест.       — Твою ма-а-ать, — протянул Альперович, сотворив Фините. Девочка замерла, попыталась натянуть белье, но затем упала на пол, забившись в судорогах. — Эпистатус, — констатировал доктор Витя, оказывая первую помощь. — Интересно, откуда, не было же…       — А откуда на девочке Империо, тебя не волнует? — поинтересовался Слон. — Забираем этих с собой, ибо не все ясно с происхождением нашей Светочки.       — М-да… — Гермиона моментально уснула на руках Альперовича, будто полностью ему доверившись. Юноша вздохнул, натянув на каноническое место спущенные трусики, после чего нашел глазами платье ребенка, завернув девочку в него, и вышел из дома, а Коновалов просто упаковал две тушки в стазис с тем, чтобы разобраться потом.       — Малышка, — произнес доктор Витя, передавая Гермиону жене. — У нее эпи. Ты ничего об этом не знаешь?       — Не-е-ет… — задумчиво произнесла девушка. — Давай сейчас домой, детей покормим, сами поедим. А потом к Лавгудам? А то чувствую я…       Это предложение было принято. Правда, Гермиону положили во второй бокс, чтобы подлечить за время пути. Прочитав результаты автоматической диагностики, Светка поняла, почему ей сказали сидеть на месте — если бы она это увидела, Грейнджеры точно были бы профилактически усечены. Кто знает, что бы после этого было с ней самой… Транспорт СКМП отправился домой.

***

      — Это не мои родители, — убежденно произнесла Светлана. — Эти люди не могут быть моими родителями… — в ее голосе слышались слезы. Представить, что так можно поступать с ребенком, девушка, разумеется, могла, она что только не видела в своей жизни, но вот родители…       — Легко проверить, — кивнул Виктор, накладывая довольно простые чары, после чего повторил их и согласился. — Это не твои родители. И не родители девочки. Я тебе больше скажу, девочка — не маг, сквиб.       — Как так? — удивилась Светлана, так подробно она историю девочки не знала, но…       — Девочка не соответствует твоей тушке, значит, надо искать ту, что соответствует, — сообщил Слон, тихо переговаривавшийся с Луной.       — Они могли… ну как Ксено, — тихо произнесла девушка, давая возможность Альперовичу сообразить. Виктор наложил чары углубленной диагностики на «Грейнджеров» и, прочтя ответ, грубо выругался.       — Подобие, да? — тихо спросила Светлана, потом вспомнила самый большой страх девочки. — Ребята, надо в психиатрии поискать!       — Поищем, — ответил доктор Альперович. — Тут странное что-то… Не маг и маг с наложенным образом.       — Сними образ, чего проще, — хмыкнула девушка, произведя жест отмены наложенных иллюзий. О том, что сюрприз может быть не самым приятным, она не подумала. — Ой…       — Женщина под подчинением, а мужчина — рыжий, — задумчиво проговорил Слон, нажимая кнопку на интеркоме. — Кого-нибудь из безопасников позовите, пожалуйста.       Центральный мир поделился и штатом безопасников, ибо миры разные, а целителям нельзя причинять вред. Иногда это было необходимо, как в данном случае, чтобы понять, что происходит. Поэтому «Грейнджеров» забрала служба безопасности, чтобы допросить, а детей, выпущенных из реанимабоксов, отобрали девчонки: Гермиону забрала на ручки Луна, с удовольствием тиская явно не приученного к этому ребенка, а вот Гарри занялась Светлана. Мальчик робко улыбнулся, чувствуя тепло девушки.       — Сейчас мы со Слоном смотаемся до психиатрии и приютов, — сообщил девушкам доктор Альперович. — Вы занимайтесь детьми, договорились?       — Хорошо, мальчики, — кивнула Светлана, переодевавшая начинавшего время от времени дрожать мальчика. — Много странного, ребята…       — Вот и разбирайся, Малышка, а мы скоро, — поцеловав любимую на прощанье, доктор Витя отправился прочь. Слон расцеловал Луну, которая от такой ласки просто замерла, а девочка в ее руках прошептала короткое слово, Коноваловым не услышанное.       — Поехали, — ставший серьезным доктор чувствовал обилие «открытий чудных». Несмотря на то, что мальчишка, который Гарри, вел себя адекватно ситуации — именно так и вели себя жертвы домашнего насилия — Альперовичу было непонятно, как из него получился Гарри Поттер. «Значит, могли стереть память», — понял доктор Витя. Транспорт сорвался с места, отправляясь в Лондон.       Света была права, девочка Гермиона была обнаружена в психиатрической клинике. Шестилетний ребенок был привязан к кровати и смотрел вокруг широко раскрытыми от ужаса глазами, в которых застыла паника. Лечащий врач запирался недолго после объяснения некоторых нюансов истории медицины и почти добровольно рассказал, что девочку необходимо сделать абсолютно послушной, не размышляя выполняющей команды взрослого, за что клиника получила семь тысяч фунтов. В этот момент Альперович сильно пожалел, что вред наносить нельзя. Хотелось это место просто спалить.       — Пусть вернется вам все то, что вы сотворили, — произнес доктор Витя, забирая замершую Гермиону. Девочка не могла бояться еще больше, а незнакомый мужчина завернул ее в одеяло и куда-то понес. Гермиона знала, что на «процедуры» водят голой, чтобы не менять одежду потом, поэтому эта ласка поставила девочку в тупик. Детский мозг с нагрузкой не справился, отчего малышка потеряла сознание.       — Давай домой, — тяжело вздохнул Слон. — Судя по тому, что мы знаем, в прошлом девочки, которой стала Малышка, им все удалось. Твари…       — Не то слово… — вздохнул доктор Витя, укладывая бессознательное тело в бокс. — У нас трое детей, Слон. Ты, кстати, с Луной как?       — Девчонка она совсем, что значит, как? — вопросом на вопрос ответил Коновалов. — Хотя красивая, но ребенок же.       — Еще и у тебя тараканы, куда там мадагаскарским, — хмыкнул Альперович. — У вас год разницы, Саша.       Стоило транспорту покинуть пределы клиники, как в полицию понеслись возмущенные звонки окрестных жителей о спаривающихся прямо на улице хулиганах, нацепивших на себя докторские одежды. Приехавшие представители органов правопорядка успели как раз на тематическое шоу, от которого некоторым полицейским стало нехорошо. Даже слишком. А потом была проверена сама клиника и поднялся скандал…

***

      Сотрудник службы безопасности монотонным голосом докладывал о результатах допроса «Грейнджеров». В мужчине плескалось до полулитра успокоительных зелий, потому что этих людей он бы хотел посадить на обтекатель рейсового «Луна-Марс». Такого зверства на Земле не водилось уже очень давно, поэтому согласившийся поработать на планете, где во всю разгорались «Темные Века», мужчина просто не представлял, что его ждет.       — Рыжий мужчина называет себя Биллиусом Уизли, — сообщил безопасник. — Женщина — просто человек под жестким многофакторным подчинением.       — Что-то такое мы и ожидали, — вздохнул доктор Витя. — Продолжайте, пожалуйста.       — Оригинальную «дочь» поместили в психиатрическую клинику, где ее должны были сломать и приучить к абсолютной покорности воле «родителей», — послушно продолжил мужчина. — С целью съемки роликов порнографического содержания. В течение года, необходимого для процедуры, Уизли похитил двух девочек из приюта, придав им черты Грейнджер.       — Остается вопрос, где оригинальные Грейнджер и вторая девочка… — поинтересовался Слон, уже предчувствуя ответ.       — Вторая, а, точнее, первая девочка умерла от шока, по-видимому, болевого, — безопаснику было совсем не по себе. Убийство ребенка, да еще и таким способом — это было очень плохо, он только надеялся, что этот «Уизли» останется ему для уничтожения. — Оригинальные Грейнджеры были убиты, когда девочке исполнился год, в связи с редкой силой ребенка. Их сожгли.       — То есть у нас трое сирот, при этом… — Альперович задумался, продолжив значительно более тихим голосом: — Понимание, кто из них не с натуральной внешностью, поможет снять ее, возвращая ребенка к каноническому виду.       — Именно, — кивнул Коновалов. — Какая-то страшная сказка, но вполне сочетающаяся с тем, что мы знаем. Тьфу…