Дорогой, я дома!

В доме было принято тепло. Жар от плиты, свет электрической духовки, золотистое освещение ламп и аппетитный аромат готовящейся еды наполняли кухню уютом и домашним теплом. Настроение у веснушчатого было довольно приподнято и тот, одновременно умудряясь строгать помидоры в салат и перемешивать рис с гарниром, тихо мурлыкал себе под нос какую-то давно забытую песенку, которую услышал в детстве. За незашторенном окном лил проливной ливень с воющими порывами осеннего ветра и, вроде бы, если прислушаться, то можно было услышать раскаты грома, что только добавляло уюта в атмосферу небольшого домика. Будто, несмотря на то, какой бы моросящей и холодной не была погода на улице, здесь, дома, можно было укрыться от любой непогоды, завернувшись в тёплое одеялко на деване в гостиной, наблюдая за грозой за окном, и прижавшись к боку любимого. Шипение сковородки и тихое пение тепло улыбающегося парня заглушали топот дождя, но вот топот уставших ног за порогом они заглушить не смогли. – Ох! Ка-чан.. Изуку быстро вытер мокрые руки об тёмно-зелёный фартучек, выключая плиту и быстренько доставая запеченую курицу из духовки, чтобы та остыла. Скрежет ключей в замочной скважине и тихий скрип двери, что впускал в чистый просторный коридор шипение капель дождя и до нельзя уставшего блондина. Тот ввалился внутрь, холодными пальцами снимая пальто и вешая её на крючок и разовываясь из лакированных чёрных ботинок. Рабочая сумка была доверху забита разными бумагами и документами, еле закрываясь всего на одну застёжку. – Привет, Ка-чан. Сильно устал? - Изуку с обеспокоенным взглядом заботливо забрал портфель из рук Кацуки, ставя его на тумбочку у шкафа в коридоре. Бакуго, встрепенувшись от такого родного робкого голоса, словно только сейчас обратив внимание на то, что в коридоре он не один. Время ведь уже было позднее и он думал, что Изуку уже давно лёг спать, а тут.. В один шаг оказавшись рядом с любимым, Кацуки придал ойкнувшее чудо к себе, зарываясь носом в шею и шелковистые кудрявые волосы, что пахли спелыми яблоками и клубникой. И тут Мидория, ласково улыбнувшись любимому, нежно прижался к его обветренным губам, поглаживая колючие волосы на затылке, словно забирая всю усталость и тревоги Кацуки. – Я дома.. - взгляд красных, уставших, нг спокойных глаз ласково впился в любимое лицо на против, томно вдыхая его аромат. – С возвращением! Брюнет весело прижался носиком к носу любимого, уводя того в глубь дома. *** Тёплые объятия оплатить чужую талию, нежно огладили мягкие бёдра и выступающие от возбуждения лопатки. Горячие поцелуи, обжигающие шёлковую кожу, покрывали дрожащее тело тут и там, выцеловывая ласковую дорожку от обкусанных губ, до мягких скул, щёк, шеи, ключиц и мягкой груди, что немного вспухла от такой нежной прелюдии. Контраст холодной свежей простыни к раскалённой коже просто огромен. Бакуго, прижимая дрожащего любимого к мягкой кровати. Проводя дорожку поцелуев от груди, по вздымающемуся животу и вплоть до самого паха. Изуку затуманенным от томного возбуждения и предвкушения взглядом наблюдал за тем, как его любимый, усмехаясь, ответно впился в него своими горящими от желания глазами и хищно подцепил клыками резинку домашних штанов, потянув её вниз. – К.. Ка-чан.. – Деку.. Горячее дыхание опалило чужой член. Кацуки, облизнув губы, аккуратно вобрал мягонький ствол, вызывая у Изуку нервное дыхание и томный вздох. Ритмичные движения блондинистой головы взад вперёд и брюнет под ним во всю сладко стонет, нервно подмахивая бёдрами в горячую глотку. Шустрый язык умело облизывал взбухшие венки и нежную головку на дергающемся члене, а губы плотно сжимали пульсирующую плоть, что вызывало у веснушчатого волну горячего удовольствия, сладкие жалобные стоны и невнятные мольбы. Горячие слезы подступающего оргазма скатились по покрасневшему блаженному лицу. Ещё несколько быстрых движений языка по крайней плоти и горячая сперма залила чужую глотку. Короткий глоток и Бакуго хищно облизнулся. – Хах, в этот раз так быстро. Деку.. – Ка-чан.. Изуку, перевернувшись на живот, выпятил свою задницу, сильно сжав кулачки к груди. – Я.. уже подготовил.. себя.. Алый цвет смущения вновь залил веснушчатое лицо, которое Изуку спрятал в простыне. Он ведь знал, что.. Кацуки будет поздно. Что у него на работе будет очень тяжёлый день и тот придет очень подавленным и уставшим. Поэтому он затеял всё это: сытный аппетитный ужин, встретить его пораньше и.. это тоже. Бакуго, на чьём лице играло неподдельное удивление, что охотно подтверждали вскинутые брови и приоткрытый рот, медленно провёл рукой по изящной спине Изуку вплоть до копчика и тут же положил руки на мягкие ягодицы веснушчатого, разводя их в стороны и открывая вид на пульсирующую мокрую подготовленную дырочку. Ахнув зачем-то, Кацуки нежно погладил одну из упругих полушарий, прижимаясь грудью к спине до нельзя смущённого брюнета, что всего мгновение назад громко стонал на всю комнату. – Спасибо.. Деку, ты.. Бакуго, так и не договорив, мягко поцеловал любимого в уголок губ, постепенно углубляя поцелуй и нежно входя в бархатный атлас тела. Сладкий стон утонул в нежном поцелуе. Изуку своими чувствительными стеночками крепко обнимал длинный горячий член внутри себя, шумно вдыхая воздух и сам уже неосознанно насаживаясь. Нежные пробные толчки взад вперёд и громкий умопомрачительный стон раздался на всё помещение. Нашёл.. Кацуки, сплетая руки с любимым и увеличивая скорость, стал нежно вколачиваться в любимое место Изуку, выбивая из него стон за стоном и будоражащих дрожь во всём теле. Многочисленные поцелуи покрывали спину, плечи и затылок веснушчатого. Грубые руки мягко схватили его грудь, прокручивая в пальцах взбухшие чувствительные соски. – Ыах! Ка-чан.. мхах.. я.. А-ах! Изуку, потеряв всякий контроль над собой, стал просто таять в этих нежных ласках любимого со всех сторон и в этом бесконечном горячем удовольствии. Движения становились всё жёстче и быстрее. Кацуки, выпрямившись, приподнял чужую задницу повыше, начиная таранить её бешеными толчками, утробно рыча и крепко сжимая покрасневшие ягодицы. Брюнет под ним, погружаясь в всепоглощающих волнах лавового удовольствия, жалобно постанывал на каждое движение со стороны блондина, ловя своей задницей каждый толчок каменного члена. Ещё несколько движений и смачный удар по ягодице раздался на всю комнату. А вместе с ним и громкий вскрик, полный экстаза и эйфории. Горячая белёсая жидкость заполнила дрожащее от удовольствие нутро Изуку. Рядом с ним послышался удар тела Кацуки об матрас и тот, пытаясь отдышаться от умопомрачительного оргазма, перевернулся на бок прямо к своему любимому чуду, прижимая его к себе и ласково целуя его в горячий лобик. Ох, если бы не тот страстный секс мгновение назад, то Кацуки бы решил, что этот дурачок опять заболел. Но нет.. Он сейчас, причмокивая пухлыми губками, сладко посапывал во сне, прижимая к себе сжатые кулачки. – Хах.. вот Деку.. Прижав его к себе в тёплых объятиях и накрыв их обоих одеялом, Бакуго уложил его к себе на вспотевшую грудь, тоже погружаясь в сладкий сон..