flowers in a vase.

хюнин кай давно мечтал о татуировке, лет с четырнадцати точно. однажды он увидел небольшой рисунок на теле своего друга (чхве субин тем днём получил в свой адрес множество вопросов), который очень впечатлил его. это была бабочка с красивым узором, расположившаяся прямо под выпирающими рёбрами. на худом старшем она выглядела слишком великолепно. узоры аккуратно покрывали его кожу так, будто он с этим рисунком родился. в шестнадцать кай серьёзно задумался об этом. часто листал ленту пинтереста, рассматривая разные эскизы, но бить не решался: то ли боялся, что родители не одобрят, то ли свою роль играл страх иглы. но наброски сохранял: что-то удалял, так как со временем переставало интересовать, что-то складывал в свою папку в галерее, где оно оставалось надолго. блондин пообещал, что в восемнадцать точно решится. точно оставит на своём теле подобное искусство. парень интересовался у многих знакомых мастерами, где делал тату тот же субин, разговаривал об этом с родителями. те не были в праве запрещать, ведь юноша станет уже совершеннолетним, но, скажем так, они не в восторге от такого решения.

остаётся только ждать.

сегодня как раз четырнадцатое число последнего месяца лета. наконец хюнину исполнилось знаменательное число — восемнадцать.

сегодня он занят обычными делами, которыми все занимаются в свои дни рождения.

сегодня он в кругу своих близких. сегодня он начнёт буянить со своими друзьями. сегодня он ляжет поздно, ведь празднование затянется до глубокой ночи.

чем он будет заниматься завтра?

завтра он встанет с тяжестью в голове.

завтра он будет ужасно сонным. завтра вечером он будет сидеть в одном помещении с тату-мастером.

тату-салон находился не так далеко от дома хюнина, поэтому он решил прогуляться пешком до этого места, а заодно и подышать свежим воздухом, чтобы успокоиться. он, разумеется, переживал, волнение присутствовало. не хотелось опозориться, когда парень начнёт верещать от неизвестных ему чувств. подумав об этом, кай ударил себя по лицу, стыдясь. ему действительно не хотелось попадать в такую ситуацию, а зная себя самого... это могло произойти на самом деле. записался блондин ещё за неделю до сеанса: переживал о том, что не будет мест. и всю эту неделю держался подальше от выпивки. не то чтобы он любил алкоголь. парню предлагали выпить в его совершеннолетие, но он наотрез отказался, ссылаясь на скорый сеанс. записался он к мастеру по имени ёнджун. хюнин кай видел его работы, и ему понравилась идея набить у него, тем более только этот мастер в салоне практиковал минимализм. блондин обожал минимализм во всех сферах. старался придерживаться этого течения во всём, исключая интерьер своей комнаты. за пределами художественного колледжа он рисовал именно в таком стиле: ему безумно это нравилось. минимализм появился в его жизни лет в пятнадцать, и с тех пор юноша не расставался с ним. кай действительно получал эстетическое удовольствие от этого. и вот он здесь. стоит напротив салона в каком-то подвале жилого дома. На вывеске крупными буквами написано «mikeneko tatto». название внушало доверие. прежде, чем сделать последний широкий шаг во внутрь, парень засомневался: хорошая ли это была идея? глубоко вздохнув, он всё же вошёл. — здравствуйте, — смущённо поздоровался хюнин, немного склонив голову, наблюдая за девушкой, сидящей на входе. — добро пожаловать, — сотрудница весьма располагала к себе. её внешность не была экстравагантной, особенно для такого места: чёрные длинные волосы с чёлкой, предплечья забиты чернилами, может, и ещё какие-то части тела, но хорошо видны только руки. одета вполне прилично. — у вас запись? — да, на 18:30. в холле тату-салона царила своеобразная атмосфера: повсюду висели необычные картины, красовались разные фигурки, приятно пахло, даже аквариум стоял. там же расположились два оранжевых дивана, что точно привлекало внимание. На них сидел какой-то парень с тёмным маллетом. он быстрым взором посмотрел на кая, но, уловив взаимный взгляд на себе, снова уткнулся в свой телефон, в котором что-то увлечённо читал до этого. а сотрудница в это время рассматривала свою тетрадку с записями, выискивая нужное время. — ваш мастер – чхве ёнджун? тогда он вас уже ждёт, — девушка улыбнулась и рукой показала на дверь, находящуюся прямо перед ней. сквозь стеклянную панель в двери хюнин посмотрел в помещение, где спиной к нему сидел мастер. первое, что бросилось в глаза — внутри комнаты на стене было изображено несколько цветов, очень ярких цветов, много занимательных настенных картин и огромный веер с тигром. настоящий, большой, даже громадный веер, прикреплённый к стене. творческие люди иногда пугают. — привет-привет, — заговорил темноволосый парень, встав со своего места. он хотел продолжить, но, видимо, забыл имя своего клиента. — здравствуйте. хюнин кай, — светловолосый пожал руку мастеру и присел на рядом стоящий стул. — твоё первое тату, да? — пытался создать дружелюбную атмосферу чхве, одновременно выискивая эскиз, который они вместе по мессенджеру подготовили. — волнуешься? — немного, — нервно усмехнулся хюнин, почёсывая затылок. — но раз первое тату на моём теле оставите вы, то я не переживаю. — не люблю так официально, — вернулся ёнджун с материалами, — может, на «ты»? — конечно. последующие несколько часов проходили в приятной обстановке. они ещё раз обсудили место для миниатюрной татуировки цветов в вазе, окончательно остановившись на предплечье. ёнджун прошёлся бритвой по нужной части тела, хоть и особой необходимости в этом не было: кай подготовился и к этому. нанёс трансферный гель, плотно прижал эскиз к коже, а позже снял ненужную бумагу. во время самого процесса нанесения тату хюнин лишь пару раз всматривался в движения мастера, остальное время он предпочитал тратить на бессмысленные разговоры то ли с самим собой, то ли со старшим и разглядывание помещения. ритм чхве, к слову, был лёгким, расслабленным. он нисколько не переживал, но был предельно внимателен ко всему, даже к разговорам клиента. сразу видно — профессионал своего дела. хюнин кай даже не ожидал того, что не будет нервничать. оказалось, что было всё не так страшно, как он выдумывал себе. или это из-за странного чувства спокойствия, которое он получал от чхве ёнджуна? впрочем, не только он испытывал это необычное ощущение. темноволосый изредка поглядывал на своего клиента, который всё время о чём-то болтал. этот взгляд не был обычным, которым парень смотрел на кого-то ещё. этот взгляд был каким-то другим. — мы закончили, — отрезвил самого себя старший, окликая светловолосого. он промыл татуировку влажной тряпкой, а потом заклеил плёнкой. — думаю, мне стоит напомнить о заживлении. плёнку пять дней не снимай, чесать нельзя. когда снимешь её, то не забудь регулярно мазать заживляющим кремом. а оплата той девушке, что тебя встречала. — спасибо тебе, ёнджун, — младший смотрел, не отрываясь от аккуратных линий на своей коже. — я правда благодарен. выглядит потрясающе. — без проблем, — чхве хотел продолжить, но остановился на полуслове, провожая взглядом уходящего хюнина. — погоди. — м? — юноша обернулся, выпучив свои глаза. его ладонь спустилась в карман за купюрами. — если захочешь ещё тату, то заглядывай ко мне. если мы, ну... если мы сможем сблизиться, то я был бы счастлив набить с тобой парные. последняя фраза прозвучала слишком неуверенно, что никак не подходило к образу этого парня. хюнин немного смутился и отвёл взгляд. — конечно, было бы круто. я могу написать тебе позже? интонация была ещё более нерешительной, чем у чхве ёнджуна. — конечно, — замялся тот. — конечно, кай.

парные татуировки они всё-таки набили

спустя несколько месяцев после их первой встречи.