Ангел-хранитель для ангела-хранителя. ФанБинго

      Белые стены с коричневыми подтёками вызывали неприятные чувства. Лепнина над потолком, которая должна была быть украшением комнаты, уже покрылась чёрной плесенью. Было душно, и пахло затхлостью. От жёсткой кровати, неаккуратно застеленной старыми влажными простынями, казалось, тут же стошнит, стоило только прилечь. И пробовать не хотелось.       Впрочем, от тюремной камеры ничего другого ожидать и не следовало. Именно так Ннэ и рассудила, поэтому босыми ногами стояла на холодном каменном полу посередине комнаты, скрестив руки на груди, и закрыв глаза.       «Ничего страшного. Всё равно я только на один день здесь, они скоро поймут, что ошиблись и отпустят», — мысленно успокаивала себя девушка в белом прозрачном платье и с крыльями за спиной.       Ннэ — ангел-хранитель, привязанный к человеку, живущему на Земле. Ангел с длинными светлыми волосами, с глазами зелёными, как свежие листья салата, в белом прозрачном платье до пят и с большими крыльями за спиной.       В тюрьме она оказалась случайно: обвинили в краже. Но Ннэ, конечно же, ничего плохого не делала, так что спокойно сложила крылья за спиной и безмятежно ждала, когда её выпустят.       На следующий день пришли охранники. По белому коридору, такому же заплесневевшему, как и стены камеры, ангела привели в зал казни. Ннэ всё ещё не волновалась, абсолютно веря в справедливость и свою непричастность к краже, но её как-то слишком поспешно приговорили к смерти и тут же казнили через повешение.       Не расспросили, не вызвали свидетелей, не дали возможность оправдаться. Ангела поставили на возвышение под виселицей, крылья заковали в цепи, на шею накинули петлю и затем аккуратно повернули рычаг, который опускал дверцы пьедестала. Ннэ поразилась такому повороту событий, но всё ещё не осознавала происходящее. Она успела всего лишь заметить, что способы казни у ангелов совершенно устарели, когда верёвка сдавила горло.       Стало больно и страшно. Очень хотелось спастись, высвободить горло и свободно вздохнуть. В конце концов, хотелось рассказать о том, что она не виновата и нельзя казнить ангелов вот так просто, не разобравшись. Но вместо этого получалось только болтаться из стороны в сторону и хрипеть. Крылья пронзила боль. Голова запрокинулась назад, а перед глазами поплыли цветные пятна.       Ещё мгновение — и Ннэ больше не двигалась, ещё мгновение — и она умерла. Боль, ужас и это жуткое ощущение верёвки на шее уже не беспокоили. Оставалось ждать воскрешения.       Да. Провинившихся ангелов казнят, а когда они умирают и снова воскресают, то очищаются от плохого.       Ннэ лежала в темноте и не двигалась. Она вспоминала последние минуты перед казнью. В её волосах нашли соломинку, внутри которой находились паучьи яйца. Именно в их краже и обвиняли ангела. А она об этом ни сном ни духом.       «И эта казнь… Не слишком ли? Это несправедливо и жестоко. Я даже не знала…»       Когда ангел окончательно воскресла и к ней вернулись возможность двигаться и видеть, она встала и вышла на улицу поднебесного царства. Никто не провожал, не встречал, никто не сказал ни слова. Просто казнили, просто оставили воскрешать, никаких напутствующих слов. Ничего.       Ей хотелось отдохнуть и подумать, но времени не было. Ангел-хранитель не может надолго оставлять своего подопечного, поэтому Ннэ по-быстрому спустилась на землю к своему человеку, который как раз проснулся и жаловался по телефону на похмелье.       — Аааа… Она напилась и полезла в кусты, там, наверное, эта соломинка и зацепилась в волосах, — пробурчала Ннэ: — Божки-алкоголики те ещё придурки. И очередь к ним вечно длиннющая. Это из-за них меня казнили. Ненавижу…