Проснись, крошка, ты продаёшься

Опять иду по этой грёбаной улице мимо грёбаных машин и домов, которые уже так давно мусолят взгляд своей никчёмностью. Поскорее бы доучиться и свалить из этой дыры, где каждый второй готов убить тебя просто ради того, чтобы спасти свою бессмысленную жизнь. Ах, да, учиться ещё не меньше года. Ладно, год — не пять лет, выжить можно. С такими шикарными мыслями я и дошла до своего учебного заведения, вокруг которого снова собрались одноклассники, весело перекрикивающие друг друга и толкавшие других себеподобных, лишь бы развидеть получше, что происходит посередине двора. Да они идиоты, я всегда об этом знала. Что взять со стада овец? Несмотря на жгучее желание развернуться и пойти домой, мне пришлось тоже влезть в этот балаган, дабы попасть в школу пораньше и успеть подготовиться к предстоящему уроку. Пока я расталкивала обезьян, начала невольно задумываться о будущем, будет ли так же плохо в другом городе, как в этом? Да нет, бред какой-то, куда хуже? Обычно мысли в моей голове сложно перекричать, но знакомый голос смог это сделать. Истошный крик, захлебывание слезами и мольба о помощи… Опять Теркеля избивают что ли? Куда он без меня и его агрессивного дружка? Его рано или поздно грохнут, зуб даю. — А ну отошли, представление окончено, — я эпично прошла в середину «сцены» и схватила за локоть рыжего одноклассника, пока тот беспомощно хныкал и утирал лицо грязными руками. — Вы все придурки!!! — крикнула я со злобой и дрожью в голосе. Пнув близлежащий камень в толпу, я уверенно зашагала в сторону школы. Отправив "неувязчивого" парня внутрь, я ещё не прошла через огромную дверь, а стояла на пороге, выискивая взглядом двух зачинщиков. Я прекрасно знала кто это, к гадалке не ходи. Да и эти идиоты себя не скрывали, стояли и смотрели на меня, довольно хихикая, порой переглядываясь. Я бы могла придумать пламенную речь, но зачем тратить свой богатый словарный запас на быдло. Нужно сказать понятным для них языком… — Идите в пизду! — перед уходом я показала очень интересный жест и хлопнула дверью так, что она чуть не развалилась. В нашей школе туалет общий, так что можно спокойно пройти и посмотреть, как там дела у Теркеля. Всё же ему изрядно досталось. Интересно, за что в этот раз? Хотя нет, не интересно. Лишь бы он был в порядке, остальное не моё дело. Даже его самочувствие — не моё дело. Какое-то странное чувство вырывается из моего сердца с каждой их дракой (скорее избиением) всё больше. Наверное, это плохо, раз заставляет меня переживать и тратить свои нервные клетки. — Хэй, чел, всё в порядке? — я подошла к избитому однокласснику, немного нагнувшись, чтобы увидеть его лицо через треснувшее зеркало. На уровне его пыльной физиономии было и мое лицо: худощавое, бледное, с немного небрежным макияжем и чёрными прямыми волосами. Кто увидит, сразу подумает, что я готка, панк или приверженец ещё какой-нибудь подобной субкультуры. Но это не так, я не отношу себя ни к кому и ни к чему. Просто в этом городе сложно быть «нормальным» человеком. Как Теркель, например, который ведёт себя как обычный подросток, в котором прослеживается тот лучик света, которого не хватает в этом Богом забытом месте. Но за это каждый раз и получает. Думаю, из-за его наивности жизнь подростка действительно скоро оборвётся… — Да-да, всё в порядке. Извини, что опять так вышло. Ты, наверное, уже устала заступаться за меня? — рыжий грустно улыбнулся, направляя взгляд в бок. — Если бы устала, не помогала бы. И вообще, не обольщайся. Я преследую свои цели, не спасение твоей задницы, — я очень грубо ответила на жалкое извинение парня, которое тут было вообще ни к чему. Да, самой стало от себя противно, но Теркель меня немного подзаебал своей болтовнёй. — А ты не боишься, что они на тебя обозлятся? Всё же, ты таким образом подорвала их авторитет среди других, — парень с брекетами наконец-то отмыл своё веснушчатое лицо от его любимого коктейля под названием «слёзы и пыль» и уже просто стоял напротив меня. Я была чуть выше него. Помимо высокого роста, на моих ногах всегда красовались берцы с массивной платформой. Не считая обувь, возможно, Теркель будет повыше. Но сейчас я чувствовала полное превосходство над ним. — Ещё бы я боялась этих козлов. Они просто разбалованные дети. Пусть меня боятся, — я грозно посмотрела в зеркало. От моего тяжёлого взгляда трещина начала расходиться сильнее. Конечно, это было лишь совпадением, но одноклассник чуть не наложил в штаны. Иногда меня забавляет некий страх и уважение всяких ботанов к моей персоне. До начала урока осталась минута, так что, я похлопала парня по плечу и отправилась в кабинет раскладывать свои вещи. Покончив с этим, я села на своё место, вальяжно положив ноги на парту и зависая в телефоне (это было единственное место, где мне по-настоящему комфортно). Всё бы ничего, но тут в кабинет зашли опаздывающие. Подняв уставший взгляд, я увидела их глупые улыбки при разглядывании учителя, который их отчитывал, а также всех присутствующих в классе. Буквально через секунду оба синхронно остановили взгляд на мне. Нигель и Саки давно меня бесили, чуть ли не с первого класса. Видимо, это было взаимно со стороны обоих парней. А в данный момент в их взгляде читалось, что меня ждут проблемы после этих сорока минут нудного урока. На это я, сделав хитрое выражение лица, лишь послала им воздушный поцелуй. Один на двоих, так сказать. Конечно же, хулиганы взбесились от моей пофигистичной реакции и даже, в какой-то степени, насмешки над их угрозами. Честно сказать, если бы не их ужасный характер, то я бы даже симпатизировала им (о, Господи, неужели это я говорю?!). Меня подкупало отношение к жизни обоих — либо ты, либо тебя. Было бы прикольно, если бы они пиздились с такими же сильными соперниками, нежели с мальчиком, который и мухи не обидит. Это показывало парней со слабой стороны. Внешность тоже ничего, как я люблю: довольно длинные волосы и множество пирсинга на лице. Чёрт, может я всё же панк? Наконец-то самый ужасный урок в жизни окончен. Новый учитель не внушал доверия, похож на педофила. Почему он так всем понравился? Что-то тут явно не так. Я бы с радостью ещё поразмышляла о том, как меня все бесят или посидела в телефоне и пообщалась с классными чуваками из столицы, но грохот сбил меня с мысли окончательно. При чём этот грохот произошел от удара об мою парту. Грозно подняв лицо вверх, я увидела того, кого ожидала. — Свалили отсюда, вы мне свет загораживаете, — фыркнула я и бросила то, что попалось под руку. К сожалению, это был пенал, поэтому всё содержимое сразу же рассыпалось по кабинету. — Мазила, — сухо прокомментировал брюнет. — Така агресивна дівчина, — хитро улыбнулся блондин, направляя взгляд то на меня, то на своего дружка. — Что вам нужно от меня?! — я не выдержала и встала перед ними, упираясь руками о стол. Конечно, в идеале хотелось бы смотреть им обоим в глаза, но так как брюнет был намного выше меня, а блондин немного ниже, этого сделать было невозможно, поэтому мой взгляд бегал от одного к другому. Все вдруг замолчали, в кабинете стало тише обычного. Намного тише. Будто все по какой-то причине знали, что сейчас происходит. — Тебя продали, — Саки пытался сказать это как всегда более менее спокойно, но улыбка при мысли не могла сойти с лица. Я могла лишь ошарашенно осматривать одноклассников. Подумала, это какая-то шутка и начала смеяться им прямо в лицо: — Размечтались, сукины дети. Кто меня мог продать?! Вы ебанулись? — я не переставала хохотать, пока меня не перебил Нигель, которому порядком надоела насмешка со стороны какой-то, по его мнению, девчонки. — Ми мали договір. Або життя Теркеля, або твоє, — блондин положил руку на мою парту, а после и голову на руку, внимательно рассматривая моё лицо и эмоции на нём. — И что, вы решили, что лучше грохнуть меня? — мой левый глаз задёргался быстрее обычного. Я не очень понимаю, что говорит блондин, но со временем начала догадываться. Ну, жизнь заставила. — Теркель так решил. А ты хочешь наоборот? — высокий брюнет уже не прятал своей радости, вызванной этой ситуацией. — Не думаю, что он выживет, а я точно не умру от рук таких тупиц как вы, — я села на подоконник, рядом с моим местом для учебы. Всё же не хочу, чтобы моя парта провоняла отбросами общества. — Думаєш, ми хочемо тебе вбити? — Всё намно-о-ого интереснее, — хулиганы посмотрели на друг друга, не переставая удерживать эту напряжённость в помещении. — Рабство отменили много лет назад, тем более сексуальное, — я нервно усмехнулась, отвернулась к окну и начала разглядывать каких-то школьных работников, проходящих мимо двора. — Та потрібна ти нам у сексуальне рабство. Хуйні не кажи, — Нигель немного покраснел от моего откровенного выражения, которое и было использовано с целью смутить. Я даже позволила себе победно усмехнуться. — Тогда прощайся со своим «дружком», — Саки пожал плечами, будто это было чем-то обыденным. С другой стороны, если человек получает удовольствие от избиений, то он и убить сможет. — Да какой это друг, если он предал, — я надменно взглянула на Теркеля. Эта фраза вырвалась как-то неспециально и с такой обидой в голосе, будто тот был действительно близким человеком. Рыжий сидел за своей партой, где-то вдали, опустив голову вниз, он всё слышал. Естественно, ему было стыдно. Но что взять с незрелого ребёнка, — выдвигайте свои условия…