Когда вишня будет цвести…

      Стирая босые ноги в кровь, девушка продолжала бежать. Слишком длинное белое платье так и норовило попасться под ноги. Ветки деревьев острыми когтями цеплялись за все: за длинные рукава, распущенные волосы, подол надоедливого платья. Над головой послышались громкие взмахи массивных крыльев. А девушка все продолжала бежать. Куда бежать? От кого? За спиной тяжелое дыхание. «Зверь!», — только и приходит в голову. Уже и оборачиваться не хочется. Слезы льют градом, но каким-то образом сил еще хватает. Ели стоят единым туннелем и ведут Киру в неизвестном направлении. Коряги кривыми когтями царапали ноги. Белоснежное платье постепенно становится алым. Но боли нет. Рядом очень не вовремя закрутилось пушистое нечто. Маленький зверёк будто хотел, чтоб на него наступили: прыгал, обгонял, вилял между ног, царапался, а когда понял, что на него обратили внимание, ускорился и свернул на труднопроходимую тропинку, от которой исходило манящее голубое свечение. Не думая, девушка кинулась за ним, проползая под тернистыми ветвями. Было что-то притягательное в этом зверьке. Стиснув зубы покрепче, девушка пыталась как можно быстрее скрыться от неизвестного зверя. Лишь бы то нечто не догадалось ползти за ней. Лишь бы она смогла скрыться. Позади какое-то время слышалось недовольное рычание, но как только девушка смогла выбраться из ветвистого туннеля, воцарилась тишина. Голубой свет освятил целую поляну с цветами. Посередине этой поляны стояло чёрное лиственное дерево, с его веток на тонких паутинках спускались причудливые капельки, которые освещали весь этот клочок земли. Казалось, это самое спокойное место в этом проклятом лесу. А у дерева удобно расположился тот зверёк, который оказался обыкновенным грызуном. — Хорёк? Это ты… спас меня? — тот ожидаемо ничего не ответил, но внимательно смотрел прямо в глаза. Девушка осмотрелась. Весь свет исходил только от странных частичек на дереве, небо закрывали ветви хвои, а в траве сидели светлячки. Их желтое слабое сияние подсвечивало траву и ароматные белые цветы, — Ветреницы… Вроде не сезон. А они цветут, — аккуратно, немного покачиваясь и оставляя за собой алые цветы, девушка шла к дереву. Буквально упав около хорька, девушка полностью ощутила всю усталость, скрытую хорошим адреналином. На смену воздушному белоснежному длинному платью пришло другое — рваное грязное кроваво-красное. Ужасное зрелище. Сил не хватало ни на что. Руки коснулся мокрый носик, а затем с недовольным фырканьем хорек удобно расположился на животе девушки. Это маленькое тепло согревало все тело, навевало спокойствие, тихий вальс светлячков добавлял этой темной ночи особый уют. Легкий тёплый ветерок покачивал светящиеся капельки. Девушка медленно гладила своего спасителя по спине. Тот не возражал: он спал крепким сном, навевая сонливость и на свою новую хозяйку.

***

— Кира! Клянусь, если ты ещё не встала, я принесу ведро! Сколько раз уже звенел будильник?! — разъярённая Катерина влетела в комнату. В полу сонном состоянии Кира сидела на кровати, абсолютно не понимая зачем ее разбудили, — Спящая царевна, за тобой принц прискакал, а ты все в постели. — Мам, тише, пожалуйста. Какая царевна? Какой принц? — потирая виски, вялым голосом спросила Кира. Ей снился такой странный сон. То страшная погоня, то какая-то полянка… — Антон пришёл. Говорит, вы договаривались вместе до школы дойти, — тут же сон как рукой сняло. Будильник должен был разбудить ее за полчаса до прихода Антона, а время уже десятый час, — Что ты сидишь? Одевайся! Антон на кухне. Тебя в школе ждут к десяти. А я на собеседование, — коротко поцеловав дочь в лоб, та ушла. Кира наспех собрала волосы в пучок, переоделась во вчерашнюю одежду и мигом спустилась на первый этаж. «Антон точно сердиться. Я б на его месте была б очень зла. Чертов будильник! Я его специально рядом поставила, но все равно не услышала. Ладно… Вдох, выдох и вперед». На кухне спиной к проходу сидел Антон. Услышав ее несмелые шаги, тот обернулся. На его серьезном лице вмиг появилась широкая улыбка. Прежде чем тот хоть что-то сказал, девушка решила очистить свою душу — Прости, я… — от пристального взгляда юноши захотелось как-нибудь скрыться, Кира уткнулась лицом в свои ладони, — Проспала два будильника. Думала, смогу проснуться пораньше, как вчера, но… — поток извинений парень прервал очень легко: подошел и тепло обнял, заставляя девушку уткнуться ему в грудь. Кира почувствовала слабый аромат парфюма и хвои. «Идеальное сочетание… Так, что за мысли?!», — обещав себе подумать о таких внезапных размышлениях позже, Кира слегка отстранилась от парня. На его лице не было и капли негативной эмоции: казалось, он очень старается не засмеяться из-за чего-то. — Не переживай ты так! Я только-только пришел. Ты выспалась? — все еще находясь в объятьях Антона, Сапожкова неловко кивнула, — Это самое главное! Давай, собирайся, делай что нужно, я подожду. Кире два раза говорить не пришлось, та сразу ушла в ванну и закрылась там. Медленно поднеся руки к своим щекам, девушка почувствовала, как те горели. «И это просто от обычных объятий? Надо взять себя в руки. И умыться…» — включив холодную воду, девушка приступила к утренним процедурам. Времени мыть голову и делать какой-то макияж нет, поэтому девушка переделала пучок, чтоб он казался более аккуратным, и немного подкрасила ресницы. «Блин, а где мой аттестат? И сумку для учебников надо взять. А паспорт? Паспорт в сумочке. И телефон там же.» Кира вздохнула поглубже, вышла из ванной и сразу ушла в свою комнату. Паспорт аттестат и кое-какие дипломы поместились в ее сумочке, а вот куда сложить учебники? Чёрная спортивная сумка мамы уже не раз выдержала вес всех учебников, поэтому выбор пал именно на нее. — Все, можем идти, — оповестила девушка, заходя на кухню. — А завтрак? — Я не голодна, потом поем, — такое у девушки случалось часто, так что повода для беспокойства не было. Но парень попытался настоять: — Не хочешь или боишься опоздать? — девушка промолчала, — Нам до школы ехать пять минут. Может, поешь? Твоя мама блинов испекла. — В каком смысле «ехать»? — переспросила девушка и перевела взгляд на стол, где стояла еще горячая стопка блинов, манящая своим ароматом. — Сначала думал Пятифану позвонить: на его машине было бы проще, — медленно подводя девушку к столу, начал рассказ Антон, — Но решил его не будить, он и так… нервный последнее время. Ну ты помнишь, как он вёл себя вчера, — девушку он усадил за стол, а после налил ей чай из заварочного чайника, не переставая что-то говорить. Удивительно, но это, правда, сработало: Кира без вопросов взяла чашку из его рук и даже немного попила, — Вечером я вспомнил про свой велик. А там шины спущены. Полностью. Представляешь? — Антон и сам сел, пододвигая к девушке тарелку с блинами. Катерина предусмотрительно налила перед уходом Антону чай, от чего он не мог отказаться. Кира кушала, это радовало Антона, но он пока этого не рассказывал, продолжая заговаривать девушку, — Я звоню дяде Игорю… — Прости, кому? — перебила его девушка, скатывая блин трубочкой и окуная его в малиновое варенье. — Отчиму, — спокойно объяснил Антон и, дождавшись кивок от девушки, продолжил, — Говорю, так и так, надо подлатать. Он приехал с работы, посмотрел, и, говорит, тут шины уже, никакие, надо менять. Сегодня после работы привезет новые шины, а пока отдал свой велосипед. Так что транспортом до школы и обратно нас обеспечили. — Супер! А то мне еще учебники сегодня получать, — допив чай, Кира встала, поставила чашку в раковину и теперь она точно готова идти.

***

— Давай сумку в корзину сложим, а ты садись на багажник, — недоверчиво оглядев заржавевшую железную сидушку, Кира осторожно села, пока Антон удерживал велосипед, — Готова? Держись за меня. «А как схватиться? За плечи? Танька как там делала?» — девушка активно вспоминала все свои поездки на велосипеде, но везде катала она подруг, и те держались за все: руки, ноги, грудь, плечи, талия… Талия? Когда та уместила руки в районе рёбер юноши, Антон мягко тронулся с места и свернул на проселочную дорогу. По левую руку было большое поле с высокой травой, кое-где угадывались сине-фиолетовые цветы. Справа — непроглядный лес: перекошенные деревья, густая хвоя и лишь крайне редкие лучи слабого солнца. И пахнет чём-то. Мокрой землей? Наверное, ночью дождь был. — Помнишь как вы с Ромой и Бяшей на кухне болтали? — вдруг решил прервать тишину Антон. — Да, конечно. — Что он тебе наплёл? — это прозвучало излишне серьезно, от чего небольшой холодок пробежал по спине. Но — Много чего: про девочку в гараже, замершего мальчика… — Ясно, — чертыхнувшись себе под нос, он продолжил, — Чушь это все. Я-то думал, он, наконец… — Антон замолчал. — Наконец, что? — Долгая история. Был б я рядом, — не продолжая свою мысль, он свернул в дворик пятиэтажек. До школы остается минут пять, — Ладно. Он много чего сказал. И большую часть приукрасил. Сильно приукрасил. Давай после школы я тебе как есть расскажу? Про Сеню, Вову… — Я знаю, — не подумав, ляпнула Кира. И с каких это пор язык развязался? — Знаешь? Откуда? — Долгая история. Усмехнувшись, он кивнул и больше не затрагивал эту тему. Оставив велосипед у крыльца, и взяв сумку для учебников, они зашли в школу. Деревянный пол поскрипывал под ногами, за ажурной решеткой ровными рядами висели крючки для одежды, а рядом белая будка с недовольным охранником. Хриплым прокуренным голосом мужчина в годах обратился к Кире и Антону. — Вам к кому? — оглядев подростков, мужчина фыркнул, — Линейка на следующей неделе. Домой идите. — Здравствуйте, — золотое правило общения с учителями — «улыбайся, здоровайся, слушай» — Кира применила и сейчас. Натянула миленьку улыбочку и продолжила, — Елена Юрьевна Калинина в школе? Очень нужно к ней попасть. — В школе. В сто пятом ее найдете. — Хорошо, спасибо большое! — Антон сразу медленно пошел к сказанному кабинету, Кира метнулась к нему, — Ты мне еще экскурсию обещал, помнишь? — Конечно помню, — на его лице появилась легкая улыбка, — Буду ждать тебя здесь, — кивнув на лавочку у кабинета, он забрал из рук Киры массивную сумку и отошёл. А в голове девушки всплыла мысль: «Зачем он так носиться со мной? Родители заставили?» Поняв, что она вот так вот просто застыла на месте перед дверью с табличкой «105», она вздохнула поглубже, пару раз стукнула костяшками по дереву и заглянула внутрь. — Здравствуйте, можно? — в небольшой комнатке с одним окошком под потолком было всего три учительских стола: один слева от входа, один у дальней стены и один прямо напротив девушки. Последний и оказался нужным. За ним сидела русоволосая женщина лет сорока с маленькими карими глазами, скрытыми за массивной оправой очков. — Здравствуй. Сапожкова? — спустив очки на переносицу, обратилась она к девушке. Как только Кира кивнула, Елена Юрьевна махнула рукой, мол, заходи. В кабинете, за дальним столом сидела давно знакомая Лилия Павловна — мама Катьки Смирновой. Та сидела, в своих неизменных очках в оправе «лисий глаз», уткнувшись в какие-то бумажки, и, кажется, вообще не заметила, что к ним кто-то зашел, — Доставай документы сразу, внесу твои данные. Как Изольда Ивановна? Давно ее не видно. — Она в больнице из-за планового осмотра. Скоро вернется, — доставая все нужное, ответила девушка, пока завуч искала бумаги для заполнения. — Дай Бог ей здоровья! А теперь с тобой разберемся, — забрав аттестат из рук девушки, она начала вслух зачитывать оценки, — Математика — четыре, физика — пять, русский язык — пять, литература тоже пять… Так, давай четверки считать: математика, история, химия. Хороший аттестат, молодец. Тогда определяем тебя в десятый «Б» класс. Первого сентября будет известно твое будущее расписание. — Леночка, а как же мой класс? — вдруг включилась Лилия Павловна, — У меня двадцать учеников, а у Тамары двадцать пять. И сколько моих на медаль идут? Ни одного! — И что теперь? — завуч всплеснула руками. — А то. Мне тоже ученики нужны, — эта перепалка все больше походила на детсадовскую, — Ко мне Антон пришел в середине года. И ничего. Приняли его ребята. А в параллели два года назад новенькая пришла — хорошенькая девочка — совсем загнобили бедную, — женщина покачала головой, вспоминая не самые лучшие времена. Сказать, что Кира чувствовала себя лишней в этом диалоге, — ничего не сказать. Но неприятный осадок от рассказа остался. Да, не новость, что дети бывают жестоки, но Кира, где-то в глубине души, надеялась, что эта участь обойдет ее стороной. — Все, хорошо, в «В» класс ее пишу. С тобой спорить себе дороже… — уже тише добавила завуч, доставая новые бумаги. «Зачем она устроила этот цирк?» — подумала девушка, медленно переводя взгляд на Лилию Павловну. Женщина еле заметно улыбалась, искоса смотря на Киру. «И все-таки эти очки ей очень идут».

***

Выйдя из кабинета, можно было вздохнуть спокойно. «Наконец-то это закончилось» — первое, что пришло в голову. Улыбка медленно сползла с лица. В груди появилась какая-то тоска. Вроде не все так плохо. Новая жизнь, новые друзья… И почему она начала скучать только сейчас? Может, до этого момента ещё не появилось полное осознание… всего! — Как все прошло? — внезапно появившийся Антон слегка напугал девушку. «Две тети ругались как малые дети. А ещё я домой хочу…» — хотя кому это интересно? — Нормально. Теперь я ученица десятого «В» класса. — Мы всё-таки в одном классе будем? Замечательно, — с искренним восторгом в глазах сказал Антон. — Ага, не отвертишься от меня. — А я и не пытаюсь. Ну что, идем? — девушка кивнула, и они направились обходить школу с самого верхнего этажа.