Израненная душа

- Бегите! - Но как же ты?! - Неважно, главное... - мужчина не успел договорить, раздался взрыв, и он, отдавши приказ единственному верному слуге и последний раз поцеловав жену и дочь, убежал в битву. А женщине ничего не оставалось, кроме как верить в то, что её муж останется в живых. - Ваше величество, нам нужно поторопиться. С красными глазами от слёз жена молча последовала за слугой. Сын умер на её глазах. Поэтому хотя бы свою дочь она должна была уберечь. Они долго бродили по дикому лесу, питаясь дичью и кабаном( единственное животное, которое удалось поймать), чтобы запутать следы и заговорщики не смогли бы их найти. Путь беглецов лежал туда, куда обычно ссылали неугодных людей. Там будут искать в последнюю очередь. - Там ваша сосланная мать? Вы уверены? - Да. *** - Ма - ма.. -  трёхгодовалая малышка в мятного цвета комбинизончике аккуратно, медленно, переставляя миниатюрные ножки, шла к своей матери, которая плакала от того, что ей удалось сохранить хотя бы одного члена своей семьи. Буквально по прибытию в газете она узнала , что заговорщики убили короля и дворец в смятении. У неё на руках осталось только одно сокровище  - дочь. Бывшая королева уже хотела вонзить нож себе в горло, но посмотрела в кобельку, где мирно спала малютка, и остановилась. - Прости, прости меня... - женщина взяла маленькую ладошку дочери и заплакала. Девочка росла с одной стороны - в маминой любви, с другой - в ненависти бабушки и её подружек, о причине которой даже не догадывалась. Постоянное давление, неприятие, страх, врождённая молчаливость тяжело сказались на её психике: она металась от одного полюса к другому, пока не остановилась на так называемой золотой середине. От зла и ненависти и слабости к добру и раскаянию и силе. Она рано поняла жестокость жизни. Она рано поняла, что выбора на самом деле нет. Каждый день словно ад. Всё навязано из вне: вера, мораль, религия, книги... Если не хочешь стать объектом всеобщей ненависти и презрения, возглавляемыми преподавателями и "лидерами" класса, нужно сидеть и не отсвечивать. Девочка много раз думала о смерти, желала её, представляя, какое облегчение она испытает, когда наступит последний миг и леди с косой протянет свою тёплую руку. Но каждый раз, когда она брала нож, чтобы порезать вены, рука дрожала и орудие убийства летело в противоположный угол, потому что она боялась боли, боялась доставить мамочке. Отец... у неё не было его. С какой же завистью слушала девочка истории одноклассников о семье, смотрела на счастливые полноценные семьи! Это то, чего Бог лишил её. В конце концов, жить - это её приговор. *** Юноша убегал, следуя за отцом. Сердце бешено колотилось не сколько из-за бега и сражений, а столько из-за страха - страха смерти, страха потерять всё самое дорогое. Да, он будущий наследник трона, но вместе с тем и просто мальчик, запятнанный кровью, его левая рука, держащая меч, с которого стекала кровь, дрожала. "Чем мы этого заслужили?!" - он правда старался не плакать, настолько сильно старался, что не заметил нападавшего. Но, к счастью, отец убил противника. Бои сопровождались землетрясением. Потолок трескался. И облегчение быстро сменилось горем, нет, оно даже не успело наступить: пока мужчина убивал врага, на его сына падала каменная плита. В то время, когда от юноши медленно расползалась лужа крови, показалась мать с дочерью на руках. - Неееееет!!! - женщина упала на колени в истерике. - Мой сын... нет... - мужчина не успел, не понял. В тот момент и до конца насильно оборванной жизни он хотел повернуть время вспять, чтобы спасти любимого сына, чтобы предотвратить весь этот кошмар! - Нет, нам нужно бежать, - кое-как взяв себя в руки, он поднял свою жену и долго уговаривал уйти, хотя бы ради дочери. Умирая, издавая свой последний вздох, король думал, что наконец воссоединится с ним на небесах... *** На широкой кровати с забинтованной головой лежал прекрасный юноша лет четырнадцати. Его лицо было напряжённым, также с него обильно стекал пот. Но долго он не пробыл один: разогнав тишину, двери открылись, и в них показалась ровесница мальчика. Она была настоящая красавица: каштановые волнистые волосы были собраны в хвост, бледная кожа как у больного, пронзительные изумрудные глаза, смотревшие не без боли на мальчика, чудом выжившего и ещё не приходившего в сознание. Девочка одновременно и хотела, чтобы он пробудился и остался в живых, и боялась этого. Что она ему скажет, когда тот придёт в себя? Что отец мёртв, а мать с сестрой пропали без вести, что трон занял самозванец?! И всё это произошло за один день?! Вздохнув, юная красавица принялась меня бинты, обрабатывая раны. Сперва её это очень сильно смущало, но у неё было такое чувство, что это её долг или обязанность. Вовсе не потому, что они знакомы давно и приходились друг другу друзьями, не потому, что были обещаны друг другу до конца жизни... Это было что-то другое, что она не могла пока объяснить.