Кленовый листочек.

***

Я сидел на крыше одного из домов в Ли Юэ и наблюдал за проходящими внизу людьми. Как в муравейнике, они носились туда-сюда, изредка останавливаясь возле интересных лавок или нужного им дома. Сегодня должен был приехать Путешественник. Около недели назад пришло его письмо господину Мораксу об отплытии из Инадзумы. Как будто в его честь, город был настолько оживлен, словно задышал еще чаще от радости. Я тоже был рад. Мы не виделись почти полгода. После разборок в Разломе он уехал на праздник, дабы отдохнуть после произошедшего. Я попросил его приходить, но он так и не вернулся. Может, дело в том случая в Разломе… Нет, наверное, он об этом уже не помнит. А если помнит? Промолчит. Улыбнется и скажет, что, как всегда, рад его видеть. Мне до сих пор невдомек, что это за странное чувство, что поселилось в груди после того, как я, захотев пожертвовать собой, бросился вниз… его глаза… отчаянно кричащие… Нет. Пора забыть об этом. Вдалеке послышались радостные крики детей. Они всегда так весело встречали прибывающий в порт корабль, словно для них это было ключом в таинственную страну за морем с их отличными от нас традициями и обычаями. Флаг Южного Креста — корабль Итера. Я поднялся с черепицы и тихонько спустился на землю, прячась среди ветвей и листвы дерева, растущего рядом. С корабля, радостно махая шапками, матросы закидывали веревки вниз другим людям, которые быстро тянули их в сторону столбов. Судно плавно подошло к пристани, сразу спустили бортик, на котором показалась капитан Бей Доу, весело кричащая и махающая рукой народу, который пришел поглазеть на корабль морского флота и ее волчицу морей. Я выглянул еще сильнее из-за дерева, чтобы точно первым увидеть Путешественника. Он вышел. Аккуратно смотря под ноги, мило улыбаясь какому-то беловолосому пареньку, который держал того под руку и помогал спускаться. Сердце пропустило удар, отдавшийся звоном в ушах. Вскоре его макушка скрылась среди народа. Я решил поприветствовать его чуть позже, когда он не будет окружен толпами детей. И этим незнакомцем. В последний раз бросив взгляд и не увидев золотистых волос, я побрел прочь из Ли Юэ.

***

По торговой дороге я дошел до первого поворота в небольшой лес. Тут было прохладно и тихо, чтобы немного отдохнуть. Я присел на землю, проводя рукой по мягкой траве. Она приятно зашелестела в ответ, заставив усмехнуться. Я вспомнил о том пареньке, который был с Итером. Он не говорил, что у него есть друзья из Инадзумы… Самурайская форма редко встречалась на горных землях Ли Юэ. — … Осторожнее! — Этот голос я узнал сразу и, вскочив, полетел на крик. Секунда — и я чувствую приятную тяжесть на руках. Удивленные глаза красноватого оттенка, похожего на разбавленный коньяком красный чай, который заваривает господин Моракс. И приятные на ощупь шелковые одежды. Сердце как-то приятно сжалось. И я почувствовал как загораются румянцем щеки от постепенно появляющейся милой улыбки на бледноватых губах. — О Сяо… Знакомься, это Кадзуха, — где-то рядом говорит Итер. — Приветик, — веселее улыбается он, чуть махнув ладонью, неловко рассматривая мое лицо. — Я… — еле выдавил я, тут же отпуская парня и разворачиваясь, прикрыл лицо рукавом и бросил, убегая: — Я ухожу. — Сяо, куда… — Итер чуть пробегает за мной и останавливается, а парниша тихо постанывает от боли. Видно, я сильно приложил его к земле. Не знаю, куда меня несли ноги, но везде перед глазами стояло это миловидное лицо и улыбка… Щеки предательски горели от какого-то ноющего чувства в груди, которое щекотало внутренности. Тоже самое я еще никогда не испытывал к Итеру. Кадзуха. Словно шелест листьев на ветру. Шорох зверьков в траве или дождя за окном. Господин Моракс что-то говорил о Кадзухе. Теперь я отчетливо помню тот вечер, когда впервые услышал это имя. За столом сидел мужчина и, медленно перелистывая, читал свитки. Рядом на полу сидел парнишка, опираясь спиной о стену и скрестив руки на груди, и, кажется, спал. — Сяо, ты спишь? — мужчина откинулся на высокую спинку стула и тяжело выдохнул. — Нет, — он приоткрыл один глаз, потом второй и сверкнул зрачками, оглядываясь вокруг. — Вот и хорошо, — улыбнулся господин. — Время для ароматной кружечки чая. Да, Сяо? — И, не дождавшись ответа, поднялся из-за стола. — Пойдем в столовую. Сяо встал и пошел за мужчиной, молча и как-то по-детски моргая большими глазами, чем вызывал усмешку у мужчины. Вдруг парнишка спросил: — Сегодня можете рассказать о Южном Кресте, господин Моракс? — Чжун Ли, Сяо, — вместо ответа сказал он. — Да, господин Моракс, — кивнул Сяо. — Ох, ладно, пусть будет так, — засмеялся Чжун Ли, разливая кипяток по кружкам, а потом и заварку. — Хм… Южный Крест — морской флот Ли Юэ. Что же тебя заботит, Сяо…- Господин пригубил чашечку чая и выдохнул. — Есть там одна очень интересная личность. Так понимаю, бывший самурай Инадзумы — Каэдэхара Кадзуха. У него противно острый слух. К тому же, когда Бей Доу уезжает на задания, не ясно где он ночует. Странник, я бы сказал. Но приятный собеседник, вежливый, но чертовски прямолинейный… Я услышал чужой шепот и шорох ног о траву и открыл глаза, оглядываясь. Недалеко от меня стоял Кадзуха, застывший в крадущейся позе от неожиданности. В руках он держал свою странную обувь, которая вероятно мелодично выбивала такт по каменным улицам Ли Юэ. Я опешил, а Кадзуха, выпрямившись, ровным шагом подошел ко мне и присел рядом, скрестив ноги и положив свои туфли недалеко. — Ты так быстро убежал, что мы не успели даже познакомиться, — улыбнулся он, а мое сердце снова пропустило удар. Не понимаю, что он делает со мной. — И к тому же, я видел тебя в порту. Жалко, что ты не подошел к нам. Я заметил замешательство в его глазах, таких больших, как мне показалось. Кадзуха вздохнул, усмехаясь. — Я Каэдэхара Кадзуха, приятно познакомиться, господин Адепт, — и протянул руку, перетянутую бинтом. Я посмотрел на него, не понимая, что надо делать и яро пытаясь вспомнить рассказы Путешественника и Господина Моракса о подобном жесте, но как назло ничего в голову не приходило. — Сяо, — выдавил я. Вдруг я вспомнил, как Господин Моракс здоровался с госпожой Нин Гуан. Может, это есть нужное приветствие. — Можно просто Сяо, — ответил я и, чуть помедлив, взял протянутую руку и наклонился. Кадзуха вздрогнул и резко выдохнул от удивления, когда почувствовал прикосновение моих губ. Я не сразу отпустил чужую руку, раздумывая о правильности своих действий. А потом скрестил руки на груди и посмотрел на гостя. Милый румянец на щеках ярко светился, как поздние солнечные лучи на утреннем бледном небе, а глаза глупо, в недоумении уставились в землю. Я почувствовал, как тоже самое чувство сжимает и меня изнутри, ощущая мягкость его рук на своих губах. Я отвернулся, делая вид, что разглядываю траву. Вот же эти чертовы человеческие обычаи! Заставляют так нервничать и… Неважно. Я вздохнул, мазнув глазами по его лицу, и заметил заинтересованный взгляд Кадзухи на себе. Он неуверенно смотрел на меня и вдруг произнес. — Сяо, можно и мне… — он запнулся, как только я кивнул. Кадзуха улыбнулся, и в тот момент, когда он, наклоняясь, брал мою руку, я думал о том, что всегда хочу видеть эти милые губы в нежной улыбке, адресованной мне. Секунда — и я чувствую непривычное щекотание, от которого внизу приятно потянуло. — Сяо, у тебя красивые глаза, — прошептал Кадзуха, не отпуская мою руку. Я отчетливо ощущал бегущих по телу мурашек от колеблющегося дыхания на моих руках. Белесая макушка склонившейся передо мной головы чуть наклонилась и, я вздрогнул, когда почувствовал как чужие пальцы прошлись по моей татуировке. — Кадзуха… — выдохнул я, вырывая руку. Парень поднял голову и посмотрел на меня, а потом снова улыбнулся. — Ох, Сяо, ты — произведение искусства, — и, поднявшись с земли, потрепал рукой мои волосы и пошел куда-то, махая рукой: — Еще увидимся. Где-то в листве зашелестел ветер и, мне на ноги упал кленовый листик.