К вам, целую жизнь спустя

Огромные карие глаза смотрят прямо в окна. Взгляд пустой, безжизненный, явно говорящий, о неразумности его обладателя. Сейчас они бездумно смотрят в никуда, но через секунду сосредотачиваются на одной фигуре, стоящей у двери. Взгляд сразу оживляется, и огромный рот расходится в широченной улыбке. Огромная ладонь пытается протиснуться сквозь окно, попутно кроша стекло, раму, да и вообще всю стену. И тянется к ней. Страх парализовывает все тело. Даже закричать не получается. Поэтому, когда он хватает ее, тело никак не реагирует. Полностью вытащив руку, он открывает огромный рот и подносит тело к нему. Зубы сходятся прямо вдоль лица и захватывают почти всю правую половину по пояс. Давление слишком сильное. Расколов череп, он глотает откущенную часть. Разжимает свою ладонь, и остаток от тела падает спиной прямо в траву. Оставшийся глаз безжизненно смотрит в пустоту. *** Холодно. Несколько слоёв одежды не спасают от утреннего озноба. Но Энни сильнее закутывается в одеяло и прячет под ним голову. Вставать совсем не хочется. Но прийдеться. Немного поворочившись, она наконец поднимается с кровати. На часах без пяти шесть. Умывшись теплой водой, Энни поднимает усталый взгляд на зеркало и упирается руками об раковину. Она молчит. Отражение молчит в ответ. Сегодня Энни чувствует себя еще больше не в своей тарелке. Прошло уже несколько дней, но она до сих пор не привыкла к тому, что Марко вот так просто сидит за соседней партой. Раньше, в другой жизни, у нее была четкая цель, даже несколько, а теперь все решать приходится самой. В первые в жизни она скучает по генералу Магату. Вчера Энни удалось избежать дождя, но сегодня ей все конпенсировали. Сплошная стена воды. А Энни, как самый настоящий гений, надела кроссовки и промочила ноги насквозь. Не самое удачное решение в ее жизни. Как назло все вокруг такие счастливые. Стоило Шадису заболеть, как у всех сразу поднялось настроение. Саша так вообще в полном восторге. Ее предсказание наконец сбылось. —И все таки, откуда ты узнала о об этом?—Поинтерессовался Николо. —Тевлефпамфия! —Господи, сначала прожуй, потом говори. —Да, телепатия говорю! Порко громко псыкнул в кулак. —Не, ну а че ты смеешься!? У меня бабка ясновидищей была! Всегда знала когда и у кого лисы кур утащат! —Ага, гадала на кофейной гуще.—Едко отметил он. —Да ну тебя! Саша всегда умела разбавить атмосферу и поддержать разговор. Ее веселое настроение действовало даже на Энни. Где-то в глубине души она нравилась даже Порко. —Ты какая-то грустная. Бертольд умел застать в расплох. Делал ли он так в прошлом, Энни уже не помнит. —Правда? —Не знаю. Может мне просто кажется? —Скорее всего.—Это прозвучало грубее, чем планировалось. —... Если не хочешь завтра идти то... я и сам могу. Ах да. Завтра же пятница. —Черт... Я думала завтра среда. — Ох, ничего сташного! Как я и говорил, я и сам- —Нет. Меня не было уже четыре месяца.—Ее все еще душило чувство вины. —Ну, хорошо. Тогда в десять, да? —Да. Так, как он там?—Ненавязчиво поинтересовалась Энни. —В порядке, ну... относительно. Хотя никаких улучшений и нет.—Бертольд задумчиво вертел карандаш в руке,—но зато и ухудшений тоже. —Берт. Этот разговор давался слишком тяжело. Последний год давался еще тяжелее. Разговоры с Бертольдом стали полны непонимания и долгих пауз, причем по ее же вине. —Да?—Он повернулся в сторону Энни. —Ты правда веришь, что все наладится? Честно, это все равно, что спрашивать у пятилетки, выживет ли пациент, больной раком. Бертольд в любом случае не поймет сути вопроса. Хотя они еще никогда этого не обсуждали. По правде говоря, они вообще стали реже общаться. —Я? Ну... Я думаю, все что ни делается, все к лучшему. Так что, не стоит преживать в любом случае. Бертольд улыбался, и на это было физически больно смотреть. Он так легко говорит об этом, будто это все не так уж и важно, а может Бертольд лучше скрывает эмоции. Энни отвернулась. Хоть в классе и было немного шумно, для них обоих повисла гробовая тишина. —Я надеюсь. "..." *** —Слушай, а в этой школе не учится Райнер Браун?—Спросил Марко. —Райнер? Он тоже был в том лагере? —Да. С ним что-то случилось? —Ты не знаешь? Марко отрицательно покачал головой. Бертольд тяжело вздохнул и опустил голову. Он немного просидел в таком положении, но спустя пару минут собрался с силами: —Примерно год назад у Райнера случился очень сильный приступ истерики. Просто из ниоткуда.—Выражение лица Бертольда вполне доходчиво показывало, насколько ему не нравится об этом говорить.—Потом он начал бредить, это много раз повторялось, и в конце концов его... его отправили на принудительное лечение. Марко промолчал —Н-на самом деле все не так плохо. С ним все еще можно разговаривать на отвлеченные темы. Но его зацикленность пугает... —Извини.—Это все, что он мог сейчас сказать. Слишком резко встав из-за стола и слишком поздно это осознав, Марко уже соберался уходить, но Бертольд успел схватить уго за рукав —Подожди! Ты– Вы тоже были друзьями, да? Марко отвел глаза. —Можно и так сказать... Наконец, Бертольд отпустил его руку, и Марко мог спокойно уйти. Спиной он почувствовал на себе взгляд. Обернувшись, в дверном проеме он увидел Энни. —Извини еще раз. Не хотел портить настоение—Тихо промямлил под нос Бодт и как можно быстрее направился к выходу. Бертольд непонимающе уставился в то место, где только что стоял Марко. Именно сейчас он осознал, что, не смотря на их продолжителтную дружбу, он практически ничего не знает о Энни. *** Пятница. 9:23 Довольно солнечно, но холодно. Воли к жизни не прибавляет. Сегодня у одиннадцатых классов какое-то мероприятие, поэтому у всех остальных счастливчиков дополнительный выходной, так что ее железная отмазка по типу:" прости, ну сегодня вот никак-никак-никак-никак не могу, ну учеба, ну сам понимаешь" благополучно помахала ручкой на прощание и растворилась в воздухе. Просто волшебно. Теперь то уж точно поздно прыгать с этого поезда. А ведь как вчера распиналась. Не то чтобы Энни не хочет видеть с Райнера. Просто она лично не хочет снова с ним видеться. 9:46 Она нехотя встает, одевается, прощается с отцом и выходит на улицу. Они договорились встретиться возле магазина рядом с ее домом и уже оттуда пройтись до нужной остановки. В десять. 10:01 Кроме ее и Бертольда, иногда Брауна навещал и Марсель. Иронично. Но вообще, не очень. В первое время Райнер орал как резанный о том, как всех подвел, а в оссобенности Марселя. Чуть ли не на колени перед ним падал. 10:03 Скорее всего Марсель теперь ощущает себя причастным к его "безумию", и испытывает иррациональное чувство вины, хотя сам не понимает, чем оно вызванно. 10:05 Да, скорее всего именно так оно и есть. 10:07 10:08 10:09 10:10 Черт возьми, где их черти носят, у нее уже все пальцы отмерзли! Со стороны послышался топот шагов. Явились. —Энни! -хах Мы н-не это -хах черт—пытался оправдаться Марсель. —Неторопись. Он неловко оперся на колени, чуть не упав. Бертольд тоже кое-как добежал и чуть не сбил того с ног. —Извини, мы опоздали на автобус—пояснил Бертольд. Какая неожиданность. —Ладно, проехали. Идем? —Ага -хах Пошли... *** Белое здание, белый пол, белые стены, белые халаты. Все будто бы специально выкрасили в белый, чтобы вызывать раздражение, дискомфорт и тошноту у всякого попадающего сюда. Идеальное место для психически нездоровых людей. Проблема была в том, что Райнер абсолютно здоров. Правда не для всех это было так уж и очивидно. Вообще, им троим нельзя здесь находиться. По всем правилам, видеться с пациентами позволяют только родственникам, но его мать, как только узнала "диагноз", сразу практически отреклась от сына и ни разу не навестила, за все время прибывания здесь. К счастью, лечащим врачем Райнера оказалась не самая строгая женщина, поэтому, спустя пару раз очень усердных уговоров и несколько коробок конфет, она махнула рукой, и "так и быть" согласилась им два раза в месяц навещать его, если будет удобный случай. Но правда напоследок уточнила, что "если что, вы двое злостные преступники, представились родственниками, всех обманули, и вся ответственность на вас, и никаких претензий предъявлять не будете!". Ну так, для справки. Этого им было вполне достаточно.