Ветра на острове Рито

Ветра на Рито всегда были разными, от спокойных морских бризов, играющих с кленовыми листьями, до ураганов, крушащих корабли. Это был первый раз за последние пару лет, когда Сиканоин тихо шёл по улицам города не для того, чтобы выловить нелегальных торговцев, мошенников или воров. Это был первый раз когда он следовал не за желанием утолить бесконечное любопытство или совершить правосудие. Нет, им двигало давно знакомое, но все-равно непонятное и сжимающее чувство в груди. Столь похожее на предвкушение раскрытия дела, на окончание погони, на осознание тактики противника, но совершенно другое. Что-то, что появлялось в нем только от мыслей о дорогом друге. Несмотря на то, что Тайват был огромным континентом, таящим кучу тайн и мест для приключения, некий корабль под названием «Алькор» часто останавливался у пристаней Инадзумы. Возможно из-за того, что страна стала оживать после долгой изоляции и обмениваться историями с другими регионами. Но для детектива этот корабль, залитый лунным светом, у берегов Страны Вечности имел подозрительную важность, которую не должен иметь на честного работника комиссии Тэнрё. Находясь в мыслях, парень миновал корабли, подобравшись к небольшим островам, что граничили с Рито. На вершине стал четко виднеться чёрный силуэт другого человека. Невольно детектив начал двигаться абсолютно бесшумно, будто подбираясь к цели своих обычных расследований. Но он знал, что это было абсолютно бессмысленно, ведь парень напротив в любом случае почувствует его присутствие. Так и случилось, стоило темноволосому наконец-то приблизиться к самураю, как тот спокойно, но настороженно обернулся, держа руки на мече, полностью готовый к опасности. Но когда тот сквозь мрак разглядел нарушителя покоя - руки сами опустились. - Детектив Сиканоин? - удивлённо вздохнул Кадзуха, но позже расплылся в нежной улыбке. - Хэйдзо, давно не виделись. - Кадзуха, - томно вздохнул Хэйдзо, но, заметив как дрогнул его голос, тут же сменил тон на более игривый. - Как живётся бывшим преступникам и морякам в наше время? - Неплохо, много нового замечаешь в жизни, - ухмыльнулся Кадзуха, протягивая руку своему другу, чтобы помочь взобраться. Такой бессмысленный жест, учитывая, что и у Хэйдзо тоже есть анемо Глаз Бога. Но он все равно тянется, словно напуганный и голодный оленёнок, которому притянул корм человек. И детектив усаживается рядом с самураем. - В жизни моряка или преступника? - подмечает Хейдзо с небольшой усмешкой, пытаясь скрыть своё смущение. - В свободной жизни, - ставит точку Кадзуха и поворачивается к другу, алые глаза полные благодарности и умиротворения. - Которой ты поспособствовал. Да, единственное нерешенное дело в карьере Хэйдзо, поимка Кадзухи, его дорогого друга к которому у него были и есть чувства. Фамилия Сиканоин может быть слышана в каждом уголке Инадзумы, преступники в страхе шепчут её и дрожат. Сам её носитель был чрезмерно горд этим и не променял бы свою работу ни на что…кроме Кадзухи. Ох, Архонты, как глупо. И если по делу Каэдэхары по сей день не хватало пару улик, если там было что-то упущено и даже если это станет единственным провальными делом в карьере, пятном идеальной репутации - это уже не важно, ибо его любовь тут, в безопасности, он рядом и его волосы пахнут листьями клена. А его губы выглядят как сочные фрукты. Даже могущественные ёкаи беззащитно падки на такие. Они настолько же мягкие? Они настолько же сладкие? - Ты смотришь на меня уже пару минут, - шепчет самурай, выводя собеседника из транса навязчивых мыслей о каждой частичке тела беловолосого парня. - Да, - вздыхает Хэйдзо и чувствует, как его сердце бьется с немыслимой скоростью. Любой бы человек смог бы это заметить, не говоря уже о загадочном чутье Кадзухе. - Ты против? - Нет, - поспешно трясёт головой тот. - Я тоже смотрю на тебя и тоже скучал по тебе. Сильнее, чем ты можешь представить. - Так уж сильно? Настолько сильно, что хочешь меня поцеловать? - слова сами выходят из рта детектива, так непрофессионально для человека вроде него. Но он не сводит глаз с собеседника и тот внезапно поддаётся вперёд, чтобы подарить поцелуй. В щеку. Как по-детски, но в стиле настоящего джентельмена. Однако Хэйдзо это только дразнит, поэтому он настойчиво, но нежно притягивает к себе возлюбленного и заключает в объятие рук, прижимается своими губами к чужим. И вот он, долгожданный момент. Тихое, нежное и скромное прикосновение. Губы Кадзухи мягче, чем он мог вообразить, они не сладкие, вовсе нет, но для Хэйдзо в мире не будет чего-то слаще. Он мысленно обещает себе, что остановиться и извиниться за этот внезапный поцелуй. Но стоит ему отстранится и сделать небольшой глоток воздуха, как чужие губы, быстрые словно ветер, накрывают его, затягивая в более яркий поцелуй, наполненный желанием. И Хейдзо отвечает на него, с тем же напором своих чувств, наконец-то свободных. - Я люблю тебя, - шепчет три заветных слова Кадзуха, отстраняясь лишь на сантиметр. - Я заметил, - срывается смешок с красных от поцелуев губ влюблённого по уши детектива. Возможно, если бы не вечный туман в голове от присутствия самурая, то он бы догадался ещё давным давно, ведь все улики были на самой поверхности. Говорят, что когда делаешь что-то с дорогими людьми, то время пролетает незаметно. А значит эта ночь будет бесконечно короткой, ведь они не могут перестать тонуть в друг друге. А как перестать, ведь глаза Хэйдзо похожи на пожухлую листву летом, а глаза Кадзухи на осеннюю алую луну.