Всего несколько лет нашей жизни

***

      Время доходило до двенадцати дня, а семья, составляющая из себя наших любимых Эндрилов и их дочери Гвинет, ехали на конец города Пальметто, куда им сказала Роза.       Нил ехал на задних сиденьях вместе с крохой, объяснив Эндрю тем, что за ней нужен глаз да глаз и тем более внимание. В итоге малышка уснула спустя несколько минут всей дороги в своей люльке от коляски. Ставить детское кресло будущие молодожёны ещё пока что не решались. Ну, или хотя бы до момента, пока Гвин не исполниться полноценный годик…       Подъехали они к одинокому двухэтажному домику. Интерьером снаружи он напоминал дом Эбигейл: та же самая блеклая, чуть серых тонов от окружающей среды отделка, крыльцо из темного дерева, что было украшено разными объемами горшков с гортензиями и другими подобными растениями (на самом деле Нил и Эндрю оба просто понятия не имеют, что это за цветы, и лишь по расцветке и форме первого попавшегося в глаза растения сделали такой единогласный вывод). Иномарка, что стояла на стоянке у гаража, дала понятие «Лисятам», что жители этого особняка на месте. Эндрю припарковал машину на обочине дороги. В этом районе все равно почти никто не ездит, чё суетиться то?       Покинув салон Мазерати, Эндрю помог Нилу вытащить люльку со спящей Гвинет. Он дождался, пока Джостен так же не покинет салон, после чего заблокировал двери одним нажатием на брелок и втроём, не считая младшей, они направились по тропинке до крыльца. Нил постучал в дверь и через считанные секунды она отворилась, показывая хозяйку дома — Розу. — Привет, проходите, — улыбаясь, парировала она шепотом. Ясное дело, что Роза заметила этот накрытый каркас от коляски шторкой. Эндрю всегда так делал, чтобы Гвинет не просыпалась от яркого света для ее глазок на улице, — Мы думали, что вы приедите позже… Как никак вон, — указала она подбородком на шторку. — Она уснула только в машине. Почти к самому приезду, — начал было оправдываться Нил, но был нагло прерван Эндрю. — Если ты снял обувь, то будь добр, возьми Гвинет. — Конечно, Буади, — усмехнулся Нил, быстро стягивая со своих стоп обувь за пятки носками.       Роза захихикала. Ей все ещё было непривычно, что такого угрюмого парня называют той нелепой кличкой и все при помощи Гвинет. Эндрю недовольно зыркнул на нее и на Нила, что уже начал смываться со своего места преступления с люлькой на руках в гостиную.       «Надо бы и Джостену придумать кличку», — ухмыльнулся про себя Эндрю, уже представляя, как будет сидеть вместе с малышкой и рассуждать на эту тему.       Расправившись с обувью, Эндрю прошел от прихожей к гостиной. Сразу в глаза ему бросилась его родная рыжая копна отросших прядей и его малюсенькая копия. Нил вытащил ее с люльки и при помощи Розы раздел до обычного тоненького костюмчика морячка с белыми носочками.       Следом Эндрю увидел почти в метре от себя ещё одного спиногрыза — Алекса. Он маячил около кресла-качалки, не решаясь подходить к дивану.       Вообще, сам по себе мальчишка довольно красивый: русые локоны длиной по плечи (видимо не даётся стричься), большие выразительные зелёные глаза и очень блеклые веснушки на кончике носа. А одет он был очень даже смешно. Эта обычная, однотонная футболка, что в два размера его больше и спадающая с правого плеча, по-любому была у кого-то сворована. Надо же, Алексу всего годик, а уже воришка. Это позабавило Миньярда.       Послышался хрип малышки. Гвинет просыпается, а значит сейчас могут быть слезы, но нет. Нил воспринял крайние меры и использовал свою «магию», которую Эндрю все так и не может понять и разобрать. Притихшая и успокоившаяся Гвин осмотрелась по сторонам, разглядывая интерьер гостиной, пока Нил осторожно посадил ее на попку. — Гвин, — осторожно позвал Джостен свою дочь. Она лениво посмотрела на него. — Как думаешь, к кому мы приехали?       Кроха сразу начала смотреть по сторонам внимательнее и хмурится, но когда ее взору показался Алекс и Роза, то она ахнула и замахала ручками, лепеча. Эндрю подошёл чуть ближе, прыская со смеху, как и Роза. К ней у него ещё не было полного доверия, но раз Нил и, тем более, его дочь так реагируют на ее появление, то он готов принять такую участь. — Буади! — позвала блондина Вин, после указывая пальцем на Алекса. Эндрю выгнул бровь, смотря на этих двоих, пока мальчишка, наконец, не зачал их «детский язык».       Разговор младших очень быстро зашёл в, похоже что, нужное русло и Алекс отлип от кресла-качалки, залезая при помощи своей матери на диван к своей новой подружке. Дети махали руками и лепетали без остановки, хватали друг друга за руки и лицо, изучая и корча рожицы. — О, вы уже детей знакомите, — парировал мужской голос за спиной у Эндрю. Холодный пот тут же прошёлся каплями по спине и, сжав челюсть, он повернулся на голос. Ох, видели бы вы это огромное облегчение на лице Эндрю, когда он понял, что это просто муж Розы и отец Алекса. — Здравствуй, меня зовут Генри, — протянул он ладонь.       Эндрю, проглотив противный ком в горле, кивнул и тихо бросил свое имя, все ещё отходя от микро инсульта, после пожимая протянутую руку. Блять, да это не рука, а медвежья лапа!       Теперь они вдвоем наблюдали за тем, как девушки уже о чем-то перешептывались, а дети продолжали изучать друг друга.

***

      Что больше всего удивляло Джостена, так это то, что Эндрю быстро свыкся с Генри. Они оба выходили курить, разговаривали и опасливо поглядывали на них с Розой. Неужели Генри уже раскусил их взявшийся из неоткуда план и рассказал Эндрю? О, нет. Не может быть. Это должно быть тайной до самого подходящего момента! — Нил, — услышал он свое имя из лёгкой дымки раздумий, — знаешь, что я представляю? — И что же? — Как наши дети будут стоять у алтаря, — смахивая невидимую слезу и глупо улыбаясь (как и Нил), парировала Роза.       Джостен застыл. О, о… — Боже мой. Я только сейчас осознаю, что мы похожи на моих друзей. Ники и Элисон. Они такие же сплетники и фантазёры! — Ха-ха! Да ладно! Ну ты сам посмотри на них. Наши дети обязаны просто быть вместе, даже хотя бы как брат и сестра… — Да уж, — согласился Нил, — слушай, Роза… А это ведь нормально, что -ну- Гвинет умнее своего возраста, так, что-ли? — Это прекрасно Нил, не волнуйся. Хотя, знаешь, она разговаривать может начать позже, чем обычные дети. У моей знакомой было такое. А ещё у вашей дочери просто уникальная внешность! — А-м… Ну, это да. Мы сделали единогласный вывод, что мои гены победили, — выдавил из себя улыбку тот. — Это точно, но веснушки и левый глазик она взяла с Эндрю, точно!       Красивая девочка, вы просто умнички, что сделали такой огромной шаг в своём возрасте, — все продолжала нахваливать Роза.       В итоге Нил сидел весь красный и пялил в пол, однако от укола несправедливости он не мог избавиться. Роза и вправду думала, что ребенок его и Эндрю. Боже, как же ей позже рассказать? Или лучше молчать и принять все как есть?       Нил не знал.        Нил чувствовал себя не в своей тарелке. Скрывал это и продолжал краснеть, тупо лыбиться…

***

      В итоге до самого вечера семьи так и разделились: Эндрю с Генри, Нил с Розой, а Алекс с Гвинет! Все логично! У каждого из них свои мысли и свои действия, например, дети друг друга учили стоять и ходить. Они держались за разные опоры и о чем-то лепетали, а их мамки с глазами с олимпийские медали смотрели за этим и открывали рты как рыбы на суше.        У мужчин была почти такая же реакция, но Генри ахал и поддерживал мелких, упираясь локтем в плечо Эндрю. Да, теперь Миньярд не только «Буади», но ещё и подлокотник для этого старика ростом в два метра.

***

      Как бы Нил не отнекивался, у него не получилось. Роза настояла на том, что раз у них гости, то они должны быть ещё и накормлены. Эндрю лишь с дьявольской улыбкой пялил на эту картину, одновременно хватая детей за руки, чтобы те не валились с ног от распирающего их счастья и уверенных попыток начать бегать. — Эй, спиногрызы, — позвал он детей. Они сразу подняли свои четыре пары глаз на блондина, — есть будем? Или беситься до истощения будете?              Дети завизжали, привлекая внимание женщин.       Гвинет сразу попыталась сделать шаг, который у нее так пока и не выходил в нужное русло, из-за чего Миньярду пришлось взять ту на руки. А Алекс побежал сам, чуть спотыкаясь и заваливаясь на бок. Ноги пока что еще не сильно то его держали… — Нил, видишь? Дети хотят есть. Ты тоже, — скорее утвердительно парировал Эндрю, чем вопросительно. — Ох Господи… Ладно, хорошо! Мы поедим, — сдался Нил. Старшие захихикали. — Да ладно тебе, — отмахнулся Генри, — Ты можешь даже просто накормить Гвинет. Мы не обязаны пихать в тебя пищу, если ты этого не хочешь. — Он хочет, — повторился Эндрю, проходя за спиной у Нила. — Если я сейчас не поем, то этот, — указал рыжий на уходящего блондина, — не даст мне покоя.       Роза и Генри снова засмеялись, после чего втроём направились за детьми и отцом самой младшей.

***

— Эндрю, Гвинет и Алекс уже уснули. — Где они? — В спальне Алекса. — Я заберу ее, сидите, — кинул Эндрю.       Подняв свою задницу, он направился до детской на втором этаже, оставляя своего мученика со старшими. Найдя нужно дверь, Эндрю осторожно ее открыл, чтобы вдруг не разбудить детей, сразу кидая взор на детский коврик, на котором, собственно, и оставили младших. Они оттуда даже не сдвинулись похоже и сейчас лежали в обнимку, посапывая друг другу в плечо.       О-о-о, Миньярд начал ревновать свою дочь к этому парнишке.              Бесшумно пройдя к детскому коврику, Эндрю присел на корточки, наблюдая за спящими и раздумывая, как забрать свою дочь, чтобы другой не проснулся. Да хер с ним, была не была! Подхватив Вин под коленками и лопатками, он вытянул ее из объятий Алекса, сразу начиная шипеть, чтобы никто из них не нарушил свои сновидения.       Укол несправедливости тут же ударил по совести блондина и, чуть поразмыслив, он переместил Нети на правое предплечье, придерживая ладонью промеж ножек, а Алекса взял в другую, чтобы переложить в кроватку. С такой задачей он справился прекрасно.       Легонько ткнув парнишку в лоб, Эндрю показал как маленький ребенок язык и направился со своим чудом на первый этаж, прикрывая детскую. Его встретил уже ожидающий с вещами Винет Нил. Генри ушел на перекур на задний двор, а Роза, по всей видимости, на кухню, чтобы помыть посуду. — Ты хорошо справился, Эндрю Миньярд, — улыбнулся Нил, глядя на чадо в его руках. — Ты тоже, Нил Миньярд.              О… — Давай одевай ее, я пока выйду покурить, — укладывая малую на диван, парировал Эндрю. — Без сигарет, — сразу нахмурился Джостен. — Без сигарет, — кивнул Миньярд, доставая электронную и пропадая за дверью на задний двор.

***

— Эй. — Вы уже собираетесь? — Угу… Эй, Генри, — затягиваясь электронной сигаретой позвал его Эндрю, — я не люблю просить о чем то, но… Ты можешь дать хоть какие-то советы? — По поводу? — Не будь таким нудным, старик. По поводу ребенка, — закатил он глаза. — Да ладно тебе, не кипятись, — улыбнулся Генри, показывая свои морщинки под глазами и на лбу, — я не могу дать особых советов, честно. У каждого ведь своя ситуация с… — Семьёй… — Да, семьёй. Вы женаты? — поинтересовался брюнет. — Нет. Зачем? — Как это зачем? А вдруг опека там, не знаю… Все случиться может, Эндрю! — закусив сигарету зубами, всплеснул руками Генри. — Блять, я думаю ещё. Может, позже все решиться с этим. Не сейчас. — Хах, ну смотри, как тебе будет лучше. Могу дать совет знаешь какой? — Я весь во внимании, что ты там мне ляпнешь, — снова закатил глаза Эндрю, опираясь на поручень крыльца. — Быть родителем в наше время очень сложно: если раньше воспитывали детей в соответствиями с традициями, и чаще всего ответом на все вопросы было следование устоявшимся в семье и обществе правилам, то сейчас на каждый вопрос есть миллион ответов. И какое бы решение ты не принял, обязательно в чем-нибудь будешь неправ.       Смотри… Вот, даешь ребенку слишком много свободы — ты уже безответственный родитель, ограничиваешь — родитель-тиран. Стараешься оградить ребенка от шоколада — маньяк, лишающий малыша детства, даешь ему шоколад — опять безответственный родитель. Эта штука такая сложная, кошмар просто! — И к чему же ты ведёшь? — К тому, что нужно будет делать все в меру. Даже если у тебя не было детства и ты хочешь его дать своему ребенку — делай все в меру, — пожал плечами Генри, смотря вдаль.       Эндрю примолк. Взглядом он начал сверлить землю за пределами крыльца. В чем то Генри прав. Сделаешь одно и ты херовый родитель, сделаешь другое — ещё хуже. — То есть, — начал он, — блять, это чистая бессмыслица, старик. — Я понимаю, Эндрю, — кивнул тот, — но ничего не поделаешь. Вся эта херня заводит в тупик, да, но это, по крайней мере, единственный совет, который я могу дать. — Спасибо, — чуть погодя сказал Эндрю, прежде чем оттолкнуться от перил и направиться до прихожей, где Нил уже обувался и накидывал куртку, пока Роза стояла рядом и следила за Гвинет. —… Не проснется? — Нет, что ты. У Алекса режим, — хохотнула вполголоса женщина. — В смысле? — не понял Джостен. — Он к двенадцати ночи где-то просыпается и не спит до часу… Мы мучаемся всей оравой только ради того, чтобы выбить энергию из его тела. — Ох, это сумасшествие. — И не говори… — отмахнулась Роза.       Эндрю молча подошёл к ним и стал одеваться, не зацикливаясь на разговоре. Ему главное сейчас уже вернуться в Лисью Башню и пластом увалиться на кровать, поспать. Не зацикливаться на чем либо и просто жить спокойной жизнью…