Андроид-4419. Персональное имя — Ли Феликс

      После учёбы все обычно собирались в главном зале для перерыва перед обедом, поэтому в это время дня здесь всегда было довольно шумно. Феликс, Чан и Сана направились туда в надежде, что Ёсан появится хотя бы там. Они не ошиблись, но облегчения это ни на грамм не прибавило. Скорее, наоборот.       Кан вбежал в зал взъерошенный и возбуждённый, его глаза горели, а в руке, крепко сжатой в кулак, он что-то держал. Феликс вместе с Учителями заметил его только тогда, когда он выбежал на середину зала, разогнав толпу, и, подняв руку вверх, закричал: — Эй, вы все! Посмотрите на меня! Ли, расширив глаза от испуга, хотел было броситься к нему, чтобы остановить, но Чан крепко схватил его за плечо и строго посмотрел на него, не давая сделать ни шагу. 4419 опомнился и взволнованно перевёл взгляд на Ёсана. Толпа быстро расступилась в стороны, непонимающе глазея на одного из андроидов. Ёсан даже не переоделся после сна, так и оставшись в тонкой спальной одежде, в которой они все ходили и на завтрак тоже. Сквозь ткань рубашки светил круглый голубой экран Датчика. — Вы хоть знаете, что вокруг вас происходит?! Знаете, почему мы живём в долбанной полупустыне?! Почему нам не разрешают выходить наружу?! Почему нам всё запрещают?! Ли бросил перепуганный взгляд на Сану и Чана. Оба смотрели на Ёсана неверящими глазами, но, в отличие от андроидов, к которым и обращался Кан, у всех присутствующих в зале Учителей было во взглядах что-то... Они знали всё это. — Десять лет назад андроиды, которых раньше звали роботами, напали на своих же создателей, — Ёсан оскалился и встретился взглядом с Феликсом. Весело подмигнул ему, будто ничего ужасного не происходило. Ли уже сейчас готов был зареветь. — На людей. После этой масштабной войны половина человечества до сих пор живёт в разрухе. Люди стали бояться нас, как самых страшных болезней или стихийных бедствий! И только малая их часть примерно два года назад отважилась реализовать проект по созданию нас, андроидов, чтобы доказать самим себе, что они — самые умные существа на свете, которые смогут настолько улучшить нас, чтобы мы никогда даже мысли не допустили о нападении! Люди, видимо, совсем не умеют учиться на своих ошибках, — он усмехнулся, и Феликс почувствовал, как громко стучит его сердце в ушах. — Вот поэтому нас ограничивают во всём! Считают, что если мы не будем знать половины необходимой для жизни информации, то всё будет прекрасно, но они не учли, что отклонения всегда случаются! А знаете, почему нас не выпускают? Потому что та самая половина человечества, которая живёт на последние копейки, всё ещё не готова принять нас! Они всё ещё боятся того, что война может начаться вновь! И именно поэтому Корпорация находится здесь, именно здесь, в стороне от цивилизации! А вы знаете, что работникам Корпорации нельзя выезжать из страны по этой же причине?! Никто не хочет, чтобы число андроидов росло и рассредотачивалось по всему миру! — Ёсан!! — от одного из выходов неожиданно послышался грозный голос Чонхо. У Феликса вспотели ладони и задрожали ноги, а дышать стало трудно. Чан сильнее вцепился в его плечо.       Кан бросил на Чхве лишь секундный взгляд, а потом, облизав губы, поднял руку с флешкой выше. — Вот здесь есть всё то, о чём я вам рассказал сейчас! — он нервно усмехнулся, наверное, только сейчас понимая, что андроиды не знали и половины тех слов, что он сейчас произнёс. Чонхо начал пробиваться через удивлённую толпу, и Кан, крепче схватив свою находку, начал отходить в сторону от него. — Люди сами создали нас, но при этом считают самыми жалкими созданиями на земле, хотят, чтобы мы были их рабами, но при этом думают, что мы не нападём на них больше! — Ёсан, верни флешку! Сейчас же!! — почти прорычал Чхве, всё ближе подбираясь к андроиду. Феликс едва стоял на ногах. — Мы не ваши рабы, ясно?! — посмотрев прямо в глаза Смотрителю, выкрикнул Кан, сжимая флешку в кулаке так, словно это был его спасательный круг. — Ёсан, твою мать, я убью тебя! У Феликса подкосились ноги, и Чан поймал его под мышками, крепко прижав к своей груди. Ли почувствовал спиной, как быстро бьётся его сердце. — Будущее планеты должно быть за нами, а не за какими-то там людьми, которые даже не могут выучить историю и понять, что она циклична!       Наверное, это стало последней каплей. Чонхо в один короткий миг преодолел оставшееся расстояние между ними и, грубо схватив не успевшего даже пикнуть андроида в охапку, вцепился в Датчик на его груди, резко вырывая его вместе с куском ткани от спальной рубашки. Послышался треск и ужасный хлюпающий звук, по залу прокатилась волна изумлённых восклицаний, и Ёсан тряпичной куклой повис в чужих руках, уронив флешку на пол. — Глупый андроид, — тихо произнёс Чонхо, качая головой. Сана закрыла рот руками, давя рвущийся наружу испуганный крик, а Чан с ужасом почувствовал, как Феликс в его объятиях обмякает всем телом. — Эй, нет-нет-нет, Ликс, только не сейчас, — зашептал он, побоявшись, что этот шёпот был слишком громким в гробовой тишине зала.       Послышался грохот, с которым мёртвое тело упало на идеально чистый пол. Чонхо поднял флешку, облизывая губы, пока Чан, развернув Феликса лицом к себе, пытался привести его в чувство. Тот находился где-то на грани сознания, медленно моргал и был бледный, как смерть, его губы приобрели нездоровый серый оттенок. — Минатозаки! — Я! — Сана, как, впрочем, почти все остальные, подпрыгнула от испуга. Её голос дрогнул, а в глазах стояли слёзы, но она всё равно первая пошла к Чхве, не дожидаясь, когда он сам подойдёт, чтобы не подставлять Чана с Феликсом. Совершенно ни к чему было знать, что в зале был ещё один дефективный андроид. Девушке было страшно, она боялась всего, чего угодно, да и взгляд Смотрителя был всё ещё очень злым. Но потом он смягчился, став усталым, а сам Чонхо только вздохнул. — Примерно через неделю тебе вырастят нового андроида. Будешь обучать его. Свободна, — он обернулся на лежащего в нелепой позе на полу Ёсана, с вырванным Датчиком и безжизненным пустым взглядом, устремлённым в потолок. Рубашка на его груди окрасилась в алый. — Уберите это, — обратился он к клинерам, и те поспешно поклонились, засуетившись. Чонхо покинул главный зал.       Чан затащил так и не пришедшего в себя окончательно Феликса в учебный отсек, сразу же подводя его к раковине. Сана зашла следом, и дверь тихо закрылась, на время отрезая их троих от всех остальных. — У тебя есть нашатырь? — спросил Бан у девушки, потому что андроиду, кажется, было всё хуже и хуже. — Есть, но у меня аптечка в комнате, — голос Саны всё ещё дрожал, и Крис, повернувшись к ней лицом, заметил слёзы в её глазах. Вздохнул тихо. — Принеси, пожалуйста. Она кивнула и поспешно вышла, а Чан, понимая, что вода сейчас не особо поможет, уложил Феликса на стол. У него подрагивали ресницы, он, кажется, пытался открыть глаза, но у него не получалось. Мужчина, нервно облизав губы, подложил свою сумку ему под ноги. Потом, подумав, снял с себя кофту, скомкав её и положив сверху на сумку. Подошёл к другому краю стола и аккуратно похлопал Феликса по щекам. — Ликси, солнце, очнись, — Бан прикусил губу, нахмурившись, когда андроид жалобно заскулил, но не открыл глаза. — Ну давай же, маленький. Чан надавил ему на участок над верхней губой, и Ли, скривившись, дёрнулся, разлепив ресницы и посмотрев на него. Крис облегчённо выдохнул. — Ёсан... — из глаз Феликса полились слёзы, и Чан успокаивающе обхватил его за плечи. — Ёсан, он... — Мне жаль, Ликс. Андроид всхлипнул, поднявшись, и вдруг резко покачнулся, болезненно сдавив руками виски. — Голова... голова кружится, — он издал странный булькающий звук в конце, теперь уже схватившись за горло, и Чан, поняв, в чём дело, быстро поднёс его к раковине. Феликсу сдавило грудь, а глотку обожгло странное противное чувство, и он, согнувшись над раковиной, вцепился в неё мёртвой хваткой. Его вырвало, рёбра заломало, а в нос ударил кисло-сладкий запах. Он слезящимися глазами уставился на месиво, которое до этого было его завтраком, и едва сдержал новый позыв тошноты. Захотелось пить. Включив кран, он прижался ртом к прохладной струе, жадно хватая воду губами. Он знал о том, что такое рвота, но впервые испытал это на себе. Ощущение не из приятных, его ещё и трясло.       В отсек зашла запыхавшаяся Сана с бутыльком нашатырного спирта в руке, но, увидев, что андроид уже очнулся, тяжело вздохнула. Чан, кажется, даже не заметил, как она пришла, обеспокоенно наблюдая за Феликсом, и только стук от поставленного на стол бутылька заставил его обернуться.       Ли, выключив тем временем воду, поджал губы, всё ещё склонившись над раковиной. Живот крутило от пережитого волнения, а перед глазами всё стояла картинка того, как Смотритель Чхве вырывает Датчик из груди его друга. Тот, кто, как наивно полагал Феликс, в последнюю очередь должен был навредить Ёсану. Он вдруг вспомнил, как Кан вернулся в спальный отсек с разбитым носом, и у него вновь всё поплыло перед глазами. Это что у них за любовь такая получается? — Ненавижу, — тихо выдохнул 4419, и Чан рядом мягко дотронулся до его плеча. — Всех вас ненавижу, всех! — он вдруг резко выпрямился, злобно посмотрев на Криса. — Вы убили моего друга! — его нижняя губа дрогнула, а голос сорвался, и Ли рухнул на пол, закрывая руками лицо. — Из-за вас он умер! Бан приземлился рядом, тяжело вздохнув и снова приобняв Феликса за плечи. — Если бы вы не скрывали ничего от нас, этого бы не произошло! — андроид посмотрел на мужчину. Всё его лицо было сырым из-за слёз. — Это вы виноваты! — Феликс, послушай меня, — строго начал Крис, сильнее сжав его плечи пальцами. — Не смей винить нас в том, что произошло, ясно? Ли впервые увидел злость в его глазах. Это напугало, но он не подал виду. — Но ведь Ёсан говорил правду, верно? — Да, Ликс, он говорил правду, за что ему и пришлось поплатиться. Но к его смерти причастен только Чонхо. — Но вы считаете нас своими рабами! Бан ещё крепче схватил его за плечи. — Это так, кто-то считает, но далеко не все, поверь. Хотя бы я и Сана. Если бы мы так считали, вам с Ёсаном уже давно стёрли бы память или того хуже... избавились бы от вас. — Но с Ёсаном именно это и произошло, — голос андроида сел, и слёзы с новой силой покатились по его лицу. — Потому что он сам этого добился. Он сам затеял это всё, и, возможно, он даже знал, чем всё закончится для него. Пойми, Ликс, — тон Чана смягчился, и Феликс всхлипнул, прижимаясь лбом к его груди, когда мужчина обнял его за лопатки, — никто не ожидал, что всё случится... вот так. Тем более, ты ведь говорил мне, что Чонхо и Ёсан любят друг друга, так что это было вдвойне неожиданно. Кажется, любил там только твой друг. Ли с новой силой заплакал, всё ещё не веря в то, что произошло, и Чан, наконец, посмотрел на Сану, стоящую чуть в стороне и закрывающую рот рукой. Она тоже плакала.       Кристофер, вздохнув, встал и поднял Феликса, усадив его на стол напротив себя и обхватив ладонями его мокрое лицо. Андроид прикрыл глаза, снова всхлипнув. — Почему из пары всего с одним человеком любить оказался способен тот, кто человеком и не является даже? — Любой может быть человеком, Феликс. Андроид открыл глаза, посмотрев на Чана. — Ёсан говорил что-то похожее. Он прочитал это в книге Смотрителя Чхве. Но мы не такие, как вы, Чан. Мы выглядим абсолютно так же, но у нас нет души, а нашу жизнь контролирует грёбаный Датчик. Мы не люди. Я не человек. Ты же прекрасно знаешь это. — Феликс, я понимаю, что это сложно, но тебе просто нужно больше опыта, чтобы осознать это. Любой может стать человеком, но при этом не каждый человек может им быть. Я знаю, как странно это звучит, но, поверь, ты поймёшь со временем, что это значит. Ли шмыгнул носом и отвернулся, не зная, что ответить. Его совсем недавно выстроенный мир пошатнулся, треснув напополам, превратившись в "до" и "после". Его единственного друга убили, и теперь он чувствовал себя невыносимо одиноким, несмотря на поддержку Чана и Саны. Теперь он единственный такой среди андроидов. Дефективный.       Крис устало вздохнул, видя, как Феликсу тяжело, и подошёл к Сане, которая уже начинала потихоньку успокаиваться, но тоже выглядела абсолютно разбитой. Кажется, она винила себя в смерти своего андроида. Мужчина обнял её и, снизив голос до шёпота, чтобы Феликс не услышал, произнёс: — Ему нельзя здесь оставаться.