Handcuffs & Feelings

Американский тур был в самом разгаре, когда ребята были вынуждены остановить его и уйти на самоизоляцию. Некоторые мемберы сделали тест, который показал положительный результат на вирус. В целом, все чувствовали себя хорошо, но безопасность превыше всего, ведь они проводят почти все двадцать четыре часа в сутках вместе. Поэтому даже было удивительно, что результаты не всей группы были положительными. Время на самоизоляции пролетело незаметно. Ребята сидели в своих комнатах, смотрели фильмы и ели вкусную еду, которую им приносили менеджеры. Хёнджин сутками напролет рисовал, атакуя общий чат фотографиями своих работ; три рача созванивалась по видео связи, обсуждая уже следующий камбэк и заглавную песню; Минхо устроил себе челлендж, и даже когда он с кем -то созванивался, то качал пресс или делал планку; в то время как Феликс, Сынмин и Чонин играли в онлайн игры, отключаясь только глубоко после полуночи. Самоизоляции ребят была недолгой — уже через несколько дней они приступили к жёстким репетициям, потому что потеряли драгоценное время из-за карантина. Программа была отработана и выучена еще в Сеуле, но, как и любые артисты, они хотели быть на высоте и поразить фанатов своим звучанием и синхронностью движений. Репетиции были насыщенными, поэтому даже у самых крепких начали сдавать нервы. Все это выливалось в небольшие стычки и ссоры из-за мелочей. Сильнее всех на этом фоне выделялись схватки, именно ожесточенные бои, разведенной парочки, которая в этом сезоне будто ненавидела друг друга сильнее. Их ссоры не могли не расстраивать всю группу, а лидер и вовсе готов был выть от того, что его команда грызется между собой. Именно поэтому ему пришла чудесная идея по сближению коллег, то есть друзей, перед предстоящим концертом. Бан Чан навсегда запомнит выражения лиц Минхо и Сынмина, когда он защёлкнул пушистые черные наручники на их запястьях. Он знал, что эти двое готовы закопать его на заднем дворе стадиона. — И что это значит? — Минхо лишь приподнимает правую бровь, ожидая ответ своего хёна. — У вас времени до завтрашнего обеда, чтобы наладить отношения. — Чан хмыкает, всем своим видом давая понять, что он непреклонен в этом решении. — Мы все очень устаем в туре, но из-за вас еще больше. Опешившие Джисон и Хёнджин решили подать голос, но их перебил Сынмин, который нашел в себе наглость задать вопрос, интересовавший всех присутствующих. — А откуда у тебя наручники? На лице Чана появляется яркий румянец — он как-то не подумал о том, что мемберы могут задаться вопросом о появлении этой интересной вещицы в его чемодане. Чонин тут же начинает кричать, что дед Чан сошел с ума, в то время как неразлучные Феликс и Чанбин громко аплодируют своему лидеру. Конечно же они уже все представили в ярких красках в своей голове. Чан не будет комментировать свою личную жизнь, которую ему и так сложно скрывать от семи любопытных младших братьев. — Это. Не ваше. Дело. — Чан сладко улыбается, ставя точку в этом вопросе. Если его младшие братишки самоубийцы, то зададут его еще раз. — Хён, я не думаю, что это гуманный способ решения конфликта. — Сынмин поправляет очки. — Тем более, мы живем в разных комнатах и нам придется... — Я перееду к Нини! — Феликс широко улыбается, демонстрируя ровные зубы. — Минхо хён, не благодари. Ли сразу же прячется за широкой спиной Чанбина, поймав недовольный взгляд хёна, которому он сделал подлянку. Феликс даже не будет отрицать, что сделал это специально — он просто не мог пройти мимо возможности отомстить вредному хёну, который временами очень пугал его; иногда в зале, когда они репетировали новую хореографию и Феликс не мог попасть в ритм с первого раза. — Вы издеваетесь? — Минхо неожиданно громко рявкнул, привлекая внимание менеджеров, которые, впрочем, были не против подобного метода воспитания от Бан Чана. — У меня тренировка вечером, а потом запланирована ванна нижней части тела! Вы хотите, чтобы мы ванну с Сынмином принимали? Вместе? Хёнджин скривился — возможно, он увидел в своей голове то, что видеть он вовсе не хотел. К его панике присоединился Чонин, который ненавидел всем сердцем фанатскую одержимость фан сервисом и не видел в этом смысла, ловко уворачиваясь от объятий своих хёнов — сложно быть самым младшим в группе. — Дискуссия окончена. Сейчас мы едем в отель и, пожалуйста, — Чан переводит взгляд на Чонина, Феликса и Джисона, а затем обратно на Минхо и Сынмина, — отдохните сегодня. Не играйте допоздна и не смотрите аниме. Завтра нам нужно выложиться по максимуму ради стэй. Понятно? Ребята все дружно кивнули и отправились к машине, попутно собрав свои вещи. За стадионом уже стояли фанаты, которые хотели хоть одним глазком увидеть своих кумиров, но машины были припаркованы очень близко к служебному входу на случай, если кто-то попробует приблизиться к артистам без разрешения. Минхо и Сынмин дернулись в противоположные стороны, о чем тут же пожалели. Сынмин негромко ойкнул, а затем потер запястье. К нему начало приходить осознание, что он буквально приклеен к хёну и не может даже в уборной побыть наедине со своими мыслями. Из раздумий его выдергивает сладкий голос Минхо, не предвещающий ничего хорошего. — Сынминни… дорогой мой… — Минхо шумно дышит через нос. Говорят, что это помогает справиться с агрессией. — Ты уснул? Двигайся. — Это то, что вы будете говорить друг другу этой ночью? — Чанбин хохотнул, проходя мимо друзей, после чего ему в спину полетели маты Минхо и кроссовок Сынмина, причем кинул его Минхо. Ребята приехали в отель и разошлись по своим комнатам. Минхо, не дав Сынмину и шанса подумать, резво пошел в сторону своей комнаты — ему нужно было переодеться и спуститься в зал на нижнем этаже, где его уже ждал тренер. — Блять, я ненавижу этот день. — Ким шепчет себе под нос ругательства, вваливаясь в комнату приятеля, вход в которую ему был заказан. Он пытается оглянуться, но ему не позволяют. — Ты что, в туалет со мной собираешься идти? — Нет, блять, я буду терпеть до завтра. — Минхо завязывает младшему глаза полотенцем и спешит пояснить свои действия. — Это чтобы не подглядывал. — Уверен, что ТАМ, — Сынмин усмехается, — не на что смотреть. Ли даже не стал спорить с младшеньким, который был бы удивлен, узнав, что у Минхо все в порядке со всеми частями тела. Парни спешно спустились на первый этаж, не заставляя тренера ждать еще дольше. Минхо неловко объяснил ему, что сегодня они с Сынмином идут комплектом и с этим ничего не поделать. Все, что парни услышали в ответ от своего американского тренера: "Это нормально, когда парочка хочет укрепить свои отношения. У меня нет проблем с этим". Обоих перекосило. Тренировка была выматывающей. Минхо специально выкладывался по максимуму перед Сынмином — каждое его движение было четким, красивым. Рядом с ним Ким чувствовал себя неловко, потому что в отличии от своего хёна не был фанатом спорта и предпочитал проводить время в студии с гитарой или микрофоном в руке. Шансы накачать руки у него были только благодаря гитаре, которую ему приходилось носить от общежития до агентства. Тренер похвалил артистов за выносливость и пожелал им удачно завершить "челлендж парочки", отчего оба снова смутились, но с интересом посмотрели на реакцию друг друга. Обоюдное пожирание взглядом было прервано сообщением в общий чат от Хёнджина, который спрашивал жив ли еще Минни или же старший Ли уже закопал тело и им придется искать нового восьмого участника на завтрашний концерт. Ответ пришел незамедлительно — Ким сделал селку с хёном в лифте. На фото была квадратная улыбка Сынмина и недовольное лицо Минхо. Лучших доказательств ребятам и не нужно было — все начали отправлять в чат смеющиеся эмодзи и стикеры. — Если это всплывет в сети, ты ведь понимаешь, что одними фанфиками мы не обойдемся? — Минхо закатывает глаза. — Иногда они бывают интересными, — замечает Ким, — и, тем более, это же творчество… — Я бы слабо назвал творчеством какой-то вымысел, где один из нас делает интересные вещи другому. — В доказательство своих слов Ли звонко шлепает младшего по ягодице, отчего сам же получает шлепок по плечу. В дверях комнаты Минхо ребята столкнулись с Феликсом и его чемоданчиком. Сентябрьский близнец Хана почти пищал от восторга, увидев разведенную парочку вместе — он был президентом их фандома и нередко листал комментарии или видео с их упоминанием. Феликс пожелал спокойной ночи друзьям и вприпрыжку отправился в свою новую комнату — у них с Чонином был грандиозный план устроить себе спа-вечер и заодно испробовать новую игру, которую они скачали в Америке. — Нам нужно сходить в душ, но я жутко устал. — Минхо выдерживает паузу. — Может, помоемся вместе? Сынмину захотелось лягнуть старшего, но на задворках своего сознания он услышал: "А в чем проблема?" Ким слышал от многих айдолов, что те принимали душ по несколько человек в целях экономии воды или времени. Поэтому уже через пару минут парни стояли в стеклянной кабине, неловко отводя взгляды от обнаженных тел. Минхо не бросил ни один взгляд на Сынмина, по определенным причинам. Он не готов был сегодня разбираться еще и со своими чувствами. Когда как Сынмин с любопытством опустил взгляд, припоминая предыдущий разговор — он остался доволен. — Хён, передай кондиционер для волос. — Сынмин трет глаза, потому что ненароком провел ладонью в пене по лицу. — Блять, щиплет-щиплет. Парень ноет, пока Минхо пытается ему помочь промыть глаз. Пушистые наручники уже давно промокли и больше напоминали мокрую кошку, чем изысканный аксессуар, который Бан Чан использовал для того, чтобы разнообразить свою личную жизнь. — Да не вертись ты! — Минхо крепко прижимает Сынмина к стене, заглядывая в красный глаз. — Все еще щиплет? — Прошло. — Ким мямлит, старательно не думая о том, что они стоят слишком близко друг к другу. — Ты какой-то красный. — Минхо хмурится. — Вода горячая? — Нуу, — Сынмин собирает остатки своей гордости, — ты стоишь слишком близко и твой член трется о мое бедро. Это немного неловко? Минхо приоткрывает рот в немом "о" и делает шаг назад. Следующие пять минут они домывались в тишине. После душа оба были заняты уходом — практически каждый день им наносили макияж, поэтому парни вынуждены были делать правильный уход, чтобы кожа была в отличном состоянии. Первым нарушил тишину Сынмин. — Хён? — Парень мнет край пижамной рубашки. — Мы в порядке? — Минхо снимает повязку с головы. — В смысле мы помылись вместе и это странно, да? — Все нормально, Сынминни. Не забивай свою чудесную головушку. Ли лохматит темные волосы соседа и тянет его в спальню — близилось время сна. Сынмин как обычно записывал свои впечатления за день в личный дневник, пока Минхо листал твиттер, натыкаясь время от времени на посты, где фанаты шипперили мемберов группы. Каждый пост, где мелькало фото Сынмина с кем-то он скроллил с удвоенной силой, что не скрылось от цепкого взгляда Сынмина. — Если тебе это не нравится, то лучше не заходить в твиттер. И даже не пытайся открыть тикток — Феликс показал мне парочку видео… — Я не против, просто мне не нравится… — Минхо пытается подобрать слова. — Что там я? — Сынмин неловко улыбается. — Хён… я нравлюсь тебе? Минхо стремительно краснеет и начинает ворчать, что ему просто не нравятся подобные посты, но теплая рука Сынмина, контрастирующая с металлом наручника касается его руки, отчего воздуха в комнате становится значительно меньше. — Феликс мне говорил, что ты не просто так цепляешься ко мне. Это правда? — Глаза Сынмина горели огнем. Он начал понимать, что все их стычки были не просто плохим настроением Минхо или же не желанием самого Кима идти на контакт. — Ты ответишь? Минхо на секунду забывает, что они прикованы друг к другу наручниками и дергается в сторону, чтобы встать с кровати, но тут же садится обратно, когда пушистый аксессуар начинает сжимать запястье сильнее. Ему, действительно, неловко, но он старается держать лицо. — Ты такой надоедливый, знаешь? — Минхо улыбается как-то по-доброму и зачесывает волосы свободной рукой. — Да, ты мне нравишься. Доволен? Теперь пришло время Сынмина краснеть — он не был готов услышать признание, которое ему пришлось по вкусу. Он не будет скрывать это. — Это… приятно? — Сынмин улыбается, отчего сердце Минхо пропускает удар. — Заткнись. — Ли швыряет одеяло в сторону своего соседа, но тут же осторожно снимает его. — Прости. Сынмин не может сдержать смех. Он впервые видел хёна таким неловким, о чем тут же спешит поделиться с ним. Минхо нетерпеливо выключает свет, погружая комнату во тьму. При отсутствии освещения не будут видны его алые щеки. — Я впервые видел тебя таким неловким, хён. Это забавно. — Это была разовая акция, завтра на концерте я тебя достану. — Режим охотника за задницами? — Я не такой предсказуемый, Ким Сынмин. — Минхо жмурится, когда теплые губы касаются его. Это был невесомый, едва ощутимый поцелуй, но он почувствовал приятное покалывание. Воздуха в помещении стало еще меньше. — Что это было? — Поцелуй. Спокойной ночи, хён. Впервые за долгое время Минхо спал спокойно. Ему понадобится много сил на концерте в Сиэтле, чтобы сделать его незабываемым.