Виноград с кровью

Скрывать что-то от родителей — это вполне обычное явление у многих подростков. Причины могут быть самые разные: кто-то просто не желает нагружать занятых родителей своими переживаниями; кто-то уверен в том, что уже взрослый и вполне справится со всем самостоятельно; кто-то знает, что всем на него попросту плевать. Ну, а Чимин относится к тем, кто имеет замечательных родителей, которые всегда его поддержат, ну или хотя бы попытаются, но родители и их чадо имеют немного разные взгляды на жизнь, поэтому старшим может быть весьма сложно понять своего ребенка или то, что с ним происходит. Родители либо не придают особого значения тому, что сильно тревожит ребенка, либо волнуются на пустом месте. Чимин благодарен жизни за добрых и любящих родителей, с которыми действительно можно поделиться своими переживаниями. Но о некоторых моментах своей жизни юноша предпочитает умалчивать. — Хорошего дня в школе~ — красиво улыбаясь, молодая женщина проводила своего сына к двери их дома. — Спасибо, мам. "Хотелось бы мне, чтобы этот день действительно был хорошим.." — подумал Пак, выбравшись на улицу. Выпускной класс. Последний школьный год. Столько переживаний. А ближе к концу их становится ещё больше, потому что скоро начнутся экзамены, а затем долгожданный выпускной вечер. Но до этого момента ещё добрых два с половиной месяца, поэтому школьникам остается продолжать вкалывать на учёбе. Чимин так уходил в неё с головой, лишь бы забыться в теоремах, правилах и законах. С начала сентября прошло чуть меньше двух недель. На листве постепенно проявляется осеннее золото. Погода просто замечательная: не жарко и не холодно. Правда, вечерами дует неслабый такой ветер, но это можно пережить. Главное иметь при себе что-нибудь потеплее. Почему-то юноша ощутил некую легкость в своём теле. Даже настрой поднялся, отчего у Чимина на лице появилось некое подобие улыбки. Только вот недолго он радовался. Взгляд потускнел как только Пак увидел впереди знакомое лицо. Очень хорошо знакомое лицо. Чон Чонгук — тот, о ком Чимин умалчивал, когда обсуждал с родителями учёбу в новой школе. Этот парень был той ещё сволочью в глазах Пака. Несомненно, Чон умен и талантлив, отчего учится в выпускном классе, являясь на два года или три младше своих одноклассников. Но характер у него прескверный. Чонгук явно не в настроении. Это видно невооруженным глазом. А ещё чертовски уставший. Для других будет всё равно, что там с этим Чоном. Никакой разницы. Но для Чимина плохое состояние Чонгука не сулит абсолютно ничего хорошего. "Мечтам не суждено сбыться..." — грустно усмехнулся Пак в своих мыслях, чувствуя, что сегодняшний вечер он проведёт на очередном свидании с аптечкой. ******* Всё так же как и последние несколько месяцев. Та же кирпичная стена заброшенного корпуса школы. Тот же старый асфальт. Даже камни те же. Ничего не меняется. Тот же разъяренный Чонгук. Его дружки. Те же самые: трое обдолбанных ублюдков, имена которых Пак даже не удосужился запомнить. Зачем? Достаточно просто знать лицо. Удары прилетают куда только возможно. За исключением лица. Это место Чонгук никогда не трогал. Наверно... Для того, чтобы не сильно бросалось в глаза то, что он делает с Чимином. Сегодня Чон совсем не жалеет Пака.

"Я чувствую как всё моё тело ноет. Ощущение будто меня растоптали. Хотя... Почему "будто"? Так и есть. Я точно увижу отчетливые следы от ботинок на своём теле, когда буду обрабатывать раны..."

— Ты разочаровываешь меня, Чимин. — Чон садится рядом и заправляет за ухо выбившуюся прядь волос избитого. — Почему ты молчишь? Я хочу слышать тебя. — Раз хочешь слышать меня, то почему бы нам просто не поговорить по-человечески. Ты и твои дружки продолжают меня избивать изо дня в день. — усмехается Пак, глядя на Чонгука с высоты пыльного асфальта. — Мне нравится слышать как ты кричишь. — спокойно отвечает парень, прежде чем отвесить удар в живот. Чимин съеживается и мычит от боли. — Звучит... как... бред извращенца... — хрипит Пак на что получает ещё один удар, но всё же продолжает — Может я тебе нравлюсь, а..? Поэтому ты... срываешься на мне..? Потому что ты... лютый извращенец... любящий калечить тех... кто ему нравится. Чимин истерически смеется, держась за побитый живот. — Я не пидор, как ты. — плюёт Чон и уходит, ударив в последний раз. За ним уползли и другие, оставив Чимина в полном одиночестве. ******* Чонгук лежит на крыше старого гаража, пялясь в какую-то точку ночного неба, на котором не было видно ни одной звезды. Где-то в доме семейное застолье. Слышен отцовский смех вперемешку с громкими возгласами матери. — Малыш, ты не голоден? — послышался внизу голос старшего брата. — Подражаешь маме? Я же просил не звать меня так. — Гук невольно улыбается, услышав смешок снизу. — Ну так... Придёшь к семье или будешь куковать тут один? — спросил молодой человек на что получил тяжелый вздох. Поняв, что младший не в духе, он решил не лезть к нему. — Я принесу плед. А то яйца застудишь. Юноша никогда не был обделен вниманием. Ему было привычно слышать от кого-то признания в чувствах. И ему так же было привычно отшивать кого бы то ни было. Он никогда не любил. И ему никогда никто не нравился. Он не находил это странным. Чонгук считал себя свободным. По крайней мере пока не увидел новенького. Этот парень перевернул весь внутренний мир Чона и лишил его всякого спокойствия. Новые чувства сводили с ума. Они были чужды Чонгуку прежде. С непривычки становилось страшно, а неведение дико злило. "Как бы я не хотел признавать это... В чем-то Чимин прав..." — подумал Чонгук, тяжело вздохнув. ******* Придя домой, Пак рванул в ванную. Нужно было переодеться и привести себя в порядок до прихода взрослых. Одежда улетела в стирку, а сам Чимин встал под струи прохладного душа.

"Я не пидор, как ты"

Раздаётся в мыслях уже в сотый раз, пока юноша дрожащими руками наносит крем от синяков, нежно касаясь кончиками пальцев ярких отметин на коже. Чимин любит каждую свою ранку, каждый маленький синячок. Казалось бы, за что их любить? А Чимин любит. Любит просто потому что их нанёс Он. Влюбиться в хулигана, который неустанно причиняет тебе боль... Юноша понимает, что он свихнулся. Понимает, что это ненормально. "Но ведь сердцу не прикажешь..." — вздыхает Чимин и вздрагивает, коснувшись очередного синяка. Больно. "Я не пидор, как ты" — опять раздается громким эхом таким любимым голосом, отчего звучит намного больнее. Сильнее, чем боль от удара кулака. — Ненавижу... — еле слышно произносит Чимин, смахивая слезу, и сам не понимает, кого именно ненавидит.