Сигареты и мята

      Главный зал Хогвартса —великой школы чародейства и волшебства — 22 февраля был полностью забит учениками всех возрастов. Для этого имелась особая причина: именно сегодня должно было состояться Волчье Полнолуние — событие, происходящее в магическом мире каждые триста лет. Волчьей луна называлась, в первую очередь, из-за своего глубокого темно-серого цвета, но также и из-за того, что многие прорицательницы в ночь такой луны видели гримм — страшное предсказание чьей-либо скорой смерти. Такая луна несла огромные перемены, способные изменить жизнь абсолютно каждого волшебника, а порой даже затронуть судьбы магглов.       Небо, существующее в зале вместо потолка, было закрыто огромными кучевыми облаками. Каждый ученик всматривался в них в надежде первым увидеть выглянувшую луну. Хотя подождите, кажется, не каждый… Пятеро гриффиндорцев активно из-за чего-то спорили, не смотря наверх: Джеймс что-то доказывал своему другу Сириусу, в то время как Лили и Римус, смеясь, но будучи уверенными в своей правоте, пытались переубедить Джеймса. Пятый же друг Питер стоял в стороне, лишь изредка вставляя в спор пару фраз. — Вся эта легенда про луну придумана лишь для развлечения учеников! — яро спорил Джеймс, — Я слышал от знакомого родителей, что они тоже видели эту «Луну».- с сарказмом сказал парень. — Ага, вероятно, этот знакомый старше, чем старается выглядеть…- засмеялся Сириус. — Какая вообще разница, настоящая эта Луна или нет? Фактом является то, что после нее всегда происходит что-то очень важное… -начал было добавлять Римус, но был перебит: — Важным будет, если вы трое наконец-то перестанете спорить, а то у вас же вся жизнь в спорах проходит! Вы хоть нормально общаться умеете? — с полуулыбкой вклинилась в разговор Лили. У девушки была феноменальная способность заканчивать подобные дискуссии. Вот и сейчас, сразу же после того, как она это произнесла, по главному залу прокатился взволнованный шепот. Друзья, затянутые в спор, не сразу обратили внимания на то, что все ученики затихли.       Подняв головы, пятерка вслед за остальными уставилась на небо и сначала ничего не поняла. Но через секунду друзья от удивления были не в силах что-либо сказать, ведь перед их взором открылась необычайная картина: темно-серая луна выходила из-за белесых облаков. На фоне темного неба ее, казалось бы, не должно быть видно, но сейчас волшебство полностью взяло контроль над моментом. В воцарившейся жуткой тишине Сириусу вдруг показалось, что он слышит отдаленный вой сначала одного волка, затем целой стаи, но парень довольно быстро прогнал наваждение, мешающее насладиться мистическим моментом, сославшись на лишнюю кружку сливочного пива прошлым вечером. Но вот вой повторился еще раз, затем еще, пока не заполнил собой все пространство зала. Ученики начали испуганно перешептываться и озираться, в то время как учителя лишь немного напряглись -это было видно по начавшей то и дело поправлять свою шляпу профессору Макгонагалл и по ерзающему на стуле профессору Флитвику.       Спустя минуту вой резко прекратился, ровно в тот момент, когда Волчья Луна засветилась иссиня-черным светом, заставив свечи, стоявшие в зале, загореться синим пламенем. Все это сопровождалось то и дело пролетающими над залом восклицаниями учеников. Вдруг небо оглушил раскат грома и озарила вспышка молнии, после чего прямо с неба что-то начало стремительно падать. Ученики едва успели разбежаться в стороны, как практически в центр зала, зависнув на пару секунд в нескольких сантиметрах от пола, упал человек. Повсюду начали слышаться крики и возгласы, в то время, как пятерка гриффиндорцев стремительно пробиралась к эпицентру произошедшего. Наконец, ребята смогли разглядеть упавшего: это была девушка, возрастом около семнадцати, с темно-русыми волосами и аккуратными чертами лица, выраженными в небольших губах и маленьком носе. Ее длинное красное шелковое платье разметалось по полу, создавая впечатление упавших лепестков роз… По крайней мере, именно такие мысли посетили в тот момент голову Сириуса. Он, неожиданно для себя, вспомнил слова Дамблдора о том, что все, произошедшее в момент сияния Волчьей Луны, будет иметь огромное значение для всего магического мира. Выходит, сейчас его судьба, и судьба его друзей зависят от этой девушки?       Поток мыслей Сириуса прервал стремительно подошедший к девушке Альбус Дамблдор. Он присел и хотел было проверить, жива ли та, как вдруг она открыла глаза и, секунду смотря в одну точку, резко села и начала испуганно озираться вокруг. Ее взгляд метался от одного ученика к другому, пока не остановился на директоре. Тогда ее, и без того большие, как успел заметить Сириус, серые глаза округлились от огромного удивления. Хотя, помимо удивления, была еще масса эмоций, которые просто невозможно описать. Спустя пару секунд, в абсолютной тишине прозвучал звонкий, но неуверенный голос: — Где я? -девушка вопросительно посмотрела на Дамблдора. Взгляд был затуманен после падения, поэтому лица мужчины, ей рассмотреть не удавалось. — В школе чародейства и волшебства Хогвартс. — чуть помедлив, официально, в своем духе, ответил директор. Девушка словно сложила какие-то события у себя в голове, потому что ее взгляд стал менее испуганным. — Ага… Хогвартс… -девушка вдруг расслабилась и насмешливо хмыкнула, — Смешно пошутили. Может еще Гарри Поттера позовете…       Гостья уже собиралась начать выяснять, кто же устроил ей такую игру, как вдруг внутри что-то словно щелкнуло — с момента, как она открыла глаза, только сейчас зрение прояснилось и она смогла рассмотреть лицо директора. Он был один в один как актер из фильма. В это же время актер недоуменно посмотрел на гостью: — Кто это? — в его глазах промелькнул легкий интерес. — Так, ладно. Теперь все это еще больше меня пугает…- тихо произнесла девушка. — Какой сейчас год? Где мы на самом деле? — Тысяча девятьсот семьдесят седьмой. — профессор ответил неожиданно быстро, словно ждал именно этого вопроса, — Двадцать второе февраля. И мы по-прежнему в Хогвартсе. — Семьдесят седьмой…-пробубнила девушка. Она поняла. что лучшее, что она сейчас может сделать, это понять, в какой именно момент этого «чего-то» она попала, — значит, Гарри еще не родился. Получается, сейчас здесь…       Вдруг гостья поднялась, отчего все ученики непроизвольно шагнули назад, и повернулась в сторону старшекурсников. Девушка начала кого-то высматривать в толпе учеников, как вдруг ее взгляд, в котором блестела какая-то очень важная догадка, уперся в пятерку друзей. Он начал медленно переходить с одного гриффиндорца на другого, пока не остановился на самом высоком из них. В его черных глазах было что-то ужасно знакомое, но вот что? Пара секунд упорных размышлений и вот, все неожиданно встало на свои места. — «Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост…представляют своё новое изобретение — Карту Мародёров…» — тихо, словно для себя, произнесла девушка и уже куда увереннее добавила то, что повергло в шок абсолютно всех, обращаясь к черноглазому: — Сириус?

***

— Как тебя зовут? — спросил девушку Дамблдор, пока они быстрым шагом шли к его кабинету. После того, как девушка обратилась к Сириусу, Дамблдор поспешил увести ее подальше от учеников, чтобы избежать от них лишних вопросов. По крайней мере, до того момента, пока сам профессор во всем не разберется. — Мора. Зовите меня Мора. Директор ничего не ответил, так как в этот момент открывал проход в кабинет. Секунда — и перед Морой развернулась лестница. Поднявшись наверх, Дамблдор сказал уже куда более серьезно: — Присаживайся…- дождавшись, пока девушка сядет в кресло напротив директорского, он продолжил: — А теперь мне нужно узнать о тебе все, Мора. Кто ты, откуда ты…- увидев напряженный взгляд «гостьи», Альбус немного смягчился, — Прости за такой тон, просто подобные…случаи происходят крайне редко, поэтому я прошу тебя рассказать о себе как можно больше. И очень прошу тебя: не ври мне. Боюсь, от этого зависит слишком многое.       Мора подумала с чего бы начать. Она не знала, как рассказать все, не представ сумасшедшей. Хотя, она и сама очень сомневалась в своем психическом благополучии… Но все же, начать с чего-то стоило. — Я родилась в Лондоне, 19 марта 2004 года… Мой отец редактор, мама учитель. Моя жизнь абсолютно обычная: я заканчиваю школу, смотрю фильмы — на этом моменте директор поднял брови, читаю книги… Точно, книги!.. Д-директор, или как вас там, — тихо добавила последнее девушка, — В моем…мире, пока скажем так, нет волшебства. Совсем. Я имею в виду, что эта школа, это, ну, …вымысел. Вымысел чистой воды одной писательницы. Эту историю знают миллиарды людей, о ней сняты фильмы, в которых играют актеры, и вы… Вы тоже есть там. Но Вы — лишь персонаж, поймите. — Мора замялась, и прикрыв глаза — она по факту разговаривает с несуществующей личностью, добавила, — я почти уверена, что просто упала и ударилась головой и сейчас лежу в коме. Просто в коме. Этого не может быть. Не может… Девушка сама не заметила, как у нее в груди начала нарастать паника. Но профессор, видимо, вовремя уловил состояние темноволосой: — Милая, не волнуйся. Дыши. Дыши ровнее… Вот так, молодец. Хочешь чаю? -после утвердительного кивка на столе перед девушкой появилась чашка чая. Попробовав его, Мора поняла, что там ровно столько ложек сахара, сколько она обычно кладет. Но удивление довольно быстро сменилось мыслью, что все логично, ведь это в ее голове. Но паника все равно постепенно отступала, что не могло не радовать. — Так вот…- продолжила девушка, — В эти книгах говорилось о…- Мора резко замолчала. — Нет! Простите, но…но как я могу быть уверена, что я сейчас действительно здесь? Простите, но эта мысль убивает меня… Обычно я не такая нервная, но сейчас…- девушка вскочила и начала ходить по кабинету. — Никак. Ты никак не можешь быть уверена в том, что ты на самом деле здесь. И я не могу быть уверен в том, что я здесь — спокойно, но в то же время уверенно начал говорить профессор. — Теоретически, мы ни в чем не можем быть уверены. Но сейчас я могу сказать одно — я вижу тебя, а ты меня. Поэтому давай отталкиваться хотя бы от этого. Да и я сомневаюсь, что твое сознание стало бы так тебя успокаивать… Ха-ха.       Профессор попробовал пошутить, но шутка вышла не совсем такой, какой должна была быть. Но, тем не менее, все это и правда успокоило девушку. У нее вдруг резко пропало ощущение того, что все нереально. Она постаралась принять тот факт, что она здесь, как и просил профессор. — Итак…- начал было за девушку Дамблдор. — Итак, эти книги повествуют об особенном мальчике, о сыне… О сыне Джеймса и Лили Поттер, точнее, пока что Лили Эванс. Но важен сейчас не мальчик, а важны ребята — Джеймс, Римус, Лили, Сириус и Питер. Они все, так же, как и эта школа, и Вы, есть в книге. — Мора замялась — она не знала, стоит ли говорить то, что собиралась, — Но в итоге… Они все погибают. Все… Разговор затянулся больше чем на два часа. Мора старалась вкратце рассказывать о происходящем в книге, но ей то и дело приходилось отвечать на вопросы директора и добавлять какие-то важные детали, которые уводили повествование все глубже. Вообще, девушку очень удивило то, что Дамблдор не сказал что-то вроде «Не говори о моей смерти — я не хочу вмешиваться в свою судьбу и т.д.» — наоборот, он просил ее как можно подробнее поведать историю.       Наконец, когда Мора закончила свой рассказ, уже глубокой ночью, Альбус снял свои очки и заговорил: — Значит, мародеры… Ты сказала, что сняты… Фильмы, так же они называются? — когда Мора кивнула, профессор продолжил, — Если я правильно тебя понял, то там показаны мы все такими, как выглядим сейчас. Это весьма интересно… И на этот счет у меня есть одно предположение. Писательница, о которой ты говорила — Джоан — я совершенно уверен, что знаю ее. Это прорицательница, чей возраст… Пожалуй, я даже не возьмусь сказать, сколько ей лет. Так вот, эта женщина знает, что было, что есть, и что будет, поэтому, вероятно, все то, что ты сначала читала в книгах — ее рук дело. С фильмами же все немного сложнее — я возьмусь предположить, что маги вашего времени каким-то образом смогли перенести омут памяти в эти ваши коробочки… — Телевизоры. — подсказала Мора. — Да, верно, в телевизоры. Поэтому все, что показано в фильмах, Джанетт — именно так по-настоящему зовут прорицательницу, видела в своих видениях, а что-то, вероятно, даже своими глазами. Но как министерство магии, если оно у вас все еще существует, смогло пропустить такое? Подобные вещи не могут попасть в мир смертных — тем более таким образом. Странно… И зачем Волчья Луна отправила тебя сюда, в прошлое? Хм… И, — профессор вдруг хмыкнул, — позволь спросить, почему ты в таком…необычном платье? — О, я была на балу у отца в честь одного праздника. Это что-то вроде вашего Святочного Бала. Там все мужчины надевают костюмы, а женщины — вечерние платья. Последнее, что я помню, это то, как я танцевала с одним молодым человеком — он, кажется, был из другого издательства. А потом все померкло и вот, я уже лежу на полу Главного Зала. — Итак, значит, вы утверждаете, что книга- не вымысел? Что я просто попала в прошлое? — голова Моры просто разрывалась от миллиона вопросов, на которые пока не было ответов. — Понимаешь, Мора, то, что Хогвартс реален, я могу сказать тебе совершенно точно. Предполагая твой следующий вопрос: да, я в этом уверен. Магический мир всегда был связан с обычным, людским. И я надеюсь, что в твоем времени ничего не изменилось. А насчет, того, в каком мы времени… Думаю, тебе это лучше знать. Но, вероятно, да — ты в прошлом. Выслушав профессора, Мора поняла одно: подобных вопросов впредь лучше избегать. То, что Дамблдор знает куда больше, чем говорит, не подвергалось сомнению, и его словам лучше сразу поверить. — Позвольте узнать, профессор…- утвердительный кивок, — сейчас здесь учатся Люциус и Нарцисса Малфой? — еще один утвердительный кивок. — Понятно… Знаете, так странно видеть их всех молодыми… Оу, простите, я не хотела Вас задеть… Девушку перебил смешок директора — Дамблдора всегда забавляли искренние эмоции, появляющиеся на лицах даже самых серьезных людей при их попадании в неловкие ситуации. — Не беспокойся об этом, милая. — поспешил успокоить девушку профессор. — Ты мне лучше вот что скажи…- Альбус Дамблдор на секунду то ли задумался, то ли замялся — глядя на его лицо, сложно было сказать точно, — Почему тогда, в Зале, ты обратилась именно к Сириусу? И не говори, что узнала только его — после почти трех часов разговора с тобой я уверен в том, что ты сразу все поняла, включая и то, кто есть кто. Так почему? -на лице профессора заиграла ехидная усмешка. — Ну, я… Я не знаю, правда! Просто когда я посмотрела на него, имя вылетело непроизвольно… Я правда не знаю, профессор…- на секунду Мора растерялась, но почти сразу взяла себя в руки и произнесла с небольшим осуждением: — Вообще, зачем Вам это? Профессор еще раз улыбнулся, но в этот раз улыбка была больше похожа на отеческую. В глазах, наполовину скрытых очками, на секунду мелькнуло что-то вроде «Я знаю кое-что интересное, но не скажу тебе».