Под бескрайним небом

Удара не последовало. Земля все приближалась, а Титан просто последовала за удаляющейся группой, не удостоив Айли и секундой своего внимания. Девушка выпустила крюк, проезжаясь подошвой по зеленой траве и взлетая на ветку. Ее не стали убивать. Что за черт? Ноги подкосились, и она упала коленями на шершавую кору, которая впилась в кожу даже сквозь ткань формы. Не убили. Почему? Чем она отличалась от десятка разведчиков, которых прикончили за какие-то секунды? Что стояло за таким странным поведением, какой скрытый, неподвластный ее уму смысл? Снова это ощущение зудит под кожей: что-то не так, не вписывается в привычную картину мира в очередной раз. — Черч! Не время отдыхать, — рядом с ней приземлился Крис. — Где твой отряд? — Уехали вперед. Лукас испугался и сбросил меня, пришлось перейти на привод, — выдохнула девушка оправдание, придуманное на скорую руку. Не говорить же ему о том, что ее пощадил монстр без промедления убивший уже десяток их товарищей. — Так не сиди без дела, нам нужно уничтожить эту тварь, — его глаза блестнули гневом за все загубленные сегодня жизни. — Стой! — она выбросила руку вперед, хватаясь за что придется. В пальцы впилось лезвие его меча, ладонь моментально стала липкой и горячей от крови, выступившей из свежей раны. — Она просто убьет тебя, не глупи. — Это мой долг как солдата, мелкая. Отпусти, не хочу отрезать твои пальцы. Пригодятся ведь еще, — он улыбнулся девушке, но губы дрожали. Страх невозможно уничтожить, лишь научиться идти сквозь него. С ним все будет в порядке, просто обязано быть, ведь после возвращения за стены он сможет навестить семью в родной деревеньке. — Но Крис! — что она могла сказать сейчас, чтобы он остался рядом с ней и как можно дальше от Титана? Какие слова убедят человека пойти против собственных принципов, морали и чувства долга, если даже возможная смерть им не преграда? — Чем я отличаюсь от тех, кто уже отдал свои жизни? Да и будь уверена, я надеру ей задницу, — Вольф подмигнул ей, пытаясь оставаться собой: веселым, уверенным, немного безрассудным. Какое право она имела останавливать его? Спасать его жизнь в приоритет остальным? Айли разжала пальцы и проводила взглядом фигуру парня, которая моментально сорвалась с места. Не остановит, так поможет. У нее все равно нет времени рассиживаться тут, приходя в себя, нужно было догнать свой отряд. Девушка вцепилась в рукояти мечей, перемазывая одну из них свой кровью, готовая использовать лезвия по их прямому назначению. Ладонь неприятно ныла и пульсировала, но стоило спрыгнуть с ветви и адреналин вышиб боль из тела, оставляя лишь сосредоточенность на окружающем мире. Нужно догнать Криса, в одиночку ему точно конец. Его она не потеряет, никого в своей жизни больше не хотелось терять из-за собственной слабости, неуверенности и бесполезности. Но как дороги могут быть всего несколько секунд. Вольф уже рассекал телом воздух, впившись наконечником привода в мышцы Титана чуть ниже лопатки. Она же продолжала бежать вперед. Не замечала? Лучше если… — Крис! — Айли кричит так истошно, словно может на что-то повлиять. Все происходит медленно, словно кто-то остановил бег времени. Гигантская рука тянется за спину. Пальцы сжимают трос и вырывают его из мышц. Размашистым движением Титан бросает Криса на землю и продолжает путь. Айди приземляется рядом с парнем, бегло осматривая его тело. Все конечности неестественно выгнуты, сколько у него сломанных костей? Из уголка губ тянется ленточка крови, остальная — растекается багровой лужей по темной почве, ведь в боку парня торчит его собственный клинок. — Крис, держись! Я приведу медиков, кого угодно, только держись, — голос дрожит от подкатывающих к горлу рыданий. — Ай…ли… — он никогда не звал ее по имени. От этого осознания тело прошиб холодный пот. Прощается? Сдается? — Будешь… скучать? В его глазах на короткое мгновение мелькает что-то лукавое. Словно он не находится при смерти, словно они смогут завтра посмеяться над этим. Вместе. — Не смей подыхать! Не прощу, слышишь? Умоляю, Крис. Крис?.. — Айли провела ладонью перед его глазами, но взгляд парня застыл, немигающе смотря на лицо девушки. Пальцы легли его на шею, она тщетно надеялась почувствовать пульс. Кожа теплая, мягкая, но пугающе неподвижная. Это последнее, что он услышал? То, что она не простит парню его смерти? На спину словно кинули камень, и Айли согнулась под этой тяжестью, утыкаясь лицом в грудь уже мертвого Криса. Вдалеке послышался крик. Нет. Это кричит она, сжимая в кулаках ткань чужого плаща и позволяя слезам вырваться наружу. Давай же, Вольф, у тебя язык без костей, скажи что-то колкое. Назови ее плаксой, распустившей нюни на поле боя. Упрекни в том, что она должна думать о задании, а не оплакивать труп. Да что угодно, только дай услышать свой голос. Нос заложило, глаза щипало от слез и пыли, осевшей на ткани плаща парня. Девушка никак не могла выплеснуть эмоции и взять себя в руки. Нет времени рассиживаться на земле, нужно догнать остальных и помочь чем возможно. Но ноги не желали сдвинуться с места. — Как я тебя оставлю? Крис, Крис? Ты ведь должен вернуться домой, тебя ждут. Прошу, вернись… ты ведь хотел взять увольнение, чтобы съездить познакомиться с новорожденным братом, помнишь? Не ради меня, ради своей семьи, открой глаза. Она продолжала давиться слезами и шептать парню о том, сколько еще ждет его впереди, если только он очнется. Вздрогнуть ее заставил нечеловеческий рев из глубины лесной чащи. Полный отчаяния крик загнанного в угол зверя. Нужно шевелиться. Двигайся, Черч, двигайся! Прежде чем отправиться дальше, Айли осторожно срезала нашивку с кармана его куртки. Крис Вольф, 57-я экспедиция. Неизвестно, смогут ли они забрать назад его тело, будет ли кому забирать. *** Айли схватил Титан. Гигантская рука подняла девушку, словно пушинку, а Леви не имел возможности ничего с этим сделать. Он не может бросить свой отряд и сломя голову броситься ей на помощь, пусть все тело горело от напряжения, готовое к бою. Не может подвести Эрвина и забить на приказ. Не может сделать правильный выбор, в который раз за свою жизнь. Не может сдержать свое обещание не бросать ее. — Капитан, Айли… — Петра вырвала его из размышлений, одним только звуком ее имени снова окуная обратно, еще глубже. — Такой же солдат, как и остальные. Продолжаем путь, — металл меча впивался в кожу, костяшки побелели. У Леви были обязанности, которые он должен ставить превыше чувств. Напиться своим горем мужчине удастся лишь тогда, когда операция будет завершена, а сейчас он мог лишь сложить ее образ в глухо запечатанный ящик и выбросить в самый темный уголок души. На его совести жизни еще пятерых людей, один из которых представлял собой ключ к победе человечества над нескончаемым адом. И ему оставалось только ехать вперед. Убегать, оставляя позади последний живой кусочек его сердца, который с секунды на секунду растерзают. Не обернется, ни за что. Если Леви увидит ее смерть, то все потеряно: план Эрвина, элитный отряд, остатки рассудка мужчины. Он должен до конца оставаться в роли спокойного и надежного капитана, сильнейшего бойца человечества. Лучше подвести кого-то одного, чем сотни? Но что делать, если чаша весов, противясь логике, пыталась склониться в другую сторону? — Ты что творишь, гаденыш? Совсем берега потерял? — голос Оруо разрезал слух сильнее обычного. Манера речи этого наглеца всегда раздражала, но сейчас, когда Леви был так уязвим, практически выводила из себя. — Ты обещал! Мы ведь команда. Мы полагаемся на тебя и хотим, чтобы ты тоже верил нам, — Петра пыталась вразумить мальца. Что у них творится? Леви бросил взгляд через плечо на своих людей. Йегер был готов обратиться с Титана. Это бы пустило насмарку весь план, но… но он не станет его отговаривать. Пусть делает, что заблагорассудится, Леви ему не нянька. Этот сопляк должен научиться думать своей головой, принимать решения и нести ответственность за собственный выбор. Точно также, как делал Леви. И сейчас, и шесть лет назад, и всю свою проклятую жизнь. Залпы орудий затрещали по барабанным перепонкам. Продержались. Пусть и не в полном составе. — Двигайтесь глубже в лес. Держитесь на безопасном расстоянии и спрячьте Эрена. Все ясно? — Леви тут же взмыл в воздух, стоило отдать приказ отряду. Сейчас он должен был позаботиться об ублюдке, который скрывался в громадной туше. — Отличная работа, Леви, — Эрвин бесстрастным взглядом наблюдал за обездвиженным Титаном, вполне довольный тем, как шла операция. Потеря солдат это неизбежная жертва, которую кто-то должен принести во благо человечества. — Все благодаря отряду прикрытия и их жертве. Если бы не они, ничего бы не вышло, — они и кое-кто еще. — Я видел пустую лошадь, — ни один мускул не дрогнул, пусть Смит прекрасно осознавал, что сейчас бьет по больному. Но такова их реальность: можно лишиться самого дорогого в считанные секунды и не иметь возможности сделать хоть что-то. — Одного солдата потеряли, — потеряли. Он не мог произнести «убила эта тварь», но по интонации было и так понятно. — Вскроем эту шею поскорее. Он лишь выполнял приказ. Раз за разом пытался добраться до плоти Титана, разбивая клинки вдребезги. Осколки ловили солнечных зайчиков, заставляя Леви лишь сильнее беситься и пробовать снова. Что, если получится в следующий раз? Ударить быстрее, сильнее, с остервенением и всей яростью, что клокотала внутри. Он вытащит эту тварь на свет дневной, а после будет медленно отрезать остатки конечностей. За каждого убитого, за всю пролитую кровь. За то, что отобрал у него Айли. Не простит, ни за что не простит. Даже если у этого подонка язык развяжется сразу, он не оставит его в покое, пока не почувствует удовлетворение, пока не убедит себя, что тот испытал всю ту боль, что и Айли перед смертью. И никто не сможет помешать ему, тут уж Леви не будет слушать просьб и приказов, поступит так, как ему велит сердце. А он должен, просто обязан отомстить, раз даже не попытался спасти. Что бы сказал Фарлан, если бы узнал о том, что Леви бросил его любимую сестренку на верную смерть? Мужчина давно принял мысль о том, что друг не стал бы винить Леви в собственной смерти. А в смерти Айли? И как самому Леви не винить себя сейчас? — Вылезай оттуда, сволочь. Иначе хуже будет, — стоя на голове Титана, Леви со злостью топнул ногой, елозя подошвой ботинка по блондинистым прядям. — Всерьез веришь, что сможешь от нас сбежать? Ты убила… многих наших солдат, весело было? Вот и я сейчас повеселюсь. Пока никто, кроме Титана не слышал его голоса, Леви мог позволить отчаянию себя захватить. Думать снова и снова о том, что бы случилось, поступи он по-другому. И каждый раз одергивать себя, потому что он не имел права сожалеть о сделанном выборе. — Эй, скажи… а если отрезать тебе руки и ноги, они ведь отрастут заново? Я имею ввиду твои настоящие руки и ноги. Мы не можем позволить тебе умереть, — быстро. Легкая смерть сочлась бы за благословенный подарок в сравнении с тем, что мужчина хотел сделать с человеком, сидящим внутри гиганта. В следующую секунду его практически оглушил крик, вырвавшийся из пасти Титана. Что это? Акт отчаяния от осознания загнанности в угол? Предсмертная агония? Спрятанный козырь в рукаве, который обернется новой чередой смертей и потерь? Тишина. В экспедиции такое звенящее безмолвие угнетает, сразу начинаешь искать подвох. Что сейчас произойдет? Что помешает Леви отомстить за Айли? За ту светлую девчонку, которая уже давно не дарила ему своей улыбки и больше не подарит никогда? Ответ не заставил себя долго ждать — толпа Титанов неслась прямо к их пленнику, не обращая внимания на людей в округе. — Твоих рук дело, дрянь? — Леви сжал мечи еще крепче. Он будет биться до последнего, искромсает им каждый сантиметр кожи, но не отступит. — Капитан Леви! — один из десятка голосов, он даже не знал, кому он принадлежит. Нет, не вмешивайтесь, даже не думайте! Это его бой. Два точных удара по Титанам, которые повалили их на землю. Скольких еще порешать? Нападайте сразу! Ни тени страха, ни одного отголоска. Даже если они… Они пожирают захваченного Титана? Полчища монстров, прибывающих со всех сторон, вгрызались в плоть, натыкались на колья, но продолжали пожирать себе подобного. Какие еще сюрпризы приготовил этот проклятый день? Ему и правда придется защищать существо, которое вызывало в нем отвращение и ярость, для того, чтобы убить собственными руками? Так тому и быть. Если сейчас на его пути встанет хоть кто-то, не важно кто, он не колеблясь сотрет его в порошок, лишь бы удовлетворить жажду мести, которая словно кипящее масло бежит по его венам. — Временное отступление! — тщетно. Они сожрут все без остатка прежде, чем разведчики успеют перебить их. — Эрвин! — Леви собрался спорить, но слова застряли в горле. — Командор Эрвин! Что здесь творится? — рядом со Смитом приземлилась Айли. У него галлюцинации, мозг подводит настолько, что ему мерещится ее призрак? — Самим бы еще разобраться, — угрюмо ответил мужчина, наблюдая за толпой Титанов. Надежда на информацию, которую они могли получить таяла, скрываясь в глотках монстров. Голос Эрвина звучал в голове белым шумом. Леви смотрел не отрываясь на Айли, борясь с желанием протереть глаза или протянуть руку в попытке дотронуться. Если исчезнет? Если и вправду это иллюзия, которую подкидывает ему разум от отчаяния? Записывать себя в ряды сумасшедших мужчина не имел никакого желания. — Капитан? Каков будет приказ? — лишь когда Айли обратилась к нему напрямую, Леви позволил себе открыть дверь сбывшемуся желанию: действительно жива. Потрепана, возможно ранена, но жива, мать его!