Your favorite crime

Андер был влюблен. Не было никакого смысла отрицать это. Все его мысли были заняты Патриком, и это чёртовски мешало ему жить — да даже просто функционировать. Он не мог есть, он не мог спать, он не мог сосредоточиться ни на чем, совершенно. Андер даже немного завидовал Ивану — тот мог, без всякой причины, подойти и заговорить с Патриком, коснуться его. И скорее всего, такие простые вещи давались просто лишь тому, кто не был так жалко влюблен. Ему бы хотелось чувствовать к Патрику лишь это животное влечение — это сделало бы все намного проще, только вот даже порно с ним не подействовало на Андера так, как должно бы. Когда он вернулся домой, он нашел этот аккаунт — на самом деле, их было несколько, словно ролики перезаливали несколько раз — и даже пролистал всё от и до, только вот стоило ему включить любое видео, как его начинало тошнить. Тошнить от того, что он видел, даже несмотря на то, что его член твердел в ту же секунду, как Бланко появлялся в кадре. Это буквально выводило его, потому что Карвальо был прав — его бесило видеть этого парня с кем-то другим. Его бесило, что его долбанный член вставал от этого зрелища, несмотря на то, что ему было больно даже думать об этом — не то, что видеть вживую. Это было просто жалко. — Чёрт! — вскрикнул Андер, как только Гусман выбил баскетбольный мяч из его рук и побежал в противоположном направлении. Он ведь был почти у цели. Резко разворачиваясь, он хотел было побежать за одноклассником, только вот внезапно врезался со всей силы в другого парня. И конечно, благодаря его большому везению, это оказался Бланко. Кто бы сомневался? Он пытался удержаться на ногах — честное слово — даже попытался странным образом извернуться, лишь бы не упасть прямо на парня, которого он так беспардонно повалил с ног. Но это сделало ситуацию еще хуже, потому что — на момент — он буквально повалился на Бланко всем телом. Но вместо брани, которую он ожидал услышать, над его ухом раздался тихий смех. — Прости, — выдавил Бланко, — Моя вина, Менсия отвлекла меня, — сказал он, пока Андер неловко пытался приподняться на руках — не лучшая идея, ведь теперь было сложно заставить себя в принципе встать. А как иначе, когда Патрик Бланко лежит под тобой и смотрит на тебя с мягкой улыбкой на губах. И если бы мозг Андера в эту секунду соизволил хоть как-то работать, он бы обязательно ответил, что-то вроде: «ничего страшного» или «это я слепой идиот», но все его мысли витали вокруг одной — Патрик сейчас буквально лежит под ним. — Господи, чувак, ты тут всех убьешь, — услышал он голос Ивана, который явно обращался к нему. И на момент Андер даже был благодарен, что тот так бесцеремонно отпихнул его, протягивая Патрику руку. — Ты в порядке? — спросил Карвальо, так и не отпуская чужой ладони. — Да, в порядке, — улыбнулся Бланко, переводя взгляд на Андера, что уже резко поднялся на ноги. — Прости еще раз. — Все хорошо, не парься, — усмехнулся Муньос, поднимая глаза на парня. И если бы не раздражающий свист, раздавшийся на весь зал, он бы и дальше стоял там, пялясь на Коммерфорда. — Перерыв! — объявил тренер, вынуждая ребят разойтись в разные части зала. И вынуждая Андера снова и снова смотреть на удаляющуюся фигуру Бланко. Да, это было действительно жалко. Со сколькими парнями он не был, ни один из них не поселялся в его голове так плотно, как это сделал Патрик. А ведь они едва знакомы, каждый их разговор едва можно было так назвать, а наедине они и вовсе ни разу не были — рядом всегда крутился его друг. Хотя, он уже не был уверен, кто они с Иваном друг для друга. После того вечера все было немного странно. — Не знаю, как тебя, но меня уже доконала эта игра в кошки мышки, — объявил Карвальо, садясь следом за Андером на скамейку и вытирая футболкой мокрое от пота лицо. — Да ладно тебе, равный же счёт, сейчас отыграемся, — равнодушно ответил Муньос, не сводя глаз с Патрика, который решил снять майку на время перерыва. Твою мать, не хватало заляпать баскетбольный корт слюнями. — Ты сейчас точно не об игре думаешь, как и я, — фыркнул Иван, заставляя Андера, наконец, отвернуться. — Я думал, что хотя бы после той долбанной вечеринки будет что-то, типа благодарности, но он просто свалил, какого хрена? — Андер, честно говоря, уже устал слышать нытье о том несчастном — для Ивана — пробуждении. — Блядь, я думал, это будет проще. И так же ясно, что он пиздец жадный до чужого члена, и что теперь, играет недотрогу? — Заткнись, прошу тебя, — цокнул языком Муньос, тем самым вызывая у Ивана смех. — Что? Неприятно слышать такое о своем принце? Чувак, ты стал каким-то слюнтяем, серьезно, прекращай это дерьмо, — приподняв брови, сказал Карвальо. — Я думал, мы уже разобрались с этим. — Иди ты нахуй, Иван, — вздохнул Муньос, вставая со скамейки. Но Карвальо не успокаивался, вставая за другом следом. — Знаешь, это так тупо. Учитывая то, как он выпрашивал член в той порнухе, мне казалось, что тут даже просить не придется, а я уже из кожи вон лезу, чтобы!.. — он не успел договорить, когда Андер резко развернулся и толкнул парня в грудь. — …Какого хуя, Андер?! — отмерев, чуть ли не взревел Карвальо. Они последний раз дрались в классе пятом, когда Муньос пролил сок на его приставку. И он не хотел повтора этого дерьма. — Прекрати говорить так о нем, иначе Богом клянусь, я!.. — Что ты сделаешь? — подходя к Андеру вплотную, прорычал Карвальо. — Расплачешься, мать твою? Ты что, за эту задницу готов поссориться со мной? — Знаешь что? — покачал головой Андер. — Меня достало это всё, и причина даже не в нем! Ты просто избалованный папенькин сынок, который бесится, когда не получает того, чего хочет! Меня уже, нахрен, тошнит от тебя! — Так какого хуя ты дружишь со мной? — спросил Иван, все еще пытаясь сохранять хладнокровие, только вот Андер знал его слишком хорошо, чтобы не заметить, как тот занервничал. — Сам не знаю, — пожал плечами Муньос. — Тогда что? — усмехнулся Карвальо, вскидывая руки. — Всё?

~

И теперь, даже несмотря на то, что Патрик лишь изредка здоровался с ним в коридорах школы; несмотря на то, что без Ивана он был совершенно не интересен Бланко; даже несмотря на те порно-ролики с его участием — Андер был влюблен, бесповоротно и так сильно, что это было просто глупо. Глупо, потому что даже на дистанции Патрик заставлял его сердце стучать, как бешеное. Глупо, потому что его пульс подскакивал, стоило ему увидеть кого-то, отдаленно похожего на Патрика в коридорах школы. Глупо, потому что его живот скручивало, стоило Бланко оказаться с ним рядом. Глупо, потому что у него чуть ли паника не начиналась, когда они с Патриком пересекались взглядами. Глупо, потому что теперь он боялся даже заговорить с ним первым. За столько лет дружбы, Иван успел настолько сильно запудрить ему мозги, что он всерьез начал верить в его слова. К тому же, было довольно сложно подкатывать к парню, который тебе нравится, когда рядом с ним вечно вьется долбанный Карвальо. Но у него был план. Глядя на то, как Патрик подходит к шкафчику, Муньос буквально напрягся всем телом. Это был единственный шанс, учитывая то, что даже Ивана — этой верной собачонки — сейчас не было рядом. Вдохнув поглубже, Андер подкрался ближе к парню, что сейчас разглядывал яркий флаер, где большими буквами было написано: «Сезон фильмов Альмодовара» — конечно, это Муньос позаботился и подбросил листовку в шкафчик Бланко еще на прошлой перемене. — Любишь этого режиссера? — начал он, невольно начиная улыбаться. Было приятно видеть его лицо так близко, учитывая, что последние недели он видел, в основном, лишь его затылок на уроках. — Знаешь Альмодовара? — спросил Бланко, разворачиваясь к Андеру. — Не знаю, — честно признался парень. — Я увидел это в твоем инстаграме и решил, что… — не успев даже договорить, он заметил, как Патрик поменялся в лице. — Чёрт, ты уже идешь с Иваном, да? — фыркнул Муньос. Конечно, Карвальо пригласил его первым. Не было ни единого шанса, что Бланко вдруг передумает и пойдет с ним. — Нет, — внезапно ответил Коммерфорд. — Нет, он… он не приглашал меня, на самом деле, — улыбнулся он, заметив, как Андер облегченно выдохнул. — Круто, — расплылся Муньос в ответной улыбке. — Я подумал, будет здорово. Я узнаю что-то новое и… узнаю тебя, — неуверенно закончил он, опуская глаза в пол. Раньше проблем в разговорах с парнями у него не было, Патрик действительно сломал его. — Хочешь узнать меня? — приподнял Патрик брови. — Это… неожиданно, если честно. Знаешь, у нас с тобой как-то не задалось с самого начала, а после той вечеринки я вообще подумал, что… — он резко затих, закусив губу. — Что ты подумал? — неловко топчась на месте, спросил Муньос. — Уже неважно, — качнул головой Бланко. — Это будет тематический киносеанс, в стиле восьмидесятых — уже знаешь, в чем пойдешь? — Так, ты согласен?! — практически закричал Андер, не сумев сдержать восторга. — Сегодня, в восемь? — улыбнулся Патрик, глядя на Муньос из-под ресниц. — Я заеду, — кивнул Андер, борясь с желанием закричать от счастья. Нужно было лишь уговорить маму дать ему машину на вечер. — Увидимся, — кинул в ответ Патрик, после чего двинулся дальше по коридору. И стоило ему скрыться за углом, Муньос вскрикнул: — Есть! — Иван мог выкусить.

~

Ему не нравилось тусить втроем, и он часто говорил об этом Валерио. Он знал, что Кристиан — лучший друг Монтесинос (по совершенно ебанутому стечению обстоятельств) — не любил его. Патрику даже первое время казалось, что тот гомофоб до мозга костей, но тут было что-то другое. И он не хотел знать, что именно. — Сейчас вернусь, хорошо? — Бланко хотелось умолять Валерио не уходить, но он лишь кивнул под пристальным взглядом его друга. К счастью, музыка в фильме играла достаточно громко, чтобы заглушить эту неловкую тишину. — Придешь завтра на вечеринку к Карле? — спустя минуту, спросил Кристиан, не отрывая взгляда от экрана. — А она хочет, чтобы я пришел? — приподнял Патрик брови. По правде, он совсем не хотел быть там, хоть и понимал — если Валерио пойдет, то точно потащит его с собой. Конечно, он любил вечеринки. Проблема была лишь в том, что он не хотел ходить на них с друзьями Монтесинос. Карла — девушка Кристиана — недолюбливала Патрика ровно также, как и её верный щенок. Постоянно смотрела так, словно готова была откусить от него кусок. Но худшей была Лукреция — сводная сестра Валерио. По рассказам самого парня, у них всегда с ней были напряженные отношения, но стоило Бланко появиться, как всё стало ещё в разы хуже. — Валерио сказал, что вы будете там, — пожал плечами Экспосито, делая глоток из своей бутылки с пивом. — Значит, будем, — растягивая слова, ответил Бланко. — Круто, — кивнул Кристиан, словно и не замечая раздражения в чужом голосе. — Ты его во всем слушаешься, да? — усмехнулся парень, наконец-то, поворачивая голову к Патрику. — Чёрт, я думал, что нажал на «стоп»! — в этот момент Бланко поверил в высшие силы — Валерио вернулся очень во время. — Что я пропустил?

~

— Патрик! — услышал Бланко позади себя и тут же обернулся, не в силах сдержать улыбку. По правде, он не понимал, что происходило между ним и Иваном — тот заигрывал, постоянно пялился на него, даже забрал пьяного к себе домой из клуба, но дальше не заходил. Возможно, Андер был прав, и тот просто играл с ним. Возможно, Иван и вправду гетеро до мозга костей, и Бланко лучше бы не лезть во всю эту чушь с «я не гей, но…». Только ему нравилась эта игра, пусть и был огромный риск того, что по её окончанию им обоим будет больно. Но после Валерио и его друга-извращенца, Патрику нужен был кто-то, кто заставил его забыть. Только Иван сам должен был захотеть этого достаточно сильно. — Привет, — улыбнулся Бланко, замечая, как взгляд Ивана скользит по всему его телу. Как и всегда. — Это правда, что ты собираешься с Андером в автокино сегодня вечером? — спросил Карвальо. И Патрик понял, что это идеальный момент для того, чтобы заставить Ивана действовать. — Это Ари проговорилась? — решил спросил Патрик, пусть и точно знал ответ. По правде, он специально рассказал об этом сестре, потому что та не умела держать язык за зубами. И потому что знал, что от Андера Иван точно ничего не узнает — те не разговаривали друг с другом уже какую неделю подряд. И по правде, он был уверен, что дело как-то касалось его — Андер явно его недолюбливал. И нужно было быть идиотом, чтобы не увидеть его истинные намерения. Андер всегда ошивался рядом, пытаясь помешать — и чаще всего, у него это успешно получалось. Он постоянно наговаривал на Ивана — тем самым, стараясь выставить его в плохом свете, просто чтобы Патрик держался подальше. А теперь Муньос сам пригласил его в кино — и Бланко даже, по-началу, не понял, зачем ему это. Пока его не осенило. Он пытался заставить Ивана ревновать. Конечно, это было умно, но скорее всего, это сыграет лишь Патрику на руку, но никак не ему. Поэтому он и ввязался во все это. Он просто видел Андера насквозь. Видел это в его карих глазах — и те были неустанно направлены лишь на него. У Бланко даже развилась паранойя — ему постоянно казалось, что на него кто-то пялится, хотя чаще всего, это было обоснованно — Андер смотрел постоянно. В классе, в коридорах школы, в столовой — карие глаза будто преследовали его повсюду. И по-началу, Бланко даже показалось, что это нечто другое. Да, на какой-то момент, он и вправду подумал, что нравится Андеру. Но затем, когда Иван в очередной раз начал флиртовать с ним, на глазах своего друга, Патрик увидел это — ревность. Он бы никогда и ни с чем другим этот взгляд не спутал. Но Бланко не был готов воевать с лучшим другом Карвальо — это была заранее проигрышная игра. Конечно, было сложно не поддаться, когда эти двое узнали, что тиран школы и новый директор в одной лице — его отец, но Патрик и не из такого выбирался. Даже попытался сдружиться с Андером — отдал ему пригласительный на вечеринку, состроил глазки, мило поболтал — и казалось, этого должно было хватить. Но стоило Муньос увидеть их с Иваном вместе в клубе и устроить сцену, как Карвальо снова бежал за ним вслед. Это раздражало. И по правде, он был несказанно рад, когда эти двое — скорее всего, по инициативе Карвальо — перестали общаться. Конечно, Патрика немного грызла совесть за то, что это — бессомненно — его вина, но это случилось бы и без его участия… рано или поздно. Влюбился в своего лучшего друга, которому ты нахрен не нужен? Считай, дружбы как и не было. — Так, это правда? — переспросил Карвальо, заставляя Бланко вновь вернуться в реальность. И честно, Патрик иногда поражался твердолобости этого парня — мало того, что у того духа не хватило трахнуть его после той вечеринки, так он ещё и тормозил каждый раз, когда Патрик чуть ли не в открытую его об этом просил. Но ревность всегда была и оставалась самым верным двигателем прогресса… по крайней мере, в его мире. Пришло время тебе действовать, красавчик. — Он единственный, кто пригласил меня, — пожал плечами Бланко. — А что, ты хотел пригласить его? — решил прикинуться он дурачком, но запоздало понял — с Иваном лучше так не рисковать. — Нет, у него тупая привычка — говорить во время фильма, я это не переношу, — лишь покачал головой Иван, закусывая губу изнутри. А затем его понесло: — Еще он постоянно берет соленый попкорн, ты любишь соленый? — спросил он, но так и не дал Патрику шанса ответить: — Я вот просто ненавижу, и еще ты с ним половину диалогов не услышишь — он чавкает… громко, — и тогда Патрик понял, что тот делает. Нет уж, так мы долго не сдвинемся с мертвой точки. — Уверен, я с этим справлюсь, — приподнял брови Бланко, обходя Ивана стороной, но в последний момент останавливаясь с ним рядом, плечом к плечу. — Хотя… думаю, нам обоим будет не до фильма, — и услышав недовольный выдох рядом со своих ухом, Патрик понял, что шалость удалась.