...
16 июля 2022 г., 18:23
☼ ☼ ☼
Сяо Чжань задумчиво смотрел в окно. Последний этаж, панорамные окна. Впереди только бескрайнее голубое небо. Естественный контраст на фоне блестящего мегаполиса. Глоток воздуха для уставшего Сяо Чжаня. Работать до последнего, чтобы лицезреть закат, – самая любимая часть рабочего дня. Солнце с Сяо Чжанем на “ты”. Восемьдесят третий этаж высотного здания, в котором на последних этажах располагалась Империя Солнца, где он – главный император. Создатель, идейный вдохновитель, душа и пример для всех. Огромная галерея с тщательно отобранными старинными шедеврами. Участник всех важных аукционов. Самые стильные залы. Самое новое оборудование. Самый молодой глава. Сяо Чжаню тридцать, и он немного выдохся. Нести на плечах такую ответственность по силам юному правителю. В его силах принимать в себе усталость и давать право на передышку. Сяо Чжань отрешенно смотрел на меняющееся небо, думая, насколько же облакам все равно на то, что происходит у людей на земле. Рабочий телефон голосом секретаря сообщил, что звонил его отец. Просил сделать выбор. Опять. Сяо Чжань вздохнул. Который раз отец намекает на возраст и на необходимость жениться. Рано или поздно должен появиться преемник. Беда только в том, что Сяо Чжаня это не интересует. Никакой из этих пунктов не откликается в его душе: ни женитьба, ни появление детей. Он слишком долго шел к вершине, чтобы сейчас делать шаг назад и обустраивать личную жизнь. Скоро соберутся инвесторы, для его галереи неплохой шаг заручиться поддержкой одного из них. У каждого из них есть незамужняя дочь. Это еще один выбор, который может сделать Сяо Чжань. Никто его, конечно, не заставит. Но советы отца принято уважать. Конференц-зал, с огромным овальным столом, пустовал. Сяо Чжань сидел во главе и готовился, мысленно перебирая в голове факты. Взвешивал все за и против. Хотя решение по поводу инвестора было принято давно. А вот женитьба… Эта мысль не давала ему покоя, он передумал ее вдоль и поперек. Но так ни к чему и не пришел. Сяо Чжань отвлекся. Засмотрелся на паренька, который расставлял стеклянные стаканы с водой, раскладывал папки с документами. Сяо Чжань никогда его раньше не видел. – Кто ты? Парень был совсем молоденьким, волосы небрежно собраны в пучок, непослушная челка, чувственные губы. И в целом очень даже красивый мальчишка. Но главное не это. Чем дольше Сяо Чжань смотрел на него, тем больше в душе его поднималось что-то. Пробуждалось спящее чувство. Оно копилось в районе солнечного сплетения. Как-то не вовремя заколотилось сердце. Парень поднял спокойный взгляд: – Я – Ван Ибо. Абсолютно неизвестное имя. – Мы с тобой раньше нигде не встречались? Парнишка усмехнулся: – Если только в прошлой жизни. Сяо Чжань поднялся. – Сколько тебе лет, Ван Ибо? – Девятнадцать. – Учишься? – Прочитайте мое резюме – узнаете. Сяо Чжань покровительственно улыбнулся: – Хочу услышать твою историю лично. Парень в упор посмотрел на главу империи. – Она слишком скучна, чтобы Вам докучать. – Уверен, она мне понравится. Почему я раньше тебя не видел? – Потому Вы – птица другого полета. И потому что меня впервые допустили на этот этаж. – Вот как… Приходи сюда почаще, расскажешь о себе. Идет? – Вы можете приказать, вызвать меня, я по-любому приду. Ван Ибо оскалился. Какой дерзкий. – Хочу, чтобы ты пришел сам. Сяо Чжань не шутил, смотрел прямо, не отводя взгляд. Ван Ибо тряхнул волосами. – Может, забегу как-нибудь. Конференц-зал по одному начали заполнять инвесторы. Это было самое короткое совещание на памяти Сяо Чжаня. Глава империи безоговорочно озвучил свое решение, попутно бросая взгляды на Ван Ибо, молчаливо исполняющего свои обязанности. Он был хорош. Слишком гармоничен. Все его жесты, мимика, на это хотелось смотреть бесконечно. То, как он менял воду, тонкими пальцами расставлял стаканы, дул на непослушную челку, спокойно оглядывал зал, следил за порядком. Мысли про необходимость жениться вылетели у Сяо Чжаня из головы. Он вспомнил об этом вечером, когда смотрел на малинового цвета закат, на мазки синих облаков. Сяо Чжань мысленно дал себе затрещину. Отвлекся на парня, забыл про важное дело. Возможно, сама Вселенная желала этого. Была какая-то тоска в том, как одиноко он глядел на облака. Целая компания, огромная галерея, которой он владел, тысяча сотрудников в его подчинении. Но нет ни одного, с кем можно было поделиться видом этого бескрайнего неба. Он подошел к рабочему телефону. Секретарь была на месте, но на просьбу вызвать к нему некоего сотрудника Ван Ибо, она лишь неодобрительно хмыкнула: ”Студенты работают неполный рабочий день”. Действительно. Сяо Чжань засобирался домой, где, по сути, было еще более одиноко. Он отпустил секретаря. Спустился на цокольный этаж, к своей машине. На выезде краем сознания зацепил знакомый силуэт. Мальчишка сидел на парапете и смотрел на небо. Здесь, внизу, оно было слишком высоко, поэтому он сидел, задрав голову. Сяо Чжань с облегчением выдохнул. Остановил автомобиль и вышел к парню. – Давно тут сидишь? – А? – Ван Ибо с трудом привел шею в нормальное положение. Губы приоткрыты, волнистые пряди челки спадают на глаза. Сяо Чжань с удивлением одернул себя от того, чтобы убрать непослушные волосы. Порыв был таким естественным. – Ждешь кого-то, Ван Ибо? – А Вы долго работаете. Уже почти ночь. – Я всегда работаю допоздна. – С Вашего этажа, наверное, пиздец какое красивое небо? Сяо Чжань засмеялся. Парень немного смутился: – Извините, я обычно не матерюсь. Точнее, матерюсь, но не при императорах. И в шутку отвесил поклон. Сяо Чжань прикоснулся к плечу, пытаясь прервать шуточную церемонию. Дыхание снова участилось, он отдернул руку. Сердце болезненно сжалось. Ван Ибо серьезно разглядывал Сяо Чжаня. Тот пришел, наконец, в себя: – Тебя подвезти? – Не откажусь. Часов пять сижу и жду, когда Вы меня подбросите. – Почему не поднялся ко мне на верхний этаж? Ибо нахмурился, забавно надул губы. – Меня не пустили. Сказали, что не дорос еще. Не поверили, что Вы могли лично меня пригласить. В груди закипело неведомое раньше чувство. Гнев. Будто он действительно был императором, и его подчиненные перестали выполнять приказы. Он сделал глубокий вдох. – Я поговорю с секретарем. Если надо, сделаю пропуск. Идем. Сяо Чжань зачем-то протянул руку, а Ибо зачем-то взял ее, спрыгнул с парапета, и, не расцепляя рук, последовал за Сяо Чжанем. В машине молчали. Сяо Чжань кожей руки ощущал фантомное прикосновение. Теплое и трепетное. Как будто родное. Он ехал вперед, не спрашивая адреса. Можно ведь просто кататься. – Значит, ты танцор? Ван Ибо удивленно посмотрел на мужчину, пальцами взлохматил челку, заправил за ухо. – Прочитали мое резюме? – Конечно. Так и было. И это было неудивительно. Прочитал и изучил, выучил наизусть, но так и не понял, что это с ним. В любовь с первого взгляда он не верил. Было в их знакомстве что-то такое, отдающее словом “вновь”. – Гоняешь на мотоцикле? – Да. – Прокатишь как-нибудь? – Вас? – Меня, Ибо. Ван Ибо молча кивнул и посмотрел вперед. Он до странного не был удивлен поведением Сяо Чжаня. Ведь, если подумать, шанс, что простому студенту улыбнется глава крупнейшей галереи города и страны, равен один к миллиону. Но он принимал происходящее с завидным равнодушием. – Вы любите кофе, Сяо Чжань? Впервые озвученное собственное имя заставило мужчину вздрогнуть. Он бросил взгляд на мальчишку. – Я предпочитаю чай. Ты хотел угостить меня? Ван Ибо улыбнулся: – Вообще надеялся, что Вы меня угостите. Но я, в принципе, не против. Сяо Чжань рассмеялся: – Конечно, Ибо. О чем это я. Обязательно угощу. – На самом деле, это необязательно. Просто хотел пообщаться с Вами в спокойной обстановке. – Мы ведь сейчас разговариваем? – Не думаю, что Вы будете подвозить меня каждый день. А я не смогу так долго ждать на улице. Вдруг дождь. Да и дела. Они у меня тоже есть, время от времени. – Ты ведь работаешь в галерее. – Вряд ли я смогу торчать у Вас в кабинете в рабочее время… – тут Ибо засмеялся. – О чем это я? Ха-ха! С чего-то вдруг решил, что Вам это интересно. Он сильно смутился и взглядом уткнулся в свои колени. Сяо Чжань легонько прикоснулся к его бедру. И тут же убрал руку. – Мне интересно, Ибо. Я тоже этого хочу. Ибо пальцами трогал место, которое только что погладил Сяо Чжань. – Приехали. Ван Ибо смутно вглядывался в знакомый район: – Откуда Вы знаете мой адрес? – Я выучил твое резюме наизусть.☼ ☼ ☼
Сяо Чжань кивал головой и здоровался с сотрудниками. Ежедневный ритуал. Он действительно заряжал компанию положительной энергией, будто солнце из его империи было в нем самом. Секретарь была на месте. Строгая, как всегда чуточку надменная. – Доброе утро, госпожа Мэн. – Доброе утро, господин Сяо Чжань. Молодой глава пока улыбался, но тон его не требовал возражений. – С этого дня молодой человек, который работает на восьмидесятом этаже помощником старшего офис-менеджера, Ван Ибо, может беспрепятственно заходить и выходить без каких-либо задержек на мой этаж и в мой кабинет. Сделайте ему пропуск. Секретарь поджала губы: – Извините, господин Сяо. Этот парень работает у нас около двух недель. Вы его совсем не знаете. Зачем Вы так безоговорочно доверяете этому студенту? Кто знает, с какой целью он хочет попасть к Вам в кабинет. Сяо Чжань перестал улыбаться. Во взгляде промелькнул недобрый огонь. – Госпожа Мэн. На часах 09:11, если через двадцать минут охрана на этаже не будет оповещена, Вы потеряете свое место. Секретарь возмущенно вскинула брови: – Я? Из-за какого-то мальчишки? – Не из-за мальчишки, а из-за нежелания выполнять свои прямые обязанности. Сяо Чжань ушел, оставив секретаря с открытым ртом смотреть ему вслед. Спина его была прямой, а походка уверенной. Он знал, что делает. Секретарь покачала головой: – Он сошел с ума. Накануне ночью Сяо Чжань пытался переосмыслить все, что с ним произошло. Время поделилось на до и после. Если раньше его мысли сосредотачивались на работе, на связях, на обязанностях перед сотрудниками и семьей, то теперь он об этом не думал. Он постоянно вспоминал парня. То, как он расслабленно смеется, как постоянно облизывает губы, заправляет челку за ухо. Его серьезный взгляд, полный неизвестных чувств, долгий и пронзительный. Для Сяо Чжаня это было странно. К парню тянуло иррациональной силой. И ко всему этому примешивалась жуткая тоска. От которой Сяо Чжань изнывал. Он знал, что Ибо начинает работать после обеда. После занятий в университете и через день. Сяо Чжань разумом понимал, что не его дело, чем занят студент на восьмидесятом этаже, но безумно хотелось посмотреть. В то, что Ибо поднимется сюда сам, верилось с трудом. Сяо Чжань тёр ладонями лицо. Работа не шла ни в голову, ни в душу. Он уверенно встал. Не глядя на секретаря, прошел к лифтам. Как давно он не был на нижних этажах, помимо выставочных залов? Где-то в многочисленных кабинетах трудились люди на благо его галереи. Переводчики, оценщики, реставраторы. Все они удивленно встречали главу “Империи Солнца”, кланялись низко, переглядывались. Сяо Чжань чувствовал себя не в своей тарелке. Надо было вызвать к себе. Не шляться здесь и не искать одного единственного среди бесконечного множества. После нескольких неловко пройденных коридоров, мелькнула знакомая фигура. Одетая в белую рубашку и темные брюки, с небрежно затянутым пучком волос на затылке. Парень устанавливал в кулер бутыль с водой. Он был высоким, но худощавым, бутыль накренилась в его руках. Он пытался равномерно установить и удержать. Внезапно подоспела помощь. Сбоку парень увидел ухоженные руки с дорогими часами, помогающие ровно установить бутыль. Ван Ибо поднял глаза на директора галереи. Спешно отвернулся, с неровным дыханием закончил установку. Он смотрел на булькающую воду. – Спасибо, господин Сяо. – Просто Сяо Чжань. Работаешь, Ибо? Парень кивнул, не глядя в глаза. – Поднимешься ко мне? Ибо все-таки посмотрел. Покачал головой: – У меня много задач. Я не смогу. – Я отпрошу тебя. – Не надо. Я хочу все выполнить, там несложно. Я постараюсь закончить раньше и поднимусь. Если меня, конечно, пустят, – на это Ибо хмыкнул. – Пустят. Есть распоряжение. – Распоряжение? Для меня? – Для тебя, Ибо. Охрана на этаже и секретарь в курсе, ты можешь прийти, когда захочешь. Они выдадут тебе пропуск. Ибо в шоке смотрел на Сяо Чжаня. – Вау… – Думаешь, это слишком? – Думаю, да, но кто Вам откажет? Вы тут самый крутой. – Я не хочу, чтобы это выглядело так, но мне в каком-то смысле наплевать. Ибо рассмеялся. – Понимаю. Я в каком-то роде это одобряю. Только мне все равно нужно выполнить поставленные задачи, а то Минь Юй с меня шкуру сдерет. – Ладно, Ибо. Ты точно придешь? Парень счастливо улыбнулся: – Конечно, приду, обещаю. Сказать было проще, чем сделать. Задач было достаточно, чтобы провозиться с ними до самого вечера. Установка кулера была самой простой из них. Сяо Чжань расхаживал по кабинету. День был, откровенно говоря, слит. Он ни на что не надеялся. Он в мельчайших подробностях вспоминал их маленькую встречу. Удивление, смущение, радостная улыбка напоследок. От всего этого колотилось сердце. Хотелось еще. – Господин Сяо, к Вам посетитель. Механический голос секретаря на громкой связи испугал и обрадовал директора. Он спешно ответил: – Пусть войдет. Дверь открылась, и в огромный кабинет на последнем этаже зашла маленькая фигурка Ибо. Сяо Чжань выдохнул с облегчением. Как будто тот и правда мог не сдержать обещание. – Проходи, Ибо. Присаживайся. Хочешь чай или кофе? Я сделаю. – Вы? Ибо удивился. Садиться не стал, сразу же направился к панорамному окну. Присвистнул. – Вау, какая красота… Перед ним открывался вид на бескрайнее небо. На верхушки других небоскребов, окна которых поблескивали в лучах заходящего солнца. – Охренеть как красиво. Сяо Чжань кивнул. Он был согласен, он смотрел на Ибо. В глазах парня отражались золотые закатные лучи. Хотелось сфотографировать на память, но это выглядело еще более глупо, чем выдавать студенту пожизненный пропуск в его кабинет и в сердце. На второй день знакомства. Но решения за него в эти дни принимал явно не разум, Сяо Чжань выудил из кармана телефон и без спроса сделал кадр. Ван Ибо удивленно посмотрел на директора. – Прости, мне надо было спросить разрешения. – Я думал, я странный. Я могу скинуть хоть миллион своих фото. В том числе профессиональных. – У тебя есть? Много? – Очень много. Устанете сохранять. Сяо Чжань нервно улыбнулся: – У меня очень много памяти. Ибо разглядывал сумасшедшего директора. – Расслабьтесь. Делайте, что хотите. Хотя вряд ли Вы себе можете это позволить. Я простой парень, и мне ничего не нужно. Сяо Чжань выдохнул немного воздуха. Действительно, стало полегче. Ибо указал на небо: – Знаете? Стоило становиться главой, чтобы иметь такой охрененный кабинет с видом на закат. – Тебе нравится? – Как это может не нравиться? – Обычно людям некомфортно от близкого нахождения с солнцем. – А мне комфортно. Ибо посмотрел так, будто имел ввиду не небесное светило, а самого Сяо Чжаня. – Ты любишь живопись, Ибо? – Люблю, как творчество. Хотя я больше по танцам. – Почему устроился к нам в галерею? – Долго объяснять. – Мы можем присесть. Ибо кивнул несколько раз, оба двинулись к широкому дивану. – Я искал подработку. Думал, устроиться в какую-нибудь танцевальную студию. Посмотреть изнутри, как все устроено. На сайте выскочила реклама с Вашей галереей, я изучил вакансии, вроде нормально и несложно. Но все-таки это не танцы. Потом среди информации мелькнула Ваша фотка. И всё. Я – здесь. Сяо Чжань с волнением уточнил: – Ты здесь из-за моей фотографии? Теперь настала очередь Ибо нервно смеяться: – Это странно? Я знаю. Я же говорю, я ненормальный. Потянуло вдруг, захотелось увидеть Вас лично. Правда, внизу сказали, что это почти нереально. Минь Юй смеется надо мной, как будто я фанат или что-то такое. Я не фанат, я не знаю дня Вашего рождения или как зовут Вашу кошку, но мне хочется смотреть на Вас, быть рядом. Наверное, всем этого хочется, не знаю. Просто Вы такой… – Пятого октября. – Что? – Мой день рождения пятого октября, и у меня нет кошки. Твой день рождения пятого августа. У тебя нет домашних животных. Ты снимаешь квартиру, ездишь на мотоцикле. Занимаешься в студии танцев по выходным. Учишься хорошо, но не отлично. По танцам всегда высший балл. Ты переехал из Лояна, и да, я фанат. Я нашел все, что смог, а что не смог, планирую узнать у тебя лично. Я ненормальный? Я ненормальный. Сяо Чжань сбито дышал. Он сошел с ума. Но он ни капли об этом не жалел. Ван Ибо переваривал услышанное. – Вы забыли добавить, что сделали мне персональный пропуск на свой этаж, зная меня всего один день. Вы точно псих. Ибо вдруг рассмеялся. Сяо Чжань с облегчением разглядывал парня и засмеялся в ответ. Волнение от их странных отношений сходило на нет от того, что это было взаимно. Ибо расслабленно сидел на диване и разглядывал кабинет. На деревянных стеллажах, словно это был еще один зал галереи, были расставлены ценные предметы искусства. Парень задумчиво рассуждал: – Ваша галерея суперкрутая. Когда я первый раз пришел сюда, перед собеседованием, мне предложили осмотреться. Знаете, что я подумал про себя? – Что, Ибо? – Сяо Чжань как под гипнозом слушал его речь. – Мне понравилось. Конечно же, понравилось. Было так уютно. Вроде современно, да. Но с какой-то вдумчивой стариной. Как танец. Есть современные танцы с вкраплением национального, старинного. Я танцую такие, я их очень люблю. Также и в Вашей галерее. Ощущение, как будто создателю этой империи намного больше лет. Не тридцать и даже не одно столетие. Вот что я подумал. Сяо Чжань разглядывал губы говорящего. Как и в первый раз они выглядели так чувственно. Так наивно. Как будто если поцеловать его, совсем не почувствуешь поцелуя. – Вы сами создавали дизайн, оформление залов, это делали Вы? – Это делал я, Ибо. Я учился на дизайнера интерьера и всю жизнь увлекался древним искусством, каллиграфией. Здесь, в галерее, я не следовал правилам, делал так, как нравится мне. – Вам. Вот именно, – Ибо вздохнул. – Что Вы любите еще, кроме древности? Сяо Чжань находился в подобии прострации, двигаться не хотелось. Только слушать и смотреть. – Ибо, давай на “ты”. Парень хмыкнул одним уголком губ: – Это будет сложно. – Почему? – Как я могу сказать Вам “ты”? – Давай попрактикуемся. Скажи мне что-нибудь и обратись на “ты”. Ибо внимательно посмотрел на Сяо Чжаня, разглядывал лицо, настраиваясь. – Я попробую. Ты… – слишком непривычно. – Ты. Очень. Красивый. Сердце безвольно скреблось от сказанных слов. Сяо Чжань по десятому кругу сходил с ума. – У тебя неплохо получается, Ибо. Что-то еще? Ибо, не отрываясь, смотрел в глаза напротив. Облизнул пересохшие губы: – Ты… Можешь взять меня за руку? Сяо Чжань сглотнул. На ощупь рукой прикоснулся к руке Ибо. Тепло. Он сжал чужую ладонь. Ибо скользнул взглядом по губам директора. Непроизвольно приоткрыл свой рот. Сяо Чжань заметил. В тот же миг легонько дернулся. Наклонился ниже. Парней тянуло друг к другу. Они застыли в движении словно в вакууме, дышали тревожно, не верили, что сделают это прямо сейчас. Ибо приподнялся, свободной рукой погладил затылок мужчины, аккуратно наклонил его к себе и нежно впился в чужие губы. Оба прикрыли глаза от удовольствия. Оба выдохнули от копившегося волнения. Сяо Чжань сжимал руку Ибо, другой рукой прикоснулся к шее парня, гладил ее, сжимал. Целовались сразу с языками. Так медленно, растягивая движения и слюну. Меняя положение головы, посасывая губы. Сяо Чжань кончался в этом поцелуе как человек. Будто все его мечты и стремления, все его достижения сводились к этому поцелую. За прикрытыми глазами разыгрывалась фантазия. Что могло быть дальше? Что они могли сделать друг с другом, если их никто не остановит? Совсем некстати ожил телефон. Сяо Чжань с закрытыми глазами в замершем поцелуе слушал, как секретарь по громкой связи извинялась и отпрашивалась пойти домой. Ибо с видимым усилием отодвинулся от Сяо Чжаня. Вытер его красные влажные губы пальцами, шепнул: – Иди. Сяо Чжань был пьян. Он не хотел идти, но встал, напомнил секретарю, что ее рабочий день фиксирован и не обусловлен нахождением здесь директора, и отправил домой. Ибо разглядывал свою руку. Она пульсировала от крепкой хватки, кожа была красной. Ибо улыбался. Сяо Чжань присел рядом. Он был не в себе. Ибо улыбнулся, глядя на главу империи: – Так что тебе нравится делать? – все еще было непривычно. – Видимо, целоваться. Парень рассмеялся. – Это было охуенно. Извини. – Мне нравится, как ты материшься. Я не слишком поспешил? – А ты думаешь, ты первый начал? – Мы будем спорить из-за этого? – Я думаю, это ничья. Или тебе важно победить? – В твоем случае, Ибо, я могу и проиграть. – Мне не нужна победа такой ценой. Ничья так ничья. Сяо Чжань задумчиво постучал пальцами по губе, еще со вчерашнего дня его терзал один вопрос. – Ты встречаешься с кем-нибудь, Ван Ибо? Парень ухмыльнулся: – Та информация, которую ты не смог обо мне узнать? – Точно. Ну так что? – Я ни с кем не встречаюсь. И не целуюсь с другими, будучи в отношениях. Тяжелый камень упал с измученной души. Свободен. Будто не одну ночь он мысленно делил парня с кем-то другим. Хотя узнал его только вчера. – Хорошо, Ибо. Спасибо, что сказал. – А ты? Ты свободен, Сяо Чжань? У такого завидного жениха сто процентов есть невеста, – тут Ибо как-то сник от своей догадки. – Что ты. Никакой невесты и жены. Всегда один. Но вчера я чуть было не сделал выбор в пользу дочери одного из инвесторов. Ибо изменился в лице: – Ты хотел сделать выбор? Ты чуть было не обручился? – Не хотел, так надо было. Но я забыл об этом, как только увидел тебя. – Разве такое возможно? – Видимо, возможно. Но я ни о чем не жалею. Ибо расслабленно улыбнулся. Потом вспомнил вдруг: – Твоя секретарша меня ненавидит. – Она всех ненавидит. – Она думает, что я хочу у тебя что-нибудь украсть. Думает, что я пытаюсь проникнуть к тебе, чтобы утащить какую-нибудь ценную вещь из кабинета. – Правда? – Сяо Чжань искренне удивился. – Правда. Она сказала, что тут камеры, чтобы я не пытался что-нибудь стащить. Интересно, камеры зафиксируют, как я краду твое сердце?... Сяо Чжань с минуту разглядывал спокойное лицо. – Кражу моего сердца зафиксировали вчера камеры конференц-зала. Сейчас у меня его нет. Ван Ибо потянулся к Сяо Чжаню, припал ухом к его грудной клетке. Долго вслушивался, гладя пальцами его грудь. – Там что-то стучит. Вероятно, это мое сердце, которое ты вчера у меня забрал. Не бойся, я не буду звонить в милицию. Я отдал его добровольно. Сяо Чжань поднял к себе лицо Ван Ибо, испытующе посмотрел, зацепился взглядом за губы, страстно их поцеловал. – Значит, все в порядке? Мое сердце у тебя, твое у меня. Не пожалеешь? – прошептал он. – Можешь не платить мне зарплату, самое главное я уже получил. Сяо Чжань крепко прижал к себе Ван Ибо, не желая отпускать ни сейчас, ни когда-либо позже. Как будто пазлы сошлись, и получилась маленькая милая картинка, изображающая двух сумасшедших. Но отпускать пришлось, как пришлось разъезжаться по домам, отвозить Ибо на съемную квартиру. Спать с ним хотелось, но не сейчас, это вообще было непринципиально. Обмен сердцами – да, Сяо Чжань чувствовал, что это был самый важный шаг в его жизни.☼ ☼ ☼
Проходя мимо секретаря на следующий день, Сяо Чжань остановился. Неприятное чувство било в виски, когда он видел женщину. Точно. Это насчет Ибо. Ссориться не хотелось, как не хотелось доказывать, почему он безоговорочно доверяет парню. Если смотреть на ситуацию со стороны, так оно и могло показаться. Только Сяо Чжань, находясь внутри, чувствовал, что знает правду. – Госпожа Мэн. – Слушаю Вас, господин директор. – Понимаю, как это выглядит. Мне тридцать лет, я создал галерею с нуля, полагаясь лишь на свой ум и трудолюбие. И тут, вероятно, сошел с ума, подпустив к себе воришку. Вы, наверное, так рассуждаете с высоты своего огромного жизненного опыта. И позволяете себе обвинять человека, совершенно не разбираясь, кто перед Вами? – Извините, я понимаю, что это не мое дело, но.. – Это действительно не Ваше дело. И это второе предупреждение. Если я узнаю о предвзятом отношении к господину Ван Ибо еще раз, то Вы действительно будете уволены. – Я работаю здесь с самого основания! – секретарь ненамеренно повысила голос. – Я тоже. И мне начинает казаться, что Вы перестаете выполнять свои обязанности, путая должность секретаря с должностью няньки. Секретарь открыла было рот, но говорить что-то уходящему в кабинет Сяо Чжаню она не стала. Это колдовство, не иначе. Так изменить сознание всегда вменяемого директора под силу только сильному колдовству. Госпожа Мэн набрала номер старшего господина Сяо. Сяо Чжань сидел в состоянии прострации около пятнадцати минут. Он гипнотизировал черный диван, на котором вчера сидели вместе с Ибо и целовались. Картинки сменялись одна за другой, Сяо Чжань, как зритель, воссоздавал произошедшее. Камеры готовы были все подтвердить, но он не хотел. Это было бы нечестно по отношению к Ибо. И слишком невыносимо, когда его не было рядом. Три дня. Они были знакомы три долбанных дня. Хотя по ощущениям за плечами была вечность. И сегодня день тянулся бессмысленной паутиной, потому что Ибо учился, и в галерее его не должно было быть. – К Вам посетитель, – секретарь сухо оповестила Сяо Чжаня по громкой связи. Сердце неистово забилось. Это не мог быть Ибо, но что, если он? – Пусть войдет. Сяо Чжань уставился на дверь, ожидая спасения. Но вошедшим человеком оказался всего лишь отец. Сяо Чжань разочарованно выдохнул. Прокрутился в своем кресле. Встал, чтобы поздороваться с родителем. – Здравствуй, сын. – Отец, – Сяо Чжань вежливо поклонился. – Весь в делах? Господин Сяо прошел к дивану и привычно развалился на нем. Сын смотрел на него с прохладой. – Да, дел хватает. Ты что-то хотел? Отец засмеялся: – Хотел? Хотел увидеться с сыном. Давненько ты дома не бывал. – Приеду на выходных. – Хорошо, мать скучает. Тебя можно поздравить с удачным сотрудничеством? – Если ты про инвестора, то да. Это лучший выбор, – Сяо Чжань присел рядом, также как и вчера. Только сегодня он был абсолютно равнодушным. – Хороший выбор, сынок. Одобряю. У господина Чена такая красивая дочь, видел ее недавно, талантлива, образована. Пишет картины. Все, как ты любишь. Сяо Чжань жестом остановил отца: – Моему партнеру не обязательно любить живопись. Хватит меня одного. Отец нахмурился: – И что же должно нравится твоему… кхм… партнеру? – Хоть что. Например, танцы. – Может, ты встречаешься с кем-нибудь? Не хочешь нас познакомить? – Ты пришел поговорить о моей личной жизни? – Нет, ты достаточно взрослый, чтобы разобраться с этим вопросом. Просто хотел напомнить, что карьера построена. Ты – завидный жених. Не откладывай в дальний ящик. Ты создал империю, тебе нужен преемник. – Ты прав. Я действительно достаточно взрослый, чтобы самому решить этот вопрос. Сяо Чжань встал. Отец поднялся вслед за ним: – Куда-то собираешься? У тебя встреча? – Да, у меня встреча, отец. Увидимся на выходных? Отец, уязвленный, кивнул: – Конечно, приезжай. Мы всегда тебе рады. Сяо Чжань холодно улыбнулся. На выходе из кабинета, закрывая дверь, он посмотрел на секретаря. Та, прощаясь с господином Сяо, обменивалась с ним молчаливыми взглядами. Заметила Сяо Чжаня. Директор, подкидывая ключ-карту, не мигая, смотрел на женщину. В глазах закипал вековой огонь. Он раздумывал. Желание уволить было почти осязаемым. Госпожа Мэн растерялась. Она впервые видела такую холодную ярость, исходящую от мужчины. Ее кожа покрылась мурашками. Она испуганно улыбнулась, но Сяо Чжань, не говоря ни слова, прошел мимо. В машине Сяо Чжань пытался привести дыхание в норму. Неправильно вот так выходить из себя, но он чуть было не уволил женщину прямо там, на глазах отца и остальных сотрудников. “Я всегда успею ее уволить”. Молодой глава сжимал руками руль. Никакой встречи на сегодня не было запланировано, но теперь он хотел увидеть Ван Ибо любой ценой. Он не знал точного расписания. Знал только адрес университета. Что он ожидал там увидеть? Возможно, подглядывать за чужой жизнью не самая хорошая идея. Возможно, он мог увидеть неприятные для себя вещи. Например, друзей Ибо, полную жизнь, бьющую красками, и без него. Но это лучше, чем смотреть на подковерные игры окружающих его людей. Сяо Чжань припарковался напротив здания Академии танца. Он не стал выходить из машины. Он вообще мало на что надеялся. Ему постоянно кто-то звонил. Он не отрывал взгляда от главного входа, где двигались студенты. Массы людей входили и выходили, но знакомой фигуры среди них не было. Сяо Чжань вышел, чтобы вдохнуть теплый сентябрьский воздух. На связи был реставратор. Разговор был долгим, состояние новых объектов было тяжелым, решалась их дальнейшая судьба. Сяо Чжань тёр переносицу, кивал и соглашался с главным реставратором галереи. На горизонте показалась группа студентов, среди них, и Сяо Чжань почувствовал это учащенным сердцебиением, был Ван Ибо. Он шел среди парней и девушек, одетых современно, мешковато. Сам в цветной олимпийке, спортивных штанах и кедах. Совсем не как в галерее, где белая рубашка и черные брюки выдавали в нем серьезного работника. Сяо Чжань совсем потерял нить разговора, он смотрел на парня, не в силах ни позвать его, ни скрыться в темноте машины. Сердце нещадно билось, как у школьника. Ибо стоял в отдалении, потягиваясь на солнышке, улыбался небу. Вдруг зацепился взглядом за черный автомобиль и стоящего рядом мужчину в дорогом костюме. Сяо Чжаня потряхивало. Обрадуется? Сделает вид, что не заметил? Ван Ибо на мгновение остолбенел, счастливо толкнул друзей, кивнул в направлении мужчины, быстро поклонился им и побежал через дорогу, глядя по сторонам. Сяо Чжань наскоро завершил разговор, сбросил звонок. Ибо приближался к нему. На лице светилась счастливая улыбка. Сердце ликовало. Парень подбежал, руками обхватил мужчину за шею и неожиданно поцеловал. Как будто тысяча сомнений осыпались разом. Душа была спокойна. Он рад. – Ты приехал ко мне? Привет, Сяо Чжань! – Приехал. Я соскучился, Ибо, – и поцеловал парня в шею. – Твои друзья не против, что ты так открыто меня целуешь? Ибо обернулся на них: – Я о тебе все уши прожужжал. Хочешь, познакомлю? Сяо Чжань ласково смотрел на Ибо: – Позже, давай потом. – Хорошо, тогда поедем? – У тебя не было планов? Я тебя ни от чего не отвлек? – Были планы, но они отменяются. – Серьезно, я должен был предупредить. Если были планы, давай я тебя подвезу. Куда тебе надо? Ибо, смеясь, покачал головой: – Я собирался купить чай и привезти его одному очень занятому гэгэ. Но тот приехал сам, поэтому планы отменяются. Сяо Чжань прижал парня к себе. Разве можно быть более счастливым? – Ибо. Ты просто… Тогда поедем пить чай? – Да, мой господин. Мерный гул двигателя погрузил парней в раздумья. Сяо Чжань некстати вспомнил разговор с отцом, с госпожой Мэн. Чего они хотели? Он всю жизнь свою строил сам, благодарил родителей за полученное образование, делал перечисления на их счет, часто навещал. Маниакальное желание женить его он считал архаизмом, потому что никогда не увлекался девушками. И не считал это чем-то удивительным. Он встречал упоминания гомосексуальных отношений во многих древних источниках Китая. Почему что-то должно было измениться к двадцать первому веку, он не понимал. Ван Ибо прервал его размышления вопросом: – Что-то не так, Сяо Чжань? Из-за чего грузишься? – Неважно, – мужчина покачал головой и продолжил движение. Ибо смотрел на него какое-то время, затем отвернулся. О том, что в машине слишком тихо, Сяо Чжань понял спустя несколько минут собственных размышлений. – Ибо, ты молчишь. О чем задумался? – Ни о чем. Все нормально. Сяо Чжань бросил несколько взглядов, отвлекаясь от дороги. Ибо выглядел безразлично. Машина остановилась на обочине. Сяо Чжань полностью повернулся к парню. – О чем ты говорил, Ибо? – Ни о чем. Я молчал. И ты молчал. И если мы и дальше будем игнорировать друг друга, не рассказывать о проблемах или каких-то важных вещах, то нам останется только целоваться друг с другом да трахаться. Если я тебе нужен для этого, окей, только скажи. Ибо угрюмо смотрел на Сяо Чжаня. Тот в доли секунд осмысливал сказанное, свое поведение и свою привычку держать все в себе. Он этого не хотел, просто по-другому не привык. Сяо Чжань попытался открыться: – Ко мне приезжал отец, Ибо. Он хочет, чтобы я женился, чтобы у меня были дети. Преемники. Постоянно звонит. Я игнорирую его, но сегодня он приехал. Уверен, ему позвонила секретарь и рассказала о тебе. Мы ведь ушли вчера поздно. Она не смогла проконтролировать. Вот и сдала меня. Они думают, что за мной нужен присмотр, как за маленьким. Меня это злит. Я хочу уволить секретаря, но отца никак не уволить с его должности родителя. Поэтому я постоянно перевариваю эту якобы заботу и двигаюсь дальше. Прости, что не делился с тобой. Я не привык. Я всегда держу это в себе. Не верится, что можно рассказать кому-то, кому действительно интересно. Кто не пытается сделать из меня долбанную марионетку. Сяо Чжань тяжело дышал. – Стало полегче? – Да. – Так и работают отношения. – У нас с тобой отношения? – Наверное. Что-то определенно есть. Ты ведь приехал. – Я скучал по тебе, Ибо. – Я тоже, Чжань-гэ. Сяо Чжань засмеялся. – Чжань-гэ? – Сяо Чжань так официально. Но могу и так. – Нет, Бо-ди, мне нравится. И спасибо тебе. – На здоровье. А секретаря всегда успеешь уволить. – Я тоже так подумал. – Зато они знают, что ты – непослушный. Ибо оскалился. Сяо Чжань облегченно засмеялся. – Мне тридцать лет. Я слушаю только себя. – Круто. – На улице есть кафе, пойдем туда, я накормлю тебя, такого умного мальчика. – Не такого умного, как ты. Но пойдем. – Ибо, ты хочешь работать на моем этаже? Парни сидели на террасе, Сяо Чжань пил свой чай, Ибо пил кофе. – Как это? – Устрою тебя младшим секретарем. – Да ну нахер, бегать и выполнять поручения твоей секретарши? – Будем видеться чаще. – Знаешь, как это будет выглядеть? – Мне плевать. – Мне нет. Не хочу подниматься по мифической карьерной лестнице. – Ты будешь выполнять почти тоже самое. Только зарплата будет выше. – Ты же понимаешь, что деньги меня интересуют в последнюю очередь? – Понимаю, Бо-ди. Просто хочу быть ближе, я не смогу бегать на восьмидесятый этаж или ждать конца рабочего дня. То есть... Смогу, конечно, если надо. – Дашь мне время подумать? – Конечно. Ибо заправил прядь волос за ухо. – Тем более ты не знаешь, какой я работник. – Знаю. – Откуда это? – Я позвонил твоей начальнице. Минь Юй полчаса расписывала, какой ты классный, как хорошо работаешь. Кстати, она влюблена в тебя. – С чего ты взял? Мы просто хорошо поладили. – Вы поладили, а она при этом влюбилась. Ибо, я не удивлен. Мне хватило для этого одного дня. – Ты ревнуешь? – Нет. Вы с ней целовались? – Нет, конечно. Меня не интересуют девушки. Сяо Чжань внимательно посмотрел на Ибо. – И другие парни, Чжань-гэ. Ты такой собственник? Ван Ибо улыбнулся, пальцами прикоснулся к руке Сяо Чжаня на столе. – Собственник только по отношению к тебе. – Сердце. Помни о сердце, мое – у тебя. Сяо Чжань помнил, он сжал ладонь Ибо в ответ. – Мне нужно вернуться в галерею. Еще куча дел. – Отвезешь меня домой? – Конечно. – Ибо, – Сяо Чжань гладил его по голове. Они сидели в машине, не в силах расстаться. Парень подставлялся под ласку, прикрывая глаза, безмятежно улыбался. Сяо Чжань наклонился и поцеловал манящие губы. Ван Ибо моментально ответил, приоткрыв рот. Целовались как подростки, Сяо Чжань вжимал Ибо в сидение, тот цеплялся руками за широкие плечи, пытался пробраться под белую рубашку, сжимал кожу. Вздыхали жарко, распаляя друг друга, Ибо постанывал. Хотелось большего. Сяо Чжань кое-как оторвался, отклонился, пытаясь отдышаться. – Не могу. Я не смогу работать. Ибо, я хочу тебя. Парень трогал покрасневшие губы. – Я тоже. Приедешь ко мне вечером? – Мы готовы к этому? – Думаю, да. – Тогда приеду. И Бо-ди. Ты обещал мне фотографии, много своих фотографий. Мне еще работать, мне нужны силы, ты понимаешь? – Ты об этом пожалеешь, потому что у меня очень много фото. – Я не пожалею, присылай все, что есть. И Сяо Чжань действительно не пожалел. Потому что буквально каждые пятнадцать минут ему на телефон приходила ровно одна фотография Ван Ибо. Как по часам. Сяо Чжань работал бодро, раздавал указания, быстро разрешал сложные казалось бы вопросы. Улыбался секретарю, все потому, что в этот момент телефон вибрировал входящей фотографией. Если поначалу это были обычные позы, кадры, пойманные случайно, то за ними стали приходить профессиональные фото Ибо, на которых было все меньше одежды, все больше оголенного тела. “Кто же тебя фотографировал, Бо-ди?” Сяо Чжань не отвечал на сообщения, открывал, впивался глазами и впитывал каждый изгиб тела, сексуальные губы, обнаженный пресс танцора. Сегодня он сможет все это увидеть. Ко всему этому прикоснуться. Осталось только дождаться вечера. Сяо Чжань сегодня не смотрел в окно. Небо сиротливо подкрашивало облака в розовый цвет. Глава империи смотрел в телефон. Ибо творил какое-то сумасшествие, присылал свежие кадры, сделанные, должно быть, в кровати. Кадык. Отдельно заснятый сосок. Губы. Сяо Чжань судорожно дышал, поглядывая на часы, ожидая хотя бы девяти часов вечера. Минута в минуту, он, не глядя на госпожу Мэн, вышел из кабинета. Тлел изнутри. Никогда ожидание так не сводило его с ума. Секретарь удивленно посмотрела на уходящего раньше всех директора. Он еле заметно кивнул. Ван Ибо встретил Сяо Чжаня жарко. В одних штанах. – Пока фоткался, разделся. Ты голодный? – Голодный. Сяо Чжань уверенно кивнул, бросил портфель в угол, хлопнул за собой дверь и набросился на Ибо. Он припал поцелуями к обнаженным плечам, вдыхал запах кожи, облизывал ключицы. Оторвался на мгновение. – Руки. Ибо потащил его за собой в ванную. Мешал ему больше, чем помогал. Обхватил сзади, расстегивал ремень и ширинку. Сяо Чжань поцелуями пытался достать до макушки. Не вытирая рук, обернулся, наконец, и обхватил лицо Ибо ладонями. Влажно поцеловал. Ибо расстегивал рубашку, пытался стянуть с Сяо Чжаня пиджак. Тот продолжал покрывать губы парня горячими поцелуями. – Что же ты делаешь со мной? Я чуть не сгорел на работе. – Ты сам просил, я тебя предупреждал. – Я не думал, что твои фотографии такие откровенные. – Они не откровенные, это твоя фантазия слишком бурная. – Бурная? Как реагировать на твой сосок? Сяо Чжань наклонился и поцеловал розовую горошину, припечатал ее языком. Ибо зашипел. – Я слишком долго тебя ждал. Не знал, как поторопить тебя. – Ты выбрал самый действенный способ. Сяо Чжань вышел из душа к чистому готовому Ибо, который развалился на кровати и ждал. Штаны в районе паха привлекательно натянулись. – Бо-ди, ты предпочитаешь сверху или снизу? Сяо Чжань прижался к парню обнаженным телом, рукой прикоснулся к вставшему члену. – Можно, теперь я буду сверху? Сяо Чжань удивленно посмотрел на него: – Теперь? – Не знаю. Как-то вырвалось. – Ты обычно снизу? С другими партнерами. – Нет. Я имел в виду, что хочу быть сверху, потому что раньше я с тобой всегда был принимающим. Сяо Чжань опустил голову на грудь Ибо. Его сердце отчаянно билось. – Раньше? – Бля, не слушай меня. Не знаю, почему я это говорю. Сяо Чжань поднял взгляд: – В том-то и дело, что мне тоже так кажется. Он начал нежно поглаживать соски Ибо, вызывая мурашки. Ибо смотрел в потолок. Дышал прерывисто. Между ними что-то происходило. Сяо Чжань прошептал: – Давай теперь ты сверху. Я не против. Я хочу твой член. Ибо рывком перевернул Сяо Чжаня на спину. Прошептал в губы: – Приятно, что мой император хочет быть трахнутым своим слугой. – Ибо, – Сяо Чжаня вело, – если это ролевая игра, то меня вставило. – Ты буквально дитя неба, наш любимый император, уважаемый основатель империи Солнца. О чем ты? Это реальность. И твой слуга сейчас сделает тебе хорошо. Ибо избавился от штанов. Лежа на Сяо Чжане, прижимаясь к нему, поступательно заскользил, соприкасаясь членами. Сяо Чжань облизывал губы, хрипло дышал: – Если ты мой слуга, обслужишь меня? Растянешь как следует? – Все, что захочет мой повелитель. Ибо чмокнул чувствительные губы Сяо Чжаня и опустился ниже, приближаясь лицом к паху. Он вылизывал головку, доводя Сяо Чжаня до исступления, причмокивал, насаживаясь. – Невероятный, Ваш член, как и Вы, самый лучший во всей империи. Готов отсасывать Вам день и ночь, ублажать Вас и полностью удовлетворять. Сяо Чжань рукой прижал голову Ибо, заставляя продолжать. Стонал надсадно от удовольствия и от горячих разговоров. Как будто в жизни не спал ни с кем и ждал только его. Он ощущал себя королем или, как называл его Ибо, императором. В груди ширилось чувство власти. И если это была ролевая игра, то она заводила Сяо Чжаня и вскрывала самые потаенные желания. Он раскрывался перед Ибо, он жаждал прикосновений, поцелуев или укусов. Сяо Чжань легко передавал инициативу парню, который медленно вводил в него пальцы. Теперь он мог контролировать и свои желания тоже. Например, желание быть трахнутым. Отставить задницу и принять в себя любимый член. Любимый? Всегда. И будто сейчас это было нормально и разрешено обществом. Старший по возрасту и чину мог позволить себе принять в себя член любимого мальчишки. Ибо входил медленно, тягуче, никуда не спеша. Вся ночь и жизнь впереди, чтобы насладиться друг другом. – Мне так хорошо. Я мечтал это сделать. Какой же ты горячий. Ибо шептал и шептал волнующие слова. Сяо Чжань прогибался в спине, стоя на четвереньках. Его распирало изнутри, он наполнялся, хотелось замереть в этом состоянии и принимать то, что дает любимый. Ибо гладил его спину, слегка царапая ногтями. Нежно, как кот. Сжимал мягкие ягодицы Сяо Чжаня и насаживался до конца не спеша переходить к активным действиям. Тело ныло, член стоял колом, Сяо Чжань обернулся. Ибо понимающе спросил: – На спину? – Да. Он бережно уложил Сяо Чжаня, подсунул под задницу подушку и с влажным звуком вошел. Сяо Чжань прогнулся от яркой вспышки. Вот оно. Ибо сначала медленно, затем все ускоряясь, вдалбивался в растянутое отверстие, выбивая рваные вздохи разнеженного Сяо Чжаня. – Тебе нравится? Хочешь пожестче? Хочешь, чтобы я как следует тебя трахнул? Сяо Чжань кивнул: – Хочу, Ибо, сделай это, не сдерживайся. Я так долго этого ждал. Так долго… Он закрыл глаза, отдаваясь во власть Ван Ибо, разводя ноги, получая удовольствие от ярких толчков. Ибо, на пределе собственного терпения, все активнее двигал тазом, сходя с ума от горячего желания. – Чжань-гэ. Милый. Я уже. Он прикоснулся к члену Сяо Чжаня, закрыл глаза, еле сдерживаясь. Сяо Чжань вскрикнул и выплеснулся, прогибаясь в пояснице. Ибо выпустил на волю желание и бурно кончил, прижимая к себе мужчину. – Круто трахаешь, Бо-ди. – Ты тоже. Я так думаю. – Конечно, как-нибудь покажу. – Жду с нетерпением. Ибо ухмыльнулся и улегся рядом. – Знаешь что? Ван Ибо сидел напротив Сяо Чжаня и смотрел, как тот с аппетитом уплетает сваренные им вонтоны. – Мм? – Когда я тебя увидел в первый раз, мне так хотелось плакать. Все время грудь разрывало от рыданий. Такие ощущения. А сейчас как будто отпускает. Становится легче. Ибо задумчиво разглядывал своего гостя. Сейчас он меньше всего напоминал главу галереи, респектабельного мужчину. Растрепанный, домашний, слегка затраханный и от того очень разнеженный молодой парень. Сяо Чжань прожевал пельмень, проговорил: – Я ощущал тоску. Такую жуткую, что хотелось выть. Чем дольше смотрел на тебя, тем было тяжелее. Кармическая связь, наверное. – Ты думаешь? – Да, что-то не отработали или, наоборот, подарок. – Ты точно подарок, Чжань-гэ. – И ты, Бо-ди. Подарок небес. Сейчас меня тоже понемногу отпускает. – Значит, мы не сошли с ума. – Или сошли, но вместе. Ван Ибо засмеялся: – Главное, что вместе.☼ ☼ ☼
Утром Сяо Чжань освещал этаж почище взошедшего солнца. На лице была такая довольная улыбка, что сотрудники невольно любовались красивым директором. Из груди рвалось счастливое сердце, заполняя своим стуком каждую клеточку. – Вы прямо светитесь от счастья, – сурово заметила секретарь. – Чего и Вам желаю, госпожа Мэн. Сяо Чжань улыбнулся и ей. Сегодня был отличный день, а после обеда Ибо придет в галерею на свой восьмидесятый этаж. Они расстались буквально двадцать минут назад, целуясь возле ворот академии. Вчерашняя ночь приятным дискомфортом отдавала в заднице, когда Сяо Чжань расслабленно сидел в своем удобном кресле, решал рабочие вопросы. Все это время легкая истома проходилась по его телу. Они не договаривались о встрече, они знали, что увидятся. После обеда, примерно тогда, когда Ибо должен был появиться на своем рабочем месте, Сяо Чжань позвонил старшему офис-менеджеру Минь Юй. Он уточнил порядок работы и попросил отправить Ибо наверх, чтобы выполнить одну важную услугу. Минь Юй была очарована добрым голосом директора и пообещала отправить к нему Ибо как можно скорее. От предвкушения встречи на рабочем месте у Сяо Чжаня покалывало кончики пальцев. Только вот когда Ван Ибо, спустя час, появился на пороге, лицо его было странным и злым. – Все нормально, Ибо? – Сяо Чжань не на шутку испугался. Парень закрыл за собой дверь и, не глядя на директора, сел на стул перед его столом. – Все ненормально, господин директор. Сердце предательски заколотилось. Что-то произошло. Ибо, злясь, посмотрел в глаза Сяо Чжаню. – Переводи меня к себе или увольняй. Только прекрати названивать Минь Юй! Она весь день рассказывает, какой ты замечательный, как ласково с ней разговариваешь. Какого хрена? Позвонил раз, два, нафига постоянно звонить? Она, оказывается, втрескалась в тебя, устроилась из-за тебя. И теперь ты ей позвонил. Она хочет за тебя замуж. Увольняй меня или устраивай своим секретарем, чтобы тебе не пришлось разговаривать с ней. От облегчения улыбка неконтролируемо полезла на лицо Сяо Чжаня. Он засмеялся, видя своего вспыльчивого парня. – Бо-ди! Ибо, ты ревнуешь к Минь Юй? Я ведь не интересуюсь девушками. Ибо вперился подозрительным взглядом. – И другими парнями. Ими я тоже не интересуюсь. Только тобой, Ибо. Ван Ибо поднялся на ноги, подошел к Сяо Чжаню и нагло уселся к нему на колени, обхватив его шею руками. – Ты только мой. И нежно поцеловал Сяо Чжаня в губы. – Извини, что вспылил. Я как пришел, она с обеда начала мне рассказывать, какой ты замечательный. Я это знаю и без нее. – Ибо. – Что, Чжань-гэ? – То, как ты сидишь на мне. Я очень хочу тебя немного потрахать. Ибо призывно задвигал бедрами. – Прямо здесь? – И сейчас. – Это то самое неотложное задание, которое меня ждало? Трах с директором? Сяо Чжань засмеялся, прижал к себе покрепче юношу. – Именно. Самое важное и безотлагательное. Они, конечно же, не спали, ни в кресле, ни на диване. Ибо бездумно ерзал на коленях директора, потираясь ягодицами. Сяо Чжань откинул голову на спинку кресла, прикрыл глаза. Он пальцами сжимал упругие ягодицы юноши и двигал его, тёр об себя, тихонько постанывая. Ибо наклонился, поцеловал мягкие губы, слез, становясь на собственные колени. Сяо Чжань опьяненным взглядом следил за парнем, который расстегивал его ширинку, бережно доставал из белья вставший член. Ибо ухмыльнулся, не отводя взгляда, высунул красный язык и прикоснулся им к головке. Сяо Чжань покрылся мурашками. Ибо мягко водил языком, издавая звуки удовлетворения, будто вылизывал сливочное мороженое в рожке. Он обхватил ствол двумя руками и присосался чувственными губами к влажной головке. – Ммм, – Сяо Чжань сходил с ума. – Ибо, возьми поглубже. Не нежничай с ним. Парень усмехнулся с членом во рту. Хлопнул ресницами в немом согласии и пропустил его до самого горла. – Ооо, боги. Ибо. Сяо Чжань поддал бедрами, упираясь еще больше. Ибо выпустил член, вдохнул воздуха, насадился еще, сглотнул, посылая вибрацию. Сяо Чжань обхватил голову парня руками, поднял и опустил снова, издавая низкие горловые звуки. Ибо рукой показал палец вверх, и Сяо Чжань трахнул его рот еще раз. Потом еще. Он поддавал бедрами, практически не сдерживаясь, следя только за руками Ибо и за его лицом, чтобы не было признаков боли. Но Ибо молчал, мычал, улыбался, когда Сяо Чжань поднимал его лицо и насаживал снова. Это было охуенно. Сяо Чжань, чувствуя подкатывающий оргазм, в последний раз прижал к себе парня и горячо кончил в него, издавая низкие звуки. Ибо проглотил сперму, языком слизал остатки с члена. Рукой вытер свой красный затраханный рот. – Хорошее задание, директор, я справился? Сяо Чжань, приходя в себя, кивнул: – Я выпишу тебе премию, как лучшему работнику. Ибо хмыкнул, наклонился и в очередной раз поцеловал любимого мужчину. – Я работаю здесь не ради денег, только ради тебя, развратный ты Сяо Чжань. Не смей смотреть видео с камеры наблюдения без меня. – Ты уже уходишь? – Мне надо работать. Дай мне какое-нибудь задание. Надо отчитаться перед Минь Юй. – Отнеси документы в архив. – А как же принести чай, кофе, станцевать стриптиз? – Ты думаешь, госпожа Мэн этим занимается? – Надеюсь, она носит только чай. – Она не носит мне чай. Никто не носит мне чай. – Ты ведь тут главный, какого хера? – Не буду же я гонять ее. – Ты меня поражаешь, я принесу тебе самый вкусный чай. Сиди здесь. Сяо Чжань растерянно улыбался. Сердце наполнялось нежностью, тело расслаблялось после пережитого. Ван Ибо удивлял его. Через пятнадцать минут в кабинет влетел сначала аромат чая Да Хун Пао, от которого закружилась голова, за ним вошел Ибо, поставил на стол огромный стакан, рядом ароматный сверток. – Булочка с сахарной пудрой, внутри дохрена шоколада. Если наврали, засужу. Приятного аппетита, Чжань-гэ. Я побежал работать. Зайду за тобой вечером. Ибо быстро улыбнулся и выскользнул из кабинета, оставив Сяо Чжаня погибать от переполненного любовью сердца. После ухода Ибо в дверь постучали. Госпожа Мэн, окруженная суровой аурой, с тонкими поджатыми губами, заглянула в кабинет. – Господин Сяо, если Вы хотели чаю, могли бы поручить это дело мне. Сяо Чжань удивленно поднял брови. – На моей памяти это первый раз, когда Вы лично подошли к моему кабинету, обычно только телефон. О каком чае идет речь? – Остальные вопросы я прекрасно решала со своего рабочего места. – Разве я хоть раз в этом усомнился? Ибо принес чай по собственному желанию. Вам не нужно об этом думать. Госпожа Мэн прищурилась, молча покинула кабинет. Вечером, когда Ибо минут десять как должен был освободиться, Сяо Чжань услышал шум. Только бы не Ибо. Он выглянул за дверь, перед ним предстала невероятная по своей необычности сцена. Госпожа Мэн стояла перед своим рабочим столом и яростно дышала. Ван Ибо рядом спокойно и хмуро смотрел на нее. Секретарь продолжала начатый ими разговор: – Вы не имеете права мне этого говорить, я работаю здесь семь лет. Какой-то мальчишка будет указывать мне, как работать! Парень покачал головой: – Не я начал этот разговор. Вы должны лучше заботиться о своем директоре. Это входит в обязанность секретаря. – Я больше, чем секретарь. Я решаю такие вопросы, которые Вам даже не снились. Сяо Чжань поежился, глядя на нее. Он подошел ближе, обозначая свое присутствие: – Какие вопросы Вы решаете, госпожа Мэн? Секретарь испуганно посмотрела в сторону директора. – Я не это имела в виду. Вы же сами сказали не думать об этих делах. Мне казалось, в моей компетенции что-то более важное, чем чай. Ван Ибо усмехнулся: – Чай – это очень важно. Вы недооцениваете его значение. Он подошел к Сяо Чжаню: – Извини за это. Идем? Мужчина ласково похлопал его по плечу: – Ты не виноват. Зайдем в кабинет? Поговорим? Секретарь остывала, но поступок директора, который, в первую очередь, встал на сторону нового работника, пошатнул веру в ее устойчивое положение в компании. – Я должен уволить эту женщину? Я дурак? Кажется, будто компания не моя. Отец порекомендовал ее на место секретаря. Я никогда не думал, что она превышает свои полномочия. Ван Ибо сидел на столе Сяо Чжаня и глядел в сторону двери, как будто в нее могла влететь разъяренная секретарша. – Не надо увольнять. Она делала определенную работу, у нее сто процентов своя система обзвона или хер знает чего. Просто не доверяй ей решение важных вопросов. Найди надежного человека, пусть он помогает тебе. Сяо Чжань поднял взгляд на Ибо. – Мне некому доверять, у меня здесь нет друзей. Только ты, Бо-ди. Я доверяю только тебе. Ибо рассмеялся: – Я самый сомнительный персонаж, недавно устроился и уже отсасываю тебе среди рабочего дня. – Я доверил тебе самое важное, свой член. Бо-ди, серьезно. Я знаю, что ты учишься, занимаешься. Но несколько раз в неделю будешь моим помощником? Ибо внимательно разглядывал отчаявшегося директора. – Блять, это будет выглядеть, как будто ты продвинул меня. Мы ведь спим вместе. – Для тебя это принципиально? – Да пофиг вообще, если тебе нужна помощь, я помогу. – Тогда с понедельника переведешься сюда. – Прямо сюда, в твой кабинет? – Чтобы трахаться было удобнее. Ибо захохотал: – Сяо Чжань, ты – лучший начальник. На восьмидесятом было не так весело. – Все веселье началось, когда ты устроился. Поехали отсюда? Ибо кивнул. Парни слаженно вышли из кабинета. Секретарь Мэн проследила за ними взглядом. Сяо Чжань на мгновение остановился: – Можете идти домой, не хочу Вас загружать. С понедельника Ван Ибо назначается моим личным помощником. Ибо не собирался злорадствовать, но то, как она прилюдно отчитала его за купленный чай, позволил насладиться зрелищем вполне. Секретарь округлившимися глазами следила за директором, затем посмотрела на Ибо. Новость шокировала и дезориентировала ее. Все менялось. Этот мальчишка грозил испортить то, что было с таким трудом налажено. Он имел непонятную власть над их директором. Она промолчала. Только сильнее поджала губы и демонстративно начала собираться домой. – Мне хочется на природу. Прямо сейчас. Может, поедем мимо парка? Парни выезжали со стоянки. Ибо задумчиво смотрел на Сяо Чжаня. – Конечно, я только за. Машина припарковалась возле огромного дуба. Вход в парк был обустроен как надо, но этот дуб выглядел так дико, как будто его случайно посадили здесь давным давно и никто не решался избавиться от него без крайней необходимости. Сяо Чжань шел быстро, импульсивно, взглядом цеплялся за листву. Пытался успокоиться. Ибо в темпе поспевал за ним. Молчание согревало их. Постепенно шаги замедлялись. Прохладный вечерний воздух приводил мысли в порядок. Ветер шелестел, успокаивая. – Люблю приезжать сюда в такие моменты. Солнце – это хорошо, но когда ты оторван от земли на этом восемьдесят третьем этаже, начинаешь терять опору. Ибо молча кивнул. Он аккуратно взял Сяо Чжаня за руку. Переплел пальцы, сжал ладонь. Сяо Чжань благодарно улыбнулся. – Ты всегда такой? Чуткий. Ибо почесал шею. – Не знаю. Я ни с кем до этого не встречался. – И как, позволь спросить, такой красивый и талантливый парень не нашел себе пару? – Не с кем было. Каждый раз смотрел на человека и думал “не то”. Даже пробовать не хотелось. Ну нет так нет. Наверное, не создан для отношений. Сердце никак не реагировало. Просто ровно. А тебя увидел и почувствовал. “То”. Сразу понял. Нечего было разбираться. – А если бы мы не увиделись и ты работал бы только на своем этаже? – Как не увиделись? Ты знаешь, что мне пришлось сделать, чтоб меня допустили в твой конференц-зал? Сяо Чжань удивленно воскликнул: – Ты как-то в этом поучаствовал? Ибо довольно хмыкнул: – Из кожи вон лез, делал сверхурочно свою работу и чужую, если надо. Упрашивал Минь Юй меня отправить хоть за чем-нибудь. Она не пускала – пропуск, все дела. Но в итоге я так хорошо работал, что она сжалилась, поговорила с кем-то и предложила мне прислуживать на встрече с инвесторами, вот я и пришел. Переживал, пиздец. Ты такой красивый сидел. Ты хоть знаешь, какой ты? Просто божество. На меня вообще не смотрел, весь в своих мыслях. А у меня в груди камень, кажется, посмотрю на тебя и разрыдаюсь. Тянуло так сильно. Сердце колотилось постоянно, думал, что разолью нахер всю воду. Я думал, с ума сошел, неадекват какой-то. А потом ты со мной заговорил, и всё. Как будто так и надо. Как будто жил-жил, и, наконец, мы встретились. Только все равно было грустно. Сейчас не так. Чжань-гэ, а ты что подумал? Я тебе понравился? Сяо Чжань остановился, за руку притянул к себе Ибо. В глазах мужчины блестели слезы. – Понравился? Слишком простое слово. Думаю, тут подойдет только слово “любовь”. Ибо, меня тоже тянуло. Я грузился из-за женитьбы. Отец звонил, сто раз напомнил подумать. Сколько живу, никогда не думал о браке. Никто не нравился. Никто никогда не впечатлял настолько, чтобы задуматься о совместной жизни. Пусто. Как будто я бракованный, и чувства – это не для меня. Как только увидел тебя, все мысли о женитьбе, об этом долбанном выборе просто пропали, испарились. Я не думал, что ты волнуешься или что-то еще, потому что у меня так стучало сердце. Я смотрел на тебя и не мог понять, что происходит, кто ты, и откуда ты взялся. Как будто только тебя и ждал. Сразу понял, что это ты. Не было никаких сомнений. Но захотелось узнать о тебе все. На совещании смотрел во все глаза, только бы ты не исчез. Красивый, идеальный, мой. Ибо крепко прижался. Их души, если они встречались раньше, были счастливы. – Наконец-то мы вместе. Слезы текли у одного и у другого. Это было воссоединение. Тоска рассеивалась. Ибо, расставаясь со слезами, отпускал прошлое: – Не оставляй меня больше, любимый. Гладил Сяо Чжаня по спине, прижимался сильнее. Они чувствовали это вместе. – Никогда больше. Прости меня.☼ ☼ ☼
В воскресный день Сяо Чжаня разбудили птицы за окном. Ибо лежал в его объятиях и крепко спал. Сонное лицо было безмятежным и счастливым. Сяо Чжань погладил щеку парня, поцеловал кончик носа. Рядом на тумбочке завибрировал телефон. Ибо спал на правой руке мужчины, крепко вжимаясь в него, будто боясь потерять. Левой рукой Сяо Чжань нащупал телефон. Звонил отец. – Надеюсь, ты помнишь, что обещал приехать? Мы с матерью тебя очень ждем. Сын успокоил родителей и, без надежды разбудить Ибо, начал вытаскивать руку из-под его головы. Они оба заснули под утро. Много разговаривали, не спали. Встретили вместе рассвет. Узнавали о жизни друг друга, наблюдая, как звезды гаснут, теряя свой блеск. Будить Ибо не хотелось, сегодня у него была изматывающая тренировка, нужно было дать ему выспаться. Сяо Чжань безуспешно пытался вытащить из-под головы Ибо свою руку. Парень так сладко спал, как ангел. Вспомнилась история об отрезанном рукаве. Сяо Чжань засмеялся. Ножницы бы не помешали. Рукав его пижамы был сильно прижат. Сяо Чжань наудачу поискал ножницы в тумбочке. В выдвижном ящичке лежала смазка и презервативы. Они не занимались сексом вчера, поэтому мысль о члене Ибо мурашками отозвалась в его теле. На счастье, в ящике оказались ножницы. Что они там делали, не имело значения. Отрезать рукав пижамы было такой замечательной идеей. Сяо Чжань прыснул со смеху, осуществляя свой замысел. Только потом до него дошло, что вместе с рукавом неплохо было бы отрезать и руку, потому что в основном из-за нее было сложно выбраться из-под парня. Но это было символично, поэтому Сяо Чжань, вздрагивая от холодного металла, методично резал половину рукава. Затем подлез под руку и отстриг остальную часть. Только после этого его рука действительно ловко вылезла из отрезанного рукава. Сяо Чжань долго сидел у кровати и смотрел на спящего Ибо. Он напоминал ребенка. Душа волнами наполнялась любовью и нежностью. Казалось, не хватит жизни, чтобы насмотреться на него. Мир перевернулся, наполнился, частичка души нашла свою половинку. Он оставил завтрак и записку на столе, сам отправился домой. Отец раскрыл двери с неожиданным официозом. Они с матерью были одеты так, будто собирались праздновать Китайский Новый год. Нарядные, надушенные. На пороге его встретили запахи мяса и духов. Предчувствуя подвох, он вошел. На диване в гостиной сидел его инвестор господин Чен с женой и дочерью. Сяо Чжань развернулся к отцу. Тот замахал руками. – Ничего официального, никакой работы, просто дружеские посиделки! Ты же знаешь, мы с господином Ченом хорошие знакомые. Почему бы не пообедать всем вместе? Сяо Чжань вежливо, но холодно, отвесил поклон господину Чену. Он не был готов ни внешне, ни внутренне. Слава богам, он догадался приехать не в футболке и джинсах, как планировал поначалу. Этот маленький сюрприз неприятно отразился на его лице. – Познакомься, Сяо Чжань. Это супруга господина Чена и его милая дочь. Чен Ли и Чен Лин. Сяо Чжань не старался запомнить их имена, мог, но не хотел. Он вспомнил про Ибо. Парень, должно быть, уже проснулся. Позавтракал и прочитал записку. Сяо Чжань отлучился в ванную комнату. Он тут же написал Ибо сообщение: “Обед с родителями – ловушка с приглашенным инвестором и его дочерью”. Ибо не было в сети, поэтому он не ответил. Сяо Чжань старался сдержанно разговаривать с присутствующими. Ему было неловко за всю эту ситуацию. Казалось, это было непрофессионально, потому что встреча напоминала сватовство. Родители наперебой хвалили юную госпожу Чен, Сяо Чжань с завидным равнодушием слушал об этом. Он был рад, что кому-то достанется такая милая девушка. Он все это время скучал по своему парню, проверял телефон, вспоминал вчерашние разговоры. Сяо Чжань многое узнал о жизни Ибо, о его планах. О танцах. О том, какой Ибо талантливый и какие перспективы ждут его после окончания академии. Сяо Чжань пропустил момент, когда перестал вникать в смысл разговора, он смотрел невидящими глазами, был очень серьезен. Ему было грустно. Родители старались произвести впечатление. Причем не только родители девушки, но и его собственные. Ибо не отвечал. Это начинало тревожить. Тренировка, конечно, Ибо было не до этого. Но Сяо Чжань постоянно проверял свой телефон. Обед подходил к концу. Сяо Чжань все больше грузился. Господин Чен приветливо улыбался, немного все же затронули рабочие вопросы, главе галереи пришлось отвечать. В это время телефон завибрировал. Сяо Чжань мгновенно включил сообщение. Ибо прислал фото рукава с подписью: “Это что за хрень?” Сяо Чжань облегченно засмеялся. Поднял взгляд на родителей, помотал головой. Они смотрели обеспокоенно. Сяо Чжань бегло напечатал смс: “Потом расскажу”. Ибо прислал мем с пальцем, поднятым вверх. На душе полегчало. Оставшуюся часть обеда Сяо Чжань улыбался. Он планировал уехать сразу же после гостей. Но отец задержал его буквально в дверях. – Сынок, ну как тебе? Замечательные люди. – Да, только о таких неожиданностях нужно предупреждать заранее. – Хехе, ты бы не приехал. – А должен был? Зачем путать работу и знакомство с его семьей? Могли бы встретиться в ресторане и обговорить встречу заранее. Я чувствовал себя глупо. – Сынок, зато ты познакомился с его дочерью. Одно дело знать, что где-то живут незамужние девицы. Другое, увидеть эту красавицу лично. – Пап, мне безразлично, насколько красивы дочери у инвесторов. – Почему это? – Потому что у меня есть парень. Господин Сяо несколько мгновений молча открывал рот. – Как парень? – Вот так, у меня есть парень, и я его люблю. Девушки меня не интересуют, как и наследники, преемники, жены и их родители. Надеюсь, теперь мое мнение на этот счет тебе понятно? И ты перестанешь мне об этом напоминать? – Ты не можешь быть геем. У тебя такие данные, такие гены. Ты обязан иметь наследника. – Не обязан. Серьезно, давай не будем об этом. Я сделал выбор. – Ты не можешь принимать его один. Ты мой сын. Нужно блюсти традиции и чтить свою семью. – Я чту наши обычаи. Если ты о нетрадиционных отношениях, они были задолго до нашего рождения. Ты знаешь это не хуже меня. – Императоры всегда имели наследника, были они геями или нет. Так что… – По меньшей мере один император не оставил после себя наследника. Мир от этого не рухнул. – Сяо Чжань. – Отец. – Ты не тот император. Сяо Чжань задумчиво хмыкнул. У него в памяти всплыл утренний эпизод. – Мне пора. Ибо вышел из здания поздно, уставший, с намокшей челкой и небрежно собранным пучком волос. Вместе с ним вышла целая толпа танцоров, Сяо Чжань узнал некоторых одногруппников Ибо. Молодежь смеялась, несмотря на усталость. Ибо выделялся на их фоне, задумчивый, он смотрел в телефон. Сяо Чжань залюбовался своим парнем. Неожиданно пришло сообщение. “Я освободился, гэ. А ты?”. Сяо Чжань вышел из машины. Ибо заметил движение вдалеке, улыбнулся открыто. Он попрощался с друзьями и двинулся к своему парню. –Ты здесь? Я думал, тусуешься с красивой дочкой инвестора. Сяо Чжань покачал головой. – Ни одна дочка инвестора не сравнится с красотой моего Бо-ди. – Вау, я вне конкуренции. – Всегда. Парни приехали в тот же самый парк, возле которого рос огромный дуб. Едва ли хватит рук, чтобы обнять его руками. Ибо устало плюхнулся на скамейку, пошарил в своей сумке и достал отрезанный от пижамы рукав. Сяо Чжань засмеялся и покраснел. – Зачем ты взял его с собой? – Мне показалось, это что-то важное. Что это значит, Чжань-гэ? – Ты не слышал эту историю? – Кажется, нет. Сяо Чжань постучал пальцами по губе, размышляя, с чего бы лучше начать. – “Страсть отрезанного рукава”, так называется эта история. Жил такой император, до нашей эры. Звали его Ай-ди. Он был гомосексуалом, понял, что любит мужчин еще в молодости. Не был женат... Знаешь, каким-то образом он познакомился с парнем при дворе. Тот занимал совсем незначительную должность, и по идее они не должны были познакомиться. Но познакомились. Император влюбился. Так сильно, что дарил парню огромные суммы денег, чины, привилегии, что там еще дают фаворитам. Парня ненавидели за это, пытались остановить императора. Но тот был непреклонен. Сильно любил. Они постоянно путешествовали вместе, хотя парень был женат, – Сяо Чжань вздохнул. – Жена при дворе тоже занимала почетное место. И все остальные родственники Дун Сяня. Так его, кстати, звали. Ибо задумчиво повторил: – Дун Сянь. Что потом? – Потом они были вместе, имели гомосексуальную связь, так считалось. Тут же была история с этим рукавом. Однажды юноша заснул рядом с императором, прямо на его рукаве. Он так сладко спал, что Ай-ди не решился его разбудить, он отрезал рукав и только потом поднялся. Императора отговаривали от такого продвижения молодого парня, но тот сделал его главнокомандующим. Хотя на момент знакомства ему было всего девятнадцать лет. Ибо хмыкнул: – Прямо как мне. Сяо Чжань задумчиво посмотрел на парня. – Да, Бо-ди, как тебе. Он очень быстро поднялся по карьерной лестнице, говоря современным языком. Но делами почти не занимался, все время был при императоре. Ему построили огромный дворец рядом с императорским, Ай-ди завещал ему правление. Но спустя какое-то время, совсем неожиданно, император скончался. Дун Сянь был раздавлен, парализован этой новостью, он… – Покончил жизнь самоубийством. – Да, – Сяо Чжань удивился. – Ты уже слышал эту историю? – Нет. Просто я на его месте поступил бы также. – Бо-ди… Сяо Чжань прижал к себе парня. Ибо долго смотрел перед собой, в груди клубились рыдания, он вдруг осознал, как будто принял эту историю близко к сердцу, в мгновение пережил ее вместе с Дун Сянем и заплакал. Из глаз полились слезы. Знать, что мужчина, которого любишь всю жизнь, может исчезнуть, покинуть тебя, он боялся об этом даже думать. Хотелось прижать Сяо Чжаня к себе и больше никогда не отпускать. Ибо душили слезы, боль била в виски, он чувствовал это раньше, как будто воспоминание разблокировалось, и все, что он подавлял в себе до этого, вырвалось наружу. Все его тело болело. Он сжимался в объятиях. – Не оставляй меня Чжань-гэ. Я больше этого не вынесу. Сяо Чжань глотал слезы. Эта история была такой знакомой, но он никогда не плакал над ней. Теперь же, когда Ибо, этот мальчишка, прижался к нему в слезах, не мог выпустить, не хотел терять, он вдруг стал что-то припоминать, что-то давно забытое. Как дежавю. Этот отрезанный рукав и множество совпадений заставили его сердце сжаться от боли и сожалений. – Я никогда тебя не оставлю, Ибо, я всегда буду с тобой. Ну же, посмотри на меня. Мы вместе, и ничто никогда не помешает нам. Мы встретились, наконец, и никогда не расстанемся. Сяо Чжань гладил по голове своего мальчика, целовал его макушку, не отпускал до тех пор, пока Ибо не расслабился и не перестал вздыхать после сильных слез. Парни сидели рядом и молча смотрели вперед, сил говорить не осталось. Даже если их связывала похожая история, даже если их связывала именно эта история, нужно было идти дальше. К этому они и приходили, сидя на скамейке, глядя вперед. Прощаясь со своим прошлым. Сяо Чжань нежно гладил руку Ван Ибо. Пальцы постоянно натыкались на шершавый почти заживший порез. – Береги себя, Бо-ди. Танцуй аккуратно, катайся без лишнего риска, одевайся тепло, суши волосы феном. Хорошо питайся. Ибо внезапно пробило на смех. – Сяо Чжань, ты превращаешься в папочку. Что за советы? Я не ребенок. – Знаю-знаю. Просто сделай это, хорошо? Береги себя. Я готов быть твоим папочкой. И приглядывать за тобой. Ибо толкнул Сяо Чжаня плечом. – Это попахивает ролевой игрой, совсем не древнекитайской. – Что ж, нам как раз нужно жить настоящим. – Согласен, Чжань-гэ. Тогда надо искать кафе. Я, настоящий, очень хочу есть. – Поехали, я накормлю тебя. – Куда поедем? – Ко мне. Квартира Сяо Чжаня, вопреки ожиданиям, была очень скромной. Небольшая студия. – Больше и не надо. Чтобы спать и принимать душ, много места не требуется. В ней было уютно, Ибо разглядывал современный интерьер с вкраплением китайского стиля, уютные мелочи, цветы в вазе, китайский фарфор. Сяо Чжань подошел сзади, со спины, обнял Ван Ибо. Прошептал на ухо. – Хочу, чтобы ты остался. – Я переночую у тебя. – Нет. Я хочу, чтобы остался насовсем. Я хочу съехаться с тобой. Ибо обернулся, обнял Сяо Чжаня. – Я не против, где будем жить, у тебя? – Мне без разницы, можно у тебя. Но тут не надо платить аренду. – Сначала устроил своим помощником, теперь хочешь поселить у себя… я что, твой фаворит, богатенький ты гэгэ? Сяо Чжань рассмеялся от этих слов. По всему выходило так. – Я просто люблю тебя. – Это твое признание? – Думаю, это было очевидно с первого дня. – Ты как открытый свиток, в котором написано, что ты влюблен. Люблю тебя, гэ. Я хочу жить вместе. У тебя так у тебя. Главное, что в одной квартире, и ты не отстроил мне отдельный дворец. – Я вообще не понимаю, зачем отдельный, когда нужно жить вместе. – Точно. Показывай мне, где тут у тебя кровать, думаю, мы должны поменяться. Сегодня было медленно. Вдумчиво. Сяо Чжань разглядывал любимого студента, который старательно опускался ртом на член своего мужчины, умело отсасывал, гладил бедра гэгэ широкими ладонями, чуть сжимал кожу. Все это принадлежало Сяо Чжаню. Стройный, гибкий парень, который усаживался сверху на его член, прикрывал глаза от чувства наполненности. Ибо плавно двигал бедрами, облизывал алые губы. Красивый. Юный. Соблазнительный. Он равно хорошо смотрелся на его члене и внутри Сяо Чжаня. Уверенный, он наклонялся за поцелуем, не переставая насаживать себя на возбужденный ствол. Сяо Чжань обнимал, целовал, сливался с парнем, двигал тазом в ответ, вызывая легкие стоны из мягких губ Ибо. Секс был сладким. Сяо Чжань рывком уложил Ибо на смятую простынь, он хотел полностью погрузиться в мальчишку, взять ситуацию под контроль. Никто не сопротивлялся. Ибо благодарно принимал в себя толчки, рвано дышал, сжимался и полностью отдавался власти мужчины. – Какой же ты послушный, мой мальчик, какой юный и жаркий. Трахать тебя одно удовольствие. Ибо прижимал к себе мужчину, разводил ноги пошире, его член был готов выплеснуться в любую минуту. – Ты так хорош, Сяо Чжань, такой властный. Я хочу подчиняться тебе. Покажи мне мое место, гэгэ. Сяо Чжань показал. Он начал без остановки вбиваться в мальчишку, пальцами сжимая упругие ягодицы. Ибо стонал, он сводил с ума этими звуками. На мгновение он представил серьезного господина директора, который раздает указания, и все в галерее слушаются его. И теперь он, горячий, вспотевший, сжимал Ибо в объятиях и жестко втрахивал в кровать. Парень сжался на члене и вдруг горячо кончил, не в силах сдерживать возбуждение. Сяо Чжань впился поцелуем в губы Ибо, языком толкнулся в рот, несколько раз поддал бедрами и со стоном кончил в мальчишку. Секс с ним был чем-то невозможным. За гранью физиологического влечения. Его хотелось съесть, облизать, довести до безумия, но удовлетворить. Ибо лихорадочно целовал губы директора. Сердце стучало, дыхание сбилось. Это был его первый раз в качестве принимающего. Это было охрененно.☼ ☼ ☼
Сяо Чжань, довольный жизнью, прибыл на работу. Секретарь презрительным взглядом пыталась пробить его счастливую ауру. Он только кивнул ей и уточнил. – Все документы готовы? Организуйте стол в моем кабинете. Там будет сидеть Ибо. Госпожа Мэн стеклянным голосом проговорила. – Он работает после обеда три раза в неделю. Зачем ему стол. – Потому что это моя галерея, и я так хочу. Директор находился в приподнятом настроении, он знал, что поступает правильно хотя бы потому, что Ибо действительно нужна была практика. Он планировал открыть студию танцев. Но отец Сяо Чжаня так не считал. Господин Сяо приехал рано утром, как раз в тот момент, когда вносили стол и все необходимое. – Что это значит, сын? – О, и ты здесь? Госпожа Мэн сообщила? – Неважно. Об этом говорит вся галерея. – Моя галерея. – Ты не должен допускать к себе кого-то настолько близко. В твоем кабинете такие дорогие сокровища. Ты рискуешь их потерять. Сын засмеялся. – Отец, можешь забрать их себе, спрятать, трястись над ними. Свое главное сокровище я получил. Я не знаю, как объяснить тебе, мне просто лень это делать. Ибо – это тот человек, которому я готов отдать всё: галерею, сокровища, свою квартиру, машину, всего себя. Но суть в том, что ему это не нужно. Единственное, что он взял у меня, добровольно с моей стороны, это мое сердце. Вот что ему нужно. Моя любовь. Вот такая бесплатная, абстрактная, выраженная ни в продвижении, ни в деньгах, а в отношении. Он единственный, кого я хочу видеть всю жизнь и на смертном одре. Я уверен, что он будет там, даже если я буду беднейшим человеком во всем мире. Просто дай мне быть счастливым. Разве не об этом мечтают все родители? – Родители мечтают, чтобы дети были благодарными и состоятельными. А не нищими оборванцами с сомнительными любовниками. – Значит, у нас разные ценности. Все это состояние будет бесполезным, когда умрешь. Любовь, вот что ценно. А еще осознание, что ты делал то, что хотел, и был при этом счастлив. Это простым языком, хотя ты вряд ли это поймешь. Отец разглядывал беспечного сына. Где-то он свернул не туда. Всю жизнь до этого момента он выбирал правильный путь, одобренный родителями. Теперь заговорил как простолюдин: счастье, любовь, аморфные понятия, которые без состояния ничего не значили. Сяо Чжань обернулся к окну, спорить не хотелось. Он просто наслаждался. Его родственная душа была найдена. Человек, которому можно показать закат, о котором можно заботиться. Который будет заботиться в ответ. Молодой парень со взрослой осмысленной душой, которой чужды стремления к бессмысленным богатствам. Ибо был самым важным человеком в его жизни. Он будет работать здесь, будет отвлекать своими чувственными губами. Украдкой целовать строгого директора, который в присутствии Ибо превращался в юного, солнечного императора. Влюбленного по уши в своего помощника. Ибо окончит университет, начнет осуществлять свою мечту. К тридцати годам он будет владельцем танцевальной студии. Но главное, все это время он будет владельцем бедного сердца Сяо Чжаня, который не знал, что любовь бывает настолько всеобъемлющей. Они начнут проживать новую жизнь, не совершая ошибок прошлого. Не деля друг друга ни с кем. Не завещая огромных империй, даже если это всего лишь галерея. Ибо будет трудиться самостоятельно, с огромной поддержкой своего мужа. Они поженятся. И это неизбежно. Это настолько естественно, что они поженятся на Тайвани задолго до своей первой годовщины. Но этот день навсегда останется в памяти. Тот день когда Сяо Чжань случайно зацепился взглядом за молодого красивого парня. Он просто расставлял стаканы, цепляя сердце Сяо Чжаня, забирая его себе. Их союз найдет силы выдерживать критику со стороны родителей, сотрудников, общества. Их союзу будет все равно. Они нашли друг друга сквозь века. Ничто никогда не потревожит их трепетную любовь друг к другу. Это то сокровище, которое они будут оберегать всю оставшуюся жизнь. И будут молиться всем богам, чтобы умереть в один день и никогда больше не чувствовать боль потери и разлуки. Боги сжалятся над ними. Они будут вместе навсегда. 14.07.2022.
