Геймер и мир Азерота 2

      В то время, когда Бен вернулся домой, а Джайна вела его поиски, мир не стоял на месте. Из далёкого заснеженного Нордскола в родной Лордерон вернулся принц Артас.       Pov Артас       Над Лордероном разносился перезвон колоколов, что звонили лишь в особых случаях. И сегодня был таковой — они радостно приветствовали возвратившегося домой принца Артаса Менетила.       Толпа приветствовала своего героя, что спас их от чумы, радостно кричала слова благодарности и приветствия. Люди стояли не только во внутреннем дворе, но также и на стенах, и на балконах и бросали вниз лепестки роз. Розовые, белые и красные, они падали вниз, устилая путь возвратившемуся герою.       Артас вспомнил, как мечтал, что однажды, в день его с Джайной свадьбы, лепестки будут падать на её поднятое для поцелуя лицо, сияющее от улыбки.       Вспомнив о возлюбленной, Артас поймал рукой в перчатке один из красных лепестков. Он задумчиво провел по нему пальцем, затем нахмурился, ибо на мягкой поверхности цветка появилось пятно. Оно увеличивалось, высушивая и убивая лепесток, пока тот не стал полностью коричневым. Быстрым презрительным жестом он отбросил от себя мертвые останки цветка и продолжил свой путь.       Он распахнул перед собой огромные двери в тронную комнату, которую он так хорошо знал, шагнул вперед, быстро глянул на Теренаса и улыбнулся своему отцу, что сложно было увидеть из-за надетого капюшона. Артас встал на колени в знак почтения, поставив перед собой Ледяную Скорбь, наконечник которой коснулся печати, изображенной на каменном полу.       — А, сын мой, рад снова видеть тебя, — сказал Теренас, медленно поднявшись.       Теренас выглядел нездоровым, подумал Артас. Происшествия прошлых месяцев сильно сказались на состоянии монарха. Его волосы стали еще более седыми, а глаза выглядели уставшими.       Но теперь все будет в порядке.       Тебе больше не придется страдать ради своего народа и нести бремя этой короны Я позабочусь обо всем.       Артас встал, его броня загремела от резкого движения. Он поднял руку и сдернул капюшон со своего лица, наблюдая за реакцией своего отца. Глаза Теренаса расширились, когда он увидел, насколько изменился его единственный сын.       Волосы Артаса, когда-то золотистые, как пшеница, которая давала хлеб насущный его людям, теперь были белыми, как снег. Артас знал, что его лицо было столь же бледно, как будто кровь внутри него застыла.       — Настало время, — прошептала Ледяная Скорбь. Артас устремился к своему отцу, который стоял на постаменте, взирая на него с сомнением. В комнате было несколько охранников, но они не будут помехой для него, Ледяной Скорби и двух сопровождающих его помощников. Артас смело забрался по ступеням трона и схватил своего отца за руку.       Артас отодвинул свой клинок, направив лезвие на отца. Руны Ледяной Скорби вспыхнули в нетерпенье. И затем последовал шепот, не от меча, а из памяти…       …голос одного темноволосого принца, словно из прошедшей жизни…       — Он был убит. Близким другом… Она убила его. Нанесла предательский удар прямо в сердце…       Артас встряхнул головой, заставив голос замолкнуть.       — Что это? Сын мой, что ты делаешь?       — Я становлюсь королем… Отец.       И голод Ледяной Скорби был утолен.       Пиршество стало бойней. Празднество обратилось кровавой мясорубкой. Следом за королём была убита его охрана, и потом настал черёд всех тех людей, что собрались снаружи для приветствия любимого принца. Не ведающие жалости клинки обратились против них, превращая радость в ужас, настигали всех, кто пытался бежать, бросали детей, взрослых, аристократов и простолюдинов в кучу, обращая жутким кровавым ковром.       Перед смертью все равны.       Как обещал в посланном отцу письме, Артас вводил своё королевство в новую эру.