Попробуй меня вытерпеть.

      Я разогналась наверное до предела, легко обгоняя прохожих и громко хохоча. Сзади послышался хлопок, и я почти тут же снизила скорость, стирая тормоз об асфальт. Парень матерился, вставая с дороги и отряхиваясь. Я надменно осмотрела его, подъехала ближе.       - Гони сотку, Джеймс, - усмехнулась я, осматривая парня. Надо же, каких-то пару минут назад он бил кулаком себя в грудь, говоря, что его доска куда маневреннее роликов, ну не идиот ли?       - На, отъебись, - он сунул мне в руку смятую бумажку, развернув которую я убедилась, что это действительно сотня долларов.       Меня схватили за локоть, и я тут же обернулась и отдернула руку, встречаясь с серыми строгими глазами воспитательницы.       - Эшли, я разве не говорила на счёт походов в парк? Тебе места во дворе мало? - женщина скрестила руки на груди.       - Мало, - хмыкнула я, просовывая сложенную купюру в сумку с кроссовками. Я не боялась, что меня отчитают или накажут, мне было максимально плевать. Во дворе действительно мало места, учитывая, что там бегают дети.       - Переобувайся, скоро смотрины, - кивнула она на сумку, не переставая смотреть прямо мне в глаза.        - Какие к черту смотрины? Я миллион раз говорила, что родители мне к черту не сдались, - я была достаточно рассержена.       Сколько раз меня ни забирали — постоянно возвращали. То я слишком энергичная, то слишком грубая, то ещё что-нибудь, но небыло ещё такого, чтобы меня просто забрали и я осталась в семье хотя-бы на месяц.       - Люди, которые хотят посмотреть на тебя и пообщаться, приедут через пару часов, - диктовала она, пока я натягивала кеды. ‐ Опять защитой пренебрегаешь? - она села около меня на корточки, заглядывая в глаза и кивая на ноги, где уже запеклась кровь. - Есть же наколенники. Так сложно надеть?       - Сложно, - буркнула я, закидывая сумку на плечо, на что женщина решила не обращать внимания. И чего она прикопалась? Меня лично все устраивает, я не так часто падаю, чтобы облеплять себя защитой.       Хелен (так зовут эту женщину), была безумно добрым человеком, в какой-то степени именно она меня воспитала и дала все то, чего мне не дали родители. В приюте я была её любимицей, однако ей это не мешало отвесить мне подзатыльник или отчитать за очередной побег. И я, и она прекрасно знали, что я убегаю только к друзьям, только, чтобы покататься, никогда в голове небыло мысли сбежать из приюта навсегда. А зачем? Одежду дают, кормят хорошо, не давят по поводу учёбы.       О себе же могу сказать только то, что зовут меня Эшли Кимберли Хеллман, что мне 17, и что я до смерти люблю кататься на роликах. Общаюсь я в основном с мальчиками, поэтому меня часто в толпе парней принимают за пацана с отросшей шевелюрой.       - Сейчас вернёмся, и ты приведешь себя в порядок, ‐ на этот раз она даже не посмотрела на меня. - Октавия и Сэми Уилсон хотят посмотреть на тебя и пообщаться. Не наложай, бога ради, ‐ теперь она повернулась ко мне лицом, в её глазах читалось сожаление и боль. Сколько раз меня возвращали? 20? Она хочет, чтобы мне жилось лучше, но мне и так хорошо, тем более, пока она рядом.       И теперь сумка с роликами падает куда-то в угол, а я беру спортивные штаны и толстовку, на смену шортам с футболкой, как раз не будет видно разбитых коленей. Хватаю полотенце и выхожу из комнаты под пристальный взгляд соседки по комнате.       После душа ко мне подлетает Хелен с перекисью, которой уливает мои колени так, что мне кажется, что они щас вывернутся в обратную сторону. Я шиплю, воспитательница усмехается.       - В следующий раз будешь брать защиту, - утверждает она, а после дует на раны.       - Обязательно, - я заказываю глаза, морщась от дичайшей боли от этой долбанной жидкости.       - Тогда я буду обрабатывать йодом, чтобы не ёрничала, - Хелен хмурится, встаёт и отходит от меня, а-ля обиделась. Иногда я сомневаюсь в том, что она действительно старше меня, что ей не 10, а 36, и что она является моим воспитателем, а не наоборот. - Расчешись, заклей ноги пластырями и приходи в 22 кабинет, Уилсоны уже ждут, - строго произнесла женщина и удалилась.       Ждут, говоришь? Не дождутся.       У меня уже есть определённая тактика, и я знаю, что надо делать, когда меня хотят забрать. Взрослые не любят, когда дети курят, верно? Значит надо показать свое пристрастие к сигаретам, даже если его нет. Сказать по правде, я не курю, ибо лёгкие мне нужны здоровыми, но пачка сигарет и зажигалка валяются под кроватью не с проста. Достаю одну, поджигаю, и, заливаясь дичайшим кашлем, пытаюсь выкурить, чтобы от меня несло сигаретами. Соседка по комнате морщится, но молчит, продолжая листать журнал.       И вот наконец-то я докурила эту несчастную сигарету. Кидаю окурок в окно и подхожу к зеркалу. Расчесаться? Ещё чего. Конечно я не должна выглядеть плохо, просто немного взъерошеная и с запахом табака, я думаю, этого достаточно, чтобы они отказались.       Выхожу из комнаты, пропуская вопрос "ты куда?" от соседки мимо ушей, и направляюсь в этот несчастный 22 кабинет. Около него стоит Хелен, которая сразу же обращает на меня внимание.       - Эшли, ты в своём уме? - говорит она, когда подходит. - Ты опаздываешь, - хватает за локоть и подводит ближе к кабинету.       - А мне кажется нет, - бормочу себе под нос, закатывая глаза.       - Почему не расчесалась? - начинает судорожно поправлять мои волосы и расчесывать их пальцами. - И от тебя дико несёт! Ты что, курила? - смотрит своими строгими серыми глазами прямиком в душу, ожидая от меня хоть какого-то ответа. Я же лишь усмехаюсь. - Идиотка, - шипит женщина, начиная что-то искать в своих карманах. По итогу достаёт жвачку, пихает её мне в рот и ждёт, пока я начну жевать. Мне ничего не остаётся делать, кроме как начать шевелить челюстью. - Пойми, это ради твоего же блага! - продолжает она. - Что тебе сможет дать приют? Ни нормального воспитания, ни образования. Уилсоны богаты, они смогут дать тебе все, чего ты пожелаешь.       - Все, чего я пожелаю? - усмехаюсь, отвожу взгляд в сторону. - Так пусть проваливают, им здесь не рады, - выплевываю жвачку в урну, после чего одариваю Хелен слегка злостным взглядом и захожу в кабинет.        Как только я ступила ногой в комнату, сразу же увидела трое улыбающихся лиц, которые бесстыже пялятся на меня, хлопая глазами. Одним из них был бородатый мужчина, второй же была худощавая пепельноволосая девица лет 28, что я сочла странным, ибо мужчине явно больше 45, ну а третьим лицом являлся директор, который был готов на все, лишь бы избавиться от такой как я обузы. Я скривилась, когда дамочка мне помахала, и с высоко поднятой головой прошла к свободному месту возле моего директора. Как ни крути, прошла я мимо Уилсонов, а те слегка поморщились. Ну да, кому понравится запах сигарет? В своей голове я уже коварно хохотала, ведь их это явно не устроило, поэтому буду продолжать. Я села, на меня косо посмотрел директор. Он очень хотел, чтобы меня забрали, да пошёл он. Пусть и дальше хочет.       - Ну-с, это наша Эшли, -  директор указал на меня, смотря в широко открытые очи этой семейки, которые были немного в шоке от такого "эффектного" появления. Но даже после этого по их глазам читалось, что оба ни капли не передумали меня забирать. -  Очень интересная девушка, милая и энергичная.       Около получаса этот старик заливал парочке о моих достижениях в спорте, о том, какая я вся распрекрасная, о моем якобы хорошем характере. Пепельноволосая мадам с каждым новым рассказом обо мне улыбалась шире, хлопала своими зелёными глазками, а мужчина сидел практически без эмоционально. Конечно, директор умалчивает о многом. Он не говорил им о моих побегах в скейт-парк, не говорил о моей бунтарской личности, не говорил о любви перечить всем и делать все по-своему. Я ему доставляю проблемы, и ему это явно не нравится, отчего он и решил хоть кому-нибудь меня впихнуть.       - Ладно, мы прийдём завтра у часу, нам надо кое что собрать и обдумать, - лепечет дамочка. Ну наконец-то, мне уже надоело сидеть тут. И зачем я тут находилась, если за все это время мне не задавали никаких вопросов?       И после того, как всё разошлись, меня отпустили в свою комнату. Лёжа на кровати, очень много думала о этой паре. Ну и зачем я разыгрывала этот спектакль с сигаретими? Только хуже себе сделала, давясь этой гадостью. И ладно, это ещё не всё, что я сделала. Вариантов много можно придумать, как их переубедить. А для этого, надо выспаться для равтрашнего дня.