Наблюдатель

Один за другим. Потусторонний мир рушился, затягивая души либо на покой, либо в адское пламя. Гленна не знала точно. Лишь яркие вспышки в небе говорили, что еще один пропал. Кто то добровольно стоял на месте и ждал, а кто то, держась за деревья или крепкие перила, со страхом пытаясь остаться. Спросите, в какую группу входила Петрова? Она и сама не знала. Подсознание говорило, что рано уходить, но душа тянулась на покой. Устала.Да, она просто устала. Тысяча лет одно и тоже. Смотрела, не понимая,зачем семья Майколсон обрекла себя на вечные скитания в поисках дома, союзников и,наверно, смысла–веками. Например, Финн, он тоже разочаровался в этой жизни. Не хотел и не стал жить дальше. Хах, смешно. Эстер и Майкл желали сохранить семью, а в итоге лишь разрушили её. Смотря на эту маленькую девочку, которая свернулась в клубочек, на груди матери, Гленна прокручивала в голове воспоминания её жизни. Рождение, долг отца, строгая Далия, договор с ней о свободной жизни, Никлаус, черные вены под глазами Элайджи, заклинание и наконец смерть. А ведь могла стать матерью, возможно даже родила бы от Ника. Горькая улыбка коснулась лица. Винить в своей судьбе было некого. Она сама решила не использовать силу. Далия права, магии хватит даже на всех мертвых в Новом Орлеане, но глупое убеждение: «Мертвое, должно всегда быть мертвым», не отпускало. –Все хорошо?– ведьма вздрогнула от голоса старшей Майколсон. Фрея зашла в комнату, а Гленна углубившись в мысли не заметила. –Да, она заснула.– ответила волчица.– А у тебя? Ведьма усмехнулась. Вроде все хорошо, но… –Не знаю.– коротко ответила Майколсон,– Вроде. Я скоро не буду зависеть от Далии и с семьёй встретилась. –Но? –Но меня не отпускает чувство грусти. –С чем связанное? –Гленна… Маршалл понимающе кивнула и перевела взгляд на окно. –Выговорись. Полегчает. –Она была лучем света. Всегда,– начала Фрея,– Каждый раз, какое бы задание не давала Далия, она улыбалась. Могла валится с ног, истекать кровью или быть на пределе магии. Улыбка, как будто приклеилась к её лицу.– предательские слезы начали скапливаться в уголках глаз.– Однажды я спросила, почему она всегда счастлива? Ответ был простым и коротким: –А по какому поводу я должна грустить?– в унисон с Майколсон проговорила Гленна –Тогда мой взгляд был наполнен скептицизмом и ,увидев это она продолжила мысль: «–Всегда есть люди которым хуже. Будь то войн или человек умирающий, я не имею права жалеть себя или грустить из за неудач. Пока мои проблемы не стоят мне жизни, всё поправимо.» –И только потом, после её смерти, моё отношение поменялось. Это третий раз, когда после её смерти, я позволила себе грусть. Каждый раз говорила себе: «Пока мои проблемы не стоят мне жизни, всё поправимо». И знаешь это помогало, но увидев её в том кругу, эту платину самоубеждения прорвало. Всю грусть разом вылилась на меня.– закончив свой монолог, Фрея заметила, что слезы непрерывным потоком текут по щекам. Рядом положив невидимую, для других, руку на плечо «сестре», улыбалась Петрова и внутри корила себя за сказанное. Столько лет Фрея мучала себя её убеждениями…

***

В одной комнате стояли создатели клятвы: «Всегда и на вечно». Клаус, Элайджа и Ребекка прожигали взглядом свою Тетю. Желваки ходили ходуном на скулах Никлауса. –Мою дочь ты не получишь! –Мне и не надо спрашивать твоего разрешения.– сталь в её голосе заставляла табун мурашек пробежать по позвоночнику,– Я с самого начала сказала Эстер, что ваше рождение будет ошибкой. И не прогадала.– в её руках появился кол из белого дуба,– Одного не хватит, придется использовать не типичным способом,– короткий щелчок и пепел от дерева взмывает в воздух. Жгучая, колющая боль в легких, заставила первородных упасть на колени. Пепел, как будто впитывался в ткани органа, создавая плотную пробку, не позволяющую сделать хоть вдох. –Гленна не простит мне этого.– не понимая, зачем начала Далия,– Но я покончу и с её убийцей. Думаю себя корить не стану. –Далия!– короткий крик со стороны двери.– Не надо прошу.– Эстер с мольбой смотрела на сестру. Короткий диалог завязавшийся между ведьмами дал время. Сколько бы Гленна не отдергивала себя, удержаться не смогла. Быстрое заклинание и размытый силуэт стоит перед Майколсоным. Что бы вывести магию в этот мир понадобится очень много сил, но Петрову это не остановило. Вскинув руки она продолжила читать текст на латыни. Прозрачная стена огородила первородных от ядовитого пепла. –Дыши!– крикнула девушка, смотря на Никлауса,– Ник прошу! Ошарашенный взгляд гибрида пытался рассмотреть человека, который кричит это, но нехватка воздуха дала о себе знать, расплываясь в глазах белыми пятнами. –Сделай вдох! Секундная заминка и легкие наполняет кислород. Кашель вырывается с остатками дуба. –Молодец.– ласковый голос и тень присутствия человека растворяется в воздухе.