Четыре всадника Темного Лорда

Тяжёлая дубовая дверь с глухим стуком захлопнулась, поставив точку в том хаосе, что царил снаружи. Но Драко, едва перешагнув порог, не сдерживая ярости, грубо схватил Теодора за рубашку и с силой припёр его к холодной деревянной поверхности. Пыль, взметнувшаяся от удара, закружилась в скупых лучах света, пробивавшихся сквозь запылённые окна. Амелия вздрогнула и обернулась на шум. На измождённом бледном лице легилимента проступило плохо скрываемое бешенство. От его напряжённого тела, сжатого в тугую пружину, исходили почти осязаемые волны раздражения и негодования, наполняя пространство тяжестью, а холл накрыло облако гнётущей ярости. — Это что за нахуй сейчас был? — выдавил сквозь стиснутые зубы Малфой, его пальцы впились в ткань так, что костяшки побелели. — Что ты творишь, а? Взгляд Теодора словно заволокло пеленой — стеклянный, абсолютно отрешённый и безэмоциональный. Его плечи бессильно опали, веки опустились, ни один мускул не дрогнул на застывшем лице. Создавалось ощущение, что ему глубоко плевать на пышущего яростью Драко, будто тот бубнил за толстым стеклом. — Отвали от меня, — лениво, почти сонно хмыкнул Нотт, медленно наклоняя голову набок. — Ты вообще соображаешь, что выбрал неподходящее время для своих ёбаных закидонов? — повышая тон до визгливого, легилимент с силой тряхнул его, но тело Теодора лишь болталось, как тряпичная кукла. — Я сказал — отъебись, — громче, с лёгкой хрипотцой повторил Нотт, сбрасывая с себя его руки жестом, полным глухого раздражения. — Не надо меня учить, как себя вести и когда. — А я, блять, буду! — почти вскрикнул Драко, и в его срывающемся голосе зазвучали отчётливые нотки истерики. Он метнул безумный взгляд вокруг, словно ища поддержки. — Для тебя это всё что, игра? — Драко, успокойся, — слегка осуждающе, но устало буркнула вейла, проводя рукой по лицу. — Всё уже кончилось. Всё позади. На громкий шум из гостиной вышла Гермиона. Поскольку они со Снейпом вернулись чуть раньше, она успела привести себя в относительно опрятный вид: волосы убраны в тугой, но неидеальный пучок, одежда почищена. Лишь свежая ссадина на скуле да бледность на лице косвенно свидетельствовали о недавнем пребывании в Азкабане. Сам Северус, стоявший поодаль в дверном проёме, выглядел намного хуже. Его и без того худощавая фигура казалась совсем измождённой, тёмная одежда висела на нём мешком, подчёркивая резко очерченные ключицы и впалую грудь. Глубокие синяки под глазами, цвета спелой сливы, расползлись практически на пол-лица, добавляя зловещему виду бывшего профессора удручающей болезненности. Теодор в ответ на слова Драко как-то блаженно, неестественно улыбнулся, уголки его губ дрогнули в призрачной ухмылке. — Ты не тот, — самодовольно проговорил он, и его голос прозвучал вызывающе тихо, — кто должен учить меня хорошим манерам. — Что здесь опять происходит? — поинтересовалась Грейнджер, её взгляд скользнул от Драко к Теодору, оценивая ситуацию. — Я должен успокоиться? — выпалил Малфой, резко оборачиваясь к девушкам. — Я? Этот дебил, — он ткнул пальцем в направлении Теодора, — чуть нас всех не угробил своими ёбаными шутками! А я должен успокоиться? — Мы все сегодня были не на высоте, — с горькой усмешкой хмыкнула Гермиона, скрещивая руки на груди. — Всё случается. Все живы — уже хорошо. — Да ни черта подобного! — почти заорал Драко, делая к ней резкий шаг и интенсивно размахивая руками, словно бы не в силах совладать с переполнявшей его энергией гнева. — Этот придурок в единственный нужный момент... — он резко ткнул пальцем в плечо Гермионы, заставив её дёрнуться от неожиданности, — не смог... не смог просто сделать то, что должен был! Теодор преобразился моментально. Словно сработал спусковой крючок. Он молниеносно подлетел к Драко, с силой впечатав его в ближайшую стену так, что та аж задрожала, и сдавил шею локтем. Даже со стороны было заметно, как по телу Нотта пробежала странная сковывающая судорога, а мышцы на лице беспорядочно и пугающе дёрнулись. Малфой на секунду замер, ошеломлённый реакцией. — Ещё раз тронешь её, — в глазах заиграло знакомое ядовито-зелёное пламя, горячее и безумное, — я тебе колени в обратную сторону выверну, — голос стал низким, почти звериным рыком, полным неподдельной угрозы. — Хочешь поговорить о моральном выборе? Спроси Блейза. Он тебе расскажет, когда и кем ты был. Истерик — как грязи, а воля, как и у Люциуса, напрочь отсутствует. Его слова, тяжёлые и острые, как отточенная сталь, отразились от стен, врезаясь в сознание раскалёнными осколками. Драко сглотнул ком в горле, собираясь парировать, но не успел. Внезапно Теодор пошатнулся. Его железная хватка ослабела, пальцы разжались, глаза закатились под веки, оставив лишь белые щёлочки. Лицо потеряло все краски, стремительно становясь землисто-серым, с синеватым оттенком. Спустя несколько мгновений его ноги подкосились, и он начал безвольно оседать на пол. Всё произошло так молниеносно, что ни Гермиона, ни Амелия не успели издать и звука. Лишь Драко инстинктивно подхватил безвольное тело, не давая тому рухнуть. — Самый охеренный момент, чтобы закончить разговор, — сильно втягивая воздух, словно после долгого заныривания, процедил он, с трудом удерживая неподвижную ношу. — Учитесь, девочки. Сука... — Тео... — нервно начала Грейнджер, делая шаг вперёд. — Что он принимал? — уставшим голосом произнёс Северус, неторопливо, но уверенно подходя ближе. Его тёмные глаза внимательно скользнули по бледному лицу Нотта. — Что? — фыркнул Драко, с отвращением оглядывая безвольно висящее на его руках тело. — Да ничего. Это наверняка его шрамирование опять выкидывает свои ёбаные приколы. Нервы не выдержали. — Я прекрасно знаю, что это за отметина на его шее, мистер Малфой, — пренебрежительно проговорил Снейп, даже не удостоив его взглядом. — Я задал совершенно другой вопрос. — Ничего... — помотала головой Гермиона, сосредоточенно хмуря брови, пытаясь вспомнить. — Только стандартное зелье от снов. Больше ничего. — Оно не даёт таких побочных эффектов, — холодно констатировал Северус, его взгляд стал пристальным и аналитическим. — Что ещё он принимал? — Эм... — неловко и виновато протянула Буве, опуская глаза. Все взгляды мгновенно устремились на неё. — Возможно... Я... привозила ему концентрат, для... — она мельком, почти испуганно глянула на Грейнджер, пытаясь подобрать слова. — Ну... для спокойствия. Чтобы сдерживать... порывы. — Что за вздор, — чуть не закатив глаза, с откровенным презрением фыркнул Северус. — Нельзя просто взять и ограничить… — он запнулся и цокнул. — Он не животное, чтобы просто нацепить на него ошейник и посадить на привязь. Все вокруг застыли в неловком, давящем молчании. Бывший профессор с выразительным презрением закатил глаза, явно не выдержав общего идиотизма. И словно в подтверждение его предположений, из кладовки напротив, с грохотом распахнув дверь, почти выпал, споткнувшись, пьяный и сонный Забини. Он еле стоял на ногах, беспомощно моргая. Северус поморщился, будто учуяв дурной запах, и сложил руки на груди. Уровень плохой комедии абсурда поднялся до небывалых высот. Сложно было сказать, какие именно мысли, полные сарказма и раздражения, витали в этот момент в голове зельевара, однако, когда Блейз, пытаясь поймать равновесие, беспорядочно замахал расставленными в стороны руками, по его выражению лица стало ясно, что цензурных слов для комментария осталось крайне мало. — П-профес-сор, — стирая с лица остатки сна и хмеля ладонью, невнятно промямлил Блейз, оглядывая царящий вокруг хаос. — Очень, — он громко икнул, пошатываясь, — рады вас здесь видеть. Честно. — Мисс Грейнджер, не знаю, как вас и эту юную леди, — он бросил короткий оценивающий взгляд на Амелию, — сюда занесло, — язвительно приподнял бровь Северус, — но искренне надеюсь, что вы находитесь здесь в качестве пленниц и активно планируете побег. — Увы, нет, — с лёгкой усталой улыбкой, потерев двумя пальцами переносицу, ответила Гермиона. — Мы были, к сожалению, даже трезвыми, когда принимали это решение. — Я не хочу вас отвлекать от этого трогательного воссоединения, — язвительно пробубнил Малфой, с трудом удерживая Теодора, — но у нас тут на руках некоторые затруднения, если вы не заметили. — А чего ты встал, как истукан? — укоризненно посмотрела на него Грейнджер. — Левитируй в спальню. Вряд ли мы будем его у тебя на ручках в чувства приводить. — Я же, кажется, отправил Паркинсон в Лондон, — поморщился Блейз, громко зевая и пошатываясь, — откуда здесь тогда эта жестокая женщина? Драко сжал челюсти так, что они хрустнули, но молча достал палочку и сделал то, что сказано. Безвольное тело Теодора мягко приподнялось в воздухе и поплыло в сторону лестницы. Северус, дождавшись, пока эти двое скроются наверху, молча и с мрачным видом направился следом; остальные, недолго думая, поспешили за ним. Амелия юркнула в комнату вслед за профессором, её взгляд беспокойно заскользил по полкам и углам, выискивая ту самую подаренную ею коробку с концентратом. Но, видимо, было глупо надеяться, что она всё ещё сохранилась в целости. Снейп тем временем с профессиональной холодностью внимательно оглядел коллекцию пузырьков и склянок, теснящихся на прикроватной тумбе. — Он у вас, случаем, не психопат? — язвительно приподнимая бровь, уточнил профессор, ловко открывая один из флаконов и едва заметно принюхиваясь к содержимому. — Ну, по неофициальным данным — да, — с лёгкой грустью покачала головой Гермиона, плотнее складывая руки на груди. — По факту и в жизни — нет. Не совсем. Не весь. — Он придурок, а не псих, — отрезал Драко, не скрывая раздражения. — Если это считается медицинским диагнозом, — затем он кинул короткий колкий взгляд в сторону Грейнджер. — Хотя у него, по-моему, в последнее время не должно было быть причин для волнений. — Значит, вы его знаете крайне поверхностно, мистер Малфой, — ставя очередной пузырёк на место с лёгким стуком, уставшим, но весомым голосом произнёс Северус. — Все эти зелья, настои и концентраты, — он сделал широкий жест, охватывая всё содержимое тумбы, — примите к сведению, принимаются исключительно для подавления и успокоения. Это не коллекция для хобби. Гермиона начала судорожно, но целеустремлённо шарить по ящикам комода и полкам, что-то разыскивая. Её взгляд упал на книжную полку, она встала на цыпочки и достала оттуда припрятанную тёмно-зелёную стеклянную бутылочку, уже почти пустую. Амелия издала тихий, виноватый вздох, но сейчас было явно не до разбора полётов: кто, как и зачем это предоставил. Грейнджер уверенно протянула сосуд Северусу и тот, снисходительно и критически глядя на зеленоватое стекло, взял первую попавшуюся белую льняную тряпку из ящика комода и вылил на неё несколько капель содержимого. Мутно-фиолетовая, неестественно густая жидкость медленно, тягуче поползла по ткани, нехотя впитываясь, оставляя маслянистый след. В воздухе моментально разнёсся терпкий, тошнотворно-сладкий запах жжёной лакрицы и неизвестных горьких трав. Снейп заинтересованно нахмурил лоб, наблюдая за реакцией. — Теодор сам попросил меня достать что-то... очень сильное. Для контроля своих эмоциональных и... физических порывов, — осторожно начала Амелия, заламывая пальцы. — Он сказал, что иначе не справится... — Ваш друг — законченный идиот, если он всерьёз предполагал, — Северус мельком кинул убийственный взгляд на неподвижное тело на кровати и язвительно поджал тонкие губы, — что даже неплохого качества, но кустарное зелье сможет справиться с проблемой такого масштаба. Это не насморк. Когда вы передали ему этот «концентрат»? — Чуть меньше месяца назад, — с содроганием вдохнула вейла, чувствуя на себе тяжёлый и осуждающий взгляд Малфоя. — При таком объёме, — он кивнул на почти пустую бутылку, — он наверняка не соблюдал никакой дозировки, руководствуясь принципом «чем больше, тем лучше», — поправил манжету своей чёрной рубашки Снейп, его голос стал ещё более уставшим. — Некоторые компоненты здесь крайне токсичны и имеют свойство накапливаться в организме. Поэтому для начала нужно немедленно вывести всё, что он успел проглотить. Проблема в том, — он сделал театральную паузу, — что у меня нет необходимых ингредиентов, чтобы приготовить адекватное противоядие от такой интоксикации. — Дайте список, — неожиданно предложил Забини, прислонившись щекой к косяку двери, но в его прежде пьянющем голосе вдруг прозвучали нотки деловой уверенности. — В течение часа всё будет. Снейп мельком, с нескрываемым скепсисом бросил взгляд на Блейза, оценивая серьёзность его слов и текущее состояние. Гермиона, как будто не видя в этом ничего удивительного, просто кивнула и тут же отправилась искать в соседней комнате карандаш и чистый пергамент. Пьяный, но внезапно целеустремлённый Забини исчез, едва получив в руки заветный список, испещрённый острым почерком Снейпа. Сам Северус, не выразив ни капли удивления, велел девушкам покинуть комнату, чтобы осмотреть тело Теодора на предмет прочих повреждений и побочных эффектов от длительного приема зелья. Малфой, на всякий случай, остался в спальне.

***

Выйдя в сумрачный коридор, Гермиона прислонилась к прохладной стене, закрывая глаза. Вейла стояла рядом, смотря в пол. — Гермиона, я... не хотела, чтобы так вышло, — тихо и искренне виновато произнесла она, обнимая себя за плечи. — Я думала, что помогаю. — Это же Тео... — Грейнджер закусила губу и ощутила смесь усталости, досады и нежности. — Я уверена на все сто, что это не ты начудила. Он иногда... он действительно редкий идиот, когда решает, что всё может контролировать в одиночку. — У него просто... нестандартные подходы, — попыталась оправдаться Амелия, поджав губы и потирая предплечье, будто ей было холодно. — Он пытается... — Да, это на него похоже, — судорожно, с лёгкой дрожью вдохнула Гермиона. — Готов на всё, только бы не просить о помощи. Ладно... Как вы вообще выбрались? — Ну... — Буве с силой потёрла лоб, и на её лице появилась натянутая, неуверенная улыбка. — Это отдельная длинная история. Правда всё пошло не совсем так, как изначально было запланировано. — В смысле «не совсем»? — настороженно приподняла бровь Грейнджер, чувствуя подвох. — Вы же в конце концов не разнесли Азкабан по кирпичам, надеюсь? — Нет-нет-нет, конечно, нет, — многозначительно, слишком быстро закивала Амелия, делая красноречивую паузу и избегая прямого взгляда. — Я его... выжгла. — Дементоров нельзя просто взять и сжечь, — с лёгким недоверием мотнула головой Гермиона, но в её глазах уже загорелись интерес и тревога. — Они невосприимчивы к… — Я... особо талантлива, — с вынужденной легкомысленностью, потерев висок пальцем, отвела взгляд Буве, её голос дрогнул. — Но я не знала, что наши мальчики... что они будут оставаться внутри в тот момент... — Воу... — на секунду зависнув, Грейнджер распахнула глаза чуть шире, осознавая масштаб сказанного. — Адское пламя? Ты применила Адское пламя? В Азкабане? — Всё как-то... очень неправильно и стремительно сложилось, — призналась Амелия, нервно прикусывая ноготь на большом пальце. — Изначально всё планировалось немного иначе, куда более аккуратно. Просто Блейз... он настоял. Он не хотел никого тревожить заранее, перекладывать ответственность на других. «Чего, блять? У Забини был какой-то ещё один, уже отдельный план? — беспорядочные тревожные предположения и вопросы начали скапливаться в голове Гермионы, создавая неприятный ком. — Дементоры — огромная, сильная часть армии Тёмного Лорда, их действительно нужно было обезвредить... но почему он об этом умолчал? Почему в одиночку?» — Думаю, нам надо валить отсюда, и как можно скорее, — понизив голос до шёпота, произнесла Гермиона, инстинктивно оглядываясь. — Здесь живут не последние волшебники в этом государстве, к ним точно придут с вопросами очень и очень скоро, — она опустилась на корточки, закрывая уставшее, побледневшее лицо руками, — а нас здесь быть не должно. Второй раз нам так крупно не повезёт. — Что значит второй раз? — покосившись на неё, уточнила Амелия, тоже понижая голос. — Пока тебя не было, здесь уже была ревизия, — поднимаясь на ноги и делая глубокий, выравнивающий дыхание вдох, ответила Грейнджер. Её голос звучал устало, но собранно. — Но сейчас будет очень, очень много проблем, даже с учётом всех наших «перестановок» в Министерстве. — У нас уже давно их выше крыши, этих проблем, — с горькой усмешкой поджала губы Амелия. — Наши с тобой прогулки и походы — в полном порядке. А вот то, что у наших мужиков мозгов, прости, на троих две чайных ложки — это, без сомнений, весомая и фундаментальная проблема, — она вздохнула. — Если честно, в остальном всё вышло даже очень неплохо. Может, в следующий раз просто оставим их дома выяснять отношения и грызться? — Боюсь, тогда они повырывают друг другу волосы, переломают всю мебель и будут плакать по разным углам, требуя, чтобы их пожалели, — невесело фыркнула Гермиона, но затем её взгляд смягчился. — Хотя лучше бы, блять, плакали.