Руки

Лучи закатного солнца проходили через окно маленькой подсобки, освещая эту комнатку. Пылинки хорошо было видно в этом золотом свете. Тепло и тихо. Нет, громко. Громко шелестит одежда, трется о бархатную, белую кожу аса, громко стучит сердце связующего, громко, громко, слишком громко. Тренировка уже закончилась, все игроки расходились. — Акааши! Останешься со мной потренировать удары? — раздался голос Бокуто в почти пустом зале, отдаваясь эхом в ушах Кейджи. — Бокуто-сан, вы не устали? — спросил связующий тихим, но слышным голосом, поворачивая свою чернявую голову в сторону капитана. — Ты смеешься, Акааши? — удивился Бокуто, перестав пасовать мяч в стену. — Если не хочешь, то придется тебя заставить! — он подбежал к Акаши, широко улыбаясь и держа мяч под мышкой. — Не переживайте, Бокуто-сан, я и не собирался отказывать. Когда Акаши это говорил, Бокуто повернулся в сторону сетки. Его брови были приподняты, уголки губ также невольно тянулсь вверх, волосы стояли торчком, только некоторые пряди прилипали ко лбу из-за пота. Широкая спина то увеличивалась в объеме, натягивая ткань формы, то уменьшалась — чарующий процесс дыхания. Озаренный лучами вечернего солнца, входящими через огромный окна спортивного зала, Бокуто и сам был похож на луч. Акааши давно заметил такую его особенность. Жидкое пламя в глазах — природный огонь, теплота его взгляда и улыбки, всегда горячие руки. — Капитан, уберете потом мячи, раз остаетесь здесь! — крикнул, уходящий человек, кто, уже было непонятно, из-за захлопнутой двери. — Ха-ха, слышал, Акааши? Ты же не против остаться чуть подольше? — прикрикнул Бокуто, чуть поворачивая голову в сторону связующего. — Нет, Бокуто-сан, — произнес Акаши, улыбаясь про себя. Некоторое время дополнительной тренировки уже прошло. Запыхавшийся, но не отчаявшийся Бокуто, не мог пробить уже третий мяч. Футболка, часть спортивной формы, прилипла к спине. Акааши смотрел на него, не отрываясь. Он на автомате подбрасывал ему мяч и следил за движением четко очерченных мышц: двуглавая мышца плеча содрогалась, после того, как тяжелая ладонь аса соприкасалась с мячом, так же сокращалась и плечелучевая, дельтовидную можно было увидеть под воротником формы, мышцы шеи напрягались в ответ на движение руки. В прыжке Бокуто Котаро выглядел потрясающе, с этим поспорить не мог никто. Приземлялся он тоже превосходно: слегка приседал, чтобы избежать травмы колена, а после, гордо поднимал голову, устремляя взгляд на команду противника. Но сейчас что-то пошло не так. Резко опустившись на землю, ас остался сидеть на полу, держась за ногу. — Бокуто-сан! Что случилось? — спросил Акааши, подбегая к Котаро. Янтарный взгляд пострадавшего устремился прямо в глаза связующего. В нем не было боли, но какая-то слабость, как показалось Акааши, присутствовала. — Акааши, кажется ничего серьезного. Наверно, судорога. Бокуто произнес — как отрезал. Медленно встал и был готов тренироваться дальше. Однако, взглянув на испуганного Акааши, понял, что это произойдет нескоро. — Нет, Бокуто-сан. Вам нужно отдохнуть. Сейчас мы пойдем в раздевалку, — связующий уже повернулся в ее сторону. — Но Акааши! Со мной все хорошо! Я крепкий. Не нужно идти в раздевалку! — резво произнес Бокуто, со своей фирменной улыбочкой. — Бокуто-сан, — Акааши сдаваться не собирался. — Я не могу это так оставить. На носу соревнования. Пойдемте, я сделаю вам массаж. Кейджи повернулся в сторону Котаро, чтобы посмотреть на его реакцию. Бокуто был удивлен, но не более. Слегка округлил глаза, приподнял брови и широко улыбнулся — привычная для Кейджи сцена. Акааши развернулся и своим быстрым шагом пошел в сторону мужской раздевалки, спустя доли секунды услышал за собой шаги капитана. Тяжелая дверь отварилась и представила взгляду связующего привычную картину, состоящую из скамеек, шкафчиков и двери душевой. Акааши вошел внутрь и принял ожидающую позицию около одной из скамеек. Бокуто быстро вошел в помещение, вслед за Кейджи, и стал около него, ожидая приказа. — Садитесь, Бокуто-сан. Бокуто сел. Лавка была низкая, поэтому асу пришлось немного раздвинуть ноги, чтобы удержать равновесие. Кейджи опустился перед ним на колени, взял в теплые ладони голень Котаро и опустил пальцы на уровень пяточного сухожилия. Акааши принялся разминать эту область поперек, постепенно заставляя нежную кожу краснеть. Затем, ладони стали подниматься вверх, слегка надавливая на икроножную мышцу. Под пальцами Акааши чувствовал, как перекатываются волокна поперечно-полосатой ткани. Нервы в ней передавали возбуждение прямо в мозг капитана, что заставило его слегка дернуть ногой. Но руки Акааши крепко держали ее. Кейджи поднял взгляд на Бокуто, который, казалось, все время смотрел на него. Капитан улыбнулся и еще раз дернул ногой. Акааши вернулся к делу. Ладони опять опустились к сухожилию, и пальцы принялись медленно разминать мышцу круговыми движениями, поднимаясь вверх. Они были направлены от краев к середине, с целью размять икроножную мышцу полностью. Эти несложные движения он повторял несколько раз и, к его удивлению, Бокуто все время молчал. Очень необычно. Акааши решил не обращать на это внимание, а сосредоточиться на голени капитана. После окончания массажа, Кейджи провел кончиками пальцев сверху вниз по гладкой, на этот факт он обратил внимание только сейчас, ноге Бокуто-сана. Легкая щекотка опять заставила Котаро дернуть ногой, опять Акааши поднял на него свой взгляд, но теперь лицо аса изменилось — красные щеки выдавали его с головой, а глаза не светились своим янтаным блеском, а были спрятаны за веками. Тогда связующий что-то понял и решил, что пойдет ва-банк — повел пальцами выше, все еще наблюдая за реакцией Бокуто. К коленям. Длинные пальцы легко скользили по черной синтетической ткани наколенников — капитан взглотнул. Медленно они двигались к шортам, заползли под них — ас сильнее зажмурился. Он оторвал взгляд от лица Бокуто и решил перевести его на тело. Чужая кожа обдавала невероятным теплом, она была белая, только пару раз тронутая горячим летним солнцем. Акааши сводила с ума эта близость, интимность этих прикосновений. Пальцы продолжали свои движения. Но их прервали. Прервали тяжелые вдохи сверху. Ладони выскочили из-под черной ткани. Что это? Бокуто сидел, откинув голову назад. По красной шее текла капелька пота, а кадык судорожно дергался с каждым глубоким вдохом и сглатыванием слюны. После недолгой паузы, Котаро поднял голову. Его глаза отливали золотом в тусклом свете закатного солнца, рот был слегка приоткрыт, а щеки и уши покрасневшими. — Все хорошо Бокуто-сан? — слышать голос Акааши было слишком неожиданно после долгой тишины. Немного глухой, с хриптоцой он прозвучал для Котаро с невероятной громкостью. Ответ последовал не сразу. — Да, продолжай, — и опять закинутая голова открыла Акааши вид на крепкую шею аса. Эта просьба не была проигнорирована. Длинные пальцы возобновили свои движения. Поддевая резинки наколенников короткими ноготками, прокладывали себе дорогу дальше. Огладив спрятанные под тканью колени, Акааши, точнее его пальцы, забрались под них. И вот, ненужные более, они опустились на голень, открывая Акааши поле для дальнейших его исследований. Смуглые ладони смотрелись на внутренней стороне бедер Котаро красиво, так, будто их там давно не хватало. Поглаживания вперед и назад, легкие касания под коленями, тяжелое, с нажатием, движение на внутренней стороне бедра — все это как-то отражалось на таком эмоциональном капитане: то он громко выдохнет, то дрогнет всем телом, то мурашки побегут. Ближе к шортам. Под них. Мешают. Ладони продолжали оглаживать внутреннюю сторону бедра, все ближе подбираясь к чужому естеству, замеченного внимательным связующим. Оно пульсировало, завязывалось узлом где-то в животе, отдавало жаром в груди — возбуждение. Ком в горле ощущался, проглотить тяжело. Оба чувствовали это, оба пытались получить больше. Акааши слегка приспустил шорты капитана, перед ним черные боксеры с выразительной выпуклостью. Длинные пальцы ощупали ее, прикосновение сопровождалось шумным выдохом сверху. Накрыв стояк Бокуто ладонью, Акааши принялся массировать плоть круговыми движениями, с каждым разом нажимая сильнее и сильнее. Котаро уже расплылся на этой лавке, все сильнее выгибаясь в пояснице, все плотнее прижимаясь членом к руке Акааши, все громче постанывая. — Акааши. Сними их, — на удивление твердо сказал Бокуто. Акааши послушался. Зацепив пальцами резинку трусов, он с усилием потянул вниз. Бокуто, который слегка приподнял бедра, шумно выдохнул, когда ткань освободила его член. Акааши обеими ладонями повел по бедрам аса, оттягивая удовольствие. Медленно пальцы подбирались к стояку, пока тот уже изнемогал от недостатка ласки, пульсируя и покачиваясь в воздухе. Наконец в руке Кейджи был член капитана, который уже сочился смазкой. Пальцы, неплотно сомкнутые, размазывали ее по стволу, медленно. Постепенно Акааши делал хватку сильнее, хотя двигал рукой так же медленно, выводя Бокуто из себя. Бедра аса сами долбили в кулак Кейджи, а поясница все сильнее прогибалась от каждого движения. Этим беспорядочным движениям положил конец Акааши, схватив бедро Бокуто свободной ладонью, с силой вдавив его в скамью. Голова беловолосого, до сих пор откинутая назад, с усилием поднялась, представив Акааши красное мокрое лицо капитана. В его глазах уже не было видно жидкого пламени — виден был только пепел зрачка. Акааши сделал хватку плотнее и с силой провел по члену вверх и вниз. Котаро с шумом выдохнул, положил голову на плечо и попытался толкнуться, но ему помешала ладонь связующего. Акааши, видимо, решил свести Бокуто с ума — начал двигаться ритмичнее, большим пальцем надавливая на розовую головку. От былой неуверенности не осталось и следа. Котаро уже не стесняясь стонал вслух и шире раздвигал ноги, ища больше удовольствия. Свободная рука Кейджи, до сих пор мявшая бедро аса, переместилась ниже, теперь легко поглаживала мошонку. Легкие стоны перешли в полноценные грудные. Бокуто, готовый кончить с минуты на минуту, сильнее выгнулся в пояснице и замычал. Яйца поджались, а все тело забилось мелкой дрожью. Финал, как ошеломляющая вспышка, накрыл его. С громким грудным стоном Котаро излился в руку своего связующего, сперма растеклась по пальцам, которые он так обожал, несколько капель даже попало на покрасневшее лицо Акааши. Не переставая дрожать, ас еле двигая языком произнес: — Хо-ро-шо. Лучи закатного солнца проникали в раздевалку, обрамляя мягким светом белую кожу ног Бокуто. Около него на лавке сидит Акааши и держит его за руку, переплетая пальцы. Солнце движется вдоль горизонта. Лучи освещают их скрепленные ладони. А в воздухе, все так же подсвечиваемые, летают пылинки. Тихо.