Из мечты выходит явь

Нет. Это уже не тот ужасающий вид, переполненный алыми красками, что затмевал всё вокруг и проникал в самую глубь Искры. Арси успела сродниться с тем образом. Закат, полыхающий кровавым цветом умирающего солнца, был не похож на неистово-кровожадное зарево. Совсем иначе выглядели здания и города, объятые бескрайним пожаром вековой межрасовой войны двух непримиримых сторон. Фемка молча сидела на корточках, устроившись поудобнее — насколько ей позволяло её гендерное достоинство. Рядом возвышалась сложенная пирамидкой горка камней — неприметный знак одинокой могилы. Она смотрела вдаль печально-задумчивым взором своей синей оптики. Туда, откуда едва-едва проглядывали последние лучи угасающей звезды, центра Солнечной системы. Они уходили вверх, окрашивая бескрайнее небо в багряные тона, постепенно переходя от слишком вызывающих оттенков к более спокойным и умиротворяющим. Эти краски пытались задержаться хоть на секунду, украшая небо своим сиянием, но бесследно исчезали, сгинув за темной полосой надвигающейся тьмы. Арси задумчиво смотрела вдаль, прислонившись крылатой спиной к бурым камням. По ним едва заметно скользила бледно-розовая полоска угасающего света, покрывая поверхность тёмными слезами приближающейся ночи. В который раз фемка встречала остатки дня в одиночестве, рядом с местом упокоения второго погибшего друга и напарника. Времена проходят, и всё вокруг меняется, но память не ржавеет, а чувства никогда не остывают. Воспоминания будут вечны. Так, мимолётно размышляя, фемка склонила поникшую голову к согнутым коленям и обхватила их гибким обручем тонких рук. Она провожала последний мерцающий лучик света на багровой линии почти погасшего горизонта. Он словно дымился, как догорающие угольки, пока не иссяк окончательно. Тогда на землю, обожжённую пламенным солнцем, спустились тишина и прохлада летней ночи. Где-то еле слышно затянул свою монотонно-грустную песню сверчок, разрезая пустоту и глухоту вступившей в права тьмы. На чистом, как стекло, небе, ещё не совсем погрязшем в ночной пустоте, кое-где поблёскивали едва заметные невооружённому глазу звёздочки. Они дружно скопились в тесный кружок на бледно-синем полотне небосвода и водили по этому шатру невзрачные хороводы, а вокруг всё сильнее проявлялись тёмные краски. Ночь захватывала всё новые территории, прогоняя последние светлые пятна из своего царства. Арси издала печальный вздох, поднимаясь с места, и бросила последний взгляд в сторону потухшего края земли. Положив миниатюрную ладошку на выступающий уступ камня, она туманным взором посмотрела на могилу товарища. — Спокойной ночи, Клифф, — едва слышно прошептала фемка в ночной тишине. Она не спеша развернулась и пошла к грузовому лифту, что вёл вглубь базы, оставляя напарника одного. Ему остались лишь проступающие на небосводе бледно-серебристые звёзды да скопления галактик. Центральное же место на тёмно-синем полотне, усыпанном мелкой крошкой серебряного сияния, занимала полная луна. Она притягивала взгляд золотым блеском, заливая всё пространство вокруг. Лунный свет падал на горстку камней, сложенных пирамидкой посреди громадной скалы. Эта скала маскировала автоботскую базу и скрывала гигантов, прилетевших с другого конца вселенной, от посторонних глаз. Свет заставлял могилу невольно отбрасывать чуть заметную тень посреди залитого серебристым сиянием пространства. Наступила ночь, а вместе с ней — надежда обрести покой, отвлечься от мыслей и рассуждений, что затуманивали процессор. Лифт глухо заскрипел, набирая скорость и опуская фемку в нижнее помещение. От этого рывка с мёртвой точки где-то внутри топливных баков прокатилось странное чувство — то ли лёгкости, то ли тошноты. Словно не только топливо, но и внутренние детали с проводками норовили вырваться наружу. Индикатор пройденных «этажей» беспрерывно мигал, оповещая фемботку об оставшихся до приземления метрах. Лифт постепенно тормозил, вызывая очередное неприятное ощущение: будто тебя прижимает к опоре какая-то невидимая сила, пытаясь расплющить. Наконец подъёмник остановился, резко пиликнул и распахнул дверцы. За ними стояла синяя фемботка. Двери с обычным шумом разомкнулись, впуская внутрь кабинки яркий, почти ослепительный свет. Он падал на изгибы синей брони, отражаясь от гладкой полировки. Арси сузила диафрагмы, привыкая к освещению, и принялась, как обычно, разглядывать собравшихся в главном отсеке автоботов. Здесь были почти все: и дети, и боты. Рэтчет сосредоточенно что-то творил у главного компьютера вместе с Оптимусом — они обсуждали дела и первоочередные проблемы. Бамблби с Рафаэлем, словно сущие дети, рубились в онлайн-игры. Балкхэд с Мико, по обыкновению, очень громко и бурно комментировали чемпионат по гонкам в труднопроходимых местах этой планеты, чем не раз вызывали недовольное бурчание со стороны медбота. А Джек тихо сидел на диване рядом с Рафом, который был полностью поглощён соревнованием с Би. Джек поглядывал на битву, что шла на экране старенького телевизора, но по его неподвижному взгляду, устремлённому в одну точку, было видно: он думал вовсе не об игре. Джека всё сильнее беспокоили нервозность и грусть его напарницы. Что бы ни случилось, фемка с непоколебимо железными нервами всегда носила всё в себе, не желая открываться этому миру. Именно эта замкнутость и вечный недостаток боевого духа делали контакт с фемботкой таким сложным. Она ступила на территорию базы и едва слышно бросила в сторону друзей: «Привет», — небрежно махнув им усталой рукой. Мгновенно повернувшись спиной (так что стали видны немного грустно опущенные крылья), фемка развернулась, даже не взглянув на обеспокоенные лица товарищей. Она направилась в «жилой квартал», чтобы спокойно подзарядиться и набраться сил. Может, завтра ей станет легче и печаль уйдёт. Фемботка тихо шла по длинному коридору с приглушённым освещением, уставив неподвижный взгляд себе под ноги. Она снова задумалась о чём-то своём, погрузившись в мысли и не замечая ничего вокруг. Внезапно откуда-то из-за спины послышался странный притихший звук, похожий на шёпот. В этом неясном шорохе фемботка разобрала шипящий голос: «А-а-арси-и-и». Голос был расплывчатым и неистово манящим, похожим на дуновение ветерка, который, играя с листьями, издаёт звук, напоминающий человеческую речь. Но какой ветер мог быть в закрытом каменном помещении, да ещё и без вентиляции? Фемка нервно обернулась и пристально всмотрелась в коридор за спиной. Но как бы она ни вглядывалась, там никого не было. «Показалось...» — мысленно произнесла фемботка, издав сдавленный вздох. Она развернулась и продолжила путь, заходя в почти неосвещённую половину коридора. Размеренно шагая по плиткам, что звонко отражали цоканье её шагов, ботка вдруг почувствовала чьё-то неуловимое присутствие. Её Искра неистово встрепенулась и забилась сильнее в груди. «Ар-р-рси-и-и-и...» — снова уловила фемка за спиной свистящий шум. Встревожившись всерьёз, она резко развернулась на три четверти круга и активировала встроенное в манипуляторы оружие, направив его в пустоту. Бластеры немного поводили по пустынному коридору. затем Арси слегка успокоилась и убрала пушки обратно. Она уже хотела развернуться и продолжить путь, как вдруг заметила в той самой пустоте что-то странное. Это походило то ли на тень, то ли на мираж, проступающий из струящейся дымкой пелены. Фемка стала пристально вглядываться в неведомую субстанцию, которая начала уплотняться, формируя более чёткие очертания. Странный шипящий звук не умолкал, становясь всё громче, и в нём всё отчётливее слышалось имя фемки. Арси оцепенела, застыв на месте. Она не могла даже шевельнуться. В её расширенной от изумления оптике отражались паровые линии, складывавшиеся из невнятных частей в форму тела. Они сливались, переплетались и соединялись, начиная светиться бледно-малиновым свечением. Через пару-тройку кликов посреди слабо освещённого тоннеля перед лицом изумлённой ботки стоял и мило улыбался своей чуть вызывающей улыбкой тот, кого считали навсегда ушедшим из этого мира. Он ласково смотрел на свою напарницу. Да, это был именно он. Мех с красной бронёй стоял вразвалочку и приветливо поглядывал на онемевшую от неожиданного появления (из самого Колодца всех Искр!) фемботку. Она не могла произнести ни слова, застыв посреди еле освещённого прохода, и по-детски смотрела на бота, сложившего руки на груди. — Кл... Кл... Кли-и-и-ф-ф... — запинаясь на каждой букве его имени, медленно подняла она дрожащий манипулятор и ткнула нервно дёргающимся указательным пальцем в сторону ухмыляющегося меха. Фемка нервно сглотнула энергон. — Да, детк... Ой, забыл. Да, Арси. Это я, — усмехнулся Клиффджампер, хитро прищурив один окуляр и упираясь плечом в стену. Он поглядывал на всё ещё не пришедшую в себя автоботку, которая, как дура, с вытаращенной оптикой ошарашенно смотрела на призрак. Сквозь цветной силуэт просвечивали далёкие лампы и части коридора. — Ты вроде звала меня? Ну так... Он не успел закончить фразу. Дрожащие ноги фемботки со скрипом подкосились. Она взвизгнула и с гулким звоном рухнула на пол, издав оглушающий шум. Тот мгновенно разнёсся по всему помещению, достигнув самых дальних уголков автоботской базы. — Оёёёё, — протянул Клифф, щурясь от неловкости положения. Он разорвал сложенные на груди руки и сделал какое-то неловкое движение. — Зря я, наверное, так. Ну и шуму же я наделал!