Копия матери

1 ноября 1981 года. Литтл Уингинг. Графство Суррей.       Это утро ничем не отличалось от предыдущих. В доме номер четыре по Тисовой улице все спали. И неудивительно, шесть часов утра все-таки.       Этот дом ничем не отличался от других таких же домов на этой улице. Небольшое трехэтажное здание, вместительный двор, идеально подстриженный зелёный газон и аккуратные цветочные клумбы — гордость Петунии Дурсль.       Сама Петуния в данный момент проснулась и, немного полежав в кровати, все же встала, тихонько, чтобы не разбудить спящего рядом мужа, Вернона Дурсля. Глядя на его умиротворенное лицо, женщина в который раз думала, как ей повезло с мужем.       Вернон был человек деловой и хорошо образованный. Работал в компании по изготовке и продаже дрелей, прилично зарабатывал, содержал жену и их маленького сына Дадли. Петунии даже не пришлось устраиваться на работу, и все свое свободное время она либо проводила дома, ухаживая за садом и занимаясь годовалым сыном, либо ходила в гости к соседкам и своим подругам, обсуждая последние новости.       В доме всегда царил идеальный порядок, так как миссис Дурсль была человеком чистоплотным и аккуратным. Дом как будто олицетворял хозяйку: все было идеально и аккуратно.       Люди, которые жили на Тисовой улице тоже были во многом похожи между собой. Мужчины занимали почётные должности на работах, полностью обеспечивая семью, а женщины сидели дома, заботясь о детях или выполняя работу по дому. Каждого заботило, что о них подумают другие, и поэтому люди старались во всем быть идеальными, скрывая все недостатки.       Сегодня на завтрак по традиции Петуния решила приготовить яичницу с беконом. Кухня была идеально вычищена и даже блестела. Женщина неторопливо поставила нагреваться сковороду и достала необходимые продукты из холодильника. Готовить Петуния любила, её это расслабляло, поэтому блюда получались невероятно вкусными. Женщина вспомнила, как её младшая сестра Лили просила научить её готовить, но сколько бы она не пыталась, превзойти Петунию не смогла. Нет, еда получалась вкусной, вот только все равно не то, потому что Лили не отдавалась полностью готовке, её движения были резкими и порывистыми, рыжеволосая торопилась, как будто куда-то опаздывала, суетилась. На кухне, по мнению Петунии, нужно действовать медленно, чтобы ничего не упустить. Лишняя суета ни к чему.       «И мужа выбрала под стать себе, такого же ветреного», — ворчливо подумала миссис Дурсль, разбивая яйца. С Джеймсом Поттером у неё отношения не особо сложились, так как он был неопрятным и не серьёзным по мнению Вернона, плюс устроил им целое представление на свадьбе вместе со своими дружками-магами. Ну и самая главная причина — магия.       Не то, чтобы Петуния прямо сильно ненавидела волшебство и все, что с ним связано, нет. Проблема в другом. Когда у Лили только начали проявляться магические способности, родители пришли в неописуемый восторг. Они радовались и гордились, что их дочь — волшебница. Туни тоже была рада за сестру, но она также переживала о том, что будет, когда о магии сестры узнают другие. В их мире это очень редкое явление, и девочка боялась, что её сестру заберут на опыты. Конечно же, мистер и миссис Эванс тоже были люди неглупые и запретили Лили колдовать вне дома, не понимая, что рыжеволосая это контролировать не может.       И вот, когда девочки катались на качелях, магия вновь проснулась, и Лили немного взлетела, спрыгнув с качелей. Петуния тут же отчитала сестру за необдуманный поступок, но та лишь виновато пожала плечами и сказала, что не знает как это контролировать. И тогда из-за кустов выпрыгнул неопрятно одетый темноволосый мальчик, ровесник Лили. Петуния сразу же узнала в нем сына Снейпов из Паучьего тупика. Мальчишка, который оказывается следил за ними и подслушал их разговор, заявил, что Лили — ведьма. Лили, ожидаемо обиделась и уже хотела уйти, но мальчик быстро принялся извиняться и рассказал, что тоже владеет магией, и что эти проявления называются стихийными выбросами.       — А почему у Туни такого нет? — заинтересованно спросила девочка у нового знакомого.       — Потому что она — обычная магла, — с лёгким презрением, как послышалось Петунии, ответил Снейп.       Такое заявление серьёзно задело светловолосую. Выходит, что «маглы» у них это не волшебники?       Очень быстро Лили подружилась с Северусом Снейпом, который рассказывал ей о мире магии, так как его мать, Эйлин Снейп, была ведьмой. Девочка искренне заинтересовалась новым миром и хотела узнать побольше информации, так как была от природы любознательной. Она отдавала предпочтение Снейпу, все реже гуляя с Петунией, что немало огорчало старшую, ведь ранее сестры были не разлей вода. С этого момента Петуния Эванс невзлюбила Северуса Снейпа, что похоже было взаимно.       Далее к сестре пришло письмо из школы Хогвартс, про которую Лили рассказывал Снейп, а эту информацию девочка рассказывала позднее и родным. Рыжеволосая была довольна и взволнованна, ведь не понимала, где нужно покупать предметы для школы. Позже к ней пришла профессор МакГонагалл и объяснила, что к чему. Петуния вместе с семьёй побывала в Косом переулке, который оставил впечатления девочке.       Юная Туни также хотела окунуться в магический мир, и даже написала письмо директору Дамблдору с просьбой принять её в Хогвартс, однако получила отказ.       «Мисс Эванс, к сожалению, я вынужден отказать в Вашей просьбе, так как вы не владеете магическими способностями, а соответственно не можете учиться в школе чародейства и волшебства Хогвартс.

Альбус Персиваль Вульфрийк Брайан Дамблдор».

      Нет нужды говорить, что девочка была расстроена отказом. Как на зло вспомнились слова Северуса: «Она — обычная магла». Но ещё более разозлило Петунию то, что когда она зашла в комнату за книгой, то обнаружила Лили и Северуса, которые склонившись к столу, читали её письмо от Дамблдора. Светловолосая почувствовала такую боль от предательства родной сестры. Лили, воспитанная Лили, роется в её вещах. С подачи своего дружка Снейпа разумеется. Петуния демонстративно прокашлялась. Испуг Лили, когда она повернулась, надо было видеть. Впрочем, и Снейп тоже был застигнут врасплох, но он быстро вернул лицо, взглянув на старшую Эванс с насмешкой и нейким злорадством.       — Туни, мы...       — Пошли вон, оба, — спокойно и холодно отчеканила девочка и, не дожидаясь извинений сестры, выставила обоих за дверь. Она услышала, как Лили расплакалась и слова её дружка: «Магла захотела попасть в Хогвартс!», и его смех. Лили тогда впервые накричала на друга и серьёзно с ним поссорилась, вот только и сестра перестала с ней разговаривать.       Этот случай стал первой трещиной в отношениях сестер Эванс, которая с годами лишь крепла.       Туни сухо попрощалась с сестрой на платформе. Она уехала, и светловолосая погрузилась в учёбу, ссора с сестрой потихоньку забывалась, Петуния даже написала письмо Лили, на которое получила ответ. Но когда рыжеволосая приехала домой на Рождество и начала делиться впечатлениями о школе, уроках и новых друзьях, а родители с гордостью в глазах её слушали, то в старшей вспыхнула лёгкая зависть к сестре, её общительности, ведь Туни имела лишь одну подругу, и магическим способностям. И Петуния ничего не могла с собой поделать.       Также из-за вечных отъездов Лили у друзей, соседей и знакомых появились вопросы, и приходилось говорить, что младшая Эванс учится в закрытой школе и приезжает только на каникулы домой. Врать Петуния не любила, но приходилось, иначе кто поверит в магию? Тем более у «этих ненормальных» свои законы.       Лили постоянно говорила, как ей надоел некий Поттер, и Петуния, слыша рассказы про его популярность, богатство, успеваемость, искренне не понимала, почему сестра его ненавидит. Ну и что, что он оскорбляет Снейпа? Туни его тоже оскорбляла, тем более есть за что. И каково было удивление старшей Эванс, когда она узнала, что Лили и Северус поругались.       Лили приехала тем летом из школы грустная и часто плакала. Петунии надоело видеть её кислую рожу, и поэтому она зашла в комнату к сестре, когда она снова начала плакать.       — Выкладывай, — коротко велела Туни, сев рядом с Лили и обняв её.       И рыжеволосая рассказала все. После этого Петунии самой хотелось придушить Снейпа, и она была согласна с Поттером. Тогда сестры впервые за годы ссоры смогли поговорить по душам. Туни в свою очередь рассказала про своего ухажера Вернона Дурсля, с которым уже год как встречается. Лили искренне порадовалась за сестру. Хрупкое перемирие было восстановлено.       Петуния была в шоке, когда узнала, что Лили и Джеймс Поттер, тот самый Поттер, на которого вечно жаловалась рыжеволосая, что он ей прохода не давал с четырнадцати лет, начали встречаться. Лили на тот момент исполнилось семнадцать, а Петунии был уже двадцать один год, и девушка училась в университете.       Вернон Дурсль, с которым Петуния уже продолжительное время встречалась, решил сделать ей предложение. Девушка сразу же согласилась, а её родители дали свое благословение. С родителями Вернона Туни успела познакомиться прошлым рождеством, и судя по всему им понравилась. Однако со старшей сестрой будущего мужа, Марджори Дурсль, отношения слегка не заладились, так как она была человеком грубым и прямолинейным, и посчитала, что Петуния недостаточно подходит её брату, что немало огорчило Эванс.       Но Вернон быстро успокоил возлюбленную, сказав, что с первого раза Марджори фактически никто не нравился, и вообще она против любых отношений младшего брата, которого всегда через чур опекала.       Свадьбу семейства Эванс и Дурсль решили назначить на лето. Эту тему они обсудили на семейном ужине в доме Эвансов.       — Миссис Дурсль, приготовление угощений мы с Петунией возьмём на себя, надо только составить список гостей и их предпочтения в еде, — решила миссис Эванс за разговором с родителями будущего зятя.       — Чудесно, миссис Эванс! Вернон с Петунией не хотят устраивать пышную свадьбу и решили пригласить только самых близких друзей, — ответила мать Вернона. — Как жаль, что мы с мужем и детьми не можем познакомиться с вашей младшей дочерью Лили!       Упоминание Лили на мгновение заставило напрячься Петунию, но она быстро взяла себя в руки.       — Я тоже сожалею, миссис Дурсль. Но в пансионе, в котором учится моя сестра очень строгие правила, — виновато произнесла Туни.       — Настолько строгие, что она не может приехать домой, когда её старшая сестра собирается выходить замуж, — язвительно протянула Мардж Дурсль.       — Марджори! — с укором повысила голос миссис Дурсль. — Прошу нас простить, Мардж просто слишком прямолинейная.       Слова сестры Вернона заставили Петунию взглянуть на ситуацию под другим углом. Неужели в Хогвартсе детей не отпускают домой по важным причинам?       В целом ужин прошёл неплохо. Миссис Эванс и миссис Дурсль неплохо поладили, обсуждая всякие бытовые дела, а вторая пришла в восторг, когда увидела сад Эвансов. Главы двух семейств тоже нашли темы для разговоров, обсуждая политику, в которой Туни ничего не понимала. Мардж вскоре простилась и отправилась в свой дом, чтобы покормить любимых бульдогов, за которыми временно смотрела соседка, а Вернон наконец-то смог побыть наедине со своей невестой.       — Не обращай внимания на уколы Мардж, — успокаивающе сказал Вернон Дурсль. — На самом деле она хорошая, просто нужно дать ей время ко всему привыкнуть. А ты, Туни, самая прекрасная невеста в мире!       Петуния обняла жениха и была ему благодарна за поддержку.

* * *

      Сама свадьба прошла довольно неплохо, хотя Петуния очень нервничала, что по словам Лили, которая успокаивала сестру, было присуще всем невестам.       — Туни, расслабься! Ты выходишь замуж и чудесно выглядишь! Всё будет идеально, — говорила Лили. — Когда я буду выходить замуж, ты будешь также меня успокаивать.       Под конец обе сестры рассмеялись. Напряжение постепенно сходило на нет.       Далее отец провел Петунию к алтарю и ожидающему там Вернону. Пара произнесла клятву и обменялась обручальными кольцами, а после настало время танцев. Кружась в руках уже мужа, Туни ощущала себя самой счастливой женщиной на свете.       Вместе с Лили на свадьбу были приглашены и Мародеры, которые произвели хорошее впечатление на семью Эванс. Когда застолье завершилось, и взрослые ушли, оставив молодёжь отмечать, Джеймс и Сириус достали палочки, напугав Вернона и Петунию, и выпустили дождь из конфетти, которые обсыпали молодожёнов с головы до ног. Лили и Мародеры довольно засмеялись, а молодые Дурсли пребывали в шоке. Пара стаканов выпивки ещё больше развязала руки и языки парням, и те сотворили ещё несколько заклинаний, на что Петуния просила остановиться, замечая шок мужа, граничащий с испугом. Только после нескольких достаточно громких криков Лили Мародеры успокоились, вот только Петуния к тому времени уже увела Вернона прилечь.       — Лили, я конечно все понимаю, но Вернона нужно было хотя бы предупредить насчёт магии, а то у него похоже давление поднялось.       — Я честно, не знала правильно ли это было бы, ведь согласно Статуту...       — Который вы успешно нарушили..       — Мы не имели права рассказывать о магии маглам, но ты моя сестра...       — А Вернон мой муж!       — Да, я признаю, Туни, виновата...       — Ладно, — махнула рукой Петуния Дурсль. — Я поговорю с Верноном, но ты тоже держи своих дружков в узде.       Вроде как ссоры не было, но сестры почему-то ощущали неловкость.       Далее, спустя год, у Лили намечалась свадьба с Поттером, но Дурсли на неё не пошли из-за тяжело протекающей беременности Петунии, отправив поздравления в письме.       А после из-за войны, про которую Петуния сама знала немного, так как информацию в письмах передавать было опасно, общение и вовсе прекратилось. И сейчас, поджаривая тосты, Туни ничего не знала, как там Лили, жива ли она...       Заглянув в холодильник, Петуния достала почти пустую бутылку молока. Вспомнив, что сегодня как раз на улице проезжает молочник, женщина ринулась к двери, перед этим понизив огонь на плите.       Открыв входную дверь, миссис Дурсль чуть не закричала.       На пороге, лёжа в корзинке, мирно посапывали двое детей, а рядом стояла сумка.       — Вернон! — испуганно закричала Петуния.

* * *

      Вернон Дурсль был человеком трудолюбивым. Ещё с детства его отец, который возглавлял компанию по производству дрелей, приучал сына к работе. Сначала маленький Дурсль помогал маме по дому, а после стал обучаться делу отца, чтобы возглавить компанию после него. Будучи парнем смышленным, он без труда разбирался во всех тонкостях ведения бизнеса, а в школе учился на высокие баллы, став гордостью семьи Дурслей.       В школе у него был свой круг общения, и эти люди в будущем стали его деловыми партнёрами. Вернон умел выбирать правильных людей, как и учил его отец.       С Петунией Эванс он познакомился, когда его отца попросили провести лекцию в экономическом университете. Юная блондинка была лучшей ученицей на курсе и смогла почти правильно ответить на вопросы мистера Дурсля. Эта девушка заинтересовала Вернона, и тот после окончания пар поспешил с ней познакомиться.       С Петунией было интересно общаться, весело проводить время. Она с интересом слушала про достижения Вернона на работе, а тот в свою очередь про её достижения в учёбе.       От друзей они плавно перешли к статусу пары, но когда это случилось точно Вернон не помнит. Провстречавшись с Петунией больше года он понял, что именно такая жена ему нужна. Согласие Петунии его ничуть не удивило, ведь оба понимали, что все идёт к свадьбе.       Родители Туни были людьми приятными и сразу же понравились Вернону, вот только его слегка напрягали непростые отношения невесты и Марджори, с которой он позже решил поговорить.       — Мардж, ты несправедлива к Петунии. На самом деле она — очень порядочная девушка.       — Я это вижу. Вот только её сестра...Что-то в этой истории нечисто.       Марджори Дурсль обладала прекрасным чутьем, не хуже, чем её любимые бульдоги. Вернон тоже чувствовал, что Эвансы и Петуния что-то не договаривают насчёт их младшей дочери, но решил не давить на невесту. Захочет — расскажет позже.       Что конкретно не договаривали Эвансы Вернон понял на свадьбе. Изначально ему показалось, что он перепил, но конфетти было настоящим и сыпалось с воздуха. Ему стало не по себе, а ещё он заметил, как напряглась Петуния.       Жена увела его в комнату отлежаться. Когда он отошёл от шока, то потребовал объяснений.       Петуния пояснила, что Лили и её друзья — волшебники. На скептический взгляд Вернона она рассказала все, что знала об их мире, а также о Статуте секретности, из-за которого маглы, то есть обычные люди как они, ничего не знают о магах. В доказательство Туни принесла письмо, которое много лет назад писала Дамблдору и дала прочитать Вернону, позже рассказав о её не простых отношений с Лили.       Вернон Дурсль глупым не был и быстро сложил загадочный пансион Лили и нервозность Эвансов при упоминании дочери, а также поклялся никому не говорить об услышанном, все равно не поверят.       А ещё он успокаивал жену, которая, вспомнив все это, расплакалась.       С Лили и её друзьями Вернон предпочёл лишний раз не сталкиваться.       В скором времени Петуния сообщила о своей беременности, и у главы молодого семейства Дурслей появились новые заботы. Беременность протекала тяжело, поэтому к разочарованию Туни, Дурслям пришлось отказаться от приглашения на свадьбу Поттеров, отправив поздравления и подарок по почте.       В середине июля у Дурслей родился крепкий малыш, которого пара решила назвать Дадли. Петуния все свое свободное время проводила с сыном, а Вернон помогал жене как мог, выполняя тяжёлую работу по дому. Также из писем Лили Туни узнала, что у неё тоже родился сын, которого назвали Гарри, в честь дедушки Эвансов, а ещё о войне между магами, и стала беспокоиться за сестру. Вернон как мог её всячески отвлекал и успокаивал, но и сам побаивался, как бы все это не коснулось его семьи. Вскоре письма и вовсе перестали приходить, и Петуния пыталась забыться, найдя себе новое хобби — садоводство.       На Хэллоуин Вернон получил повышение на работе, и Петуния в честь такого события приготовила великолепный ужин.       А сейчас мистер Дурсль мирно спал в своей кровати, как вдруг сквозь сон услышал истеричный крик жены. Мгновенно вскочив и натянув халат, он бегом направился вниз к Петунии, которая, к его огромному удивлению, стояла у открытой двери и плакала.       — Туни, бога ради, что случилось? — с опаской поинтересовался Дурсль.       — В-вернон, тут...младенцы, — еле слышно пролепетала Петуния сквозь слезы. — Одни...брошенные...ну разве так можно обращаться с детьми?       Петуния была особой впечатлительной и все воспринимала близко к сердцу. А ещё женщина очень любила детей и приходила в ужас, когда с ними дурно обращались.       Вернон от подобных слов пришёл в шок. Представьте, что на вашем крыльце лежит корзинка с детьми, ваши действия?       Аккуратно подняв с пола заплаканную жену и отведя её в гостиную, глава семейства вернулся обратно, чтобы взять корзинку с детьми, когда с удивлением обнаружил стоящую рядом сумку. Заглянув в неё, мужчина увидел детскую одежду и множество других мелочей, необходимых для ухода за младенцами. Похоже тот, кто подкинул детей под их дверь, думал, что Дурсли не откажут им в приюте.       Понятное дело, что такая подготовленность ещё больше насторожила Вернона.       Мистер Дурсль детей и сумку с вещами отнёс в гостиную к жене.       — Туни, честно, меня очень насторожило все это, — заговорил мужчина. — Ты только взгляни внутрь сумки! Там множество детских вещей. Такое чувство, будто тот, кто подкинул нам младенцев, знал, что мы их заберём к себе.       Однако Петуния его уже не слушала, полностью погрузившись в чтение какого-то письма. И с каждой строчкой лицо женщины становилось все мрачнее.       — Что ты читаешь? — спросил Вернон, заглядывая жене через плечо.       — Вернон...— прохрипела Петуния.       Терпение Вернона окончательно пропало, и он выхватил из рук жены это проклятое письмо.       «Уважаемые мистер и миссис Дурсль!       Приношу вам свои глубочайшие соболезнования. Этой ночью не стало сестры миссис Петунии Дурсль Лили Поттер, в девичестве Эванс, и её мужа Джеймса Поттера. Их убил тёмный маг, называющий себя Лордом Волдемортом, но по неизвестной и счастливой причине, он не смог убить годовалого сына семьи Поттер Гарри и его шестимесячную сестру Лилит. Прошу вас принять их как родных и вырастить достойными людьми. Насчёт сохранности ваших жизней можете не переживать: сторонники Лорда Волдеморта пойманы и будут подвержены суду, а сам волшебник развоплотился и не представляет угрозы. Также Лили Поттер при защите своих детей использовала древнюю магию жертвы и так как миссис Дурсль является единственной кровной родственницей погибшей, то дети находятся под сильнейшей защитой и неприкосновенны.

Искренне ваш,

Альбус Дамблдор.

      P. S. Похороны состояться завтра в деревне Годрикова Впадина. Ремус Люпин зайдёт за вами в полдень, если вы захотите проститься с покойными Поттерами».       — Туни, — растерянно произнес Вернон и обнял жену, мягко поглаживая ее по спине. — Я...я не знаю, что и сказать...       Петуния продолжала всхлипывать. Она не верила и не хотела верить, что Лили, ее маленькая рыжеволосая сестра Лили умерла, что она больше не увидит сестру, не услышит ее голос и смех. Хоть из-за магии между сестрами Эванс и начались разногласия и ссоры, но никто не желал друг другу смерти. Сейчас вперемешку с шоком и болью Петуния впервые за все те годы испытала радость, что не владеет магией и она не могла быть вмешана в Первую магическую войну.       Решение о дальнейших действиях пришло довольно быстро. Петуния Дурсль знала, как поступит.       — Вернон, — женщина перестала всхлипывать и вытерла тыльной стороной ладони слезы. Взгляд сразу прояснился и приобрел нейкую твердость. — Завтра я отправлюсь на похороны своей сестры вместе с детьми. Своих племянников я не брошу, всё-таки родственники как никак, поэтому с твоего согласия они будут жить и расти вместе с нами и Дадли.       — Конечно, Туни, но что нам делать с их...магией? — Дурсль был полностью согласен с женой, тем более, что мужчина хотел иметь большую семью, а Петуния из-за некоторых проблем со здоровьем не могла больше рожать.       — Справимся, — заявила она с откуда-то взявшейся уверенностью. — Мама с папой как-то справлялись с Лили, значит справимся и мы. Тем более магия Лили ни разу не была направлена во вред кому-либо. Вот только про мир магов рассказывать им не надо, я пока не готова, а потом, когда наступит время ехать в Хогвартс, преподаватели все объяснят. И ещё, насчёт Дадли. Я не хочу, чтобы он повторил мою судьбу и обозлился на кузенов, поэтому мы должны максимально одинаково относиться к каждому ребенку, чтобы никто не чувствовал себя обделённым внимания.       — Хорошо, я понял, — кивнул Вернон. Взгляд мужчины упал на часы, и он чертыхнулся. — Я похоже на работу опаздываю.       — Что?! Но я не приготовила завтрак! Стой, я хоть сэндвичи тебе заверну! — от былого спокойствия не осталось и следа. Петуния мгновенно засуетилась и бегом направилась на кухню.       — Туни, не спеши! — Дурсль уже полностью одетый и причесанный стоял у входной двери. — Я уже который год подряд без отпуска работаю, вряд-ли меня уволят за одно опоздание.       — Уволить не уволят, но выговор сделают! — заявила Туни, протягивая мужу ланчбокс. — В холодильнике осталось немного со вчерашнего обеда, ты разогрей только...       — Хорошо-хорошо! — мужчина наклонился и поцеловал Петунию в щеку. — Я обязательно пообедаю. А после работы оформлю опекунство и документы на племянников.       Петуния лишь счастливо улыбнулась и в который раз подумала, какой замечательный у нее муж.