Мокрая Птица, или приключения пьяного барда

Среди деревьев и шумов родился серый котёнок с розовым ротиком и громким визгом. Мокрая птица- кусочек меха с непропорциональности растущим мехом, который был слишком длинным на коленях и ели-ели пробивался у ротика. Но котёнку всё равно, он красивый и ходит с палкой, кусая взрослых и ударяя их по ногам. Два янтарных глаза озорно смотрели на соплеменников, когда он выпрыгивал из кустов на своих одногодок и кусал из за уши, а те, вместе с ним котились по грубой каменной поверхности и визжали от наполняющей грудь радости. Он пытался пасти овец, но единственное, что у него получилось, это чудом сохранить жизнь большей части стада, спустя три дня одиночного похода-вывоза пушистого скота. Он пытался собирать ягоды, но заснул мордой в корзине, а когда проснулся, то был уже вечер и он передавил своим подбородком все ягоды. Он пытался следить за котятами, но за ним самим был нужен глаз да глаз. В целом-бесполезный глупый котёнок, которым всем мешал. Ничего необычного, многие котята в его возрасте такие. Но, однажды в деревню зашёл старый кот, его рыжая шерсть выцвела с годами странствий, а сам он пропах далёкими землями, алкоголем и женщинами. Племя уже хотело выполнять было чужака, но старая Три Дуба наскочила на кота и принялась приветствовать своего любимого брата, который ушёл, когда был совсем молодым. Старый бард по имени Долгий Ливень сильно запал в душу Мокрому, от чего маленький серый котик начал преследовать старика. Ливень играл на своей лютне, которую он бережно гладил, каждый раз протирал перед сном, называл её своей любовью и в целом ценил больше жизни, эти прекрасные мелодии-единственное, что успокаивало котёнка. Он сидел долгими вечерами, обучаясь игре на инструменте, собирал все яркие безделушки, ожидая ночи обмена, в которую выбирались здоровые коты и кошки, чтоб они пошли представлять своё племя, во время этой ночи происходили ужасные торги, во время которых происходило всё, а что не происходило, то произойдёт на следующих торгах. По правде, они немее официальны, чем звучат, многие племенные жители переходят в чужие племена, чтоб обзавестись второй половинкой и семьёй, какие-то товарищи специально, ещё в начале торгов, находят милых партнёров на всю ночь, не обращая внимание на огромную ярмарку. Хоть ночь была и одна, на которой официально разрешалось торговать, на место приходили продавцы ещё за пару дней, чтоб установить свои палатки и продукты на продажу. Семья Мокрого Дождя не была исключением, они пришли за три ночи до начала, когда только самые опытные торговцы приходили, чтоб занять самые лучшие места. Котёнок сложил в свой мешочек всё, что заработал за этот год, дрожа, ожидая начала ночи, рядом с его мешочком был мешочек с большим количеством драгоценностей, который принадлежал Ливню, он тоже попросил купить себе новую лютню, старая, хоть и была его любовью, но отслужила своё. Ночь была прекрасной, всё началось с ритуального костра, несколько пар шалили сыграть свадьбу прямо там, их одновременно обьявили официальными молодожёнами, а родители новоиспечённых суженых уже заплакали. Мокрый же с интересом смотрел на мелкий ножик у невесты незнакомого кота. Дальше, коты начали пляски, один за другим все выходили хвастать своими умениями, танцами, дыханием огнём и фокусами, кого-то уже обокрали второго в кустах бутылкой трахнули. Мокрый прошмыгнул к прилавкам и нашёл два прекрасных инструмента, они блестели в свете свечей, а воск, который накапал на них, придавал новым лютням своего шарма. «Чего смотришь? Выбирай!»- невысокая кошечка сидела на табуретке и курила трубку, её чёрная шерсть начала обретать первые седые волоски, что делало её ещё прекраснее. «Они две!»- он подпрыгнул на месте, размахивая пушистым хвостом. Сейчас Мокрый уже не был котёнком, ему было почти тринадцать лет, шерсть на его лице приобрела красивый вид, но детское очарование круглых глаз ещё манило своей невинностью. «А на что меняешь?- котик выложил всё своё богатство, а тут было чем похвастать! От вырезанной из дерева самодельной трубки для курения, до пары драгоценных камней,- Я беру камушки и трубку!- быстрая лапа забрала себе всё что хотела и изумрудные глаза, стали рассматривать котёнка,- А чем платить за вторую будешь?» Мокрый стал буквально мокрым от стресса, он думал, что заплаты за всё, и начал дрожать, чувствуя как слёзы начинают вырываться из него, но продавщица посмеялась над ним, потрепала по пушистой макушке и сказала: «Шуруй к родителям, красавчик, в первый раз, за красивые глазки бери, мне это барахло не надобно». Он бережно сложил две лютни в уголке палатки родителей, тут было уютно, их семья продавала разные склянки с лекарствами и благовонными, каждое из них пахло очень ярко, но его нужно было поставить в помещении на пол часа, чтоб убрать из него запах. Каждый год к их лавке подходят в первые минуты и сметают все товары, зная, что эти запахи чертовски хорошо снимают овечью вонь везде. На этой ярмарке котик лишился не только своей первой самоделки из дерева, обменяв её на лютню, но ещё и невинности, с той-же продавщицей, уже под утро. Всё-таки ему пришлось отдать долг за вторую лютню. Ливень был доволен учеником, который пришёл в середине дня, с вырванной его партнёршей шерстью, смущённо прижатыми ушами и двумя лютнями. Игра на лютне, то-что позволяло ему сосредоточится в дни, когда всего вокруг было слишком много, а Мокрому надо было усидеть на месте, к четырнадцати годам его отправили на меняльник как представителя-барда, там, он встретил знакомую кошку с её мужем, у неё уже был видный животик, а у её супруга горделивый вид, он явно был горд тем-что скоро станет отцом, на нём был всё тот-же ножик, и естественно, он не удержался от кражи мелкого оружия. Естественно, он за это получил по ушам от родителей, но уже потом. Мокрая птица наслаждался разлетелись, играл и танцевал с другими бардами, одной молодой паре он подарил деревянную игрушку в виде кролика, которая издавала нежный звон, намекая, что знает об беременности одной из супруг. Но, через пол часа гуляния и закупок Мокрый понял, что не видит толпу подростков, а точнее почти не видит ни одного своего одногодку, который пришёл на праздник, хотя каждый год их очень много. Тот начал искать между лавок и набрёл на шумное место. Это были три дерева у корней которых валялись разбитые бутылки с алкоголем и одеждой, он быстро влез на дерево и увидел всех тех подростов. Дай бог в кого-то их них был прикрыт пах одеждой. «Опа! Мокрый! Ты тот бард с клана далёкого дождя?- заинтересованно спросил незнакомец, на что он энергично закивал головой.- Раздевайся и айда к нам! Тут не приветвуется лишняя ткань» Котик слез и бережно сложил свои вещи под одним из кусов, прикрывая промежность пушистым хвостом. Эти три дерева-настоящее место разврата, алкогольного опьянения и дурацких баек. Каждый тут сидящий пытался продемонстрировать свою ловкость прыгая на нижних ветках, не боясь упасть, влюблённые залазили к верхушкам и мурчали там, кто-то занимая сексом, кто-то, пьяный лежал у корней. Мокрый сел к какой-то молодой компании, где он познакомился со Снежным Зайцем. В момент, когда Заяц нежно трепал его макушку и улыбался, демонстрируя выбитые клыки, тот понял про что пел Ливень в своих песнях, называя это «первой любовью». Ночь, как на зло, была слишком короткой, чтоб Мокрый мог налюбоваться своим возлюбленным, по этому, в рассвет он с горечью и сонливостью покидал те три огромных дерева, и пришёл к родителям. Они поспят с ним пол часа, а, затем соберут все свои вещи и уйдут из сказочной ярмарки. Один месяц за другим он сочинял песни, делал их дерева игрушки для котят и, с горем по полам, учился охоте, ожидая следующую ярмарку, но, его первая любовь его даже не узнала, он был с другой кошкой и танцевал с ней на свадьбе, а когда Мокрый подошёл, чтоб поздороваться, Заяц сказал, что планирует сбежать со своей возлюбленной в путешествие по свету. По этому через год, и через два прекрасного кота с белой шерстью и небесными глазами он не видел. В девятнадцать лет, когда у всех молодых котов максимально играет в голове тараканы и те часто меняют свои племена и кланы, чтоб ”найти себя и свою любовь” Мокрый не думал об этом, он помогал своему учителю есть, укладывал старика спать и с горечью смотрел, как тот-кто научил его всему терял свой рассудок. В его последнюю ночь Долгий Ливень звал свою сестру, жалобно моля о помощи, а когда успокоился и уснул он отошёл в мир иной. Громче всех выл Мокрый, он всегда видел рыжего кота своим героем, своим всем в этой жизни, а сейчас, стоя над учителем он видел в нём жалкого старика с путями глазами. Он похоронил его сам, как единственный приближённый. Бард раздел кота, расчесал серебряным гребнем спутанную шерсть и сложил руки Ливня на его груди отдав мертвецу в поход в иной мир только лютню. Вокруг учителя он разложил круг из камней, на каждый из них положив цветок, а после, закончив подготовление к ритуалу тот принялся за его выполнение. Взяв лопату Мокрый вырыл небольшую сосну, повалил её на бок и отчистил корень от земли, с горем пополам притащив ее к телу он, одним движением, проткнул тело деда в животе и на его лицо брызнула кровь, она была уже холодной. С грязными лапами и кровью на лице тот сел у тела учителя и начал играть на своей лютне. Последние слова песни он произнёс рыдая, чувствуя как слёзы заполняло его рот, а после, почти без сил кот ушёл в своё племя. Те кто хоронили своих близких часто выглядели как он, потрёпанными, заплаканными и с грязными лапами, все в его племени проходили это, а те кто не прошли пройдут. «Так вот про что ты говорил, когда ушёл сестру хоронить,- Сказал Мокрый, сидя в горячей воде источников, через два дня после захоронения Ливня.- Нести чужое тело не тяжело, проткнуть деревом тоже, а вот уйти»,- он вздохнул и нырнул в ”ванночку” а головой, жмуря глаза. Быть в лагере невозможно, тут всё пахло ливнем, каждый кот, каждый уголок, любая овца носила в себе запах старого кота, что сводило Мокрого сума. «Я хочу покинуть клан,- заявил он матери, ну как заявил. Пришёл к целительнице в палатку, принеся ей букет фиолетовых цветов, тех цветов-что приносят уходящие. Он стоял перед ней на коленях, молчал с минуту, не смея заглянуть в её золотые глаза, но, набрался смелости и поднял морду от пола.- Я собираюсь уйти в путь, сказав это только тебе» «Всё в порядке, я понимаю»,- кошка положила свою руку на макушку своего котёнка. Даже, спустя года, она видела в нём малыша, который пищал у неё в руках. Они распрощались и Мокрый ушёл с двумя тряпками, которые и одеждой язык не повернётся назвать, травами, которые помогут ему в первые месяцы прожить самому и не умереть от простой царапины, кожаной флягой с водой, сумкой, ножом и лютней. Три дня он шёл без слов, с одними мыслями в своей голове, с тревогой, на четвёртый день, когда он проспался в кусах он вышел к бескрайним степям, в которых была длинная трава и запах свободы, тут он почувствовал облегчение, тут начался его путь. Охотился Мокрый из вон рук плохо, по этому первые две недели перебивался грибочками и ягодками, каждый раз моля удачу об отсутствии отравления, но, он пришёл в одну милую деревню полуросликов. Небольшие человечки радушно приняли барда, ведь тот давал детям себя погладить и играл им песни, чтоб те не скучали, а в замен его угощали свежим хлебом. Кот с большим удовольствием рассказывал детям о своих приключениях и учил их лазать по деревьям. Мокрого забавлял факт того-что он легко держал почти любого ребёнка в одной своей Лапе. Спустя два месяца проживания в деревне, тот начала понимать основы языка полуросликов, те начали ему рассказать об легендах побережья континента рядом с ними и от истреблённых Гноллов, было страшно слышать об этих легендах. Мокрый ушёл от полуросликов спустя три месяца проживания с невысокими человечками и пошагал дальше по свету. Мягкие лапы ступали по разгорячённым солнцем камням и отмывшему в ночь песку, хоть это и приносило лёгкий дискомфорт в начале пути, но примерно, через пол года таких путешествий с остановками в небольших селениях, чтоб поесть и поспать лапы стали гораздо грубые и полностью привыкли к ежедневным нагрузкам. Через год от начала пути Мокрый пришёл к берегу и услышал то-о чём рассказали его родители и покойный учитель-шум моря. Он успокаивал, каждый раз, когда вода наковала грубый грунт и омывала гладкие камни он с наслаждением прикрывал глаза и втягивал в себя побольше воздуха, чтоб закрепить в своей памяти волшебный берег. Крут показалось, что он нашёл своё место в жизни, в рыбацкой деревне табакси. Прийти в бар и завоевать сердца местных труда не составило, некоторых котов он знал и видел на торговой ночи, другие знали его совсем котёнком, это были его соплеменники, которые ушли в странствие по своему острову, но пока не вернулись в деревню, или решили совсем не возвращаться. Оказалось ловить рыбу даже легче чем диких голубей, но первое быстрее. Голубям подкинь хлеба на пол, покорми их плесневелыми крошками пол часа, а затем хватай того-что под лапы попался, то рыбе усади червя на крюк, закинь удочку в правильное место и наслаждайся отдыхом, пока не клюнет. В первую неделю прибывания в милом городке он напросился жить с какой-то старухой, денег у него было мало, от чего тот убирал весь дом и снаружи привёл его в порядок, чтоб милая бабуська в красоте и комфорте жила. А та кошка оказалась хорошим рыбаком, она хоть и не рассказала ему своих секретов в ловле, но зато основали обучила. Досуг в деревне у него был ленивым. Кот вставал до рассвета и шёл с бабушкой и тремя удочками к причалу, они залазили на лодку, привязанную к столбу в воде, и мокрые отчаливали подальше в море, кидали якорь, подкармливали вчерашним ужином рыбу и начинали рыбачить. Когда солнце уже встало и начинало пригревать те понимали, что пора завтракать, а тут всё уже зависит от того-что Мокрый и бабушка вчера с вечера приготовили, это могла быть остывшая твёрдая каша, съев кусок которой отдашь остальное рыбам, а мог быть и хороший остывший супчик, иногда и сама рыба, которую они с прошлого вечера приготовили, идёт на завтрак. После, уже когда становилось невыносимо жарко бабушка отгоняла лодку к берегу, а мокрый всю рыбу собирал в одну железную тару, и с ней на пару тащил до дома, потом, до самого вечера они её продавали и меняли на другую еду, мясо животных, которых охотники сегодня привезли и рыбу солили и паковали в старые стеклянное банки на зиму. В целом, эта бабушка ему стала второй мамой, она всегда продавала и носила деньги в дом, пока Мокрый целыми днями убирал дом или рыбачил у берега. С первыми днями осени пришла и короткая засуха, она всегда длиться не более месяца, а потом ближайшие леса и степи у морского берега заливают ливни, во время таких непогод кот выбегал на песочный берег и лежал под дождём и засыпал, после этого он болел как тварь, то естественно, но Мокрому нравилось мочится. Поздней осенью он ушёл и с деревни, распрощавшись со старой бабушкой и сел на рыбацкий корабль, чтоб приплыть на континент. Обычно судно не подходило даже на пару километров к огромному материку, держась с ним рядом, но, когда Мокрая Птица заплатил им пару лишних его высадили на новые земли. Именно здесь он почувствовал, что до конца своих дней потерял связь с родными горами, своей семьёй и своей первой любовью. Сам он пошёл к низу континента. Первые дне недели его преследовала тревога, он был наслышан о дурацких истериях, из-за чего не отходил от берега, питаясь мелкой рыбой, которая выбрасывалась на берег, или креветками, которых ловил по утрам у каменных пляжей, но, постепенно рацион из морепродуктов привёл Мокрого к тому-что он не мог какать, от чего кот направился глубже в лес, ища разные плодовые деревья. На удивление, найти кислое подобие яблок ему удалось, от чего он их набрал так знатно, а потом половину выкинул, ибо у кота мышц особых никогда много не было. Потом, спустя месяц странствия и начала холода, тот решил обустроиться у одного заброшенного лагеря. Тут было две могилы, на которых лежали черепа убитых. Халабуда из гнилых веток уже не укрывала, по этому кот начал застилать ветки еловыми ветками, от чего, минимум, его не продувало ночью. Ловить и сушить рыбу, засаливая её, а потом храня на самодельной верёвке из сплетённых тонких веток( быстро порвалась кстати) Фрукты он тоже засаливал и хранил ямах, порывая их еловыми иголками и закапывая. На удивление они хранились достаточно долго, хоть и были ужасны на вкус. Потом кот поймал двух голубей, подрезал им крылья, создал загон и кормил их семенами, которые находил. Те быстро сдохли. Потом, он понял, что ловить птиц подобным методом не так уж сложно, но ворон и умных птиц надо отгонять, их хер поймаешь. Лютню он сломал, больно. Это было как смерть, даже хуже, как будто сердце коту выдрали, когда он держал, сломанный инструмент, струны которого порвались у него на руках, избивая его предплечья. Было ощущение, что инструмент один и хотел ему что-то сказать перед своей «смертью», было чувство, что инструмент молил его об эмоциях, молил его об исцелении, но так-же смирился со смертью. Его любовь, она горела, она горела как его сердце, ведь лак вспыхнул в момент, обжигая мягкие лапы, оставляя на них ожоги. Кот смотрел на свою любовь, слышал как лопают горячие струн, а затем собрал пепел, уголь и выкинул их в море. Три года прошли как в тумане счастливом тумане одиночества, рыбалки, песен под свой нос и вырезания из дерева. В том лагере была телега, старая такая, наполовину разобранная, с тремя колёсами. Кот её отремонтировал, заменил никлые доски на палки и теки и поехал с этим корытом вперёд, в свело будущее, сделав из корыто переносной дом. Тот не поверил, когда услышал голоса, даже нет, разборчивую чёткую речь, а затем не поверил в то-что разучился играть, это была вторая смерть, после одиночной игры в краю городка в течении… а какого времени? Сколько он вообще там провёл? Среди поселения, среди вечно сменяющихся друг-друга жителей? Он совсем забыл, что такое быть в обществе, он забыл как связанно говорить, по этому восстанавливался он долго. Лютню он всё-таки купил за пару черепов гиеноподобных существ. Кот добрался с огромным кораблём, гигантских размеров на материк и был поражён количеством и разнообразием жителей города. Тяжёлые драконорождённые гордо расхаживали рядом, низкие люди бегали у его груди, он старался не споткнуться о крепких дварфов и не задеть честь высоких эльфов. Ему выделили коморку, но, как оказалось в больших городах все друг-друга не знают и относятся отнюдь не дружелюбно, по этому Мокрую Птицу пинком под зад выставили из хаты. Потом он хотел напросится к какому-то купцу, но тот отобрал его последние деньги и тоже швырнул в снег. Мокрый ночевал у кузницы, греясь её теплом и убрал с первыми лучами солнца, когда мастер приходил к станку для работы. Потом он пришёл в таверну. Очаровательное место, с милыми постелями и красивыми дамами. Трактир-треснутый котёл стал его домом и заработком. Не сразу, сначала он играл чисто для толпы, чтоб ему кинули пару копеек у кого были лишние или, чтоб ему оплатили его ужин, накормив чем-то не дорогим, но, уже через пол года трактирщик полюбил серого кота и разрешил ему жить. Мокрый любил выпить, но делал это редко, беря лёгкие напитки, которые нахвались «дамскими» и потягивал их по тихоньку. Однажды, играя трагическую песню «Три любви-две смерти», которые были посвящены его деду, первой влюблённости и старой лютне в бар вошёл калека. Одна нога- деревяшка, вторая в грязном ботинке, на нём плащ тёмно-зелнный, а из под капюшона виднелась белая козлиная бородка. Он зашёл, прихрамывая и люди начали шептаться. «Снежный! Ты ли это! Я думала ты погиб, старый трус!»- захохотала девушка за Барной стойкой и упёртость о неё локтем, да так-что все прекрасно видели её большие обвисшие титьки, покрытые веснушками. «Да ну,- мурлычущим голосом ответил он, от незнакомца пахло кровью и запахом горелой человеческой плоти, этот запах ужасен, он поражал в самую глубь.- Я всего тут месяц не был»,- но девушка хмыкнула и мольва налила ему бардовый напиток. «За счёт заведения, я ж знаю, что ты, пушистик, принёс мне пару трофеев»,- она содрала с него капюшон и Мокрый прекратил играть, как раз на моменте о его первой любви «Ах Заяц снежный, ах Заяц белый», он чуть не выронил лютню и рассматривал того про кого пел. Уродливый, с наполовину лысый лицом Снежный Заяц, попивал алкогольный напиток, вся эта часть лица была обварена, а ухо и глаз отсутствовали. Мокрый всё-ещё считал его прекрасным. Он сел у знакомого, хотел было завести беседу из далека. «Снежный Заяц! В смысле, Заяц! В смысле, Снежный! В смысле!»- он запаниковал, упал на пол, повредив свои колени, а затем встал, шипя на себя. «Мокрая Птица? Ты что тут делаешь?»- наёмник застыл, смотря на знакомую рожу. Вообще они оба застыли, смотря на рожи друг-друга. Было видно, как Заяц краснеет, точнее одна его щека непокрытая мехом. «Я тут работаю!» «А я выпиваю...» Мокрый провёл остаток вечера играя песни, стараясь не связывать их со своей первой любовью, наслаждался компанией и болтал с белым котом. Естественно завёл его в кровать, крутил с ним роман где-то год, наслаждаясь хорошим сексом, а затем, с огромным скандалом, за котором наблюдал весь бар прогнал Зайца и сказал: «Чтоб не возвращался сюда ты! Наполовину дурак, на половину мудак! Видеть я тебя больше не желаю! Сюда попрешься я тебе и второй глаз выцарапаю!» Мокрый в целом разочаровался в своей первой любви. У него были романы, но представлять на месте своих партнёров эту белую морду всегда приносило какой-то особый вид удовольствия, а сейчас, когда и представлять ничего не надо было оказалось, что наёмник только на словах гусь крутой, а на деле лох простой. Он был отнюдь вон не романтичным, водил домой левых женщин, да и под конец сказал, что мужчины ему совсем не нравятся, а Мокрый (которого он вечно Птицей называл) просто на бабу похож. В жизни он такой злости не чувствовал, а потом, когда поплакался и успокоился, понял, что влюбился в образ белого мальчонки, а пьяницу-мужчину он никогда и не любил.