Вместе

      В комнате душно, жарко и пахнет смазкой. Люмин нехотя встаёт с кровати, открывает окно и оборачивается, встречаясь с взглядом пронзительных зелёных глаз. Хитрый прищур, смазанные стрелки и чужая помада его на губах вместе дают милый образ, несмотря на недавние грубые, резкие действия. Его слова, до дрожи пошлые и двусмысленные, до сих пор всплывают в памяти, заставляя тело покрыться мурашками.       Прохладный воздух заставляет поёжиться, Люмин возвращается в постель и ложится неподалёку от детектива. Берет его за руку и прикрывает глаза. Без лишних слов. Тишина сейчас как раз кстати.       Шорох. Ещё один. Хэйдзо приобнимает путешественницу, заставляя положить голову себе на грудь, и накрывает их обоих одеялом. От подобной нежности Люмин тихо смеётся, расплываясь в улыбке, и целует покрасневшую от укусов шею.       — Люми-ин, — тянет Хэйдзо. Её прикосновения хоть и несут лишь невинный мотив, однако тело детектива реагирует на это уж слишком ярко.       — Я тебя не трогаю, — она быстро возвращает голову на место, оставляя мысли поцеловать его. Его пошлый настрой ещё не до конца сошёл на нет, так что лучше быть осторожней в действиях, чтобы не пришлось снова просить быть нежнее. — Лежу, никого не трогаю, — Люмин посмеивается, когда её волосы вновь приводят в беспорядок руки Хэйдзо.       Ноги предательски подрагивают. Поза наездницы хороша, однако довольно энергозатратна. Под конец Люмин зачастую буквально падает в объятия Хэйдзо, не в силах встать ещё секунд тридцать. Во время страсти усталость не особо замечается, но... Да, к сожалению, придётся ещё учиться и учиться, чтобы добиться желаемого результата в сексуальном плане. А Хэйдзо с радостью поможет с практикой. Путешественница вздыхает и проводит рукой по чужой кисти. Руки вновь сплетаются в замок, и она удовлетворённо прикрывает глаза. Хейдзо целует Люмин в макушку. Волосы, взлохмаченные и наэлектризованные, будто бы с ними поиграл котёнок, щекочут нос. Он чихает, заставляя путешественницу вздрогнуть от неожиданности.       — Люми, — в ответ слышится тихое мычание. — Я тебя люблю.       — Хейдзо, — голос сонный, совсем невинный. Настолько прекрасный, что детектив готов слушать его вечно. — Я тоже люблю тебя. Но хватит лапать мою грудь, это, знаешь ли, смущает.       Голос звучит немного недовольно, отчего Хэйдзо тихо смеётся, но руки послушно убирает. Что поделать, спать так спать. Ему тоже завтра надо будет пойти с Люмин на поручения.       Хэйдзо не успевает даже пожелать спокойной ночи, путешественница уже уснула. Её голое тело выглядит просто божественно, хочется провести по нему рукой, задев все «следы», что оставил на ней, но детектив быстро оставляет эту мысль. Этим он может заняться завтра, а пока Хэйдзо, вновь накрыв Люмин одеялом, что успело сползти, тоже погружается в сладкую дрёму.       Ночь в чайнике спокойна, дарит умиротворение и комфорт.

***

      Хэйдзо недовольно стонет, пытаясь оттереть от лица стрелки. Хотя это, скорее, похоже на размытые коричневые пятна, издалека похожие на синяки. Очередной ватный диск летит в сторону, и детектив начинает бурчать под нос.       — Я говорила тебе стереть макияж, — сонный голос Люмин заставляет встрепенуться. Хэйдзо оборачивается, встречаясь с взглядом золотых глаз. — Напомни, что ты тогда ответил?       Детектив стыдливо отводит глаза в сторону, положив руку на шею. Да, вчерашняя ночь полна воспоминаний. И постыдных тоже. Люмин усмехается, наблюдая за реакцией партнёра, и, закутавшись в одеяло, встаёт с кровати. Неспеша походит к Хэйдзо, целует его в висок и расплывается в улыбке.       — Первый ящик справа. Хорошо отмывает макияж, даже водостойкий, — и вновь целует, но в этот раз в щеку. — Заодно скрой «последствия» твоих просьб.       Последнее предложение она шепчет, будто издеваясь, и кусает за мочку уха. Руки проходятся по открытым бокам, слегка царапая нежную кожу, задевая засосы и следы от укусов. Хэйдзо откидывает голову назад, расслабляясь. Сам не замечает, как начинает стонать и стыдливо притихает, замечая в отражении зеркала довольное лицо путешественницы.       — Надеюсь, сегодня у тебя нет гостей? — ему бы не хотелось быть пойманным с поличным каким-то другом его любимой путешественницы.       Рука скользит по голому торсу и чуть обхватывает пах через шорты, недавно натянутые на скорую руку. Стон вырывается неосознанно, заставляя Люмин самодовольно усмехнуться. Язык проходится по шее, оставляя мокрый след и вынуждая Хейдзо вздрогнуть.       — Хватит увиливать от вопросов, Люми, — Хэйдзо резко поворачивает голову и оказывается затянут в поцелуй. Нежный, спокойный, пусть и несколько напористый.       — Никого нет, не волнуйся, — язык проходится по чужой губе, знаменуя окончание поцелуя. — Так что можешь не сдерживаться.       Рука поглаживает бедра, изредка якобы невзначай задевая член детектива. Хэйдзо нетерпеливо вздыхает, решая сопротивляться, и тянется к ящику, про который говорила Люмин. Какая-то бутылка с прозрачной водой выглядит похожей на мицеллярное средство, так что детектив принимается за дело.       — И правда, — удивлённо вздыхает он, когда от остатков макияжа не осталось и следа, — прекрасное средство. Что это?       — Водка, — Люмин целует висок и наконец отходит, оставляя тело парня в покое. — Подарок от... старого товарища.       — Странное название.       — Возможно, — Люмин жмёт плечами, наконец скидывая с себя одеяло. Уже стоит одеваться, поручения сами себя не выполнят.       Уточнять, что водка — это «огненная вода», которая считается очень крепким алкогольным напитком, путешественница не стала. Всё равно такие подробности ни к чему.       — Думаю, тебе стоит надеть другую футболку, — бросая взгляд на ткань на полу, а затем на тело детектива, говорит Люмин. — Открытые бока тебе ни к чему.       — Тоже верно, — ватные диски летят в мусорное ведро, и Хэйдзо оглядывается на Люмин, уже натянувшую на себя платье. — Идём?       — Краситься не будешь?       — А смысл? После поручений всё равно одна прелестная девушка пустит все мои труды насмарку, — он подмигивает, вставая с насиженного места.       Люмин усмехается, хватая детектива за руку, и целует. Верно, сегодня они собирались провести день вместе, так что макияж здесь ни к чему.