Последствия необдуманных желаний

Кровь начала застывать на её губах и сворачиваться мерзкой солёной корочкой. Да, не так она представляла себе путешествие в другой мир. А начиналось всё как в сказке. Точнее, она, начитавшись сказочек, пожелала на свой пятнадцатый день рождения попасть в другой мир. Пожелала от всей души, выразила радость от предстоящего выполненного желания и задула все свечи с первого раза. Родители с друзьями тогда хлопали в ладоши, а Ева хитренько улыбалась в предвкушении чудесного путешествия. Но его не было. И вместо собственного путешествия, она читала всё больше и больше книг, постепенно теряя связь с реальностью. Заглатывала книги с однотипным сюжетом стопками, восторгаясь приключениям, которые выпадали на головы главных героинь. И уж как же они были красивы, находчивы, остроумны и умелы, в её представлениях. Главных героинь любили все, а кто не любил — вскоре терпел поражения от её рук и либо смиренно принимали свою неполноценность, либо отдавали свою жизнь. Ева представляла себя на месте всех этих графинь, принцесс, наёмниц, эльфиек, магинь. А время продолжало свой ход. Шестнадцатый день рождения. Ева прочитала уже достаточно книг про попаданчество, чтобы понять, что она слишком рано загадала желание. Шестнадцать лет — вот самый идеальный возраст. Уже не ребёнок, но ещё вся жизнь впереди. Именно в этом возрасте она идеально поступит в какую-нибудь академию, пойдёт в воспитанницы старому мудрому магу, или будет раскрывать свои силы и радовать венценосных родителей своими навыками. Конечно, главных героинь же все любят! О том, что будет с её родителями, снедаемая подростковым максимализмом, Ева совсем не думала. Поэтому, задувая свечи на красивом праздничном торте в кругу семьи, она снова загадала желание отправиться навстречу приключениям. Но и в этот раз что-то пошло не так. Выпускные экзамены забрали большую часть свободного времени, но даже так Ева находила часок-другой на то, чтобы почитать. Из-за недосыпа и нервного напряжения, она начала чаще ссориться с родителями. А потому с новым рвением погружалась в волшебный мир из её мечты. И ждала. Вот, вот скоро уже и она там будет. Какая разница, что Деда Мороза, Гарри Поттера и зубной феи не существует? Это всё детские сказки! А вот то, о чём Ева читает в книгах, это абсолютно правдивые истории, которые чудом сохранились в нашем, лишённом магии, мире. Экзамены сданы, заявления в университеты поданы, выпускной отпразднован, её приняли в университет, она начала ходить на пары, отпраздновала новый год в кругу не семьи — друзей. А чуда всё не происходит и не происходит. А ведь время поджимает. Ещё совсем чуть-чуть и она выйдет из того возраста, когда происходит попаданчество в другой мир. И если на какое-то время, пока она знакомилась со своими новыми одногруппниками, приучала себя к университетской системе и развлекалась с друзьями после пар, она забыла о своей мечте, то с приближением семнадцатого дня рождения, дух приключений снова забурлил в её крови. Сдав последний предмет летней сессии, Ева вновь окунулась в мир книг, забросив общение с друзьями. Читая одну книгу за другой, она даже немного жалела, что так многое упустила. Сколько же чудесных рассказов вышло в последнее время! Теперь, когда она стала старше, а в моду вошли истории с магическими академиями, девушка убедилась, что всё-таки не зря она не попала в прошлом году. Сейчас ей достанется приключение куда покруче! Теперь у неё будут классные друзья с её факультета, на который она попадёт с помощью своего супер-редкого и очень крутого дара. Там в неё влюбится король академии, или может быть даже ректор. Она, следуя негласному закону главных героинь, построит вокруг себя целый гарем, который всегда будет готов прийти к ней на помощь, даже несмотря на то, что она не будет давать однозначного ответа. Конечно, в этих книгах опасностей побольше, но неукоснительно исполняется один закон: главная героиня и её фаворит остаются частично целыми и невредимыми. И вот, очередной день Икс, когда она со всей серьёзностью, чтобы показать свою готовность и зрелость, загадывает желание сначала над тортом, подготовленным родителями, а потом и над праздничным кексом, который ей устроили друзья. Праздник полностью отвлекает Еву от предстоящего перемещения, но её это не беспокоит. Теперь она считает, что должна больше общаться с друзьями и родными, потому что потом у неё будут одни сплошные приключения, и она будет вспоминать эти спокойные дни с теплотой. И ничего. На этот раз отсутствие результата выбивают Еву из колеи. Она пытается заглатывать книги, но она уже не чувствует такого детского восторга, который был у неё раньше. Она обижена, чувствует себя брошенной. И пытается заглушить это странное чувство большей дозой книг. Вместо сна теперь книги, вместо нормально питания — перекусы над книгой, вместо активного летнего отдыха — книги. В какой-то момент Еве кажется, что она потерялась, запуталась в этом бесконечном круговороте магов огня, воды, растений, жизни, некромантии, эмпатов и ведьм. Одна героиня теперь стала похожа на другую. И все они были какими-то… глупыми, что-ли? Нет, ну а как по-другому назвать девушку, которая вместо того, чтобы учиться в такой замечательной академии, сбегает расследовать преступления, не имея ни капли магии и подвергая серьёзному риску не только себя, но и напарника? Или девушку, жених которой сдувает с неё пылинки, обещает и даёт золотые горы и звёзды с неба, а она воротит от него нос, потому что «я так не могу, мне приснился сон и я теперь ищу героя моих снов»? С Евы словно слетают розовые очки, потому что в детстве казавшиеся верхом совершенства, эти дамы сейчас вызывали у неё глухое раздражение и желание треснуть по голове, чтобы прекратила заигрывать со всеми, кроме главного героя. Теперь Ева не хотела бы быть главной героиней, она хотела бы наоборот показать им, как себя вести в таким ситуациях. Потому что каждый раз казалось, что можно найти фразы поточнее, поделикатнее, поприцельнее. И в какой-то момент после очередной бессонной ночи, Еву как отрубило. В то первое утро, она поднялась с кровати и не тянулась за книгой. К большой радости её родителей, девушка вышла на прогулку с друзьями, а после возвращения домой не закрылась в своей комнате, а пришла к родителям. В тот вечер был их первый ужин за долгое время, когда они разговаривали всей семьёй и строили планы на предстоящий летний отдых. С тех пор Ева ещё долго не прикасалась к книгам. Чрезмерное потребление сладкого может привести к негативных последствиям. Первым таким минусом стал минус на глазах. Вместо очков, девушка стала надевать линзы, но это очень повлияло на её здоровье. Вторым минусом стали ухудшающиеся анализы. Их пришлось восстанавливать ещё долго, но Ева впервые столкнулась с выпадением волос, зубной чувствительностью, высыпанием на коже и щёлканьем суставов. К счастью, благодаря поддержке родителей, всё это удалось восстановить после длительной терапии, однако девушка никогда не забудет того ужаса, когда на расчёске остался целый клок волос. Восемнадцать лет. Очень важная дата в жизни каждого человека. Этот праздник Ева тоже праздновала дважды: с друзьями, которые лишь чудом продолжили с ней общение после длительной паузы со стороны Евы, и с родителями, устроившими ей грандиозное торжество. Это был первый день рождения за последние три года, когда Ева пожелала простого человеческого счастья и здоровья. Распаковывая подарки от друзей и родственников, Ева наткнулась на фэнтезийную книгу о попаданке в тело графской дочери, оказавшейся в самом центре дворцовых интриг. Книга отправилась на полочку к собратьям, так и оставшись непрочитанной. С каждым годом, время ускоряло свой ход. Казалось бы, только вчера она праздновала совершеннолетие, а сейчас уже наступает новый день рождения. Университетские пары, первые романтические отношения, зимняя и летняя сессии, первая подработка по условной специальности — девушка стала писать статьи для одного интернет-издания, оправдывая свою специальность журналиста. Ева крутилась как белка в колесе, не замечая, что пролетают уже не минуты и не часы — месяца. Как сменяются года, как теряются люди, с которыми она была связана, и как находятся новые знакомства. Изо дня в день не менялось лишь одно — её предубеждение к лёгким любовным романам. Она снова начала их читать. Но уже с совершенно другими эмоциями. Если раньше Ева со всей серьёзностью подходила к прочтению, представляла в своей голове образы героев, рисовала в голове десятки продолжений с другими действиями, то сейчас всё поменялось. Теперь, когда Еве хотелось разгрузить голову, она выбирала незамысловатые любовные сюжеты, где обязательно кривилась от логических дыр в сюжете и нелепого амплуа главной героини, которое пыталось оправдать всю любовную лихорадку мужского гарема. В те же моменты, когда выдавалось большое количество ничем не занятого времени, в её руках оказывались длинные серии приключений, драм, исторических рассказов и научной фантастики. И вот здесь она отдавала себя книге. С удовольствием медленно скользила глазами по бумажным страницам, иногда выписывала ключевые моменты, чтобы потом обсудить их с такими же фанатами. Ева любила книги. Погрузившись в них однажды в детстве, было бы сложно разорвать отношения раз и навсегда. Но это уже не было слепое обожание. Ева росла, развивалась, а вместе с нелепым желанием попасть в другой мир, пропало и чувство вседозволенности и нереальности. Она уже выросла, обложилась обязанностями и обязательствами. Она уже не могла, как раньше, будучи шестнадцатилетней девчонкой, романтизировать абьюзивные отношения. Потому что сама их пережила. Она уже не могла, как раньше, поощрять вечное шило в заднице главных героинь. Потому что такие приключения чреваты серьёзными проблемами, решить которые в реальной жизни будет очень сложно. Она уже не могла, как раньше, принимать идеализированную внешность героев книг. Потому что в реальной жизни никто не может круглосуточно поддерживать ровную осанку, белый оскал во все тридцать два, полное отсутствие макияжа и при этом гладкую, как попка младенца без памперсов, кожу. Да, пожалуй, в своё двадцать третье день рождения Ева смогла признать: она счастлива, что её детское желание попасть в другой мир не сбылось. А потом это случилось. По чистой случайности, после нескольких бокалов шампанского, одного — вина, а также заев это тремя кусками сладкого торта, Ева решила пройтись до дома пешком. Подруги уехали на такси, так как им добираться было значительно дольше. А Ева отказалась, мотивируя это прекрасным знанием своего спального района и отсутствием в нём преступности вообще. В квартире её никто не ждал, так как с парнем она недавно рассталась на мирной ноте, а родители переехали в дом за городом. Поэтому, в спокойном темпе, чувствуя поначалу только слабую дизориентацию, Ева пошла домой. А потом камушки, попавшие в кроссовок, попытка вытряхнуть их оттуда, резко ухудшившееся состояние, шум в ушах и ощущение падения. И подъём. Подъём там, где она хотела оказаться в шестнадцать, но уж никак не в двадцать три. Сейчас, чувствуя сгусток крови, застрявший в горле где-то чуть повыше адамового яблока у мужчин, Ева задумалась. Будь она в том возрасте, когда горела от одного упоминания такого приключения, сложилось бы всё иначе? Говорят, пьяным море по колено. Так получилось бы у неё достичь всего того, о чём пишут в книгах? А история была до банальности проста. Как и её первая смерть, там, в родном мире, мире, где остались любимые родители, подруги, работа, где она была со многими знакома и многими уважаема. В книгах всегда писали про аварии и убийства, — подстроенные или случайные. А тут — просто переборщила с сахаром, вызвав этим негативную реакцию и так ослабленного предыдущими годами организма. Ну и грохнулась, видимо, головой на острые грани каменных ступеней, возле которых остановилась передохнуть. И в тот момент, когда пришло осознание, пришла и тоска. Тоска по родному миру, по старым и знакомым ритуалам в обычной жизни. Её душа хотела жить спокойно, а не переживать за свою сохранность каждую секунду. Ведь то, что в детстве казалось весёлым приключением, в сознательном возрасте превратилось в настоящее выживание. Могла ли та шестнадцатилетняя Ева задуматься о том, как выжить, когда тебя забрасывает в незнакомый тебе лес, где ты встречаешь знакомые лишь ёлки? А как она бы переживала в этом лесу ночь? Забралась бы на дерево, с трудом совершив такие чудеса акробатики, раздирая себе ладони в кровь? А после соседствовала бы с мелкими ночными насекомыми, чувствовала бы кожей тонкие лапки пауков и молилась всем известным богам, чтобы ни один из укусов не был заражённым? Дрожала бы от холода, закинутая в одной праздничной одежде, пока ночной лес был наполнен шорохами и криками животных? Незнакомых животных, понимающих лишь правило доминирования сильного над слабым. Животных, которые разделились на хищника и его добычу? И Ева с трудом представляла, как смогла бы шестнадцатилетняя девчонка просто пережить такую ночь. А вот нынешняя она смогла. Хотя и честно не понимала, куда это всё её приведёт. Девушка смогла пройти целый день, исколоть руки и ноги до крови, благодаря веткам деревьев, кустов, острых колючек растений, иногда — обжигаясь о ядовитые поверхности этих самых растений. И смогла пройти через откровенно разглядывающие взгляды стражи, стоящей у громадных ворот. И смогла принять тот факт, что их язык кардинально отличается от её. И смогла убежать от тех, кому двадцатитрёхлетняя девушка в обычной одежде для её родного мира — показалась одетой, как куртизанка из хороших борделей. И смогла в этом состоянии прибиться к таверне, где её пустили переночевать, а потом хотели отправить согреть постель богатым господам, как заморскую игрушку. Ева прошла через многое пока дошла до места, где ей действительно помогли — научили языку и дали кров. Само изучение языка было нелёгким, уж точно не по щучьему велению. И да, она плакала, плакала и ещё раз плакала. Не было того азарта в крови, не было обещанных плюшек для главной героини. Потому что после того, как она смогла с трудом, но всё же объясняться на местном языке, похожем на родной немецкий, но имеющем гораздо больше труднопроизносимых согласных, добросердечная женщина рассказала — она не единственная попаданка. Да, это было достаточно логично. Там, где перенос сработал однажды, он сработает и дважды. Поэтому Ева с благодарностью выслушала рассказы старухи, взявшей её как служанку за очень низкую оплату. Здесь не было никакого закона, защищающего права иномирян. Никого не интересовало в нынешнем феодальном и патриархальном мире, кем ты был у себя дома. Здесь ты можешь почитаться, если будешь иметь деньги или власть. Точнее, и то и другое, ведь они взаимодополняют друг друга. Ева приняла и это. Как и жуткую систему водопровода, как из раннего средневековья — таз вместо ванной и умывальника, чаша вместо туалета. Обещанной романтикой другого мира так и не пахло, зато пахло кое-чем другим. Только вечно такой жизнь Евы оставаться не могла. Понемногу обучаясь, она стала искать возможности купить домик где-то в глуши, чтобы просто тихо и мирно прожить свои года. Путешествие по лесу серьёзно сказалось на ней, и ядовитые растения не убили одномоментно, однако отравляли организм каждый день. У Евы не было денег на нормального лекаря, других в небольшом городе на окраине не было, а попытки переехать не увенчались успехом — одинокой девушке в средневековых городах и на средневековых трактах не место. Попаданцам здесь вообще было не место. Ни прекрасных принцев, ни толковых магических академий, ни гибель мира, которую они могли предотвратить — ничего из этого здесь просто не существовало. Еву начало это тяготить, вместе с резко ухудшающимся здоровьем, с обозлившейся на неё за то, что посмела оставить её и искать лучшей жизни, старухой, антисанитарией и отсутствием привычных радостей. Дешёвая похлёбка из свиных костей вместо вкусных ресторанных стейков, пресная булка вместо десертов из французской кондитерской в доме напротив, дурно пахнущая и чадящая масляная лампа вместо системы умного дома с включением света по хлопку ладоней. А ещё жесткое мыло из трав, сделавшее кожу грубой и пористой, а волосы сухими и ломкими. Ну и на завершение — отсутствие прокладок и понимания важности интимной гигиены в критические дни. Смогла бы шестнадцатилетняя Ева всё это пережить? У нынешней Евы, глотавшей собственную кровь, были в этом большие сомнения. Даже она, более-менее подготовленная к самостоятельной жизни, не смогла дожить до своего тридцатилетия. Это был несчастный случай. Она просто подвернулась под руку местным сбежавшим стражникам, отошедшим от службы и зарабатывающим себе на жизнь как придётся. В её родном мире сказали бы, что она оказалась не в том месте не в то время. Ева могла лишь благодарить бога за то, что её не изнасиловали перед смертью и после неё. Ей просто приказали вывернуть мешок, висящий на спине. Пока она этим занималась, подталкиваемая ножом под рёбра, среди солдат загорелась потасовка за свежий хлеб, который она только купила у приехавшего к ним в городок купца. Слово за слово, один толкнул другого, тот третьего, и в конце концов досталось тому, что придерживал Еву с сумкой. От сильного толчка, пахнущий выпивкой солдат не удержался на ногах, а пойманную добычу потащил за собой. Нож, раньше прорезавший остриём только верхнюю рубаху, вошел по самую рукоятку, застряв между рёбрами, и похоже, задев диафрагму. Ева тогда поперхнулась собственным криком, ощущая себя огретой пыльным мешком с зерном по голове. Она всего лишь собиралась в соседний городок в полудне пешком, чтобы купить там травы, помогающие от болей в суставах. А получилось вот как… Бывший солдат подошёл к произошедшему философски, приказал остальным забрать мешок Евы и плащ, который она держала в руках и уронила ещё тогда, когда начала вытряхивать свои вещи из мешка. — Видать, судьба твоя такая, — пожевал губами тридцати-сорокалетний мужик невнятной блеклой внешности. Он одним движением вытащил нож, заставляя Еву вновь поперхнуться, но уже не воздухом, а гадкой жидкостью, медленно заполняющей её горло. Видимо, жалко было оставлять ценный клинок в умирающей девице. — А хороша-то, маруха, — пьяно икнул один из этой шайки. Сомнительный комплемент, учитывая, что так обращаются к местным работницам борделей. — Взял пожитки? Вали давай, — мой убийца подтолкнул того стражника, отчего он- таки зарылся носом в землю. Больше ни слова ей не говоря, вся группа ушла вглубь леса, и ещё долго было слышно их пьяное ржание и треск ломаемых веток. А Ева умирала. Вот так вот, глупо и нелепо. Не в бою за спасение королевства, не спасая мир ценой своей жизни, не отдавая жизнь за любимого. В самый рассвет женской молодости и красоты — двадцать шесть лет. Одна, без родных вокруг, без детей и домашних питомцев, бедная, как церковная мышь. Потерявшая изысканный вид, блеск и лоск. Жаль, что те книги, которыми зачитывалась шестнадцатилетняя Ева, содержали лишь чужие фантазии, облизанные как фотография с помощью фейстюна. Идеальные условия для идеальных попаданок — с высоты своего опыта, нынешняя Ева хотела рассмеяться им в лицо. Она растянула пересохшие и потрескавшиеся губы в улыбке, которую тут же исказила гримаса боли, когда кашель приступом начал сотрясать её тело. Может быть, если бы тут солдат не вытащил нож… И они были в нормальном человеческом мире, с продвинутой медициной… А её тело не было настолько болезненным, отравленным и измотанным годами борьбы за жизнь… Может быть, она не стала бы так просто сдаваться. Но сейчас Ева могла только умереть. Приложив усилия, отчего кровь начала сильнее пропитывать уже верхнюю рубаху, она оттолкнулась от земли и перевалилась на спину. Теперь, прямо перед её глазами была огромная синева, прерывающаяся лишь шатающимися острыми вершинами родных елей. Кровь начала застывать на её губах и сворачиваться мерзкой солёной корочкой. Да, не так она представляла себе путешествие в другой мир. Если бы она могла вернуться в то время, она обязательно попыталась достучаться до маленькой наивной Евы. Рассказала бы ей, что неправильная формулировка желаний, приведёт к несчастью. Доказала бы, что хорошо там, где мы есть. Достучалась бы, что жизнь в настоящем и есть нашим главным желанием. Но сейчас лишь остекленевшие серые глаза напоминали о прежней Еве. Глаза, в которых раскинулось целое небо.