Любовь – это мы с тобой

— Серëж… Что для тебя дружба и чем она отличается от любви? Этот вопрос застрял в голове у Серëжи и он никак не мог избавиться от ощущения, что этот вопрос был задан не просто так. Тогда парень пробурчал что-то невнятное, а его друг, Рома, задавший этот вопрос, не стал распространяться на эту тему, переспрашивать, видимо посчитав, что вопрос был не очень уместен или задан слишком прямо. Возможно этот вопрос был первым, что пришло в голову Ромке, чтобы прервать уж слишком затянувшееся молчание. Но это лишь предположение, единственное, что оправдывало этот вопрос и единственное во что Серëжке хотелось верить. Серые тучи затянули ещё недавно такое голубое и светлое небо и грозились пролиться ливнем на нагретую жарким июльским солнцем землю. На балконе второго этажа стояли два паренька, на вид лет 15, и задумчиво смотрели в даль, на серые облака, на низко парящих ласточек и стрижей, на зелëный двор, раскинувшийся перед их домом, на цветущий и благоухающий палисадник, который так тчательно высаживали местные бабульки. Каждый думал о своëм и, казалось, оба уже забыли о существовании друг друга, погрузившись в свои мысли. Поднявшийся ветер трепал их волосы, длинные, до плеч и тëмные Ромы, светлые и волнистые Серëжи. Ни во дворе, ни в округе небыло ни души, только чëрный кот важно вышагивал по кромке забора. Этот момент до мельчайших деталей запомнился Серëжке. Попрощявшись с Ромой и идя домой по уже опусевшим улицам, у него в голове всплыло это, с одной стороны приятное, но с другой пробуждающее в его сердце незнакомую прежде дрожь, воспоминание. Что тогда имел ввиду Ромка? Что он хотел услышать? Что он думает на этот счëт? И на что он намекал этим? Так много вопросов и так мало ответов, а точнее отсутствие ответов вообще. — Привееет, — крикнул, перевесившись через перила балкона и с высокой степенью опастности полететь вниз головой со второго этажа, Рома, встречая своего друга, который, как обычно, не спеша двигался в сторону его дома. — Смотри не выпади, — вместо приветствия предостерëг его Серëжа, подойдя ближе к подьезду и замерев с запрокинутой головой под балконом. — Да не выпаду я, — с превычным озорством отозвался Ромка. — А ты чего такой хмурый? Не выспался что-ли?.. — Ага, — Серëжа опустил голову и задумчиво потрогал шнурок с подвеской на груди. Ромка совсем не изменился, всë такой-же весëлый и открытый, как будто не было ничего тогда. Но если задуматься, действительно не было ничего такого, обычный вроде вопрос. Серëжа и сам до конца не понимал посему это так взбударажило в нем эти непонятые, новые чуства и пошатнуло наивность и простоту их дружбы. Ребята, по привычке, сели в комноте, Рома на своей тахте, а Серëжка в старинном кресле с высокой спинкой и принялись обсуждать планы на день. Сегодня у них было много времени, сегодня у них был весь день и вся ночь, вообщем целые сутки, и даже не одни. Мама Ромки уехала в командировку и оставила парня одного, в своëм распоряжении, на целых 3 дня, ну а родители Серëжы никогда не возражали против долгого отсутствия их сына в доме, так что без проблем отпустили его на 3 дня бох знает куда. — Давай сегодня как обычно погуляем везде до обеда, а потом заскочим в какой-нибудь ларëк, купим поесть и устроем такой мини пикник, а? — предложил Рома первое, что прешло ему в голову. — Ну давай… А то дома у тебя обедать каждый раз мне уже становится неловко, — ответил Серëжа, всë ещё отстраннëно глядя куда-то в окно. — Такое ощущение будто я нахлебний какой-то… — Да ты не переживай, мама не против, а это главное, — подбодрил его Ромка. Поднявшись с тахты, парень подошëл к креслу и, встав рядом, лицом к окну, положил руку на плечо Серëже, его глаза задумчиво разглядывали, на этот раз чистое голубое небо. От этого неожиданного прикасновения по всему телу Серëжки пробежали мурашки и он снова почуствовал покалывания в сердце, похожие на какой-то сигнал. Но сигнал к чему? Парень замер, боясь шелохнуться или вздохнуть, осторожно поднял глаза на друга. Тот продолжал смотреть в окно, видимо не замечая своего действия, сделанного, возможно, непроизвольно. — Так что? — наконец спросил Ромка, после очередной паузы, которые как-то слишком часто возникали последнее время. — Пошли? Он опустил голову, заглянув в голубые глаза Серëжи. От неожиданности второй даже вздрогнул, видимо успев утонуть в своих раздумьях за эту минуту, как они замолчали, а тут такое. — Да пошли, — поспешно ответил Серëжка, вскакивая с кресла и ритируясь в сторону прихожей. Рома усмехнулся, проважая его глазами. «Неужели это всë из-за того вопроса… Здорово я его напряг, однако.» — подумалось парню на пути за своим другом в прихожую и, ещё раз усмехнувшись, но уже своим мыслям, начал натягивать кросовки. — Что ты смеëшся, — с нотками обиды в голосе пробурчал Серëжка себе в кросовки, пытаясь завязать особо непослушные шнурки. — Да так… — протянул парень, подбирая слова. — Просто ты такой забавный в последнее время, как-будто сам не свой, всë в своих мыслях, а если с тобой заговорить — дергаешься как ужаленый. — Да иди ты, — ещё более обиженым тоном отозвался Серëжа, выпрямился, хрустнув всем телом. — Стареешь, ха — Рома тоже выпрямился и их лица оказались на одном уровне, ну разве что Серëжка был чуть-чуть повыше, их глаза снова встретились. Первым отвëл глаза Рома. Развернувшись на 180 градусов, парень, щёлкнув замком, открыл дверь, впустив в квартиру сухой и пыльный запах подъезда. Простояв с отключеным лицом ещё секунду, Серëжа, последовав примеру друга, тоже вышел. «Мне бы его беспечность…» Приближалось вребя обеда, солнце поднялось высоко и грело землю своими лучами. Ребята, за разговорами, забрели куда-то в промзоны, давно покинув спальный район. Здесь они никогда не были прежде и за каждым следующим поворотом открывали для себя кусочек чего-то нового. С одной стороны песчаной дороги обычно всегда был высоченный забор из профнастила или бетона внизу которого буйно разрослись трава и всякие сорняки, а с другой аккуратный ряд гаражей с яркими графити, иногда очень даже симпотичными. — Вон, смотри! Какой кот, прям как живой, — Рома указал куда-то вперëд. — Ага, — радастно отозвался Серëжка, парень уже почти позабыл про утро и прибывал в замечательном расположении духа. Парни шли уже не один час, усталость давала о себе знать, но они старались не обращять на неë внимания и продолжали любоваться графити и дорогой. Каждый думал: «Может я и устал, но пока он не скажет, что надо передохнуть, я ничего не скажу». — Эх… Тут и не пахнет даже чем-то, похожим на ларëк с едой… — грустно констонтировал факт Ромка, почуствовав как живот приклеялся к спине. — Ага… Давай тогда пойдëм обратно? — предложил Серëжа, смутно осознавая, что до дома или хотя бы до ближайшего рынка ещё идти и идти. — Там лавочка впереди вроде. Посидим, передохнëм, а потом посмотрим. Метрах в 50 от них, впереди действительно стояла старенькая деревянная лавочка. Мальчишки, не сговариваясь, бегом препустили к ней. Первым, опередив друга на пару-тройку секуд, добежал Серëжка и с облегчением плюхнулся на лавочку, Рядом приземлился и Рома. Лавочка стояла в полуметре от забора, так что спиной прислониться было не к чему, но Серëжа быстро нашëл выход, развернувшись и вытянув ноги вдоль лавочки, облакотился на плечо своего друга. — Удобно тебе, да? — покосился на него Ромка. — Конечно, — перень потянулся и запрокинул голову. Но первого явно не устраивала эта ситуация. Рома, неожиданно для своего друга, отелонился назад, лешив таким образом опоры для спины, и Серëжка, не ожидав такой подставы, опрокинулся назад на его колени. Парень, заметив недоумение и обиду на лице Серëжи, не смог сдержать смех. Тот, для приличия, тоже улыбнулся, но внутри не разделял весëлости Ромки. Его снова накрыли воспоминания и не совсем приятные чувства, сердце забилось чаще и парень немного нервно втянул воздух, как-будто перед тем как погрузиться в воду, чтобы успокоиться. К счастью его друг не заметил этого действия, всë ещё смеясь с произошедшего. Парень вернулся в вертикальное положения и помотал головой, пытаясь прогнать неприятнве мысли. Он не хотел снова домать об этом, слишком мало знает, а путаться в загдках и строить всевозможные теории это явно быстрый способ сойти с ума. Вдруг из-за проворота вылетела старая машина и, поднимая за собой столб пыли, на большой скорости пронеслась мимо лавочки. Ребята закашлялась, пыль и мелкий песок попали в глаза, в рот, в нос. — Фу… Мало того, что пыль поднял, так ещё и навонял тут… — рассерженно проводил его взглядом Ромка, вся радость тут же испарилась с его лица. — Ага. Всю экологию нам тут испортил, — поддакнул Серëжка. Посмотрев как машина скрылась за поворотом, мальчишки устроились поудобнее на лавочке и продолжили наслождаться окружающим их пространством, тишиной и спокойствием. Солнце уже начанало постепенно опускаться, лавочка оказалась в тени забора. — Мы уже долго здесь сидим, — подметил Рома. — Может пойдëм, а то я от жажды и голода скоро помру. — Зачем ты про это сказал, я теперь тоже есть хочу! — с немного переигранным энтузиазмом Серëжка первым вскочил с лавочки. Ему хотелось отвлечься от своих утруждающих мыслей и не показывать, то что он чем то обеспокоен. — Ты помнишь с какой стороны мы пришли? — Эээ… Вроде с той, — парень неуверено ткнул пальцем на право. — А, вроде да, — взбодрился Ромка. — Там как раз тот кот нарисован, помнишь я говорил? — Да, точно туда, — и оба пошли в обратную сторону по пыльной дороге, под жарким солнцем, вдоль уже знакомых гаражей со знакомыми рисунками и надписями.