Когда вишня будет цвести…

Неспешным тихим шагом Кира шла к Бяше, обдумывая все, что хотела сказать. Она чувствовала, что часть вины лежала на ней, хоть и не понимала почему. Но и ребята молодцы. Знают реакцию друга, и такую тему поднимают. «Ладно, вдох-выдох и пошла. Не укусит же он?» — Ты как? — девушка встала рядом, оперившись плечом о стену дома. Парень только кивнул, даже не посмотрев на нее. Он просто смотрел в одну точку, прокручивая в руках сигарету, от которой тонкой лентой шел дым. Честно говоря, Кира просто ненавидела этот запах, но никогда не показывала свою неприязнь. Один раз попыталась, и… Сейчас не до этого. Она просто хотела вернуть парня в компанию, не ощущая, что сделала что-то не так. Повисло неловкое молчание, — Слушай, ты извини, я не знала, что это… больная тема, — он удивлено покосился на девушку, — Если б знала, то хоть как-то попыталась… — Забей, — он вновь вернулся к своему делу, глядя вглубь леса, — Я не парюсь, и тебе не советую. Не знала же. — Хорошо… И я уверенна, что ребята тоже не со зла завели об этом разговор, — его губы дрогнули в улыбке, что не осталось незамечено Кирой. — А без «этого» рассказать нормально не получилось бы. Я-то думал: «Раз давно было, может и пофиг уже», а нет, — усмехнулся, — И надо было мне туда лезть, на? — Раз так давай к остальным вернемся? — прохладный ветерок заставил брюнетку спустить рукава свитера, пытаясь сохранить хоть какое-то тепло, — на тебя смотреть холодно… — Я тут родился! Мне холод нипочем, — он горделиво расправил плечи, приподнимая уголок губ — Или кто-то в школу идти не хочет, — она с наигранным укором посмотрела ему в глаза. — Ты что?! — он драматично положил руку на грудь, — Даже в мыслях не было, на, — он приподнял палец, прося подождать минуту, быстро прошел за дом, и также быстро вернулся, но уже без бычка в руке. — Пошли, — Бяша поравнялся с девушкой, и они пошли в сторону крыльца, — А за Изольду Ивановну не переживай, она женщина сильная и такая ерунда ее не возьмет, — Кира кивнула, не став ничего расспрашивать у парня. Пара вошла в дом. На всю кухню были слышны агрессивные перешептывания Ромы и Антона. — Ты понимаешь, во что это выльется?! — по голосу похоже на Антона, но его тон заинтересовал не только Киру, но и Бяшу. Не сговариваясь, они решили затаиться в коридоре, чтобы подслушать разговор. — Если не узнает, то не выльется. Для этого мы это и сделали, — а это Ромка, он тоже говорил вполголоса, но его тон был намного грубее. — Мы?! Так ты еще и Бяшу приплел? — Кира перевела взгляд на парня, но тот только непонимающе пожал плечами, — Зачем все это?! — стукнув по столу, Рома встал и навис над Антоном, что остался сидеть. — Без проверки на вшивость ко мне никто не попадет. Так было с тобой, с Михой, с Тимоном, да с тем же Семеном, и исключений я делать не буду. — И как же фальшивые документы с этим помогут? — Помогут, не сомневайся. — И все же? — Хочу удостовериться кое в чем, — Антона такой ответ не удовлетворил, и он, молча, продолжил сверлить Рому взглядом, — Проверить, трепло она или нет… В школе если с Катькой скентуется, выложит ей все рано или поздно, а там и до слухов недалеко. А потом эти слухи опровергну я, и кто-то окажется в дурах. — То есть ты просто хочешь испортить ее репутацию? — Ха! А ты в ней, смотрю, не уверен, раз так говоришь. Я же сказал: «если», а там уже выбор за ней. — Хреновый выбор… — Антон показательно закатил глаза, — Но ты думаешь, Тихонов ошибся? — Он тут уже не причем. — Поче… Да ну не-е-ет, — его губы непроизвольно расплылись в улыбке, — Я, кажется, понял, в чем дело. Неужели… — Цыц! — грубо перебил Рома, — Не знаю. Но теперь стало интересно. — А Полина? Рома молча вышел из кухни, оставив этот вопрос без ответа. В коридоре уже никого не было.

***

Ребята вернулись на то место, где был Бяша. Ушли они, как только Антон что-то сказал про репутацию, поэтому остальную часть разговора не слышали. Но сказанного Кире хватило, голова кипела от не самых приятных мыслей, ноги сами вели ее наматывать очередной круг. Бяша сидел, откинувшись на деревянную стену, и глазами следил за девушкой. — Кир, не мельтеши, на! Сядь, успокойся, — попытался угомонить ее парень, — Ну такой Ромка человек… осторожный. Девушка делает пару глубоких вздохов и все же останавливается. — Это не осторожность, это бред! — она скрестила руки на груди и вновь задумалась, — Проверка не вшивость… С чего он вообще решил левого человека брать?! — Константина Владимировича слушает. По-своему, но слушает, — увидев непонимание в ее глазах, он продолжил, — Тихонов за всю жизнь уже столько людей повидал — сама понимаешь — их уже насквозь видит… — Не продолжай, я тебя поняла… — Кхм… — неожиданно к ним присоединился сам Рома. Сгорбленная осанка, руки в карманах, сведенные на переносице брови — все выдавало в нем либо приглушенный гнев, либо скрываемое раздражение. И его интонация это подтвердила, — И как это называется? — Душевные разговоры, присоединишься? — на лице брюнетки появилась ехидная улыбка, а Бяша отвернулся, прыснув в кулак. — Прерветесь. Идем уже, — он ушел, даже не обернувшись. Как только хлопнула дверь, девушка выдохнула и присела около Бяши. Головой она уткнулась в колени, а распущенные волосы закрыли ее как шторы. — Как мне в глаза-то им смотреть? — заныла Кира, думая, что ее не слышно, но, судя по смешку парня, он ее услышал. Бяша поднялся и отряхнул джинсы от пыли. — Главное Ромке не пались, на. Остальное не так страхово, — Девушка его слушала, но не подняла головы, — Давай, вставай! А еще взъестся, — сказал юноша, взяв Киру под руки и легко подняв. Брюнетка сделала пару глубоких вдохов и сама направилась в помещение, но ее остановили, — И это, — несобранно начал парень, — Если не захочешь говорить, я могила. Кира слегка удивилась, а после тепло улыбнулась и кивнула.

***

Звенящая тишина воцарилась между ребятами на кухне. Ну а что говорить? Никто не знал. Кто-то хотел начать, но сразу махал головой, будто отгоняя дурные мысли. Напряженная атмосфера воцарилась за столом. Каждый погрузился в свои мысли. «Вот как там бабушка сейчас? У нее правда ничего серьезного нет? Или мне опять не сказали, чтобы не волновалась? А что будет, если сказать ребятам правду? Они просто перестанут со мной общаться? А Бяша? Что ему будет? Он же со мной умолчал. Из шайки выгонят? И как быть? Антон говорил, что это его одноклассники? И малый шанс того, что я попаду к ним в класс… присутствует. А вот Рома… Он же может в один момент репутацию испортить, так? Значит он в школе важная шишка. Значит испортить отношения с ним — это поставить крест на всей учебе. Может два годика это вытерпеть можно? Издевки, обвинения… Блять! Только не это…» Почувствовав, как что-то теплое стекает на ее губы, она инстинктивно слизнула и сразу почувствовала металлический привкус на языке. Удостоверилась она еще и дотронувшись подушечками пальцев до губы. «Кровь.» Кира быстро вышла из кухни и сразу направилась в ванну к раковине останавливать кровь. И давно забытая картина вновь появилась перед ней: белоснежная раковина мгновенно окрасилась в ярко-вишневые пятна. Обычно хватало минуты, чтобы утихомирить организм, но не в этот раз. Кровь не останавливалась. Ни в какую. Спустя еще несколько попыток она просто выключила воду и встала, наклонившись над раковиной. Внезапно чьи-то руки закатали рукава ее свитера, которые уже успели и намокнуть, и испачкаться. А после те же руки нежно собрали волосы девушки. Кира подняла глаза на зеркало, ее отражение было ужасным, вся часть лица ниже носа была в крови как в фильмах ужаса, что они с сестрой смотрели, пока никого не было дома. Но не это удивило девушку, а то, кто стоял рядом с ней. — Не останавливается? — Рома смотрел в ее глаза через отражение. Девушка отрицательно помотала головой, — Умойся и зажми рукой. Тоха за перекисью пошел. Сделав, как сказал парень, они поднялись на второй этаж. В этот момент прибежал и сам парень. В одной руке была бутылочка с перекисью, а в другой рулон ваты. Кира старалась не смотреть на блондина, хоть и видела боковым зрением его обеспокоенное, но в то же время серьезное лицо. Девушку, молча, провели в комнату. По ее руке уже стекала бордовая жидкость, поэтому пришлось все делать быстро. Пока Антон подготавливал вату, Рома подвел девушку к кровати, усадил ее, а после сел сам, положив на колени подушку и уложив на эту подушку Киру. Не успела она толком удивиться, как подошел Антон. Он убрал руку девушки от носа и бережно приложил ватку, чтобы убрать кровь с лица. Все его движения были плавными и аккуратными. Когда тампоны были в носу, Антон ушел на кухню, выкинуть использованную вату. Наконец появился и Бяша. В руках он нес бумажные салфетки, смоченные водой, которые сразу передал Кире, чтобы она могла вытереть руки. Вернулся и Антон. И вновь эта режущая тишина восстала между ними. Но ненадолго. — И давно у тебя такая веселуха?