Иголка что дороже злата...

Живя на протяжении многих столетий рядом с людьми (хоть и косвенно, без контакта), Кощею не раз довелось услышать интересную, по его мнению, мысль, к которой склонялось если не все человечество, то его подавляющее большинство так точно. А именно: «нет ничего хуже смерти». И в чем-то они не могли не быть правыми. Конечно, факт мучительной смерти, потери всего и в конце концов попадания в холодные руки Мары прямиком в подземное царство…да, перспектива была не очень. Но! Кощей все равно не был согласен с подобным суждением. Впрочем, это мнение тоже не было без оснований, ему было, что сказать… Об этой, по меньшей мере, щепетильной теме он мог рассуждать очень и очень долго, благо времени в его жизни на это было предостаточно.С одной стороны, Кощей не мог не согласиться с этим. Как никак, а смерть для людей —финал их существования. При всем при этом жизнь для людей это такое ничтожное время на земле, что и не знаешь впору ли смеяться с этого или же плакать. Поэтому вполне себе можно было понять, чем руководствуются люди говорящие такое. Однако с другой стороны, он был абсолютно против. Ибо с его точки зрения и конкретно на месте нежити, подобная фраза не имела нисколечко веса. По убеждению самого Кощея, в мире существовало нечто гораздо хуже нежели банальная и быстрая смерть от старости, нет. Та вещь могла действительно быть очень болезненно-жестокой для всех кто ее познал. А речь идёт о самой суровой и коварной участи к которой нельзя было подготовиться, предугадать или как-то забыть. И этой вещью было предательство. Не важно сопровождалась ли смерть пытками или одним мгновением , этому всему относительно быстро придет конец. А вот предательство так и останется рубцом на сердце, который ты пронесёшь через всю свою жизнь. По всеобщему мифу у людей, предательство можно было забыть или же простить это тому от кого и получил кинжал в спину, но… Кощей не был человеком, Кощей был бессмертным существом, которому довелось увидеть нечто большее, чем мог увидеть любой смертный за свои жалкие сто лет жизни (хотя говоря честно, люди и до такого редко когда вообще доживали). Кощей видел гораздо больше обычных людей, а потому то он знал как никто другой, какими жестокими могут быть предательства. Он ошибался в своей долгой жизни много, много раз. И после каждой новой раны в душе, он клялся своей иглой, что больше не испытает на себе такого. Не допустит нового глубокого рубца, что не заживет даже под самыми крупными промежутками времени. Забавно впрочем было наблюдать, как раз за разом «непобедимого Кощея» вводили в заблуждение и использовали момент его слабости. Нет, вы не подумайте! Коща не был дураком, наоборот даже, много чего ведал и истолковать мог любую тему. В конце концов вечная жизнь давала свои плюсы в возможности изучить буквально все, не заботясь о времени в этом мире, еде, сне и ряду подобных человеческих нужд. Можно было бы с уверенностью сказать, что нечисть была крайне начитана, интеллигентна и эрудирована куда не плюнь. Но …Это впрочем не спасало его от порой поразительного коварства людей. Кощей помнил многие разы, когда его передавали, некоторые хуже, некоторые слишком четко и в красочных деталях. Но факт остаётся фактом, забыть или простить хоть одну ему так и не удалось. А большинство таких неприятных ситуаций произошли как раз таки по вине людей, впервые нечисть обожглась ещё очень давно…он до сих пор считал то, что сделал этот человек подлым, коварным, лишенным всякой морали в конце концов! В общем и целом —плохим делом, наверное именно с тех самых пор Кощей стал сторониться людей. Это было так давно, но …в голове все стояло так четко и пугающе ясно. Что Кощей и не заметил как занырнул в этот омут с головой, уносясь в пучину своей первой серьезной обиды на человеческий род. Он не замечал вокруг себя ничего: ни жуткую и сырую камеру, ни странно смотрящую на него через решетку стражу, ни рану, что даже после магии не прекращала кровоточить… А тем временем царь Горох сидел в большом помещении отведённом под столовую для царей да бояр (но только очень почтительных). Расписной узор на стенах явно давненько не ведавших ремонта, линиво тянулся вверх и вдаль, украшая столовую когда-то яркими, а на сей час блеклыми цветами. Длинный стол, тянущийся по центру всего пространства и застеленный льняной скатертью, не ломился от все различных ятств как и полагалась в царской обедне. Все было скудненько и явно не по-царски богато. Компенсировал эту явно бедноватую для царей обстановку, только яркий свет проникающий из широких окон, он золотым свечением наполнял комнату приятным жёлтым цветом, отводя взгляд приходящих туда людей от самой обстановки. Царь сидел во главе стола и лениво, но с довольной ухмылкой на лице ковырял свою еду в тарелке. По правую руку от него парил Петрушка, а на дальнем углу стола, аккурат напротив Гороха, сидел Колобок и о чем-то оживлённо говорил. Поддерживала его беседу (да и вообще просто напросто слушала) только деревянная кукла, царю же было не до этого. Он с упиением и неким садизмом вспоминал последний его визит к Кощею. Который в целом пошел не по плану, но в самом деле не разочаровал царя по итогу! Вот уже который час он ненавязчиво прокручивал у себя в голове прекрасно исполненную Кощеем (что нельзя было отрицать даже царю) песню. Глубокий голос, выражение и эмоции, он право дивился, что все это стоило приписать нечисти! Причем ещё какой! Самой, что ненаесть коварной и подлой, той, что и рычит как зверьё при разговоре и право не кажется никому даже чуток обаятельной. Это же Кощей! Ну куда ему до хорошего голоса, казалось бы ранее государю, но видать ошибся! С кем не бывает, правда ведь? В голову также лезли и другие мысли связанные с ранее звучащим именем, а именно внезапная вспышка «героизма» (или же по мнению царя глупости) произошедшая по отношению к его наглой страже. Горох просто кипел от возмущения! Да как это так разговаривать с государем! Он же тут главный, так ещё ему что-то говорят эти — эти…дикари! Ей богу плебеи! Так думал царь. Ему было невдомёк их возмущение, а главное «хамское» поведение в его сторону. Не был ему и понятен поступок Кощея. Резкий, неожиданный и столь же поражающий своей необычностью! Вот право, стража нечистивого, его же вовсе не должна была волновать! Люди же, они от нечисти в общем-то сильно разнятся, стало быть чего ему так рваться на защиту? Но поражало даже не это, а то как хладнокровно повел себя принц тьмы при своей наверняка первой за долгую жизнь боли! Только тихое шипение и все! А ведь царь же видел, и видел отчётливо порез на руке! Не просто до крови там было, там и глубже, а соответственно и размах боли посильнее. Человек бы наверняка взревел от боли, захныкал хоть, а тут тишина и даже страх в глазах только на мгновение. Никуда не годится, но все же царь был даже впечатлен! Но слегка …самую малость…так, несильно. Так и сидели они занятые все чем-то своим, пока во время очередной уморительной истории от Колобка не промелькнуло до боли знакомое для всех присутствующих имя. Настолько неожиданно произнесённое, что царь аж подавился супом от шока —А я ему говорю мол «А преврати меня в зверя огромного, с зубами там и клыками! «, а он мне «Я мучное не ем, но в виде исключения!». Хлеб засмеялся звонким смехом, не замечая странные взгляды что кидали одновременно друг другу кукла и царь. Не заметил тот и запоздавший, натянутый смех этих двоих. Он был слишком увлечен своими воспоминаниями о том дне, чтобы обратить хоть какое-нибудь внимание на реакцию сидящих за столом людей. Через пару мгновений придя в себя, отдышавшись и успокоившись. Тот продолжил говорить: —Ну Кощей конечно и даёт, как выдаст что-нибудь иногда! Ой, вы двое не серчайте только, но до нашей встречи я то думал, что он моим папкой будет, а Варвара…ааа знаете, это не так уж и важно. Все равно Кощей пропал как Варварка выскочила замуж… Колобок замолчал, повесив нос, явно не имея желания продолжать разговор о своей прошлой «семье». Ему было больно вспоминать, как на вид хорошие, начинающие отношения ранее холодного, но заботливого по-своему Кощея и красивой, самодостаточной Варвары развалились на куски буквально за один день. Ох, как он тогда грустил, когда больше не слышал двух голосов раздающихся по коридорам замка. Честно говоря, он не был на чей-то стороне в конфликте, Колобок вообще не хотел выбирать кто там был прав из двух уже почти что родных людей. Хлебу, собственно говоря, было жаль их обоих, Кощей выглядел столь убитым после их последнего разговора, что от прежнего сурового образа одиночки уже не осталось и следа. Да и Варвара тоже кидала грустный взгляд на него, покидая замок. Все таки было что-то в их расставании странное. Будто недосказанность повисла в тот день, омрачая его для всех кто был в том замке. А потом Кощей ушел развеяться в лес…и пропал, на несколько дней. Колобок не хотел просто бросить его в такой период, даже порывался пойти и поискать его, но заплутал и сбившись с дороги, потерял надежду найти его. Да и уверенности в том, что тот захочет его видеть и не воплотит свои ранее сказанные слова в жизнь у него не было. Хотя Кощей ему понравился почти сразу, ворчливый был хоть отбавляй, но как опасность какая так он сразу горой. За Варварку вечно переживал, да и его в стороне не держал. По правде говоря, было у Колобка на душе какое-то гнетущее чувство необоснованной вины. Как будто бы это он был виноват в развале «семьи», будто бы это он сделал что-то такое ужасное, что привило их всех к этому. Последние пару дней он все больше задумывался о том, не сделал ли он чего-нибудь такого или же мог ли он сделать что-нибудь, чтобы избежать их расставания? Ответы естественно не были даны на его размышления, но день за днём дыра в сердце от утраты росла и росла. Новые родители не были плохие, нет-нет! Они были очень даже милы, и Петрушка часто с ним болтал, но все же…это было не то. «Звучит ли это эгоистично?» Пронеслось у Колобка в голове. «Разве так я должен относиться к моим родителям, что приняли меня? Родителей же не выбирают, я должен быть благодарен, что повстречал таких добрых людей! Но, все же …». Помотав головой он откинул свои ненужные мысли куда-то вдаль подсознания и решил не зацикливаться на этом во время обеда. Он незаметно смахнул маленькие слезинки и поднял взгляд на сидящих впереди него родителей. Царь за все это время неловкой тишины успел прийти в себя, а Петрушка тем часом уже давненько над чем-то размышлял. Когда двое столкнулись со взглядом хлеба, царь хотел было что-то сказать, но его помощник опередил его. —Хм, скажи-ка мне, Колобок. Ты сладкое любишь? Подобно родителю, что разговаривает с малышом, спросил Петрушка. Хлеб спустя мгновение уверенно кивнул в знак согласия, а царь только с непониманием глянул на куклу, не находя смысла внезапного вопроса. —О, это хорошо. У меня для тебя будет важная миссия! Но секретная! Петрушка загаворчески произнес последнее предложение. И подлетел к заинтересованному Колобку. Затем кукла прошептала тому на ухо что-то, что царь несмотря на все усилия так и не смог разобрать. По быстро меняющемуся лицу булки с непонимания на восторг стало сразу понятно, что кукла говорила тому что-то воодушевляющее. Горох аж заинтересовался, что именно. Спустя мгновение, кукла отодвинулась от Колобка и сложив руки за спину, спросила: —Смекаешь? Колобок не ответив, приложил руку ко лбу в военной манере, уверенно кивнул. Затем, полный энтузиазма вскочил из-за стола и прошмыгнул аккуратно в коридор, оставив двоих взрослых наедине. Несколько секунд стояла тишина, которую затем прервал Горох. —Что ты ему сказал то? Петрушка подлетев к царю и усевшись на спинку его стула лениво протянул: —Да так, послал на миссию добыть печенье у поварихи. Справится. Горох сменился в лице и приподняв брови понимающе произнес: —Аааа, понятно. А-а зачем? Кукла показательно хлопнула себя по лицу, находя царя иногда ну очень тупым и не смышленным, прям как этим же утром. Пробормотав что-то в ладонь она наконец решила пояснить другому причину внезапного «указа» с её стороны. —Царь, ты может съел чего не того? Аль ты глухой совсем. Не слышал что ль, хлеб то наш с Кощеем друзья то теперь! Обсудить план действий надо! Теперь обрабатывать информацию долго не пришлось. Буквально через мгновение царь соединил все отдельные друг от друга мысли в цельную картину. Тогда то уж до Гороха быстро дошла суть. Спохватившись, его глаза стали бегать в разные стороны, а голова пришла в работу. «Что теперь делать то?» Мелькнуло у него в мозгу. —А-а и что теперь то? О! Вот что! Выгнать теперь его надо! Я тогда страже скажу и они его мигом — Прервал слова государя не хилый подзатыльник со стороны Петрушки. Кукла также неожиданно схватила царя за грудки и без особого труда мгновенно подняла того в воздух на не хилые пару метров. Горох аж весь перепугавшись от внезапности, только и мог, что почти пропищать: —Ты чего это?! Чего?! Глянув сначала на далекий пол, а затем на лицо зама сердце Гороха рухнуло в пятки. А мурашки прошлись табуном по спине. Кукла впервые за все их знакомство не улыбалась. Та помрачнела в лице и приблизив их головы почти вплотную, угрожающе прошептала: —Говорю сразу, царь, ежили посмеешь Колобка выгнать аль навредить как-то так от тебя мигом и мокрого места не останется… Смекаешь? Царь аж перестал пытаться вырываться, холодный пот прошиб его в тот же момент, когда слова сорвались с губ Петрушки. Встревожено кивая он заикаясь произнес: —Д-да, я понял! Буквально буравя царя взглядом ещё мгновение, кукла вновь лучезарно улыбнулась, будто бы и вовсе забыв обо всем произошедшем и отпустила царя в свободное падение прямиком на стул. —Ну и славненько! Привычным тоном пропела она и спустилась обратно к перепуганному государю. Тот с опаской аж попытался отодвинуться подальше, видать шок ещё не спал. Но Петрушка это проигнорировал, взял того за плечо он придвинул его обратно. За что заслужил вполне обоснованный, настороженный взгляд Гороха. Просидеть так в напряжённой тишине им предстояло недолго, царь все же прервал гнетущую атмосферу очередным вопросом. —Так, а что делать то по ит-тогу? Нервно произнес Горох. На что Петрушка приложил руку с подбородку и отойдя от стула, стал парить в позе размышляющего человека, которым он не никогда не являлся. Спустя минуту, тот все же остановился спиной к столу и повернувшись головой к царю на 180 градусов, выдал тому свои мысли (картина неправильно вывернутой головы заставила Гороха почти что распрощаться с едой в своем желудке): — Вот что, идея есть. Сказал тот и сделав кувырок назад мигом оказался на плече у Гороха. Не теряя и так малого времени, тот начал рассказывать план действий: — Слушай внимательно. Я стражу предупрежу, чтобы они при нем про Кощея ни-ни. Мы тоже ничего не скажем, я ему накажу в подвал не суваться. Хлебу знать не надо такое. Если что ты тоже рот то на замке держи. А то знаешь, я то могу и зашить! Смех Петрушки был не сильно расслабляющим в данной ситуации, особенно в контексте недавних событий. Но царь все же натянуто улыбнулся, теперь уже немного побаиваясь огорчать куклу. Деревянная игрушка в ответ по-дружески похлопала того по плечу и обратно уселась на свое место. Спустя пару минут в зал забежал Колобок с подносом печенья и принялся что-то увлеченно рассказывать. Так напряжение в помещении потихоньку спало. Петрушка с Колобком оживленно вели беседу, пока царь лишь напряжённо и вдумчиво поглядывал на меч лежавший недалеко от его стула. Может он вскоре нанесет визит одной знакомой нечисти… Из омута мыслей его вырвал звук стука по решетке. Приподнявшись на локтях, Кощей в непонимании оглядел камеру, а затем и железную клетку. Аккурат за ней, напротив него стояли двое уже знакомых ему мужиков, один постарше, а другой помладше. Его стражники переглянулись друг с другом, младший уверенно кивнул более старшему товарищу и Иван начал говорить уже скорее всего оговоренную заранее речь. —Мы тебе это, бинты принесли. Рану перевязать. Кощей с непониманием уставился на них двоих. Прозвучит глупо, но он даже обернулся позади себя, не понимая ему ли предназначалась эта фраза. Поступок со стороны стражи был право сказать…милым. Хоть и абсолютно непонятным. Все таки те тупыми скорее всего не были, неужто не знали кто перед ними был? Кощей не мог сказать, что мужики хотели ему зла, но как знать? Следует ли доверять? А ежели б хотели навредить, так зачем помогали бы? Странно было все это. — Вы…это мне? Кощей вопросительно глянул на стражу, не понимая как ему реагировать на такой подарок. Те кинули недолгий взгляд друг на друга, а затем уже мужик помладше, Федор, произнес: — Вы ранены Тот с непониманием на лице оглядел нечисть с ног до головы, в ответ встретив лишь обескураженный взгляд. Кощею происходящее сейчас показалось не более чем шуткой, растянув губы в ухмылке тот несколько раз почти горько усмехнулся. — Хэхэ, ну вы, мужики, и даёте. Я то и поверил на мгновение! Напомнили мне, как меня водолей неудачно подкольнул. Он вообще любитель таких шутеек, один раз даже заставил меня искупаться, прям уж очень сильно мне хотелось надрать ему хвост. Кощей внезапно оживился и принялся размахивать руками, желая пересказать инцидент с его соседом.Пытался ли его мозг абстрагироваться от пережитой боли или же все-таки крыша начинала помаленьку потихоньку ехать, знал только один Перун. Мужики же лишь с шоком уставились на Кощея, будто бы смотрели на того, кто объелся ведром белены. Позабыли даже о чем хотели спросить у того. Ну правда, молчаливая и холодная нечисть в мгновение ока стала болтать без умолку! Да и все это происходит после казалось бы ужасного инцидента с мечом… Кощей же продолжал говорить о своем давнем воспоминании, не особо обращая внимания на шокированную стражу. — Говорит он мне один раз после трёхсотого юбилея у Бабы Яги: «Кощей, не помнишь, куда мы вчера спрятали ведро вина?». Пародируя, а может даже больше коверкая голос произнесла нечисть. — Я тогда ответил ему не думая: " Нет, Водя. Хоть убей — не помню!». А потом слышу из пруда, как эта жаба мне квакает: «Издеваешься, сука?». Я тогда не в себе был, помню мне потом рассказывали, что я в пруд к нему полез разбираться. С тех пор меня в его водный комплекс не пускают! Не удержавшись от смеха Федор хрюкнул в кулак, в то время как Иван решил заместо открытого смешка притвориться, что кашляет. Кощей сам же ненароком вспомнил ещё один случай с вышеупомянутым высокопоставленным нечестивым (по совместительству с его давним знакомым и другом). Решившись встать и уже наглядно показать следующую комичную историю, Кощей опёрся на руку и тут же повалился обратно. Мужики на этот жест насторожились и перестали смеяться. Нечисть отбросив всякий весёлый настрой со страхом смотрела на раненую руку, где порез огромной линией рассекал его ладонь. Сама рана продолжала адски жечь, чего он до этого не ощущал, пока сам не потревожил ее. Облокотившись на стену тот попытался применить магию, но та зараза не работала от слова совсем. Поток сил шел, а рана даже не думала затягиваться. Стоящие у входа в камеру люди довольно быстро поняли причину внезапного молчания нечестивого и протянули через решетку камеры бинты. Паникующих взгляд и дрожь по всему телу, заставили их понять, что дело —дрянь. Действовать медленно было нельзя, они мало что знали о нечисти, но все же было кристально ясно, что открытая рана, которая заставляет бессмертное существо свернутся от боли в клубок, не та вещь с которой надо мирится. Не помогало в этой ситуации и то, что Кощей по прежнему продолжал не реагировать, тот только и мог что панически сжимать руку и одними губами нашёптывать самое сильное заклинание исцеления, которое он только знал. Страх. Давно ли он его чувствовал? Столько лет прошло, когда он последний раз испытывал такую боль? Зрачки нечисти сузились и стали бегать в разные стороны, он не мог остановить рану даже после второго заклятья исцеления. Он знал, что магия в целом мало работает на подобный увечиях, что были нанесены мечом, но спустя столько лет он наивно понадеялся что все изменилось. Его магия теперь в полной мере была сильна, но даже она не смогла ничего сделать. Тело его мелко трясло, а дыхание сбивалось. Боль приходила волнами, словно пульсация, когда один из всплесков достиг его, Кощей выгнулся в спине и зашипел. Всё о чем он мог думать, это о дикой боли в руке. Спустя пару мгновений, не дождавшись от принца тьмы нормального ответа, Иван поставил копьё к стене и поджав губы быстро скомандовал более молодому товарищу: — Отворяй камеру, да поживее… По коридору темницы, в полной тишине, раздался скрип увесистой дверцы. Очнулся Кощей только через часа два. Боль во всем теле не давала ему спокойно встать, поэтому тихо простанав тот аккуратно нащупал опору в виде стены и прилагая некоторые усилия принял вертикальное положение. Чувствовал он себя по меньшей мере хреново, взгляд его был мутный, а голова тяжёлой словно чугунный котел. Вдобавок к такому букету шло абсолютное непонимание ситуации. Где он и что произошло? Ответы он пока не мог додумать, слишком уж было тяжело соображать. Единственное, что бросилось ему в глаза — свежая и аккуратная повязка, что закрывала, недавно полученную, злосчастную рану… Царь же в то время уже давно закончил свою трапезу и сейчас находился в своих личных покоях. Делать ему было не то что бы нечего, просто дела все свои царские выполнял он неохотно. Порой и не в срок, как было прямо сейчас, но кому какое дело?! Он царь, ему виднее… Растянувшись на большой и роскошной кровати, царь глядел в потолок о чем-то думая. Все же беспокоил царя вопрос о хозяине меча. Он уже поручил одному из своих людей найти упоминания о короле Артуре в летописях, но пока ему ещё ничего не доложили. А любопытство расти не переставало. Ему хотелось узнать, что именно послужило причиной спрятать меч? Знал ли Кощей о мече? Никто из людей и даже не все нечистивые могли сказать хотя бы приблизительно сколько на самом деле живет Кощей. Так мог ли он застать правление Артура, а главное прознать про меч? Тот испуганный на мгновение взгляд в камере, было ли это знаком, что он узнал оружие? Или дело было в другом…перевернувшись на другой бок царь посмотрел в зеркало на стене. И мысли о священном оружии покинули его на мгновение. Смотря на него он не увидел в нем ничего кроме стареющего человека. И вправду, годы Гороха уже прошли молодость. Царь закрыл глаза, задумавшись, уже давно он хотел обрести что-то по типу вечной молодости. Средство, что вернёт его в юные годы. Но могли ли такое вообще существовать? Он не знал. Откровенно говоря нечисти царь завидовал. Безупречность силы, долгие годы — всё это вызывало с Горохе жгучее чувство несправедливости. Тот же Кощей, он же навсегда останется молодым, сейчас ему идёт уже Перун знает какой век, а слажен он право недурно и по сей день! Так а он чем хуже? Почему людям остаётся наслаждаться своими короткими сроками жизни, когда у нежити всегда есть возможность пережить несколько людских поколений? Горох сжал руки в кулаки. Он хотел стать молодым и он им станет! И узнает как им стать через того, кто лучше всего знает о нечисти. Того, кто вскоре подчинится его воле беспрекословно. Тот, кто спустя всего парочку визитов царя ответит ему на все вопросы, если Горох только этого пожелает. На лице царя скользнула недобрая ухмылка. Пора бы ему уже нанести визит в темницу…Только царь подумал об этом, как в его покои ворвался взволнованный парнишка , один из его мелких слуг. Весь встрепанный и нервный он ели дышал от быстрого бега. Горох не был рад грубому вторжению и зло прокричал: —Кто таков! Зачем пришел?! И ещё и без стука да в царские палаты! Сказал бы Горох и больше если бы не был перебит мальчишкой. —Не вели казнить , царь, но там...там... Слуга закашлял от нехватки воздуха. А царь приподнявшись на локтях с кровати уже с любопытством спросил: —Ну? Что "там"? —Кха-кха! Т-там в царстве небо темное, отряды уже подняли... Горох нахмурил брови в непонимании, зачем созывать его? На дождь поглядеть? А стража тут каким местом? —На кой? Дождя что-ли не видели? Что за облака то? Парнишка наконец отдышался и испугано смотря на государя , произнес: —Это не просто облака, царь батюшка, это летучие мыши...