Тут трагедия

Толпа хорошо прожаренных ребристых кусочков картошки растерянно сбилась в кучу в центре ещё горячего противня. Только что вынесенные на обеденный стол на улице, они с испугом наблюдали за появляющимися на горизонте огромными металлическими приборами. –Это вилки– зашептала картофелинка с модельной шоколадной корочкой на ухо белой, как сливки, и почти развалившейся картофелине, лежащей в самом низу– мне мама рассказывала! Они протыкают тебя насквозь и уносят куда-то. Куда– никто не знает. Ах, что если они повредят мою корочку? Она бережно стряхнула с себя листик укропа и примостилась рядом с подругой, которую не пожалели температура духовки и сливочный соус. Рыхлая картофелинка флегматично приоткрыла один глаз и рассудительно промямлила что-то про их картофельную долю. Затем, стараясь не развалиться, они обнялись и принялись ждать пугающей неизвестности. Внезапный громкий вопль раздался откуда-то с восточной части стола. Один огурец, оперевшийся на край тарелки и поддерживаемый снизу своими собратьями, верещал: —Братья мои!! Как говорил Виктор Гюго? Когда диктатура становится фактом, революция становится правильной!! Сколько мы будем мучиться от позорной неизвестности? Нет ничего тягостней мучительной неизвестности!! Покончим же с этим, братья мои.. СПАСИТЕ! ПОМОГИТЕ! БРАТЦЫ! Блестящий на солнце металлический прибор проткнул его насквозь, и, слегка встряхнув, легко унёс с поля зрения картошечек, которые дрожали от ужаса, ожидая своей минуты. Горячие капли рассола стекали по тем, над кем пролетал внезапно замолкший огурец. Короткие вскрики доносились то с одной, то с другой стороны. Две картофелинки, спустя время привыкшие к ним, спокойно легли в горячий соус и позволили остальному картофелю топтаться по ним. –А знаешь, я устала бояться. Ну да, непонятно. И да, неизбежно. Но если весь смысл в том, чтобы вилки нас унесли, то мне будет страшнее, если моя вилка меня не найдёт– картофелинка закинула руки за голову и кокетливо подмигнула мрачному, брутально подгоревшему с краёв и молочно-белому посередине картофелю. Тот презрительно закатил глаза и отвернулся. – Мдэ, красивый... Но занудный. Грустно. Картофелинка стала разглядывать остальных присутствующих, пытаясь разглядеть интересных личностей. Но даже те, кто ей хоть немножко нравился, были слишком напуганы, чтоб обратить на неё внимание. Тогда картофелинка решила действовать. Она аккуратно расталкивала собратьев, пробираясь вверх. –Эй, тебе жить надоело?– Кто-то придержал её за руку, и посреди всеобщей кутермы она разглядела симпатичного, пусть и сильно подгоревшего картофеля. Пожалуй, он выделялся среди остальных, но ведь именно его твёрдость помогала ему не развалиться. Картофелинка загадочно улыбнулась ему и аккуратно высвободив руку, продолжила подъём. Сверху стол выглядел устрашающе. Орда вилок орудовала над огромным количеством тарелок. То и дело сверху, с пролетающей над ними еды сыпались кусочки сыра или капал огуречный рассол. Капли кем-то разлитого томатного сока медленно впитывались в пару белоснежных салфеток, брошенных кем-то сверху. То и дело раздавались тихие вскрики. Резкий толчок снизу, и картофелинка оказалась в руках у подгоревшего картофеля. –Ой, извини. Решил проводить тебя в последний путь, так что пришлось карабкаться вверх не особо смотря по сторонам. Он спустил её на поверхность и улыбнулся. "А он реально красивый"– подумала картофелька и смутилась, на миг пожалев, что не осталась с ним где-то внизу: –А ты что? Полетать не хочешь? –Меня не возьмут. Вид не товарный. –Смешной, ты просто себя со стороны не видел. Он пристально посмотрел на неё, и она вспыхнула. Но смущение прошло в тот момент, как где-то рядом блеснула вилка. Она судорожно схватила картофеля за руку, но вместо неё на вилку оказался насаженным тот брутальный картофелин, который её проигнорировал. –Как он здесь оказался?–она озадаченно огляделась вокруг. Поле битвы заметно поредело. Но не успела она призадуматься, как что-то острое толкнуло её в бок, и её корочка прохрустела под четырьмя острыми металлическими наконечниками. Огромными от шока глазами она оглядывала свой повреждённый вид. По вилке стекало сливочное масло, капая куда-то вниз. Миг– и картофелинка попала куда-то в темноту, потеряв сознание от страха. Картофель сел на край противня. Безразличными глазами он смотрел на летающие в воздухе вилки, уносящие с собой кусочки еды. Но шума становилось всё меньше. Обессилевший картофель не замечал этого, он потерял сознание от нервного напряжения и потери милой картофелинки. Противень занесли в дом и вскоре всю оставшуюся еду собрали в общее ведро, а через пару минут картофель, так и не пришедший в себя, был разодран на мелкие кусочки острыми клювами куриц, в вольер к которым его вывалили вместе с собратьями.