...и я по уши влюблен в Майкрофта Холмса

Меня зовут Джеймс Мориарти, мне двадцать пять лет и я по уши влюблен в Майкрофта Холмса. И я адски обижен на него за то, что он не согласился поступать в один со мной университет. Зачем ему эти международные отношения, если на факультете математики есть такой охуенный и восхитительный я?! Теперь мы почти не видимся. Я живу от каникул до каникул. А сейчас, когда до конца лета, а следовательно, до начала занятий остаётся всего неделя, я просто в ужасе. Не хочу, чтобы Майк (и мне поебать, что он вздёрнет меня на дыбу за такое сокращение) куда-то уезжал. Благо, наши маменьки живут недалеко друг от друга. А это значит, что можно ходить друг к другу в гости, хотя бы летом. А сейчас вообще подарок судьбы - его матушка ушла к моей матушке пить чай, его отец уехал куда-то по отцовским делам и даже младший брат где-то шароебится. А это значит, что весь особняк Холмсов в нашем распоряжении. Значит, что можно спокойно курить, сидя на лестнице у черного хода. Майкрофт тоже курит - какие-то очень дорогие, но некрепкие сигареты с вишнёвой отдушкой - но всё-таки курит. Я считаю это своей маленькой победой. Спокойно потягиваю свою электронку и любуюсь им, щурясь от бьющего в глаза солнца. – Уезжаешь обратно учиться на свои скучные отношения? - спрашиваю, прекрасно зная, какой последует ответ. – Уезжаю. И они не скучные. Майкрофт тушит бычок и, вынув из кармана маленькую переносную пепельницу, прячет его. Чтобы прислуга, выносящая мусор, не наябедничала миссис Холмс об окурках. – А я буду скучать, - сообщаю ему. Майкрофт пожимает плечами. – Я тоже. Но ты же знаешь. Мне не интересна математика так же, как тебе. Я не готов посвятить ей всю жизнь. Киваю головой. Необъяснимая тоска поднимается откуда-то изнутри. Чтобы не поддаться унынию, я вскакиваю и, схватив Майкрофта за отвороты пиджака, целую, прижимая к стене. Блядский Майкрофт, зачем он носит костюм-тройку даже дома?! Но он в нем чертовски горяч. Я жмусь к нему всем телом, чувствую, как он отвечает на мой поцелуй. На губах остаётся вишневый привкус его пижонских сигарет. Мельком отмечаю, что это я научил Майкрофта так охуенно целоваться. Он остраняется и шепчет, глядя на меня. – Джим, пойдем в дом. Тут всё-таки... Люди. И я утаскиваю его в дом. Беру его прямо на письменном столе мистера Холмса - не помню уже, специально я выбрал место или нечаянно, но восторг от факта близости с Майкрофтом сопровождается ещё и бурлящим в крови адреналином от мысли, что нас могут застукать. Я втрахиваю его в дорогое дерево стола, слушаю его стоны. Хочу вжаться в него, стать с ним единым целым. Все ещё не верю, что он мой.