Станция Площадь Революции

      Софья ехала со своих занятий по фортепиано домой. Жутко измученная, но довольная, ведь учительница пророчила ей скорую поездку во Францию на конкурс. Концертная программа уже была подготовлена и выучена. Софе казалось, что, разбуди её кто ночью, она с лёгкостью сыграет все три произведения. Даже с закрытыми глазами.       Поезд подошёл к платформе практически сразу, что не могло не радовать. Встав прямо у входа и облокотившись о железные поручни, девочка тяжело выдохнула, подняла повыше воротник чёрного пуховика и поправила помпон на вязаной шапке.       - Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Площадь Революции. – Механизированный голос диктора заставил вздрогнуть и поднять глаза на табличку над входными дверями. – Attention, please…       Зевнув, Софья отвернулась и достала телефон. На завтра надо было сделать ещё целую кучу дел. Одна домашняя работа чего стоит! «Тяжела и неказиста жизнь… лицейской восьмиклассницы», - закрыв рот рукой, девочка зевнула и уже хотела зайти в немало известную социальную сеть, как вдруг прямо над её головой раздался чей-то голос:       - Девушка, здравствуйте! Не подскажите, как пройти до Красной Площади?       Софа подняла взгляд на говорившего и осмотрела его с ног до головы. Перед ней из ниоткуда появился парень лет двадцати пяти, от которого пахло не дорогими духами и не сигаретами, а алкоголем. И этот запах бил прямо в нос.       Тишина, висящая несколько секунд, должно быть, смутила незнакомца. Он прокашлялся и с небольшой неловкостью добавил:       - Ну, там ещё Ленин ходит…       - Ага, я так и поняла. – Софья улыбнулся и убрала телефон в карман на молнии. – Подскажу. Вам на следующей станции выйти надо будет, потом по эскалатору подняться и всё.       - Спасибо, девушка! – Парень обернулся за спину и довольно протянул, - видишь, Сань, а ты говорил, что далеко! Поехали на Красную Площадь?       Софа чуть наклонилась влево, чтобы рассмотреть, с кем же ведёт диалог её новый знакомый, и смогла лицезреть такого же среднестатистического юношу. Только «Саня» выглядел чуть моложе, чем его друг. На вид – года двадцать два. Максимум двадцать три.       - Не, спасибо. Я пешочком прогуляюсь, - за долю секунды до закрытия дверей «Саня» выскочил из вагона и, смеясь, помахал уезжающему поезду.       Софья слабо пожала плечами и уже было снова потянулась за телефоном, как вдруг новый знакомый снова завёл разговор, неловко кашлянув перед этим.       - Вы не подумайте, я просто с Лениным сфоткаться хочу…       - Да я понимаю. – Девочка закрыла рот кулаком, чтобы не рассмеяться.       Ситуация казалась очень забавной. Очень хотелось увидеть лицо ценителя революции после того, как он узнает, сколько на самом деле лет его собеседнице. Даже телефон уже не так сильно влёк к себе. Вечер становился всё более и более интересным.       - Жвачку будете? У меня мятная есть и классическая.       - Не, мне нельзя. – Софа чуть наклонила голову.       - А что так? – Парень слегка обиженно цокнул языком и недоверчиво прищурился. – От незнакомцев не берёте ничего?       «Бинго!» - Девочка улыбнулась, но предпочла придумать какую-нибудь правдоподобную отговорку (хотя для полупьяного человека любой бред может показаться правдой). Скажи она правду, маленький спектакль с ней в главной роли тотчас же подойдёт к концу. А этого хотелось в последнюю очередь.       - У меня язва просто. – Софья говорила с абсолютно серьёзным лицом, повода не верить ей у незнакомца не было. Хотя внутри девочку буквально разрывало от смеха. – Занимаюсь музыкой и театром, поесть не успеваю. Вот и получила гастрит, который грейпфрутовым соком запила.       «Не зря я к Константину Дмитриевичу ходила в театр. Хоть убедилась, что вру профессионально и красиво», - Софа мученически вздохнула и, захлопав глазами, посмотрела на парня перед собой. Тот понимающе закивал и грустно констатировал:       - Бедное наше поколение, все болячки на нас падают. Вот у Сани тоже язва. Ну, у него она из-за того, что он семь бычков на спор сожрал. Но язва же есть язва, правильно?       - Конечно.       - Во-от. А вообще, что такое язва?       - Большая проблема.       - Да. А ещё язва – это вредная девушка. Вот вы не такая, я по глазам вижу.       «Да ну?» - Софья выгнула одну бровь, - «а почему тогда мне все обратное говорят?»       - Спасибо.       - Вам спасибо. – Парень буквально расцвёл и отвёл взгляд в сторону. – А давайте познакомимся уже? Меня вот Паша зовут. В паспорте – Павел. В жизни – Паша. Для друзей – Пашок, для матери – Лапушок. А вас как?       - Софья. – Девочка кивнула, как бы подтверждая свои же слова.       - Ой, какое красивое имя! А вы знали, что Софья – это греческое имя. Мудрость означает. Восхитительное имя, правда-правда.       - Спасибо. Паша тоже неплохое имя.       - Вы мне льстите. – Павел расцвёл и быстрее залепетал, - ой, а вы знаете, я себе всегда в жёны именно Софью хотел. И подруга мне на картах именно Софья нагадала. А ещё цыганка на Курском вокзале мне сказала, что я только с Софьей своё счастье обрету. Везде меня это имя чудесное преследует, а тут вдруг – БАЦ! И Софья! Не может быть! Может, вы и есть моя судьба?       Девочка едва не поперхнулась воздухом. Кажется, шутка зашла слишком далеко, её надо было прекращать. Только как? «Сказать, что меня зовут не Софья? Может, Настей теперь буду? Хотя, нет, плохая идея… сказать, что у меня парень есть? А если он скажет, что парень не стенка, может подвинуться? Тогда мне вообще нечего отвечать будет. Сказать, что замужем? Кольца нет. А если заявить, что меня пьяницы не интересуют? Хотя, он не пьяница, наверное… ещё и получить могу за такие слова…»       За доли мгновения в голове пролетела добрая сотня мыслей. Были и очень сложные планы в несколько ступеней, были и простые отговорки по типу: «В метро не знакомлюсь» или «Не для тебя, Паша, мама ягодку растила». Но ни одна идея из этой сотни не казалась достаточно достойной и подходящей.       Поэтому Софья не придумала ничего лучше, чем просто ляпнуть самую первую проскользнувшую мысль:       - Может быть, судьба. Только мне четырнадцать.       На лице Павла за секунду сменилась целая гамма эмоций.       - Внатуре?       - Ага.       - Прям четырнадцать?       - Прям четырнадцать.       Парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но его прервал всё тот же механический голос, отчеканивший:       - Станция Площадь Революции.       Двери открылись, небольшой поток людей хлынул на перрон. Павел посмотрел на Софью и, искренне улыбнулся, по-доброму заключил:       - Ну, если ты моя судьба, то ещё встретимся. Лет так через пять. Когда тебе девятнадцать будет.       Он выскочил из вагона, и двери снова захлопнулись. Объявили следующую станцию – Курская. И Софа снова осталась один на один со своим телефоном, о чём ни капли не сожалела. Девочка поспешила описать всё произошедшее с ней лучшей подруге.       Вот так и закончилась самая короткая история любви будущей пианистки и главного фаната Владимира Ильича.