Demi-frère

Не хотев заболеть под холодным дождем Техён переоделся в сухую одержу, попрощался с Хосоком, обещав заехать на официальное открытие и уехал в поместье. По приезде, дома всюду мельтешили слуги: переносили вещи, убирали посуду, мыли окна и вазы. А посередине гостиной стояла матушка в темно-синем облегающем наряде и отдавала поручения. — Мария, напомни Фельдии положить моё жёлтое платье в дорогу и пусть сложит его аккуратно, чтобы не помялось, — сказала графиня светловолосой бете и та поднялась по лестнице, направляясь в гардеробную. — Мама, что за суматоха? —поинтересовался омега, подходя к женщине. — Техёни, солнышко, почему туфли такие грязные? Здесь только помыли полы, иди переобувайся, — винсент тяжко вздохнул, исполнил просьбу и вернулся в комнату отдыха по пути столкнувшись с мальчишкой, который уронил кувшин с питьевой водой на пол. Он тут же присел всё собирать, но его окликнула госпожа Лилия: — Не надо собирать голыми руками, Диаваль, поранишься ещё, лучше позови свою маму она поможет и заодно попроси её вытереть дорожку следов, что оставил мой сын, — малыш лет десяти тотчас поднялся и убежал. — Милый, а ты что забыл про еженедельную уборку, тем более нас с отцом не будет более семи дней и кто проконтролирует здесь всё? У всех слуг срочно появились неотложные дела, я отпустила большинство, в доме останутся только два повара. А и Катрис с Мироном, хотя бы у них с братом нет планов, а то остались бы вы одни с Чонгуком. — Я был у Хосока, он планирует открыть школу фехтования и я ездил к нему осмотреться, — объяснил Техён. — Он уже вернулся из Италии? Надо будет тоже навестить его. Он так долго учился заграницей, как только моя сестра отпустила его далеко и надолго, - рассуждала матушка, но вдруг вспомнив что-то, она перевела взгляд на сына и выдала, — у Чонгука должен вот-вот начаться гон. — Понятно, что же он тогда не отъезжает в наш загородный домик, чтобы провести время наедине с инстинктами? — с не заинтересованностью на лице уточнил омега. — Забыла тебе сказать, недавно Джеин заезжал туда и заметил, что крыша страшно протекает в поместье, поэтому в этот раз Гуки останется дома, надеюсь ты сможешь позаботиться о нём. Нет, нет, нет, нет, только не это. Ещё раз это испытание Ким не хочет проходить. Год назад его брат тоже остался в родовом поместье и его запахом пропиталось всё, остальным жителям вроде было нормально, а вот Техён метался: он хотел надышатся прекрасный ароматом, хотел зарыться носом прямо в запаховую железу, и одновременно убежать из дома, чтобы не чувствовать раздражающего брата-альфу. Запах можжевельника, кажется въелся даже в обои и выветривался ещё недели две. Гон был у брата, а с возбуждением ходил Техён. Это было не честно. На следующее утро родители встали с рассветом, загрузили вещи в карету и уехали. После них где-то через час ушла прислуга. А Техён думал поехать в город, снять номер в отеле или пожить у старшей сестры матери вместе с Хосоком. Но вот незадача. Он обещал женщине, что позаботиться о братике, ведь знает какого это, когда инстинкты накаляются до максимума. Сам в течку будто в бреду. Но Чонгук ещё тот скотина, и Киму не должно быть его жалко. За общим завтраком, когда они ели за большим столом напротив друг друг, омега плавал в своих мыслях, взвешивал все «за» и «против», чтобы оставить Чона. Тут из раздумий его вытягивает голос: — Эй, Техён, ты меня вообще слушаешь? — Спрашивает граф. — С чего это я должен тебя слушать? — Поднял глаза от тарелки на брата Ким. — Я говорю, что в поместье не должно остаться омег на время моего гона, — проигнорировав колкость Техёна сказал Чонгук, отпивая жасминовый чай из кружки. — Повара беты, близнецы Катрис и Мирон — альфы. Но я куда денусь по-твоему? — Продолжая ковыряться в еде вилкой, бросил Ким. — Ты то ладно, на тебя у меня даже в период гона не встанет, а раз остальных омег не будет, то хорошо, не смею больше тебя задерживать, — улыбнулся Чонгук и вышел из столовой, забирая недопитый чай с собой. Нихуяшечки не хорошо. Чонгук думал, что у братца хватит мозгов свалить из дома на период его гона. Почему эта сраная крыша решила начать протекать? Почему граф должен находиться в доме с омегой, чем запах витает во всём поместье, чей запах настолько нежный и чарующий, что хочется только им и дышать. В обычное время альфа бесился, что из-за не очень дружественных отношениях (а благодаря кому такие отношения?) с Кимом не может напрямую сказать о истинных чувствах, ведь боится быть отвергнутым и показаться извращенцем, которого привлекает запах брата, хоть и сводного. При таком раскладе отец точно по головке не погладит. Остаётся довольствоваться малейшими нотками жасмина, что остаётся шлейфом за омегой. Однако, если Техён действительно будет, как сказала матушка Лилия, ухаживать за ним, то Чонгук боится не сдержаться и высказать всё брату, а потом прижаться к его шеи, зарыться руками в эти мягкие, кудрявые волосы, возможно повести языком по нежной коже и услышать томные вздохи Техена и… Так стоп, гон ещё не вошёл в полную силу, а Чон младший уже решил шевелится, нельзя надумывать всякое раньше времени. Ведь во время прошлого гона, светлый образ брата не выходил из головы. — Чего этот недоумок сказанул? Техён был в полном шоке, что-что, а вот вниманием противоположного пола он никогда не был обделён. На приёмах он стоял рядом с родителями и братом, но даже так к нему подходили альфы с предложением потанцевать или познакомиться. Влиятельные графини утягивали его маму на разговор о будущей женитьбе на их сыновьях. Но женщина вежливо отказывало, ведь сынок ещё не дорос до серьёзных отношений. Вообщем берегла своего роднулю от назойливых мамочек или ухажеров. Но когда Ким говорил, что не против потанцевать, то конечно не запрещала. Весь день Ким провёл в библиотеке за чтением увлекательных историй про путешествия и только к вечеру вернулся в свою комнату. За день он устал морально, ведь мыслей в голове уймо. Было довольно поздно, но свет из кабинета брата всё ещё горел. «Видимо опять проработал весь день» — Подумал Техён. И тут он слышит некий грохот, доносящийся из-за двери. *** Чонгук опять был занят весь день: разбирал документы, искал новые контракты, принимал или отказывался от сотрудничества. К концу суток в глазах двоилось, голова гудела, а желудок мучительно просил закинуть в себя что-то кроме пары кружек кофе. Звон в ушах и чёрные пятна перед глазами только ухудшали состояние, а дальше темнота. *** Ким подскочил с мягкой кровати и побежал на шум. Зайдя в кабинет он побледнел: на полу в обморочном состоянии лежал Чонгук. Из уст омеги вышел нечленораздельный звук напоминающий крик, он упал на колени, кладя голову Гука на колени и стал трясти его за плечи: — Очнись, придурок, — прокричал Ким, его сердце бешено стучало. Ещё никто не падал при нём в обморок и он не знает как вести себя и что делать в таких ситуациях. Блага на его вопль прибежали близнецы, они втроём подняли и отнесли альфу в его опочивальню. — Мирон, принеси нашатырный спирт, он лежит в аптечке на кухне и попроси Рудольфа подать легкий суп для его сиятельства, — сказала Катрис брату, формируя из полотенца твёрдый жгут под ноги графу. Альфа тут же скрылся за дверями и через несколько минут пришёл со спиртом и стаканом воды. — Ваша милость, нам нужно снять жилет и расстегнуться рубашку графа, чтобы ничего не препятствовало его дыханию, — осведомила альфа, открывая окна нараспашку, пуская лёгкий вечерний ветерок в помещение. Техён как в бреду тут же начал исполнять слова слуги. Когда лишняя одежда была снята девушка смочила аммиаком ватку и осторожно поднесла к носу Чона. Граф слегка поморщился и открыл глаза, пытаясь сфокусировать зрение. — Ты вообще охренел? Почему повара говорят мне, что за два дня ты выпил пару кружек кофе и чая, кто будет следить за твоим здоровьем? А если бы ты ударился головой об острый угол стола, когда потерял сознание или я был бы ещё в библиотеке и не услышал как ты упал? — протараторил Техён, сидя на краю кровати Чонгука. — Эй, эй, успокойся, у тебя глаза слезятся, сейчас заплачешь, просто забыл поесть, ничего страшного не случилось, — хриплым голосом произнёс Чонгук, будто его совсем не поташнивало и голова не кружилась. Омега провёл руками по глаза и они правда были на мокром месте, он резко встал с кровати и направился на кухню узнать о готовности супа. — Вы бы слышали его крик, когда он увидел вас в обмороке, господин, — проинформировал Мирон, подавая стакан воды графу. — Неужели так сильно переживал за меня? — Усмехнулся Чонгук, делая глоток и пытаясь принять положение «сидя». — Его сиятельство маркиз Чон осведомил нас о том, что у вас должен начаться гон и вы проведёте его в поместье. В этот период надо заботиться о своём здоровье тщательнее, а вы отказывались от еды и не выходили на улицу несколько дней. Ваше состояние может ухудшиться, надо ли нам вызвать семейного врача? — осторожно поинтересовался Мирон. — Не стоит так беспокоиться и сразу вызывать Юнги, он должно быть сейчас занят. Ведь у них с Чимином недавно появился ребёнок, ему за собой надо следить после беременности, а не из-за моего безалаберного отношения к здоровью приезжать, — выдохнул Чонгук. Пак Юнги был не только семейным доктором, но и одним из немногих кому Чон может доверять. История знакомства и создание семьи Пак настолько банальна и проста: они учились вместе, Юнги сразу понравился Чимин, но омега он боялся сделать первый шаг. Пак — парень умный, смекнул, что бывший Мин положил на него глаз и первый позвал на свидание. Так и влюбись друг в друга. — Мирон, открой дверь, — послышался голос омеги, который стоял на пороге с подносом и тарелкой горячего супа на нём. *** Техён проследил, чтобы брат съел всё до последней ложки и выпил настойку, которая содержит витамины необходимые для восстановления организма. Чонгук был крайне удивлён такой заботой, поэтому спросил напрямую: — К чему такое доброе отношение ко мне? — Мама попросила следить за тобой и твоим состоянием, я обещал выполнить её просьбу. Не думаю, что они горят желанием увидеть твой труп по приезде домой, — объяснил Ким, собирая грязную посуду. — Думаешь я маленький ребёнок, которому нужна нянька? — Раздраженно бросил альфа. — Ты и правда ведёшь себя иногда как дитя, но я тебе не сиделка, просто выполняю просьбу мамы, — припечатал омега, выходя из комнаты. «Мда, вроде заботится, но одновременно специально выводит из себя. Капризный омега» — подумал Чон. Альфа накинул на себя турецкий красный халат с замысловатыми узорами и направился в кабинете, чтобы потушить свечу и убрать важные бумаги в ящик деревянного стола. Время позднее - пора ложиться спать. Переодевшись в более удобные брюки для сна и льняную сорочку Чонгук собирался в кровать, но дверь его спальне неожиданно распахнулась и в комнату зашёл Техён. На нём были свободные чёрные брюки в пол, белая рубашка с разрезом, украшенным замысловатым воротником на груди, в руках он держал небольшую зажженную свечку и книгу с цветной обложкой. — Что ты здесь делаешь? — Решил поинтересоваться альфа. — Катрин сказала, что за твоим состоянием ночью нужно следить, поэтому я здесь, — объяснил омега, присаживаясь в удобное кресло напротив кровати хозяина спальни, а свечка прекрасно устроилась на столике рядом. — Я так понимаю меня никто не собирался спрашивать, — уточнил альфа, кладя халат на деревянный стул. — А смысл тебя спрашивать? Ты ведь упрямый баран и откажешься, сказав, что не нуждаешься ни в чём. Я прав? — Да! Но нет, поимел бы хоть каплю уважения и не обзывался, невоспитанный омега. — Кто бы говорил, я вообще-то собираюсь жертвовать своим сном из-за тебя, так что будь благодарен! Смирившись со своим положением Чонгук всё-таки лёг в постель, пока Техён уже проникся в чтение наверняка очередного сопливого романа. Комнату окутал природный запах омеги — жасмин, под него Чонгук быстро заснул. *** С утра погода не радовала: вместо пения птичек и лучей солнца, пытающихся проникнуть в спальню, на улице опять шёл сильный дождь. А из-за открытого окна в комнате было прохладно. Чонгук проснулся от жара во всём теле, одеяло валялось где-то в ногах, а тело трясло, будто в лихорадке. Но это было не из-за неё, а из-за начавшегося гона.