Тринадцатая

      Вошедшие родители девушки были одеты в практически одинаковые черные костюмы, на которых выделялись серебряные петлицы. Виктор почувствовал, что у него из-под ног ушла земля, особенно когда увидел погоны с зеленым кантом. Он еще раз проверил Темпусом год, и в этот момент женщина увидела Светлану. Сразу же заулыбавшись, особь женского пола, носившая в петлице три серебряных квадратика, заговорила:       — Миона, дочь моя, где же твой значок? Помни, его нужно носить всегда, ведь это твой статус, доченька, секретная государственная служба следит за этим, — женщина говорила с хорошо знакомыми всем четверым учительскими интонациями. Слон быстро нацепил на Луну и себя значки. — А это что за существа? — поинтересовалась женщина, оборачиваясь. — О! Какие у нас гости! — пока она не смотрела на Виктора, тот быстро достал значки, прикрепив и себе, и совершенно ошарашенной Светлане.       — Мама, нам нужно освежить знания истории, — твердо произнесла девушка. — Наши друзья отдохнут.       — Конечно, доченька, — согласилась миссис Грейнджер, тогда как мистер Грейнджер сохранял молчание, глядя как бы сквозь молодых людей. — А что случилось с девочкой?       — Бандиты постарались, — спокойно ответил Коновалов, испытывая желания, несовместимые со статусом целителя. — Они уже мертвы.       — Хорошо, — согласилась женщина, отправляясь с мужем на кухню, а Виктор увлек жену в ее комнату, где та дала волю слезам.       — Вить, что это? — рыдала Светлана. — Как такое возможно? Мои родители — эсэсовцы?       — Судя по погонам, скорее эсдэ, — сообщил Альперович, двинувшись к книжной полке. — Надо почитать про страну победившего дамблдоризма. Потому что я совсем ничего не понял.       — Жопа какая-то, — сообщил Слон, внося Луну в комнату. — Ты форму видел? Это же… — следующие минут пятнадцать Коновалов высказывал свое недоумение и удивление, умудрившись ни разу не повториться.       — Согласен, — кивнул доктор Витя. — Надо до гоблинов добраться и спросить о Хогвартсе — можем мы сбежать или нет. Далее, нужно прочитать учебники и выяснить, нет ли сюрпризов на границе, потому что с нами Луна, а она не целитель.       Молодые люди уперлись в учебники, составленные в такой форме, что Альперович мгновенно вспомнил те пять миллионов человек, которые носили с Ильичом бревно на субботнике. Весь мир — враги, желающие вцепиться в горло свободной и самой лучшей на свете Британии, которая живет и процветает… Великий Дамблдор в маггловских учебниках заставил Светлану поперхнуться, зато описанная структура…       — Чем-то на коммунизм и нацизм одновременно похоже, — задумчиво произнес Коновалов. — Великий вождь и учитель, Светоч и т.п. Одновременно с этим «мерзкие чистокровные животные», «полукровные недочеловеки» и «настоящие грязнокровки» — это вообще как?       — А свастика тебя не смущает? — поинтересовался Виктор, с трудом давя желание проклясть всю Британию позаковыристее. — Учебники какого года?       — Все — конец семидесятых, начало восьмидесятых, — ответила ему Светлана. — Считаешь, Дамблдор взял под контроль не-магов?       — А других вариантов нет, — тактично объяснил Альперович. — Предлагаю сменить локацию.       В этот момент где-то внизу послышался шум, потом кто-то побежал по лестнице вверх, дверь в комнату резко распахнулась. В проеме оказались двое в черном: один с рунами и пистолетом, а второй в мантии с палочкой. Тот, что был магом, поднял палочку и исчез, а вот того, что был с пистолетом, приголубил Слон невербальным заклинанием.       — Похоже, они что-то заподозрили, — задумчиво произнес доктор Витя. — Пойдем, может поспрошаем? Малышка?       — Не могу поверить, — прошептала девушка. — Кем надо быть, чтобы предать своего ребенка?       — Мы не знаем, что произошло, не спеши, — Альперович хотел поверить, что этих двоих вызвали не родители девушки. Он залез в карманы оглушенного, довольно быстро достав из нагрудного запаянную в пластик карточку «Государственная тайная полиция». — С другой стороны, больше как бы и некому…       — Пойдем, — согласилась Светлана, направляясь к двери. Она очень хотела знать, что происходит. Родителей внизу она, впрочем, обнаружила, причем в связанном состоянии, что вызвало еще большее недоумение. — Такое чувство, что я в американском фильме, — прошептала девушка.       Развязанные родители спали под чарами, Слон допрашивал уже не оглушенного, а Витя и Света пытались прийти к пониманию ситуации. Виктор считал, что все их окружающее не может быть ничем, кроме как галлюцинациями, но галлюцинаций на четверых он просто не знал. Светлана накладывала чары, которые не приносили от них самих ничего сверхъестественного, а вот от Грейнджеров, оглушенного эсэсовца, и даже от людей на улице — подчинение. То есть выходило, что на всех вокруг, кроме них четверых, лежит Империо или его вариация. При этом после снятия чары возвращались обратно через пять-семь минут. Как это было возможно — не понимал никто.       — Если это галлюцинация, то и ответ чар может быть галлюцинацией, — сообщил Виктор. — С другой стороны… Интересно, Тринадцатая здесь?       — Мия, а почему мы не можем войти в этот мир? — поинтересовалась маленькая девочка, разглядывая черно-белую проекцию.       — Нас наказали, — объяснила наставница. — Поэтому мы можем только смотреть, а помочь не сможем.       — Хнык, — отреагировала Тринадцатая. — Как же они там…       — Ну, не плачь, — погладила девочку Мия. — Может и выживут…       — Судя по отсутствию отклика, Тринадцатой здесь нет, — ответила мужу девушка. — Что возвращает нас к вопросу о галлюцинации…       — Значит так, — вернулся к ним Коновалов. — Валим отсюда и быстро. Родителей, если очень хочешь, можем взять с собой. Местное гестапо вызвали именно они, потому что мы не носили значки.       — Слон, есть мнение, что все нас окружающее — глюк. Что скажешь? — поинтересовалась Светлана.       — Даже если глюк, то нам от этого не легче, — объяснил тот, задумавшись на мгновение. — Луна, кстати, потеряла способность двигаться, и это не психогенка, а вот что — я не понимаю.       — То есть, в первую очередь надо свинтить, — задумчиво проговорил Альперович, и в этот момент в окно влетела сова с ошейником Гринготтса. — Слон, ну так не бывает же!       — Ма-а-агия, — протянул Коновалов, подавив желание еще раз выругаться. — Гестаповцу я память удалил, для профилактики депрессии. Родителей трансфигурируй во что-нибудь тихое и… Что? — посмотрел он на удивленную Свету.       — Ребята, дом, который нам продали, это наш дом, ну… тот, — прошептала девушка. — Порт-ключи нам прислали.       — Так точно не бывает, — прошептал Виктор. — Ладно, давай сматываться, пока не набежали.       Порт-ключ унес всех четверых в хорошо знакомый им дом. Усевшись на диване в гостиной, молодые люди погрузились в раздумья. Во-первых, подобное «везение» выходило за рамки статистики, поэтому уже вызывало вопросы. Во-вторых, происходившее вокруг вызывало желание всех госпитализировать, а, в-третьих, напротив дома стояло неактивное кольцо перехода, которое собирали специалисты СКМП, это было абсолютно точно, потому что на строении наличествовала эмблема Службы. Света побежала наверх в «свою» комнату, уже зная, что найдет там. Действительно, все ее вещи были на месте, что вызвало еще больше вопросов, потому что по времени не сходилось совсем никак.       — Скорее всего, ответы в Хогвартсе, — озвучил Виктор очевидное. — Поэтому Слон с нами сейчас двигает к гоблинам, зафиксирует статус Луны. Сашка, не до игр, девочка в постоянной опасности.       — Понял, — кивнул рыжий юноша. — Дальше?       — Дальше, выясняем про школу, — объяснил Альперович, обнимая свою любимую супругу. — Можем ли мы свинтить. Это важно. И еще надо спросить про то, куда будем винтить.       — Еще надо маму и папу расколдовать, — всхлипнула Светлана, которой вдруг захотелось нормальных родителей.       План в первом приближении приняли к исполнению, потому, пользуясь наличием подключенного в этой реальности камина, с Луной на руках Слон шагнул в местный аналог метрополитена.

***

      Проблем никаких не возникло, поэтому, пока Слон женился на счастливой от этого события Луне, Света с Витей быстро пробежались до букиниста и старьевщика. Нужны были очень старые книги или хотя бы идентификация, когда вот это все наблюдаемое началось. Тринадцатая бригада могла покинуть Хогвартс почти когда угодно, для чего нужно было предупредить школу за три месяца, а вот Луна не могла до пятого курса. Ну сейчас-то могла, наверное… Однако сначала нужно было выяснить все детали.       — Смотри, Малфой, — показал Виктор на хорошо знакомого им по прошлой жизни юношу, отличавшегося высоким самомнением. Сейчас беловолосый в очень скромной одежде шел вдоль стены, со страхом оглядываясь. На его шее виднелась тонкая цепочка, больше напоминавшая ошейник. Увидев, что на него смотрят, Малфой вздрогнул, а когда разглядел кто — в глазах Драко появился ужас. Юноша немедленно опустился на колени, обреченно ожидая непонятно чего.       — Ничего ж себе, — поразилась Светлана, которой зрелище совсем не понравилось. — Пошли поскорее отсюда.       Малфой проводил их полными страха глазами, лишь когда молодые люди скрылись из виду, решился встать и убежать как можно скорее. Увидеть грязнокровок с золотыми значками Драко не ожидал, очень сильно испугавшись, потому что ничего хорошего встреча с ними такому как он не сулила.       Возле лавки старьевщика, занятая разглядыванием окружающей действительности, Света не заметила девочку лет одиннадцати-двенадцати, столкнувшись с ней. Моментально перед целительницей оказалась коленопреклоненная более старшая девушка, принявшаяся просить наказать ее и не трогать ее младшую сестру. Светлана замерла, не понимая, как реагировать.       — Встань и представься, — приказал Виктор, глядя как будто сквозь стоявшую на коленях.       — Дафна Гринграсс, — почти прошептала выполнившая приказ юноши девушка. — Вы меня теперь убьете?       — Дафна Гринграсс, — медленно произнес Альперович. — Ты явишься завтра вот по этому адресу, — он протянул мисс Гринграсс прямоугольник бумаги, на котором был записан каминный адрес их нового жилища. — Мы поговорим.       — Да, господин, — почему-то горько заплакала девушка, постаравшись поскорее скрыться.       — Ничего не понял, — признался доктор Витя. — Видела ошейник у нее на шее? И где их родители?       — Мне страшно, Витенька, — тихо проговорила Светлана. — Мне очень страшно, просто не сказать как…       — Всем страшно, — ответил ей юноша, давя в себе желание убежать и спрятаться. — Давай посмотрим книги.       Английских книг, изданных до тысяча девятьсот восьмидесятого года ни у букиниста, ни у старьевщика не было. На Свету и Витю смотрели со страхом, где-то переходившим в животный ужас, что пугало обоих, поэтому прогулку свернули, отправившись домой. Но перед этим, в конце Косой Аллеи им предстала большая площадь с просто огромным памятником Дамблдору, указующему куда-то. Памятник был засыпан цветами, а у его подножия… Порт-ключ сработал моментально.