Кошки—мышки

-Пора. Девушка обнажила клыки и впилась мужчине в плечо, отрывая кусок мяса и начиная его пережёвывать, постепенно, смакуя металлический привкус крови и нежного свежего мяса. Габриэль вскрикнул, глаза наполнились слезами, боль была просто адской, нарастающей. Сабин, глядя на это, стала заходиться в истерике, её начало трясти. За несколько минут справившись с пищей, Мари улыбнулась, её рот был в крови. -А ты вкусный, папочка. И такой красивый! "Уф, превосходно, я бы даже сказал замурррррчательно" Нуар слегка хихикнул и смешно чихнул. Ей постепенно овладевало безумие. Она нагнулась, принимая немного неестественное положение где-то на уровне груди. Мужчина догадывался о том, что именно хотел сделать этот монстр. -Конечно, это не настолько феерично, но тебе понравиться. "Я бы поспорил с тем, что не так феерично, довольно красочно, как, хм... как фейерверк! Кстати, нам нужно будет с тобой обязательно вместе посмотреть на них" Мари непроизвольно улыбнулась и повторила про себя:"обязательно". Она срезала его сосок и прильнула к нему, высасывая кровь. Мужчина взвыл от боли и начал дёргаться, пытаясь вырваться. Маринетт это не понравилось, она с силой вонзила когти ему под рёбра таким образом, что каждое малейшее движение приносило ещё большую боль. Упиваясь своей силой, Мари закатывала глаза от удовольствия. Габриэль старался не двигаться, боль в плече начинала уходить на второй план, её затмевала тянущая боль в область груди, когтей он почти не чувствовал. Мужчина начал чувствовать, как его постепенно покидают силы. -Не теряй сознание, понял? Я ещё не доиграла с тобой. Она подняла голову и посмотрела на его лицо, её глаза не отражали ничего, кроме безумия и азарта. Маринетт вытащила из-под рёбер когти и поднесла руку к его лицу. Казалось, она закончила, мужчина выдохнул, но ненадолго. Мари стала смеяться и за доли секунды резким и точным движением воткнула коготь в его глазное яблоко, прямо в зрачок. Габриэль поморщился и вскрикнул, особой боли не было, было излишне некомфортно. Девушка хихикнула и вынула коготь, потом вставила снова и вынула, только в этот раз уже само глазное яблоко. Из глазницы тянулась небольшая ниточка нервов, которую она перекусила. Сабин стошнило, рвота красиво украсила её ночнушку в области груди, потянулся характерный запах. Девушка обернулась и внимательно посмотрела на женщину. Ей уже было настолько страшно, что лишь этот взгляд был ужаснее заряженного пистолета у виска, ведь она точно не сможет умереть так просто. Если это действительно Маринетт, то её ждёт участь гораздо хуже, чем то, что происходит сейчас с Габриэлем. -Мам, тебе не нравиться? Удивление на её "лице" можно сказать, что было искреннее, но для Маринетт это всё игра в кошки-мышки, ничего более. Она не чувствует ни жалости, ни скорби, возможно пока, но можно утверждать с уверенностью единственное чувство, которое испытывает Мари это удовлетворённость и, возможно, радость. Девушка легонько прошлась языком по его глазнице, слизывая текущие слёзы, которые успели смешаться с кровью.