Snow dove

Ее грубо толкнули на матрас. Девушка над ней сверху вцепилась ей в горло, целуя и покусывая чувствительную плоть, вырывая из нее постыдные стоны. Однако, прежде чем она смогла продолжить, Коломбина быстро остановила ее, мягко толкнув ее за плечи и успешно разделив их. —Ах-ах, еще нет, дорогая, — сказала она с игривой улыбкой. — Сначала на колени. Глаза Арлекино расширились, румянец появился на ее лице, прежде чем она улыбнулась. Глаза вернулись к своему полуприкрытому состоянию, когда она сползла с кровати, а Коломбина переместилась вперед, удобнее усаживаясь на самом краю. Арлекин опустилась на колени, держа одну из рук Коломбины в своей, покрывая ее нежными поцелуями. —Хм, моя такая послушная, — мурлыча произнесла Коломбина, склонив голову набок и скрестив ноги, хихикая про себя. —Конечно, для тебя я разделила бы землю и море, — ответила Арлекино, поворачивая руку Коломбины и смазано целуя её в ладонь. Девица прикусила губу, двигая бедрами в попытке сохранить самообладание, прежде чем фыркнуть. —Если бы они не могли придумать что-то получше, они бы подумали, что я — богиня, которой ты поклоняешься. —Вы можете по-настоящему быть богиней, —Арлекино вздохнула, глядя на свою возлюбленную, нежно сжимая ее руку, заставляя девушку выше смеяться от легкого удивления. —Моя-моя милая, будь осторожна с тем, что ты говоришь. Что бы ты сделала, если бы ее высочество государыня услышала тебя? Даже не смотря на то, что фраза, сказанная ей, заставила её почувствовать себя теплее, чем обычно, она все же не хотела огорчать то самое божество, которое проявило ко всем им милосердие. Арлекино фыркнула с улыбкой, прижавшись кончиком носа к костяшкам пальцев девушки. —Я уверена, что Ее Величество Царица поймет, какую преданность вы испытываете, когда влюблены, —Она сделала паузу, чтобы снова поцеловать суставы пальцев своей возлюбленной и снова посмотреть в её аметистовые глаза. —В конце концов, она была богиней любви. Коломбина почувствовала, как краснеет, но все еще не убрала руку из мягкой хватки Арлекино. Тихо откашлявшись, она вымолвила короткое «Возможно». Покачав головой, она продолжила: —Не важно, у меня к тебе небольшой вопрос, мой Валет, —Услышав, как ее лорд напевает, она спросила. —Слуга — нечестный человек, не так ли? Арлекино открыла рот, чтобы ответить, но быстро закрыла его, когда Коломбина продолжила. —Итак, мой Валет, откуда мне знать, что ты не лжешь мне? Женщина задумалась на мгновение, потирая большим пальцем тыльную сторону руки своей Девицы, прежде чем, наконец, остановилась и ответила. — Я бы показала вам, —Сказав это она наклонила голову, чтобы посмотреть на свою голубку. —И как ты думаешь это сделать, дорогая?—Коломбина улыбнулась и подняла бровь. Арлекино ухмыльнулась, используя другую руку, которая ранее была на колене, чтобы схватить Коломбину за руку, подтягиваясь, когда она целует гладкое пространство кожи. —Почему бы мне не поцеловать вашу руку у самого плеча? — Она нежно оттодвинула ткань рукава своей возлюбленной, покусывая открытое плечо. Теперь Коломбина была снизу. Она хихикнула от щекотливого ощущения мягких губ своей подруги на своей коже, покраснев от смущения, когда теплая кожа Арлекино, что положила подбородок ей на плечо, наполнило ее тело жаром: «И что потом?» — спросила Девица, перестав хихикать. Не теряя времени, Арлекино повернула голову, быстро и целомудренно поцеловала Коломбину в щеку, прежде чем перейти к ее шее. —Затем, после того, как я поднимаюсь, я спускаюсь обратно, —Она стянула рубашку, все еще прикрывавшую ее возлюбленную, заставив голубку вздрогнуть, когда холод комнаты коснулся ее голой кожи. Она сделала паузу в своем описании, чтобы поцеловать и укусить бледную кожу, которая показалась. — А после этого?—Вновь спросила Коломбина, обхватив ее руки и взяв возлюбленную за плечи. Арлекино вздохнула, положив руки на бедра своей маленькой девушки. —Тогда я остановилась бы у ваших ног, —Она снова поднялась, чтобы прошептать ей прямо на ушко, обжигая своим горячим дыхание чужую кожу. —И тогда я бы раздвинула их в стороны... Она сжала ее бедра, заставив Коломбину вздрогнуть и закусить губу в предвкушении. —Возьми то, что принадлежит мне. И поскольку их губы снова встретились, а ночь продолжалась, если кто-то из других предвестников услышал какие-то подозрительные звуки, доносящиеся из комнаты Девицы, вряд ли они сказали бы что-нибудь об этом на следующий день.