Мальчик с фотографии.

      Лёша очень сильно обожает фотографировать. Он фотографирует всё, что видит и всех кого видит. Такая страсть к фотику была у него с детства. Его отец и мать всегда брали фотик в путешествие или просто на природу. Маленький мальчик удивился необычным картинкам, которые можно запечатлеть на всю жизнь и не забыть красочные и яркие цвета летнего заката. Родители увидев такое стремление начали учить восьмилетнего сына как пользоваться волшебной коробочкой с фотографиями, которые так и хочется пересматривать вечно. Как только маленький Лёша научился фотографировать и запомнил все нужные кнопки, которых было много и все они были нужны. Родители Лёши конечно же дали ему фотоаппарат, но при условии если он будет хорошо учиться, никому не давать его в руки и не фотографировать ненужные вещи. Он согласился. И учиться правда стал лучше. Правда проблемы с одноклассниками усилились. Он не давал фотик, а кулак в глаз прилетал. В классе так пятом к ним пришёл один мальчик и он собрал компанию против Лёши. Когда дело дошло до того, что мальчики разбили его фотоаппарат, то в дело пошли директор и родители Лёши. В конце же пятого класса мальчика отчислили, и никто не решался трогать Лёшу и его новенький фотоаппарат за деньги отчисленного одноклассника. Но к сожалению или счастью (Лёша так и не определился) он переехал в Москву, потому что родителям дали работу лучше, да и она была высокооплачиваемая. Единственный минус был в том, что он переехал сюда в тот момент, когда нашёл себе нескольких друзей. Он конечно мог с ними общаться через интернет, он даже пытался! Но когда он им писал, его игнорили. Вот обида была. Он в столице никого и ничего не знал. Ему казалось, что как только он выйдет из уютной квартиры, то сразу потеряется.       Июньский день после уборки ремонта казался ещё ужаснее. Нет, лето это круто. Но не в городе, в котором ты не знаешь буквально всё. Хотелось, как в родном городе гулять часов пять, фотографировать все, что понравиться, слушать музыку почти на всю громкость и подпевать словам из песни себе под нос. Он мог выйти и погулять, но ему страшно до дрожи в коленках и мурашек по телу. Но это был бы не Лёша, если бы он не посмотрел в окно и не увидел эти безумно высокие многоэтажки, в которых наверняка работают супер занятые люди. Лёша натягивает белую майку, берёт в руку красную рубашку в клетку, новенький московский интекс и любимейший фотоаппарат, который ему подарили родственники на окончание десятого класса. Конечно же наушники в уши и телефон в рюкзак к интексу.       Метро в Москве ужасно. Пахнет сильным перегаром, алкашнёй и бомжами. Людей много, все толпятся, куда-то спешат. Маленькие дети орут так, что даже мелодия, которая почти на полной громкости бьёт в уши, не может заглушить звонкий голос детей и их писки. Казалось, что все звуки на свете смешались в одну кашу и их свалили на Губанова, который готов был упасть в обморок. Хотя главной его задача была спасти свой рюкзак от проходящих или бегущих мимо людей, которые могли только толчком уронить тихого и испуганного парня. Слава богу родители разрешили безлимит на все лето! Тут и в карту зайти можно, и маме написать, что он в метро и успокоить её он тоже успел. Маме Лёши, наверно, казалось, что только ей страшно, но нет. Лёша сидел как на иголках в поезде. Эти бабушки и спиногрызы пугали его. У него на лбу написано «пяльтесь на меня» или что? Вроде ничего нет. А кстати и станция его подошла! Если бы его снимали, то было бы видно как и с какой скоростью он подлетел со своего места. Быстро выйдя из душного и многолюдного метро, Лёша пошёл куда глаза глядят. Когда в наушниках играет любимая мелодия и в руках фотоаппарат, которым фоткают все подряд, всё, что можно и нельзя. А с интексом было сделано три снимка: быстро проезжающий поезд, какие-то подростки на скейте, которые наверно делали не самые простые трюки и какой-то фонтан с ржавыми монетами на дне, которые якобы должны приносить удачу.

***

      Вова какой раз будет курить тут сигарету, которая была точно не первая и не последняя, зная как она портит организм шестнадцатилетнего школьника. Он весь пропах, как и одежда этим едким и горьким, но с вишневым привкусом сигарет, которые каждый раз согревали теплом горло в ужасно холодные дни. Заброшенный дом, который на глазах разваливается — любимое место Семенюка. Это место где он может остаться хоть до ночи, а родителям будет все равно. Здесь он обдумывает все свои и чужие поступки, выясняя что и где не так. Каждый раз ему тут хорошо. Никакие друзья и психологи, к которым он ходил год назад из-за того, что у него видите ли друзей нет, не спасают его как это спокойное местечко. В последнее время он появляется здесь чаще, как и какой-то парень. Иногда Владимиру он кажется странным и раздражительным, из-за того что он вечно веселый, да и с двумя фотиками ходит. Это кто он такой, чтоб парню мешать думать? Но Вова не подходил, лишь издалека смотрел как тот время от времени щелкает фотоаппаратом. Вдруг сам устанет сюда ходить и перестанет домогаться до Вовы своей улыбкой. Хотя лучше бы он не уходил. Парню весело наблюдать за неуклюжестью и неаккуратностью неизвестного парня с фотиком.       Неделя за неделей, день за днём, а парень с фотиком не уходил. Наоборот, он подходил ближе, сидел дольше, он как то загляделся на Вову и не заметил, что тот в ответ смотрит на него. Вове тогда стало ещё смешнее. Хотелось подойти, но страшно. Парень тупым и злым не кажется, как все его одноклассники, такие тупые, так не обдумываю свои действия, что Вове при их виде становится тошно. Вот только он вечно неаккуратен. Как вспомнится Вове, когда тот не мог крышечку от фотоаппарата найти, когда он её в кармане держал, то смех парня разливается по всей округе. И как Вова понял, он не просто путешественник, а живёт здесь, вот только не долго. Он и в метро его видел, и в кафешке около этого же метро. Да и в торговых центрах его видел с какой-то женщиной лет сорока. А возраст парня он не понял. Вроде школьник или студент, но выглядит как двадцатитрехлетний мужик.       Единственное, что пугало Вову летом из-за дня в день — 1 сентября, которое было буквально через полмесяца. Ведь придётся снова видеть эти ужасные лица, на которые только посмотришь плохо становится. Август, а значит все увидят его в новой красе. Посмотрят на него, но мнение точно не поменяют. А что же не так? Скоро все прояснится, но чуточку позже. А кстати неуклюжий парень стал приходить реже. Ну точно в школе учится. И менялся он не хило. Вова как мама с ребёнком, за которым следит на протяжении всей жизни и видит как её сын меняется.

***

      А вот и тот самый день, который проклинает каждый первый школьник — 31 августа. Завтра как обычно начнут нести пахучие цветы, которые все равно завянут рано или поздно, и дорогущие ненужные конфеты. Все будут выглядеть празднично и весело, потому что будет ещё больше общения с друзьями. Но не девятиклассники, не одиннадцатиклассники не были так сильно рады этому. Экзамены никто не отменял. Вова хотел проклинать всё и всех. Нет учился он неплохо, но то что бы вау, но вытянуться на твёрдую четвёрку почти по всем предметам он мог. Просто вопли родителей, что он бездарь будут слышны больше и громче. Проблем станет тоже больше. Преподаватели будут теребить его ещё больше чем в девятом классе. Возможно он ещё будет к репетиторам ходить. Хотя, единственное, что волновало Вову это что будет потом. Будут ли у него друзья, знакомые? Ведь потом колледж, а потом работа. Он что все время будет один? А семья. А кто его знает, Вова не думал об этом и не хочет. За всю его жизнь он никого не любил. Не Сашку, не Машку, не Дашку. Он даже никого не дёргал за косу, он никого не трогал. Всегда серьёзный. Но с мемом посмеяться можно. И он этой своей серьезностью в садике всех пугал. Родители сначала думали, что он солнечный ребёнок, когда он просто смотрел в стенку или когда играл один. Люди всегда как-то косо смотрели на Вову. И родители его не сильно взлюбили. Все время кричали на него, никак не могли успокоиться. Но бабушка его всегда любила, защищала, поддерживала. Приходила к ним в гости, когда родителей не было. Каждые каникулы ездил к ней. Ездил. Вот только врачи нашли у бабушки рак сердца. Буквально год нет его любимой и единственной бабушки. Единственный друг и человек, который понимал его.       Сегодня же 31 августа? Так это не значит, что он забьёт большой хуй на то чтобы сходить на любимую заброшку, посидеть, потупить на. Парень с фотоаппаратом. А где он кстати? Его нету уже неделю. А вдруг Вова ошибся и все-таки этот парень приезжий. Будет грустно. Смеха с неуклюжести парня не будет.       «Он пришёл!» — Вова буквально кричал внутри себя. — «значит не приезжий».       Парень выглядел как всегда, с фотоаппаратом на плече и с интексом в руке. Был только немного погрустневшим. За все время такого не было. Может из-за школы? Может ему как и Вове не хочется туда идти? Может у него тоже нету друзей, раз он приходит сюда в одно и тоже время и уходит, когда солнце разливается красно-оранжевым цветом. Вова решил подойти. А в голове строчки из песни «в диапазоне между отчаянием и надеждой», которые так подходят к случаю. Вот. Осталось пять метров. три и один. А парень сразу его заметил, в ответ посмотрел. Казалось, что они стоят тут уже минут пятнадцать и все молчат. — Ты сегодня грустный, не как обычно. — сердце Вовы чуть не остановилось, а голос дрожал будто мороз минус тридцать зимой. К чему такое волнение? Может давно в жизни с людьми не общался? Сам Вова не мог ответить на вроде бы лёгкий вопрос. — А ты все время за мной наблюдаешь? — этот вопрос прозвучал так, будто Вова маньяк с конфеткой, а этот парень маленькая девочка, которой родители явно говорили про таких маньяков. — Вообще-то я первый тут был! Да наблюдал, а что ты у нас антиквар раз на тебя смотреть нельзя? — видно, точно давно с людьми не общался, вон как язвит обычному парню, который ничего толком не сделал. — Можно, я просто спросил. — он даже ответил спокойно! Точно не человек. — я тебя случайно сфоткал, держи. — в протянутой руке парня была маленькая фотография, где Вова сидел на развалинах заброшки и курил свои любимые сигареты, как-то даже сексуально выдыхая едкий дым из лёгких, а на заднем плане красиво разливалось солнце в разных красках. Одно слово — прекрасно.       Вова взял фотку и долго долго рассматривал, пока не увидел, что тот парень ушёл. Видно даже не было. Будто испарился. Вова аккуратно перевернул фотографию с собой боясь наверно её порвать и увидел надпись:

Меня Лёша зовут.

      Всё? Все?! «Меня зовут Лёша» как мило боже. А как простите он этого Лёшу найдёт в Москве, в которой этих Лёш хоть жопой жуй! Нет бы оставить инстаграм или телегу, нафиг Вове имя?       Просмотрев фотку ещё раз с двух сторон кроме этой надписи ничего не было. Вова пообещал себе, что будет искать этого Лёшу до тех пор пока хоть какую-то мелочь не найдёт.

***

      Почему Лёша решил уйти? Он сам пока не понял. Просто ушёл. Спать жуть хотелось, да и в одиннадцатый не хочется. Голова и так гудит и рвётся по швам, а тут снова школа. Он хотел спросить имя парня, который курит одни и те же сигареты на протяжении двух месяцев, которого он видел каждый жаркий день прекрасного лета. Он наверно с ума сошёл. Привязаться к человеку не зная его имя, да в общей сложности он знал только сигареты парня и когда он приходит на то самое место. Всё.       Первое твою мать сентября. Лёша стоит с какими-то цветами, которые мама Лёши буквально впихнула ему в руки со словами «такая традиция! так все делают!». Вообще парень предлагал гвоздики, за что ему чуть не прилетела тряпка в лицо, но тот быстренько закрыл дверь квартиры и направился в школу. В классе был только один учитель, скорее всего их преподаватель. Выглядела женщина молодо, довольно высокая, по ней видно было, что она точно будет самой доброй со своим классом. — Ох, Лёша, ты пришёл! — женщина подошла к парню и приобняла его за плечи. — надеюсь тебе с нами понравится. — Здравствуйте, Анна Николаевна. — парень просто отдал букет с цветами учительнице в руки и последовал её указаниям спуститься к вахте где будет ждать его староста класса. Вот он, что сам дойти не может? Перечить не стал, он все-таки новенький, статус доброго парня должен присутствовать.       На первом этаже людей было не мало. Будто вся школа специально тут собрались, чтобы Лёша уж точно не нашёл старосту, которую в лицо не знает. Около вахты стояла девушка, довольно миниатюрная, волосы длинные, блестящие. Была одета просто, обычная юбка и заправленная рубашка. Девушка помахала рукой, подзывая. Губанов сразу понял, что ему туда. — Привет, тебя же Лёша Губанов? — девушка будто на кольцо с бриллиантами посмотрела и от его вида глаза у неё заблестели. — Мгм. — отвечать было лень, с самого утра ясно было всем, что Лёша не в духе, не весёлый, как это бывает всегда.       Дальше парень не слушал. Она вроде говорила про школу? Но всех одиннадцатиклассников позвал директор. Ведь в каждых школах традиция: чтобы какая-нибудь первоклассница звенела колокольчиком сидя на старшекласснике, а другие старшеклассники шли за ручку с другими малышами. Для первоклассницы в красивом чёрном платье, с белым воротничком и фартучком того же цвета, взяли его одноклассника. Высокий и в очках. Это все, что Лёша пока узнал о нем. Учителя ещё говорили о каком-то парне, который не пришёл на линейку. У него даже родители не отвечали. Что-то и Лёша стал переживать. Но ему дали двух суперактивных девочек, потому что ещё одного старшеклассника не хватило. Ну он с ними намучается.       Как Лёша и предполагал намучался он не мало. Прошлись с первоклассниками, их позвали в актовый зал сказали им ненужные поздравления с началом последнего учебного года, потом ещё и в классе поздравляла классная руководительница с некоторыми родителями, которых он от слова совсем не знал. К нему даже подходили спросить имя, сколько лет и всякая чушня, которая так обязательна при знакомстве. Но он думал только о вчерашнем. Кто-то с таким стуком двери ворвался в класс, что ветер дошёл даже до шестой парты около окна, где сидел Лёша. Из-за толпы было непонятно кто это сделал. Вот только он зашёл как классная пулей вылетела с ним в коридор. Лёше стало интересно от одноклассников он отвертелся, сказав, что живот прихватило. Что заметил Лёша ему одному было интересно. Никакой родитель, никто из учеников почти не обратил на это внимание, будто обычное дело. Как только тот вышел и увидел картину весь побитый парень его лет стоял в пижамной одежде с телефоном в руке. Выглядел он так будто его собаки съесть хотели. — Вова, тебя, что снова родители избили? — а парень стоял и тупил в пол будто ничего не слыша. Лёша как-то даже не заметил, что его засекли. — Лёша, ты можешь тут постоять с ним? Мне надо увидеться с директором.       Так. На него, что уже пожаловаться хотят? Хотя нет, ему бы просто сказали уйти или не подслушивать. Он положительно кивнул и подошёл ближе, ну как бы а зачем за дверью стоять. — Постой с этим мальчиком пожалуйста, чтобы он не ушёл я сейчас, секундочку. — учительница быстро скрылась за дверью с надписью «Директор». А ему то что. Он покорно стоял и наблюдал за парнем. — Почему не уходишь? — тихо произнёс парень по имени Вова (как он понял). — А разве должен? Меня попросили постоять. — тупой вопрос какой-то, его попросили — он выполняет. И почему это он уходить должен. — Каждый в этой школе просто бы ушёл. — что-то Лёша вообще ничего не понимает.       Алая капля крови эхом пронеслась по коридору. В тот же миг её закрыла нога. Лёша поднял взгляд, а на него смотрел будто маленький мальчик, который подрался за девочку. Кровь из носа была уже и на пижамной кофте, синяки фиолетовыми кругами покрывали лицо, шею и наверно все тело. Царапины были по всему лицу, где-то кровь уже остановилась, а где-то ещё была с красными бусинками. Самому больно стало. Лёша быстро достал свой платок из кармана джинсы быстро подтирая кровь. Чуть запрокинул голову парня назад, чтобы кровь остановилась. Походу тому уже было все равно, что с ним сделают, лишь бы в тишине и без навязчивых вопросов. Лёша бы такое состояние никому не желал. В тот же миг из двери показалась фигура, по всей видимости завуча. — Отведи его в медпункт, чтоб он в обморок не упал. — от доброго голоса завуча даже потерпевшему стало немного легче.

***

      Лёша сегодня замотается больше всех наверно, вот честно.       Парень не понял как стоял уже в кабинете у директора вместе с классной и с Вовой, который сидел уже весь в пластырях. На лице директора были только злость и беспокойство. — Семенюк, вот скажи мне, почему у тебя такие родители? — директор сидел за столом на против парня пытаясь заглянуть в глаза тому. — бедный парень, мне тебя жаль. Анна Николаевна, что делать будем? — Извините, сама не знаю, что делать, мы всё ждали, что они перестанут, но это уже третий раз. — какой? Третий? Мне интересно чего они ждали? Почему Вова ещё заявление не написал? Так много вопросов и так мало ответов.

***

      Не понятно, что станет с тем Вовой. Было даже жаль его, что у него родители такие, так ещё наверно и друзей нет. А ещё, что удивляло Лёшу это то, что этот Вова ну уж слишком похож на того парня, которого он вечно фоткал пока тот не видел. Если б имя этого парня знал было бы легче. А тут головоломка хуже, чем любая задача по математике.       Да и вопрос про друзей не ушёл. А назрел только больше. Парень вроде заучкой или хулиганом района не выглядит. Как одноклассникам его не жалко? Его вид убивал изнутри. Такое прекрасное личико, такого прекрасного мальчика взяли и разукрасили его родители. Стоп, какое лицо? Какого мальчика?

***

      Сидеть и курить в любимом месте Вова не перестанет, даже если ему просто так прилетит от родителей и если его лицо будет выглядеть ужасно. Нет, ну медсестра подлатала ему лицо, синяки на руках и чучуть на ногах. Хотя, как медсестра. Тот самый Лёша. Да, который дал ему фотографию с подписью «Меня зовут Леша». Так он ещё и одноклассником оказался! Вообще совпадение. Как бы Москва большая и школ много. Да и он мог попасть в параллель. Могло произойти все, что хочешь! Парень не казался плохим на первый взгляд, даже платок отдал. Его Вова постирал, высушил и погладил как только парня отпустили. А сейчас он чистый лежал в левом кармане джинс. Вова всей душой надеялся, что Лёша придёт и парень сможет поблагодарить своего спасителя. Правда, такое внимание к себе кроме директора, классного руководителя и друга из Питера его удивило. Поэтому волнение всё больше накатывало, когда время на часах близилось к восьми.

***

      Губанов тоже волновался. Мысли были только о нем. Не о платке конечно же, нежели Вова. А том, что скажет, что спросит он и.? И? А кто ему Вова? Не друг. Не враг. Даже не знакомый. Ну может только одноклассник. Нет, Лёша не хочет, чтоб этот парень был ему просто знакомым или одноклассником.       А вот на месте своём восседал принц на белом коне. Смешно, правда. Так Лёше стало смешно, что даже Вова повернулся от громкого и радостного смеха парня. Почему на белом коне и принц? Да сидел он на ужасно белой скамейке, которую скорее не давно покрасили. А почему принц? Просто он очень красивый сидел в белой рубашке, в чёрных необычных джинсах и уже серых кроссовках, которые наверняка были раньше чисто белыми. Честно, Лёша правда не понимал, почему такого красавца никто не любит? — Эй, Лёша! Ты чего смеёшься? — Вова вскочил со скамейки и приблизился к фотографу. Да, парень и правда выглядит великолепно в глаженой рубашке, нежели мешковатых толстовок или домашней пижамы. — Тебе идёт. — темноволосый пальцем указал на одеяние парня. А принц чуть смутился такому комплимент, отряхнул пыль с джинс и полез в карман, достав оттуда платок Лёши. — Я хотел тебе вернуть его. — Вова будто перед директором отчитываться, вот настолько ему было страшно и стыдно. За что стыдно? За то, что помог сразу и чем смог.       А Лёша ещё сильнее смеялся, уже раздражающим смехом для Вовы. Нет, смех красивый, не тупой как у всех его одноклассников. А по правде красивым. Такой заразительный, но такой успокаивающий и спокойный. Как колыбельная для ребёнка. — Ну что ты все смеёшься? — начал подхватывать смех и Вова. Ну смех правда заразительный. — Чтоб ты со стороны себя видел, я как только посмотрел на тебя то показалось, что ты как принц, да ещё и с платочком. — Лёша смахнул слезы, которые поступили в порыве смеха. Вот прям перед ним стоит тот самый мальчик с фотографии, тот самый Вова. — Это комплимент? — мимолётный румянец уже присутствовал на лице принца. — Да. — Лёша улыбнулся настолько нежно, насколько мог не каждый человек. Сейчас двух парней наполняла теплота и доброта.

***

      Стать друзьями стало самым лучшим решением в жизни парней. Похожие интересы и характеры, это просто мечта. Собираться по вечерам дома у Лёши стало традицией. Родители Лёши были не против, парню казалось, что родители теперь любят Вову как сына. Друг не однократно оставался у них из-за родителей. Те то выпивали, то еду не готовили, а могли все неделю дома и не появляться. А если они дома то прилетит тебе или нет было загадкой для всех. Что знал Вова, он мог прийти в любой момент к другу и переночевать. У Вовы там даже своя щётка и пижама есть. Высший уровень доверия, как казалось Вове.       А тут уже и Новый год наступил. Вова как и на осенних каникулах остался у Лёши. Все как суетились и не давали что-то сделать. У Вовы же в семье все наоборот. Либо никто и вовсе ничего не празднует, либо работает только Вова. В квартире друга всегда что-то по другому. Намного теплее и уютнее. Казалось, что только Вова проснётся и все будет как было. Родителей честно не волновало где их ребёнок. Наверно, им только лучше.       Как только пробило полночь родители друга ушли. Все таки друзья в Москве нашлись не только у сына. Парни играли в какую-то игру, которую подарили родители для приставки, как только пробило двенадцать. Рядом стояли полупустые бутылки грушевого пива и электроника, которая повидала всё. – Вов, ну ты задрал меня! Хватит уже выигрывать! – друг подхватил бутылку и электронику, которую курил и один, и другой, и направился к балкону. – Лёш, ну прости, оно само так получается! – правда, у Вовы самая яркая улыбка, если его раскрыть и дать чучуть добра и заботы. – Да-да, так я тебе и поверил. – Правда правда! Что мне сделать, чтобы это доказать? – любопытство так и горело в Вове и в его безумно красивых глазах. У Лёши глаза горели ярко, но не из-за любопытства. – Поцелуй. – Что? – Поцелуй меня. – Подожди, я на такое не подписывался! – лицо Вовы посетили почти все краски: розовый, красный, зелёный, серый. И волнение превышало норму. – Ну ты же хотел доказать, что случайно меня выигрывал. – Лёша сам не понимал, что говорил. Вроде выпил только одну и половину другой бутылки пива. Разве четыре и шесть процента это много? И из-за алкоголя прильнувшего мгновенно это вообще происходит?       Лёша ждал пока тот сам подойдёт, хотя если и не подойдёт то парень сможет пошутить, скажет, что чутка перебрал и вообще даст потом задание по типу отожмись пятнадцать раз или помыть всю посуду. Только вот расстояние между ними уменьшилось, а Лёша чуть сильнее прижался спиной к подоконнику на балконе. Вова аккуратно взял друга за подбородок, привстал на носочки, ведь Лёша все таки выше того как минимум на голову, и просто дышал в лицо. Прошло наверно минут десять или час, но длилось это неимоверно долго. У Лёши глаза горели, а у Вовы щеки из-за такой близости. Первый примкнул Лёша, своими мягкими как пух губами, к тем прекрасным, хоть и обветренным губам, которые на вкус были как сигареты с вишней и грушей из-за пива. Было не очень умело, но приятно. Вова невольно засунул правую руку в необычную укладку «друга». Рука Лёши оказалась на правом боку Вовы, которая нежно поглаживала изгиб талии. Вова вздохнул, как только язык Лёши прошёлся по нижней десне. Лёша подумал, что тот мигом отстранится, но друг только сильнее прижался. Темноволосый переставил Вову на своё мест так, что теперь тот был прижат к подоконнику.       Вове кричать хотелось, ведь разные укусы и не сильно бардовые засосы покрывали его шею. – Лёш.. я люблю тебя.       Любит? Его правда любят? Без каких либо рофлов, угаров и всего подобного. Не для того, чтобы унизить, а правда потому что любят? – Подожди, ты сейчас серьёзно? – смотреть было больно с серо-голубые глаза на против. В них было слишком много переживаний. – Правда правда. – И тебя.