Научи меня всему что знаешь!

Вдоволь наговорившись с родителями и выпив 4 по счету кружку чая, Антон пошёл собирать вещи. Сложив в спортивную сумку все самое необходимое (он придерживался данного плана, ибо все остальное можно в случае надобности докупить в Питере) парень собирался ложиться спать, но ещё в тот момент когда узнал эту невероятную новость, понял — эта ночь будь бессонной. Антон лежал в своей кровати, кажется в последний раз. Будильник прозвенит ещё только через два часа, но за всю ночь парень так и не уснул. В голове крутился рой мыслей: Что ждет меня в Питере? Что будет в новой школе? Что за город Санкт-Петербург? Появятся ли у меня друзья в новой школе? Сильно ли изменится моя жизнь? (Говоря о последнем пункте —ты даже не представляешь на сколько…) Но так же, к нему только сейчас пришло осознание того что он уезжает от своей жизни за сотни километров. Уезжает из родного дома, родного города, от друзей, школы, от Иры в конце концов. и последняя мысль болью отзывалась где то в груди. Он не то что бы любил эту милую девчушку, но уж точно успел привязаться за эти годы что они были знакомы. Особенно больно стало когда Антон понял в какой именно день он будет расставаться с ней. В день ее рождения. В день когда мы собираем вокруг себя самых близких. А он в этот день пропадёт из ее жизни. Вы скажите, ну он же не на Марс улетает, а всего лишь в другой город, они же могут продолжать общаться и все такое. НО! Тут уже подключается принципиальность Антона, он хоть и не любил ее, но жалел и желал ей только лучшего, а потому не хотел мучать не себя не ее. Но лучше резко содрать пластырь с этой раны. Отпустить. Разойтись. Жить каждому свою жизнь. Легко сказать) как только Антон представлял как будет говорить это девушке так его сразу же передёргивало, вот представьте в день рождения вы получаете такое сообщение: «С днём рождения, Ира! Счастья, здоровья, удачи тебе во всем! Прости, но нам надо расстаться, я уезжаю за сотни километров от своей прошлой жизни и вряд ли снова сюда вернусь. Не ищи меня, живи свою прекрасную жизнь! Ты достойна лучшего!» Набирал Антон стоя на перроне Казанского вокзала. Он оставит все это здесь. В Москве. Так будет лучше для всех. 4:45 «Поезд Москва-Санкт-Петербург отправляется через 15 минут. Просьба пройти на посадку.» —послышался женский голос из громкоговорителей. — Антош, нам пора! Скорее! —взволнованно вещала мама, подхватывая Антона под локоть. Поправив на плече сумку Антон последовал за родителями к платформе поезда. 4:55 Антон занимает своё место у окна, откидывается на спинку кресла, втыкает в уши наушники. В плейлисте играет такая подходящая под всю ситуацию, но как может показаться такая не подходящая парню песня Мари Краймбрери «Питер». 5:00 Поезд тронулся. Через пол часа за окном уже пропадают пейзажи шумной столицы. Светает. На дворе конец мая, впереди лето, солнце, счастье. 8:40 За окном виднеются очертания города. — Уважаемые пассажиры, поезд прибывает в город Санкт-Петербург через 20 минут. —спокойным тоном произнесла молодая бортпроводник в фирменной форме. — Тош? Ты как? —поинтересовалась мать — А? Все хорошо. — Ты какой-то задумчивый. Переживаешь из-за Иры? —как же все-таки материнское сердце тонко все чувствует. — Ты правильно поступил, Антон, — улыбнувшись кончиками губ произнёс Андрей Сергеевич. — по мужски. Ты не стал мучать не ее не себя, это достойный поступок. Поддержка близких тебе людей, особенно это касается семьи и в частности родителей — это лучшее лекарство от сметений разума и сердца. Антону легче от осознания того что они все понимают, не лезут с лишними расспросами, а дают самому плыть в этом потоке перемен. 9:00 Ступив на перрон все того же, как и десять лет назад, Витебского вокзала, Антон вдохнув полной грудью воздух, прикрыл глаза от наслаждения. В воздухе витал аромат перемен, приближающегося лета, чьих-то легких фруктовых духов, пледов и чего то знакомого. ШАУРМА! Завопили в один голос Шастун старший и младший. Поймав пару косых взглядов, Антон профейспалмил: — Шаверма, пап, шаверма. — со знанием дела сказал парень. — Ты думаешь их из-за названия так перекосило? — Мальчики, —начала мама таким тоном будто обьясняет пятилетке что нельзя засовывать пальцы в розетку— вы в культурной столице России на минуточку, кто ж так орет? —улыбнувшись сказала женщина. Но они уже не слышали. Мужчины со всех ног кинулись к заветному ларьку аромат от которого разносился на весь вокзал. — Две, нет, три шаур, —начал было старший получив тычок локтем в бок— шавермы, пожалуйста. Спустя минут 15 расплатившись они проучили заветные свертки лаваша, а по простому просто еду богов. Как же наверняка странно выглядят мужчина в солидном костюме, женщина в строгом платье и двухметровая шпала в джинсах и безразмерном худи, из-под капюшона которой торчит копна золотистых кудрей, увешанная сумками, с кучей браслетов и колец на руках, с капельками соуса на одежде, идущая к тонированному Rolls Royce… очевидно очень комично. Весь путь от вокзала до нового дома Антон рассматривал Питер. Смотрел и не мог насмотреться. Каждая улочка, дом, то как солнце играло в его окнах бликами, все это заставляло Антона испытывать самые тёплые чувства. Примерно через сорок минут машина подъехала к пятиэтажному сооружению остановившись перед подъездом, то есть простите — парадной. Поднявшись на верхний этаж, отец открыл дверь в квартиру и то что увидел парень совершенно не соответствовало ожиданиям… старая трешка, с таким же старым ремонтом. Порежь вбежал в квартиру, и остановившись посередине коридора начал кружиться расставив руки так будто хочет обнять весь мир. Но весь мир ему был не нужен, сейчас он сгрёб в охапку своих родителей крепко прижимая их к себе, тараторя что-то неразборчивое, но точно с позитивным и даже благодарственным окрасом. — Ну всё, всё, задушишь —отстранившись от сына и похлопав его по плечу с улыбкой до ушей произнёс Андрей. Мама тоже улыбалась приобнимая мужа за талию. — Выбирай комнату, Тош. — мягким голосом сказала мама. Недолго думая парень кинулся к самой дальней двери, распахнув ее понял, что вот — вот она, его комната. Это даже не сравнить с тем что было в Москве. Она была маленькой, но такой уютной. Лучи солнечного света прорезали пространство сквозь большое окно, и знаете как это бывает, когда в них видно каждую пылинку, вот это завораживающее зрелище наблюдал сейчас Антон. Скинув а плеча спортивную сумку он плюхнулся на кровать выбивая тем самым ещё больше пыли. — Апчхи! —поморщился он словно котёнок. Из коридора раздался тихий смешок проходящей мимо матери.