Сжигающее пламя.

Дождь бил по крыше лоджии, не давая Рагнвиндру сосредоточиться на своих мыслях. Не позволяя ему обдумать хотя бы частичку всей информации, которую тот получил за такой короткий промежуток времени. А может оно и к лучшему, ведь красновласый может начать копать слишком глубоко, закапывая в последствии себя самого. Голова пухла, глаза наливались кровью из-за давления, а руки тряслись. Хотя, если отложить какие-либо формальности, то данное состояние у Дилюка было почти что постоянным на протяжении последнего месяца. Дождь так и продолжал идти, подразумевая собой будущий ливень, отвлекая Дилюка далее. Он только рад, если уснёт на этом диванчике-кресле, не подвергнувшись адским раздумьям. Кошмары не придут к нему,позволяя провести единственную ночь в спокойствии. — Мелодия… та мелодия на фортепиано, — тяжело вздыхает красноглазый, постукивая длинными и изящными пальцами по подлокотнику этого диванчика. Детектив Рагнвиндр, чья ночь вновь прошла беспокойным туманом, ехал ранним утром в участок, чтобы взять новые материалы дела. Улица все ещё была сырой, с обильным количеством луж, поэтому Рагнвиндр старался ехать медленнее, чтобы не обрызгать случайных утренних прохожих. Думал, что зачтется кармой, дав ему наконец-таки поспать нормально. Он пропустил свою традицию: уже в пятый раз за месяц не заехал в кофейню на шоссе за любимым американо и случайной булочкой, которую выберет бариста на свой вкус. Дилюку было некогда, Дилюк старался найти разгадку, у Дилюка были проблемы. Причём проблемы вселенского масштаба. — Господин Рагнвиндр, с каждым днём вы все раньше и раньше приходите в участок, — бубнит старая охранница, заставляя Рагнвиндра пробурчать что-то на родном немецком. Он не выспался, раздражен в несколько раз сильнее. — У меня очень трудное дело, — продолжил тот уже на местном, английском, языке, — Поэтому я не смогу работать и спать нормально, пока не раскрою его. Извините. Который уже день эта старуха ворчит? Дилюк не помнит, у Дилюка голова забита совсем иным. Это не убийства, это не пропажи, не ограбления, это просто чертовы взломы их сети. Казалось бы, у Дилюка точно должны были быть дела загадочнее и опаснее, чем какой-то горе-хакер, возомнивший себя богом. Рагнвиндр и сам думал подобным образом, желал продолжить работать над более трудной задачей, но его чём-то цепляло это дело. Именно это. И для него одна из первостепенных задач была глупой, совершенно ребяческой - узнать виновника и причину своего влечения. Дилюку двадцать пять лет, он уже три года на должности детектива в их штате, его уважают все местные жители и верхушка, и он вовсе не понимал, как смог опуститься до того, чтобы гореть желанием разгадать детские головоломки. Сев за свой компьютер, Люк разблокировал учетную запись, сделав глоток горького кофе, из старой, почти сломавшийся, кофемашины в участке. Все циклично, как и вчера. На почте вновь одно сообщение, вновь от того же юзера, чей IP-адрес было вычислить чём-то невозможным (возможно просто нереальным для их ужасного программиста), и вновь тот мигающий на экране котик. Это уже вошло в привычную рутину, показывая Рагнвиндру глупость, абсурдность этого дела. — Будто если я перестану уделять тебе своё внимание, ты пропадёшь… — Дилюку осталось лишь усмехнуться, начиная неприятно клацать по старой, изношенной клавиатуре. Ужасное оборудование их места работы. «Доброе утро, господин Рагнвиндр! Я вновь пролазил по вашим файликам и нашел такое милое фото! Знаю-знаю, что обычно я чекаю исключительно рабочие файлы, но это привлекло мое внимание. Надеюсь, вы соизволите наконец-то мне ответить, сэр, занятой Вы наш!» Эта манера речи давно перестала слишком сильно раздражать Дилюка, оставляла за собой лишь терпкий вкус ребячества у этого парня по ту сторону экрана. Ему не хватало внимания, было видно без всякого образования психолога, и Дилюка это немного настораживало. Парень был могущественен, он мог сделать того, что не могли штатные государственные работники, обучаемые специально для этого. К письму было прикреплен какой-то jpg-файл, заставив Детектива нахмуриться. Вероятность, что там могло что-то содержаться, опасное для компьютера, велика. Ну, как минимум, для человека, как Дилюк, что находился с техникой в абьюзивных отношениях. Он долго пытался найти в себе смелость, чтобы открыть картинку. Оказалось, что смелости нужно было набираться больше. На фотографии было изображено болезненное прошлое Люка. Он скрыл фото, закопал его глубоко в недры своего компьютера, сжёг его в своём сознании, а этот наглый мальчишка, черт бы его побрал, вновь разворошил прошлое. Пока Люк взглядом пробивал монитор, в кабинете стояла мертвецкая тишина. Где-то было слышно, как работал ПК, где-то, как ходят прибывшие к 8 утра сотрудники. Медленно, но в штабе начинался шум, подавляя каждую мысль мужчины, пытающегося как-либо понять, почему именно эта фотография всплыла спустя десятилетия. Парень был как-то связан с этим? С тем инцидентом одиннадцать лет назад? Или она содержит какую-то зацепку? Помотав головой, Дилюк сжал зубы, рассматривая фото подробно. Трое парней, лет одиннадцати, один был самый старший. На фоне фотографии находилась заброшенная беседка мадам Грельс, местной старушки, сошедшей с ума после смерти двух детей и мужа. Парни часто бегали в этот сад воровать яблоки и играть в призраков в беседке. Такая дурость, но у Рагнвиндра на душе стало и тепло и больно одновременно. Он никак не мог понять причину и очаг этого чувства, не мог сделать что-то, избавиться от него. Далее - мальчишки. На глаза одного была пиратская повязка, а в руке крюк. «Пират?» — Дилюк совершенно забыл, кто кем был в те времена, в их играх. Сам Дилюк был на фото совсем непримечательным, обычная одежда и скрюченная гримаса, которая должна была как-то напугать родителей. Как и рыжеволосый паренёк сбоку. Кудри беспорядочно были разбросаны по лбу, закрывая обсыпанное веснушками лицо. Это, Люк помнит, расстраивало его, ведь часто приводил пример, что веснушки - звезды, сбежавшие с небосвода на лицо Аякса. Они были слишком прекрасные, слишком неземные, топили сердца Рагнвиндра в миллионе эмоций. По телу прошелся табун мурашек. И от испуга и воспоминаний. В кабинете, из колонок стереосистемы, заиграла мелодия. Фортепиано. Или всё-таки пианино? Рагнвиндр проклинал свой слух, ушедший с годами работы детективом. Музыка покинула его в ту ночь, в тот инцидент. Как и Аякс. — Будь ты проклят, — рычит Рагнвиндр, вырывая эти провода к черту. Слишком громкая музыка, слишком громкие мысли и воспоминания. Комната наполнилась звуками оповещения, на телефон самого Люка. Такие неприятные, едкие, взрывающие мозг ещё сильнее. > Дилюк, ты злишься? Так яро вырвал провода, я даже испугался. Теперь я не могу общаться с тобой звуками😭 > Дилюк, прости пожалуйста, я не знал, что мне нельзя рыться в твоих старых фотографиях((( > Кто эти ребята? Тот рыженький? Он твой брат? Я знаю только Кэйю — Да заткнись ты к чертовой матери! — Рагнвиндр схватил телефон и крикнул прямо в трубку, заставляя персонал за стенкой остановить своё обсуждение. Если капитан зол, то лучше сидеть тише воды. Так думали рядовые, совсем зелёные члены их коллектива. Определённо, существовали исключения, позволяющие пройти в кабинет Детектива доверенным людям, чтобы узнать в чем дело. Этим исключением и была действующая глава их отдела - Джинн Гуннхильдр. Женщина прошла в кабинет Рагнвиндра, в котором так и витал запах гнева вперемешку с отчаянием и утратой. Признаться, та никак не могла разговорить своих коллег-братьев, чтобы хоть в общих чертах понять последствия того пожара. Кто, как, почему и для чего? Ее мучали вопросы ещё со времён расследования матерью Джинн этого дела, но она никак не могла найти на них ответы, сгорая все больше и больше. — Люк… Дилюк, — постучавшись в дверь кабинета мужчины, девушка решила войти внутрь, чтобы разузнать подробнее об очаге вспыльчивости друга. Если их взаимоотношения так, конечно, можно было бы назвать. — Что-то произошло? Охранница сказала, что ты вновь тут с раннего утра, — та закрыла дверь, предотвращая утечку лишней и личной информации в штаб. Так будет лучше как минимум для толики репутации детектива. Нахождение в кабинете постороннего человека, мешающего потоку мыслей Рагнвиндра, раздражало того ещё сильнее. Он никак не мог сфокусироваться на одном единственном, все вокруг него будто специально мешало, отвлекало и переводило тему. Будто кто-то не хочет раскрытия этого дела. Кто-то, помимо этого жалкого хакера. В этот момент чиби-аватар бегал и стрекотал на компьютере Дилюка, отдаваясь рябью в глазах. Он пытался что-то сказать Дилюку, как-то привлечь внимание того, но все было тщетно. Он сфокусировался на госте в кабинете. — Все то же, Джинн. Все то же, — тяжело выдыхает он, потянувшись к своему, уже остывшему, кофе, пытаясь расслабиться. Но голова все ещё билась раздражением и непонятным гневом, вызванным внезапным воспоминанием болезненного периода жизни Дилюка. — Этот парнишка, что ломает нас просто по-приколу, все более и более наглый, — он обращает короткое «я не наглый!» над аватаром, на своём компьютере, что вызвало мысленный смешок от понимания, что он слышит все и вся в этой комнате. Не удивительно, но раздражающе. — Он залезает в мои личные файлы, рассматривает там все, что можно и нельзя, что строго под запретом, в самых недрах и глубинах компьютера. Понимаешь, Джинн? Это чепуха, глупость, но я обязан найти его. Дилюк лишь слегка ударил по столу, заставляя даму вздрогнуть. Последний раз, когда Гуннхильдр видела Рагнвиндра в такой решительности, граничащей с отчаянием, когда тот тратил несколько месяцев своей жизни на то самое дело с пожаром. Да, дело было семилетней давности, но Дилюк пытался найти всевозможные зацепки, придя в итоге к разочарованию в себе, своих способностях и возможностях этого мира. — Дилюк. — Джинн положила свою руку на руку детектива, из-за чего тот мгновенно отдернул свою. Перчатки перчатками, а тактильностей он, когда злой, не терпел. Это выбивало его из колеи, заставляло чувствовать что-то неприятное. Особенно если это такой приторно-заботливый человек, как Гуннхильд. — Извини. Ну, так вот, Дилюк, тебе нужен отпуск, понимаешь? От этих глупых дел, от убийств и краж. Просто самый обыкновенный отдых, без лишних людей и забот. — Ты спросила меня - нужен ли он мне? Джинн, я искренне благодарю тебя за заботу, или что это, но у меня обязанности, как детектива, закрывать все дела, за которые взялся. Знакома ли ты с этим или нет, я не знаю, но я попрошу тебя вежливо выйти из моего кабинета, оставив меня работать, — Дилюк тяжело выдохнул, уже глядя прямиком в глаза блондинки, что будто бы сжалась в размерах из-за негативного напора мужчины. Это ощущалось в воздухе неким электрическим током, бьющим по нежным оголенным предплечьям девушки. Она решила, что отвечать не будет. Ни сейчас, ни потом, раз ее коллега так вел себя. Он берет на себя слишком много, и Джинн это знает, даже пытается помочь как-то облегчить его ношу, но в ответ получает хамство и мягкие посылы куда подальше. После ухода Гуннхильдр, Дилюк закрыл лицо руками, беззвучно для других промычав. Аватар на компьютере же весь их разговор молчал, но активизировался, как только дама вышла. Он прыгал из стороны в сторону, заместо глаз проявлялись то сердечки, то звёздочки. Раздражало своими миганиями. — И ты хочешь, чтобы я послал тебя? Последний месяц стараюсь, да ты какой-то тугодум, — на лице Рагнвиндра воссияла злобная ухмылка, что заставило аватара вернуться в прежний вид и уйти в правую сторону экрана, «прячась». Это вызвало у Дилюка очередную нервную улыбку, когда тот брал сигарету. Курение, определённо, вредная привычка, губящая лёгкие и другие органы, и Дилюк был бы до ужаса рад избавиться от неё, да не та работа. Детектив, получающий много стресса, естественно работать не мог. Да и какой детектив из Дилюка тогда вообще? Если он даже со своей головой не может справиться без утопления той в чём-то вредном, убивающим здоровье и ментальное состояние Рагнвиндра. Определённо, как скажут эксперты, никакой. Он не годен на данную профессию без высокой стрессоустойчивости, просто губит себя быстрее. Да и Дилюку-то что с этой информации? Он знает ее в любом случае, банально сам не хочет избегать. У него есть задатки детектива, этого достаточно, чтобы исполнить обещание, данное себе десять лет назад. У Дилюка сводит плечи от того, что он сидел долго в одной позе, рассматривая трещины на старом потолке здания. Честно признаться, работает он в каком-то хлеву: ремонта не было с век, а простой попытки убрать хотя бы трещины штукатуркой - ещё больше. Все здание, увы, такое, разочаровывая Рагнвиндра сильнее. Он был бы рад работать в более подобающих условиях, по его скромному мнению, с нормальным оборудованием и нормальной защитой данных. Кстати об этом. Переведя затуманенный никотином взгляд на экран компьютера, он замечает, как чиби-аватар Чайлда, так этот хакер себя называл, «дремал» в углу экрана. >💤💤 — Я все прекрасно понимаю, ты просто пытаешься как-то привлечь мое внимание путём раздражения, — тяжело вздохнул Дилюк под конец своих слов, понимая, что у него все получилось. Слишком глупый и, стыдно признаваться, рабочий манёвр как минимум против детектива Рагнвиндра. > Почему ты такой злой все это время? Тебя будто пчелка укусила, а не амур выстрелил, заставляя влюбиться в меня~ Это заставило внутри Дилюка что-то щелкнуть, впоследствии чего он чуть вздрогнул, расправляя плечи. Слишком надоедливая манера речи, выбивающая Рагнвиндра из колеи за считанные мгновения. Это вызвало тяжелый вздох, последовавший далее. Естественно, то не осталось без внимания Чайлда, наблюдавшего сквозь камеру компьютера. Признаться честно, в кабинете Дилюка было немного темно, свет исходил только от настольной лампы и экрана компьютера. Но даже при таком свете было хорошо видно черты прекрасного, как считал хакер, лица господина Детектива. Слабо видимые скулы, четко выраженная линия челюсти, тонкая линия губ, нервно смыкающаяся из-за раздражения старшего мужчины, приятный глазу и художника, и обычного человека, нос с горбинкой, показывая происхождение Дилюка. Чайлд все-таки воздержался от комплиментов вслух, чтобы Рагнвиндра просто знал факт восхищения его внешностью. — Я злой и раздраженный, как ты, мальчишка, сказал, потому что кое-кто упорно копался в моих личных, подчеркиваю это слово, личных файлах, — голос Дилюка отдавал хрипотцой, грубостью и злобой в данный момент по отношению к парнишке по ту сторону экрана. > > Нет, ты злой и раздраженный просто потому что бука!! Это вызвало усталый вздох у Дилюка, из-за чего тот взял еще одну сигарету, утапливая в ней негативные эмоции. Слабак, определенно, Дилюк так и думал про себя, не жалея и не отрицая. День, казалось бы, у Дилюка выдался далее совершенно нормальным, по его сугубо скромному мнению. Тот работал, пил остывший кофе, работал, ворчал на этого непонятного парнишку, что раздражает его все больше и больше с каждой выходкой. Он, конечно, больше не копался в его файлах, но данный чиби-аватар нервировал излишней болтливостью и вниманием к персоне. Но выход был простой - игнорирование. Ничего смертельного не случится, Рагнвиндр работает, чтобы обрести спокойствие, физическое и моральное, чтобы избавиться от этого хакера. И посадить его за решетку, ведь он вполне незаконно взломал базу данных правоохранительных органов. В какой-то степени он даже видел в этом парнишке опасность, ведь эти действия явно не вся сила Чайлда. > Ты уже уходишь? — Да, мой рабочий день закончился, чему я несказанно рад, ведь ты наконец-таки от меня отстанешь, — из уст Дилюка вырывается ехидный смешок, — Я не люблю назойливых парней, которые роются в моих файлах и мешают моему спокойствию. Парень по ту сторону экрана нахмурился, немного отодвигаясь от стола, заставленного сверху донизу техникой. В самой комнате было прохладно, чтобы компьютеры не перегревались лишний раз и сам Тарталья Аякс не чувствовал себя как-то плохо. В любом случае он и так проводит дни напролет за своей техникой, решая рабочие и личные вопросы. Фатуи ежедневно накидывают парню, которого те называют хиккой, задания, но в итоге остаются довольны, ведь продуктивность парнишки высока, и он сам знает об этом. — Почему... ты что-то скрываешь и я не могу найти что именно, — Аякс включил программу, что отслеживала активность компьютера и самой учетной записи Рагнвиндра, чтобы порыться еще немного. Тарталья добивался этого несколько лет: обучался программированию, мало спал, отдавал себя всего работе, чтобы его признали и тот получал достаточные средства для осуществления его планов и эгоистичных желаний. Он никогда не отрицал весь эгоизм, исходящий от него по отношению к Рагнвиндру-младшему. Никогда не отрицал все желания защитить и завладеть им в полной мере, более того он стремился любыми способами добиться их выполнения. И именно поэтому сейчас Аякс сидит, думая о том, как Дилюк безопасно добирается до дома,помешивает чай ложкой, уже в налете, ведь зачастую сил не было и времени, чтобы помыть всю посуду сразу и довести ту до блеска. Это не занятия Аякса, его работа - компьютеры. В городе собирались грозовые тучи, что заставляло обоих парней понервничать, ведь грозы, штормы и другие негативные погодные условия, мешающие проезду по дорогам, в этом районе были всегда страшными. Происходило много аварий на местном шоссе, некоторые из которых заканчивались летальным исходом. Тарталья явно был последним человеком, который желал бы Дилюку —парню, который ему безумно нравится, которого он хочет защищать — смерти. Тем более такой болезненной и ужасной, как автокатастрофа. А Дилюк же не желал присоединяться к своим родителям и лучшему другу на тот свет так скоро. Нет, определенно, Рагнвиндр бы с огромнейшей радостью и счастьем ещё хотя бы раз увидел его в живую, отдал бы все, что только возможно было, чтобы ещё хотя бы один раз, хотя бы на одно мгновение взглянуть в голубые глаза парня, с которым он был ближе, чем с названным братом и родителями. Дилюк по сей день помнит, как он снимал со своих ног кроссовки, бегая за Тартальей по пляжу, пытаясь догнать этого рыжевласого придурка, дабы больше не смел как-то выпендриваться и считать, что «Люк, ты слишком маленький, чтобы догнать меня!», хотя Рагнвиндр был в несколько раз лучше многих парней в своём классе на уроке физкультуры. Он действительно гордился тем, что мог спокойно пробежать кросс на пятерку и даже не устать. Ну, так он говорил, на самом деле то бегал с усилиями. Все же похвастаться перед предметом обожания и восхищения надо, и Дилюк эту возможно не упустит. — Дилюк? — в кабинет стучится стажёр, совсем молоденькая девушка, она вроде только недавно выпустилась из академии и пришла работать сюда по рекомендациям. Очень старательная и умелая девочка, Рагнвиндр не редко замечал ее упорство. — Да, что-то случилось, Эмбер? — у старшего было какое-то странное предчувствие. Этим делом он занимается который месяц, который месяц тот не спит ночами, расследует, собирает всевозможные зацепки. Чтобы получить ровным счетом ничего. — Кэйя сказал, что уехал на поимку того хакера, — мнётся девочка, — Джинн сама задалась вопросом откуда тот знает его местоположение, но так и не получила ответа. Боится, что он вновь связалась с Барбатосом… Венти который, помните? Дилюк понимал опасения Гуннхильдр, ведь Венти был действительно опасным , но достаточно надёжным источником информации, которую зачастую правоохранительные органы законно получить не могут. Об этом, конечно же, не распространялись. Иначе никак не возможно, их оштрафуют в лучшем исходе событий. — И… чего ты хочешь от меня? — Джинн попросила, чтобы Вы попытались найти или дозвониться до Кэйи. Она боится ловушки, да и я сама не в восторге от этого… слышала многое о том парне, — она опускает взгляд вниз, подмечая то, как странно развернут монитор компьютера Дилюка. Тот специально развернул его ближе к двери, чтобы был обзор на комнату? Хочет, чтобы хакер потерял бдительность или наоборот даёт ему нужную информацию? Дилюк может быть предателем?… Нет, этого явно не может быть. Девушка мотает головой, понимая, что это полнейшая чушь. — Я постараюсь сделать все возможное, Эмбер. Не волнуйся. И передай то же самое мисс Гуннхильдр, — Люк тяжело вздохнул, когда надевал пальто. Этот вечер он явно не желал провести таким образом. Спасать и искать сводного, названного брата, который явно хочет наделать глупости… Дилюку это чём-то напомнило его детство – будь проклята нынешняя ситуация, все напоминает ему прошлое – что вызвало некий смешок, заставивший Эмбер обратить на себя ещё раз внимание. Но Рагнвиндр только помотал головой, выходя из кабинета вместе с девушкой, когда выключил всю технику. — Джинн не знает, куда примерно он мог поехать? — Рагнвиндр уже выправил волосы из-под воротника своего пальто, — Потому что я боюсь, что Кэйя не ответит мне. А куда ехать – я не знаю. И к Венти точно не поеду. — Мисс Джинн сказала, что… Альберих точно ответит Вам. — И с чего такая уверенность? — Хмыкает Дилюк, нажимая на кнопку на ключах. Если Кэйя бессмертен, то да, возможно, ответит сразу же, скинув геолокацию. — Он что-то говорил о старых знакомых… ** Тарталья сидел, волнуясь за то, что услышал в кабинете мужчины. Он помнит упорство Кэйи, когда он спокойно доходит до какой-то разгадки, уверен в чём-то, как ни в чем другом в своей жизни. Это ужасало, ведь если Альберих действительно добрался до того паренька с алкоголизмом и депрессией, то местоположение вычислить можно за пару часов. Если не быстрее. Нервно постукивая тонкими пальцами по столу, за которым тот проводил всю свою жизнь последние пару лет, Аякс Тарталья листал городские камеры, в поисках знакомой машины и номера. Он хочет удостовериться, что его не найдут. А если найдут, то он постарается сбежать. Тарталья боялся последствий своих действий, ведь.. исчезновение было болезненным. Хотя даже исчезновением это не назвать. Подставная смерть? Скорее так и есть. Фатуи слишком сильно хотели заполучить этого гениального паренька, что подстроили пожар в местной лачуге троих мальчишек, где они укрывались от дождя и злобных сверстников. А Тарталья в это время там был. «Я не ощущал ничего, кроме адского жжения по всему телу, сжирающего меня насквозь. Из-за этой боли хотелось быстрее подохнуть, просто чтобы не ощущать, как моя кожа медленно разъедается из-за огня.» Аякс вздрагивает из-за своих же мыслей и удара в свою дверь. Какого черта? У Тартальи в голове зияет паника, слова и мысли пугаются, он просто не знает что делать, он не знает. Кто это и почему, зачем. Дыхание участилось, он был слишком неосторожен. Позволил обнаружить себя. Его идеи,желания, были обыкновенными – оберегать и быть с Дилюком хотя бы так. Хотя бы в качестве бесящего чибика на его компьютере. Но все в одно мгновение рушится, а ведь два месяца были сладки, он был в безопасности и спокойствии, пусть его мысли и разбивались из-за грубости и угроз Рагнвиндра. Он понимал почему. ** Дилюк нажимал на газ так сильно, сколько позволяла ему его ласточка. Он не мог поверить словам своего брата, отказывался вообще воспринимать этот факт – или это была глупая догадка? – и боялся, что это будет правдой. Как тогда он сможет поступить? Как посмотрит ему в глаза? Сердце билось с бешеной скоростью, голова становилась тяжелой, но глаз закрывать он не смел. За рулём. И сейчас, вероятно всего, решается его судьба. То, каким образом будет продолжаться его жизнь. Гроза была видна на небе, освещая, уже темное, шоссе на несколько секунд. Рагнвиндр смог подметить, что примерно такая же погода, такая же буря эмоций сейчас у него на душе и в голове. Из-за этого становилось жарко, что заставило мужчину открыть окно. А вдруг он просто поехал крышей? Или, лучше будет сказать, его брат. Это же всё-таки его слова,его догадки и его действия. Дилюк, по идее, никоим образом не должен был быть причастен к этому дурдому . По крайней мере он думал таким образом. До необходимого адреса оставалось три минуты езды по дворам, а сердце отдавалось стуком в ушах, заставляя теряться в пространстве. Что ему делать? Впервые такой глобальный вопрос затронул единственный, но немаловажный, аспект жизни Рагнвиндра. Он не представляет, что и кто его ждёт в том злосчастном доме, адрес которого брат ему скинул мгновенно после попытки дозвона. В сообщении не было ни слова о том, откуда у него это, лишь адрес и чёткое «Аякс.». До сих пор Люк вспоминает, с каким страхом и дрожью он перечитывал это сообщение, набираясь сил для того, чтобы поехать. Он был не уверен, он боялся и не понимал, как ему быть, в который раз убеждаясь в своей слабости и никчёмности, недостойность для работы детективом. Он, да, выполнил свою детскую мечту, но правильной она не является. К двери тот пройти не мог долго. Набирался сил, веры в себя и эту ситуацию. Голова была забита каким-то отдаленными, словно под толщей воды, эмоциями и чувствами, которые выплеснулись сразу же после долбёжки в дверь на протяжении трёх минут. Почти трёх минут. Дилюк считал, чтобы отвлечь себя и свои мысли хоть как-то, вышло 167 секунд. Не считая погрешности и отсутствие темпа у Рагнвиндра. — Ди… Дилюк? — на выдохе произносит рыжеволосый, сжимая до боли руки. Костяшки побелели, а ногти неприятно впивались в кожу, оставляя на той красные следы. Он не мог поверить в то, что перед ним сейчас находится он, именно он смотрит на Тарталью таким тяжёлым, каким-то непонятным взглядом. Он молчит. И молчание было тяжёлым. Шаг. Дилюк подходит к порогу. Второй. Рагнвиндр уже закрывает за собой дверь, чтобы не впустить холод и дождь. Аякс не дышит, ему слишком страшно. Третий. Дилюк впервые за столько лет крепко прижимает к себе парня, сжимая с невероятной силы одежду на спине того. Он не может поверить, думает, что это фанатом. Думает, что его обманывает собственный брат, просто хочет, чтобы Рагнвиндр перестал думать об инциденте. Глаза и уши его враги, в данный момент особенно. Он же не знает, какой Тарталья взрослый. Он не видел его много лет. — Дилюк… Дилюк, тише, пожалуйста, я… — Тарталья глотает слова вместе со слезами, а далее уже со слюной Дилюка, когда он резко его целует, будто отдавая Аяксу свою последнюю надежду и страхи одновременно. Руки Рагнвиндр уместились строго на талии Тартальи, сжимая ту и сминая пальцами. Нервозный поцелуй выходил ещё и неловким, заставляя Дилюка как-то неуверенно углублять его , уменьшая пыл, не как в начале. Слишком осмелел. Но даже при таком раскладе событий Тарталья не позволил Рагнвиндру как-либо отстраниться, прекратить поцелуй. Напротив, Аякс обнял гостя за шею, углубляя и вжимая парня в себя. Грязные мысли и фантазии сразу же ударили в голову Фатуи, заставляя кровь циркулировать немного в другом направлении. Факт, что Дилюк немного не в форме, не в состоянии, его не волновал. Овладевала лишь похоть. Признаться, паренёк думал, что Дилюк будет злобным, будет громко кричать и ругаться, когда узнает. Никак не целоваться и желать воссоединиться с Аяксом так сильно, напористо, что пальто и рубашка, все мокрые, слетают прямиком на пол, ближе к ванной комнате. Они не говорили, только дышали в такт друг друга, пока Аякс сам отводил мужчину в сторону спальни. Было слишком очевидно то, куда их близость ведёт, в какое русло и какую степь. Но все равно думать сил и возможности не было, пока грубые и холодные руки поглаживали оголенный живот Аякса, выбивая хрипловатый стон из уст. — М-мы не виделись так много лет, а ты только и думаешь… о том, как раздеть меня. Дилюк игнорирует это замечание в свой адрес, припадая к соскам парня, немного нажимая на те языком. Комната уже наполнялась страстью и возбуждением, пропитывая каждый миллиметр. В данный момент Рагнвиндр даже не замечал срача или чего-то другого в этой комнате – все его внимание было целиком и полностью приковано к Аяксу, что сжимал свои бёдра с новой силой. Взгляд его покрылся возбужденной пеленой, щеки покраснели, будто поднялась температура – хотя так и есть, в комнате было жарковато – а руки укладывались на, уже оголенные, плечи Дилюка. Мысли путались, было только желание касаться дальше. Так и происходило. Старший с огромной нежностью и лаской покрывал тело Аякса поцелуями, касался его и спускался ниже. Парни не могли сойтись в любви в полной мере, поэтому Дилюк смог позаботиться о них только последствием дрочки. И себе, и парню. Извинялся таким образом за то, что накинулся на него прямо у порога, подвергнувшись эмоциям. Невероятные ощущения. Спустя минут 18-20 оба лежали на кровати, переводя дыхание после оргазма. Оба не могли понять того, что произошло. И как к этому пришло. Но оба осознавали, что смогут прийти к адекватному решению этой проблемы, к тому, как им поступить, чтобы дальше быть вместе. А особенно решить проблему со взломом и кражей данных правоохранительных органов. Тарталья нарушил закон, а Дилюк детектив, который за один вечер решил три проблемы. Разгадал дело с пожаром, с хакером и починил разбитое сердце.