Шёпот в темноте

      Попов очнулся, но был в ужасном состоянии. Ему было больно говорить из-за недавнего перелома челюсти, он мог лишь мычать и изредка отвечать на вопросы, но всегда был рад приходу друзей, которые его веселили и помогали забыть о боли.       Чтобы Арсений мог вести жизнь как прежде, ему нужна была длительная реабилитация. Врачи назначили ему массаж, чтобы восстановить мышцы, которые долго не работали. Чтобы восстановить мелкую моторику и навыки чтения, приходили парни и занимались с мужчиной, который чувствовал себя ребёнком.       Матвиенко специально купил крупные бусины, рассыпал на столик для кровати и заставил Арсения по одной убирать их в контейнер. Руки совсем не слушались, и это заставляло злиться. Но с каждым днём пальцы вспоминали, то чем занимались всю жизнь.       С чтением были другие проблемы, ведь Арсений имел множество проблем с речью, она была несвязной. Для проработки приходил логопед и уже через две недели мужчина научился красиво излагать свои мысли, хотя бывали моменты, когда язык словно заплетался в один узел.       Было ещё куча проблем, но так как состояние было удовлетворительным, не наблюдались проблемы с дыханием, с сердцем и питанием, так что Попова решили выписать и отправить на домашнее лечение. Но за ним нужен был постоянный присмотр, ведь он не мог ухаживать за собой, вплоть за самых простейших вещей. -Я предлагаю нанять сиделку, — предложил Сергей, сидя в квартире Арсения, где они наводили уборку. -Нет, ему нужен кто-то родной, кто не побрезгует ухаживать за другом, — рассуждал Позов. -Так пусть его возьмёт Шаст. -Что? -А чё и нет. Ты сильный, не брезгливый, да и Арса любишь. Я, конечно, не настаиваю, но ему с тобой будет лучше всего.       Вспомнив, как несколько неделю назад парень обещал, что будет ухаживать за Арсением, то согласился. Он хотел окружить его заботой, чтобы он чувствовал себя комфортно в самый сложный период жизни и чтобы он не вспоминал, что произошло с ним в тот судьбоносный день.

***

      После обеда Попова выписали из больницы. Личных вещей у мужчины не было и собирать было нечего, так что его просто посадили на каталку и отвезли на улицу. Медбрат помог усадить Арсения в машину, ведь у того до сих пор были серьёзные проблемы с опорно-двигательным аппаратом. -Почему вы не наняли мне кого-то? — спросил Арсений, как только машина двинулась с места.       Оторвавшись от дороги, Шастун бросил взгляд на пассажирское сидение. -Ты не хочешь, чтобы я за тобой ухаживал? -Мне приятно, но сейчас у меня есть некоторые проблемы с моим сфинктером, мне сложно его контролировать -Ничего страшного, купим подгузники. -Антон! — улыбался мужчина. -Что? Будешь тогда сам стирать свои трусишки, тебе же надо развивать мелкую моторику.       Припарковавшись поближе к подъезду, Антон аккуратно усадил мужчину в кресло каталку, которое им выдали на время в больнице, и поехал домой. -Сейчас немножко потрясёт, — предупредил Антон, заезжая на ступени.       Повезло, что в доме был большой в лифт и парни с ветерком поднялись на нужный этаж. -Вы что, убрались у меня в квартире? -Ага. Решили сначала привести тебя ко мне, но обсудив, приняли решение, что у себя тебе будет комфортнее. У тебя было пыльно, пришлось немного прибраться. -Спасибо, вы так много для меня делаете. -Как и ты для нас раньше. Ты, наверное, хочешь принять ванную? -С удовольствием, если поможешь мне немного.       Антон сразу согласился. Он помог раздеться, залезть в ванную и настроить воду. Дальше, как сказал сам мужчина, справится сам, он даже попытался сам вылезти из ванны, но лишь создал лишний шум и внимание парня, который прибежал помогать другу. -Мне так неприятно, что ты бегаешь за мной. Ещё не хватало задницу мне подтирать. -Да когда ты уже поймёшь, что перенёс твой организм и это нормально просить помощь. -Я понимаю, но ты и сам подумай, тебе придётся каждый день возить меня на массажи, на физио, это очень энергозатратно. Вместо того чтобы поваляться утром в кровати, ты будешь вставать, одевать меня и везти в больницу. -Ничего страшного. В этой ситуации думай только о себе, думай, как буквально через пол года — год будешь сам всё это делать, как будешь вновь жить обычной жизнью.

***

      У Арсения не было время, чтобы поскучать, он всё время ездил куда-то, да и дома не мог отдохнуть, всё время приходили парни. Попов до сих пор не мог есть твёрдую пищу и ему всё время приносили детские пюрешки, что было очень мило. -Ну давай, показывай чему научился. -Сейчас, только мне нужен Шаст. -Да, иду.       Подхватив мужчину подмышки, Антон его поднял с кресла и поставил на ноги, придерживая его. Арсений, собравшись с силами, приподнял ногу на сантиметров 15 от земли. -Какой молодец! — захлопал в ладоши Серёга. -Спасибо. -А ты дома пытаешься ходить? -Да, но только с помощью Антона. Я конечно могу показать, но только если ты поможешь, — сказал мужчина, поворачиваясь в сторону Шастуна. -Конечно.       Парень сразу подскочил и опять поднял Попова, который схватился за чужую талию и поставил ноги на ноги Антона, а тот в свою очередь стал делать маленькие шажочки задом. Они вдвоём выглядели очень мило, Шастун был сосредоточен, пытался не уронить друга, да и самому не упасть. -Это, конечно, не полноценная прогулка, -говорил Попов, усаживаясь обратно на диван, — но совсем недавно я совсем не мог управлять своими ногами. -Ты и так большой молодец. Не многие так быстро восстанавливаются.       Посидев в гостях ещё с полчаса, парни быстро собрались и разошлись по домам. Антон отправился на кухню, помыл чашки из-под чая, отвёз Попова в спальню, а сам отправился в гостиную. Раздвинув диван, парень застелил его и лёг спать.       Изначально, Шастун просыпался ранним утром, ехал по пробкам к Арсению, затем в больницу, весь день проводил у него, а вечером опять домой. Через пару таких дней сам Попов предложил временно пожить у него, что сразу облегчило жизнь Антона.

***

      Пять раз в неделю у Арсения были разные занятия по улучшению мелкой моторики, по развитию опорно-двигательного аппарата, где мужчина выполнял разнообразные упражнения на свои конечности. А совсем недавно стал ходить в бассейн и занимался с инструктором.       На выходных мужчина тоже не отдыхал. Ему хотелось поскорее встать на ноги, поскорее влиться в обыденную жизнь, хотя Арсений стал принимать участие в «Громком вопросе», и это не могло не радовать.       В углу комнаты у Попова стояли ходунки и костыли, он всё время пытался ходить с помощью них, но, к сожалению, у него это плохо получалось, но ходить с Шастуном он обожал. Первое время он переживал, что очень тяжёлый, ведь даже тот факт, что сильно похудел в больнице, но Антон настолько вкусно готовил, что от былого недовеса не осталось и следа. -Эй, ты чего такой счастливый? — спросил Шастун, убираясь после завтрака. -Да так. -Не, рассказывай. Мне интересно. -Хорошо, но тебе это может не понравиться.       Сев обратно за стол, парень подпёр руками голову и стал внимательно слушать. -Ну, после больницы у меня были проблемы не только с мышцами ног, но и, — Арсений сделал маленькую паузу, немного стесняясь, — но и с членом.       Антон не удержался и тихо захихикал, прикрывая рот руками. -Чё, ты, ржёшь, да, у меня не стояло. -Прости. И как твоя вялая сосиска? — угарал парень. -Шаст, ну ты и сука. Порадовался бы за меня. -Так у тебя встал? -Да. Сегодня утром. -О, надо будет записать эту дату и будем праздновать. Так и назовём «День восстания».       В смеющегося Шастуна полетело сначала кухонное полотенце, затем прихватка для горячего, но он не унимался, продолжал кидать тупые шутки. Сам мужчина не обижался, он широко улыбался.

***

      Парни проводили всё время вместе и Антон не однократно вспоминал слова психолога, который предполагал что между ними есть что-то более чем крепкая мужская дружба, но поднимать эту тему он не хотел. -Тоха, давай, посмотрим фильмец, — предложил Арс, по окончании первого своего выходного. -Ок.       Антон быстренько приготовил поп корн, налил в стаканы газировку и отправился в гостиную, где сидел Попов, который уже выбрал одноимённый фильм про пятерых студентов, одержимых желанием узнать, что происходит с человеком после смерти, решились на рискованный эксперимент. На время они останавливали друг другу сердцу, чтобы погрузиться в состояние клинической смерти. -А ты что-то видел? -Я же не умирал, — быстро ответил Попов, не отвлекаясь от фильма, — Хотя… -Ну, что «хотя»? -Я всё время был в темноте, мне было страшно, но потом вдали слышался тихий шёпот. Со временем, голоса становились громче, я даже мог различить, кто и что говорил. -Да? И что ты слышал? — восторгался парень. -Всякие пустяки. Чаще всего я слышал Матвиеныча и тебя. Он всё время жаловался, а тебя мне было приятно слушать, хотя ничего не понимал.