Сенситер

      Сегодня привезли очередную девушку. В этот раз — русская студентка, переехавшая в Америку(а точнее — Бостон) для обучения. Паспорт и некоторые другие документы(такие, как медицинская книжка) также уже у меня, что на самом деле удивляет. Эти идиоты никогда не были способными приносить документы одновременно с телом, ха-ха. Неужели босс наконец-то сменил охотников?       Как мне сказали, транквилизатора должно хватить ещё на час, в лучшем случае — полтора, так что пора начинать. Кружка чая, конечно, соблазнительно смотрит на меня, но терять работу не хочется. Девушка уже в приёмной, так что я тоже отправился туда. Ах да, надо не забыть взять с собой новую папку и документы подопытной.       На кушетке в приёмной без сознания лежала блондинка в одном нижнем белье чёрного цвета. — Нет, охотники не поменялись — снова не привязали её к койке. — произнёс я с досадством.       Что ж, мне не привыкать делать это за них. Подписав обложку папки "Подопытная №057", я перевернул страницу и понял, что забыл фотоаппарат с клеем в своей комнате. Сходил за ними и вернувшись, я сделал несколько щелчков и приклеил три сделанные фотографии — общего плана спереди и сзади(пришлось переворачивать девушку) и лица крупным планом — (естественно, пронумеровав цифрами от 1 до 3) на уже типичное место для них — правый край первой страницы. Слева же от них должна была располагаться основная информацию о жертве, которую я и принялся запоминать. Ниже приведу слово-в-слово вырезку оттуда: Имя: Вероника Рудова Возраст: 21 Рост: 163 см Вес: 52 кг Дата рождения: 08.03.2001 Группа крови: II Резус-фактор: отрицательный       Рост и вес измерялись вручную, как и со всеми остальными подопытными. Ниже, на этой же странице, находились сканы паспорта, сделанные мною на ксероксе, стоявшем в углу комнаты. На следующую странице(и ещё на нескольких последующих, чьё количество менялось от девушки к девушке) записывалась информация о всех её болезнях, как и хронических, так и приобретённых. Самая муторная часть заполнения досье — от меня требовались подробные записи даже о детских простудах "пациента".       Время от времени я поглядывал на девушку — её подтянутое тело манило к себе, чего мне делать было запрещено до определённого момента в экспериментах, когда становилось понятно, что подопытная больше не выдержит, либо сошла с ума. Впрочем, каждая из участвовавших в опыте девушек заметно теряла в красоте к тому времени. Хотя, стоит побыть честным, это уходит на второй план(если, конечно, тело не становится слишком изуродованным), когда больше года живёшь вдали от цивилизации в практически полном одиночестве(серьёзно, мне даже лаборантов не дали, хотя он был бы чертовски полезным с моим занятием).       Достаточно поныл? В любом случае, всё не так плохо, каким может показаться — за деньги, которые мне платят, любой согласился бы на намного более худшие условия. Хотя и получить их я смогу лишь тогда, когда опыты принесут положительный результат. Что ж, пока не принесли. Может, этот раз будет прорывным?       Фух, наконец-то я завершил переписывать историю болезни девушки. Из самого интересного и полезного могу выделить лишь аллергию на цитрусовые и врождённый порок сердца небольших размеров. Также, пару дней назад обратилась к врачу с ангиной. Вероятнее всего, болезнь ещё не вылечена. Теперь необходимо перенести девушку в другую комнату, где она и будет ожидать встречи с боссом.       Через полчаса девушка очнулась. Под её крики и требования отпустить я вызвал босса, который появился на пороге где-то через час. — Какие ожидания? — крепким голосом произнёс босс, снимая верхнюю одежду и вешая её на крючок на белой стене.       Его лицо, как и всегда, скрывала чёрная маска на всё лицо, оставлявшая заметными лишь бледно-красные губы(иногда виднелись и кристально-белые зубы, когда губы босса складывались в зловещую улыбку) и кровожадные глаза ярко-жёлтого цвета. Никогда раньше не видел столь налитой цветом радужки. Судя по голосу, ему можно было дать лет 25, в крайнем случае — 30, но даже эта цифра тщательно скрывалась от меня, и уж тем более от подопытных. Из одежды же на нём всегда были одно из разнообразных худи(сегодня — белого цвета с чёрным черепом на спине) и джинсы, как правило, синие. Чёрные перчатки, которые он никогда не снимал в пределах здания, также были при нём. — В этот раз должен быть, если и не завершение, то серьёзный прогресс в формуле препарата. — несколько скомкано отвечал я. Буду честен, этим человеком я восхищался, и на то были причины — от властной походки до его хронической жестокости. Этот человек привык получать то, что хочет и получил бы сейчас; не от меня — значит, от любого другого учёного, коих на планете не мало. Не стоит винить меня в соучастии многим грязным преступлениям, происходящим в этих столь чистых стенах. — Очень сильно надеюсь на это. — его голос сверкал весёлым тоном, и даже небольшой добротой, но одновременно с тем, не скрывал упрёка и недовольства за много безрезультатных месяцев.       Босс прошёл в комнату с девушкой и, усмехнувшись, начал разглядывать её, игнорируя обращенные к нему слова. — Жаль, что никто тебя не воспитал за 20 с лишним лет. — произнесся это, он подошёл к девушке и сжал её челюсти так, чтобы она не могла говорить — Придётся мне этим заняться. Теперь слушай меня… — он прервался, сделав наслаждённый глоток и такой же вздох. — Такая сладкая ненависть… Но я предпочитаю боль.       На его лица появилась уже знакомая мне улыбка, сообщающая о том, что должно произойти через секунду. Раздался хлёсткий звук.       Тыльной стороной ладони босс дал девушке пощёчину. Её кожа загорелась болезненно-красным. Она хотела закричать, но босс вновь сжал челюсти, заставляя замолчать. — Теперь слушай меня. И очень внимательно. Во-первых, соблюдай чёртов этикет. Нельзя перебивать собеседника, и тем более нельзя этого делать, когда ты находишься в гостях. — он умышленно сделал ударение в предложении на последнее слово, провоцируя злость в подопытной — Вероника? — босс обратился ко мне. — Да, сэр. — я покорно ответил. — Что ж, тогда я буду… Я уже назывался Джозефом? — он вновь задал мне вопрос. — Дважды, сэр. — Тогда буду Лукасом. Лукас Сенситер, попрошу уважительного отношения к себе. — он разжал голову Вероники. — Какого хрена я здесь? — сказала девушка, сильно разозлившись. Лукас наслаждался этим. — Ох, — наигранно грустно вздохнул — материться — неприемлемо для молодой девушки. Убедительно попрошу впредь следить за своим языком, или этим придётся заняться мне лично. Но так и быть, я удовлетворю ваше любопытство. Я привёз вас сюда, чтобы вы помогли развитию науки и поучаствовали в одном важном эксперименте. Зачем мне это и в чём заключается суть опыта? Видите ли, я — не совсем обычный человек, а если быть до конца откровенным, то я — совсем необычный человек. Мой рацион отличается от вашего — я не питаюсь обычной едой; она не даёт мне абсолютно ничего. Для выживания мне необходима другая диета. Из чего она состоит? Из эмоций других людей, из их чувств. Но есть одна проблема — подходят только плохие, негативные чувства. Именно для этого я и создал это место и привожу сюда девушек и плачу этому жирдяю, что стоит позади меня. — признаюсь, прозвучало это достаточно обидно — Он создаёт, или делает вид, что создаёт — это мы узнаем сегодня, проверив на тебе — препарат, способный погружать человека в кошмары, заставляя чувствовать те самые эмоции, которыми я и питаюсь. Неси сюда дозу! — крикнул босс мне. — Тебе больше подходит фамилия Щититер. — съязвила его собеседница. — Эта шутка перестала быть смешной после третьего раза, когда я её услышал. А ещё ты вновь нарушила правило о мате. — ещё одна пощёчина встретилась с лицом девушки.       Я выполнил указание и принёс заранее подготовленный шприц с зелёной жидкостью. Под пристальным взором Лукаса я сделал девушке инъекцию. — Отпусти! Ты не имеешь права! — девушка снова начала кричать, но быстро замолчала и впала в полусон. Одно из побочных действий препарата. — Нам остаётся только подождать несколько минут, сэр. — сообщил я Сенситеру, пока девушка вынужденно закрывала глаза.       Видимо, через несколько минут сыворотка начала действовать, и глаза моего босса почернели. Они стали полностью чёрными, когда он закричал, непривычным даже для себя, дьявольским голосом. — Это оно! — прокричав, он упал на серую плитку пола и снял с себя маску.       В его нынешнем состоянии, когда всё лицо стало чёрным, будто смола, и потеряло любые отличительные свойства, она действительно переставала быть необходимой.       Встав с пола, он ужасающим взглядом посмотрел на меня. Именно тогда, заглянув в его глаза, я понял, что мне пора уходить. Покинув комнату, я закрыл дверь и сел у себя в кабинете. Бесконечные крики и звуки ударяющегося тела разрывали уши даже через стены(учитывая, что между комнатами находились другие).       Впрочем, продолжалось это недолго. Уже через 20 минут босс вышел ко мне, уже в своём обычном состоянии: — Сделай действие сыворотки более длительным — она проснулась через одну третью часа, что слишком быстро. Это первое, — он вытер окровавленные перчатки об висящее рядом на стене полотенце. — а второе… Не знаю, как, но ты обязан вытянуть из неё всю информацию о том, что она видела во сне. Это чертовски важно. Ты понял меня? — он угрюмо говорил всю свою фразу, укоризненно взглянув на меня во время последнего предложения. Хотя даже так было видно, что Сенситер остался доволен последними результатами сыворотки. — Да, сэр. Девушка в сознании? — Без понятия. Ты и проверь это. — он направился к выходу, но вдруг остановился продолжить свою фразу — Не забудь взять новые наручники. И прошлые вытащи из неё — попали в одну из ран. Хотя, можешь не трогать их — не имеет значения. — он продолжил движение к крючку и надел куртку. — Как скажете, сэр. Отправить её в комнату после записей? — спросил я; Лукас не стал и оборачиваться. — Само собой. — быстро произнеся это, он покинул здание.       Я отправился в комнату к Веронике и… Это переплюнуло все мои самые смелые ожидания и, уж тем более, все прошлые подобные случаи. Все стены были залиты кровью, уже начавшей застывать. Стул, к которому была привязана подопытная, оказался расколотом на две части; одна из них валялась у порога входной двери, другая — в противоположном углу. Сама же девушка оказалась без сознания в метре налево от входной двери. Из-под ребра у неё торчал осколок металлических наручников. Всё её тело было покрыто повсеместными гематомами; многочисленные кровочащие раны успели создать лужу красной жидкости вокруг девушки.       Перенесся девушку в другую комнату(прошлую убирать мне придётся ближайшей ночью), я привязал её к кушетке. Сейчас надо было полноценно обследовать полученные травмы(и записать их в папку, само собой) и всё-таки вытащить остатки металла внутри неё. Когда же я закончу с этим, то следует приступить к допросу и также записать все её ответы. Ну это конечно, если она очнется в ближайшие сутки.