Это случилось в классе утром восемьдесят пятого

      Когда наш герой пришел на очередной урок, в классе не было никого, кроме него. Молодой человек сел за первую парту и стал ждать. За окном зашумела листва. Потом она стихла, и юноша услышал голос учителя:       — Сегодня, — говорил он, — сегодня я хочу поставить перед тобой задачу.       Молодой человек поднял глаза и увидел стоящего рядом с собой привлекательного человека в тёмном костюме.       — Смотри, — продолжал учитель, — у меня тут есть задача. Ты должен разгадать загадку. Про зиму.       В этот момент в кабинет вошла молодая девушка, тоже школьница, в коричневом платье и юбке, покрытыми чёрным фартуком. Пионерского галстука на ней не было.       — Садись, садись. Урок только начался — пригласил ее преподаватель и усадил рядом с собой. На её губах заиграла улыбка.       Когда она села, мужчина повернул к ней голову и улыбнулся. Она покраснела и опустила глаза.       — Ну что же ты молчишь? — сказал он молодому человеку, — Она ведь тебе нравится. Скажи что-нибудь.       — Ах, как я могу сказать что-нибудь? — растерялся юноша. — И вообще, это не ваше дело! Вам какое дело до того, нравится она мне или нет?       — Что же мне за дело до того, нравится она тебе или нет? — засмеялся мужчина. Он стал расстегивать пуговицы на своём пиджаке. — Ты комсомолец и должен знать, что на вопрос “нравится ли тебе девушка?“ каждый член партии должен отвечать откровенно и однозначно, не хитрить и не лукавить. Я тоже комсомолец и прекрасно знаю, что такое комсомольская честь. Тебе нужно решить, нравится она тебе или нет.       — Она мне нравится, — спокойно ответил юноша. Учитель рассмеялся на это и сказал:       — Что же, очень хорошо... Значит, тебе она нравится? А она тоже комсомолец?       — Нет, она не комсомолец.       После этих слов учитель выпучил глаза и издал непонятный звук, похожий на хрюканье.       — Как комсомолец может полюбить не комсомольца? — закричал он. — Как комсомолец может полюбить не колхозницу? Как комсомолец может полюбить не коммуниста? А она разве коммунистка?       Юноша молчал — казалось, ему было стыдно, и он не знал, что ответить. Мужчина мрачнел:       — Знаешь что? Если тебе нравится эта девушка, ты больше не комсомолец, понял? Советская девушка — это девушка, готовая отдать всю себя, работать как пчела и быть самой верной подругой.       Учитель внимательно посмотрел на своё отражение в зеркале.       — Теперь мне всё про тебя стало понятно...       Расстроенный учитель отошёл в дальний угол, к стеллажу с коммунистической литературой. Но мальчику не было стыдно, он будто и не заметил этой выходки, не заметил, как учитель испарился, всё внимание его было сосредоточено на ней. Её чудный взгляд, глубина карих глаз... Девушка напоминала ему своей аккуратной причёской и лицом Алису Селезнёву из недавнего многосерийного телефильма, «просто вылитая!» — крутилось у него в голове. Однако не только лицо так привлекало его: её кисти и эти тонкие в меру длинные пальцы, ах! Он ещё не знал, но был уверен, что этими руками она прекрасно умеет играть на каком-нибудь музыкальном инструменте – скрипке или, быть может, фортепиано. Как хотелось взять ему взять эти руки в свои и ощутить ответное тепло! Тогда заговорила она:       — Я правда тебе нравлюсь? — с легким испугом спросила девушка.       — Да.       — А ты мне нравишься ещё больше! Хочешь, будем дружить?        Юноша улыбнулся и кивнул.       — Давай сегодня после школы я провожу тебя до дома, — сказал молодой человек, — а вечером мы вместе пойдем в кино. Хорошо?       Девушка одобрительно закивала, и юноша покраснел ещё сильнее. Юноша никак не мог налюбоваться ею. Оля, так звали девушку, проводила рукой по локону волос, убирая его от лица, когда голова её под весом цементного бюста Карла Маркса лопнула словно мыльный пузырь и брызги фонтаном разлетелись во все стороны.       — Да, ладно тебе. Ты чего орешь? Мы же с тобой товарищи. Комсомольцы! — учитель ударом ноги сбил со стула обезглавленное тело. — Девчонки нам не ровня!       Со всем усердием учитель принялся раздевать оцепеневшего от ужаса ученика. Добравшись до трусиков, он сорвал штаны с себя и бросил их на пол рядом с одеждой парня. На учителе были трусы с изображением коммунистических вождей в профиль.       — Нравятся? Я их сам из знамени сшил! — гордо проговорил учитель. Юноша отрицательно помотал головой. Тогда учитель страшно завращал глазами и завыл от ярости, его голос сделался по-особому противным:       — Ты что себе позволяешь, сопляк?! Ты! Еретик! Грязная капиталистическая свинья!!!       Учитель кинулся на юношу и стал зубами разрывать на нём трусы — они лопались со звуком забавного громкого шлепка.       — Нет, ты посмотри на него! Обосрался! — завыл он. — Ещё комсомолец! Вот до чего женщины комсомольцев доводят!       Мальчик как мог прикрывал руками причинное место от зубов учителя, но вопли были столь оглушительны, что юноша машинально закрыл руками уши. От вида пионерского пениса рот учителя наполнился слюной.       От радости и предвкушения он стал приплясывать и размахивать руками. Должно быть, он представлял себя Чапаевым, скачущим на коне в толпу беляков с шашкой наперевес. Он продолжал приплясывать, дрыгать ногами и руками, раскачиваться из стороны в сторону и непрерывно обрывочно что-то повторять. Наконец он споткнулся, упал на четвереньки и ловким движением сорвавшегося с поводка питбуля накинулся на ученика. Юноша с ужасом глядел на учителя, проглотившего его пенис вместе с яйцами. Это было так страшно, что он зажмурил глаза и принялся молиться: перед его мысленным взором появились икона Спасителя с залитой кровью головой, с правой стороны груди которого висел его собственный комсомольский значок. Мальчик кончил и эхом у него в голове отозвался колокольный звон.       Мэтр выплюнул измолофьёный пенис изо рта и теперь принялся переворачивать юношу на живот. Жертва бледнела и изгибалась. Поставив её на четвереньки, учитель стал тереться о неё всеми частями своего мощного тела. Жертва извивалась и стонала всё сильнее. Тогда учитель набрал полные ладони ошмётков головы девочки и принялся обильно смазывать свой собственный анус и анус ученика. Мужчина обхватил молодого человека двумя руками, сам уселся анальным коммунистическим отверстием на голову Маркса, а мальчика стал насаживать на свой изголодавшийся член. Очко юнца было тугое как у октябрёнка. С огромной силой прижимая его отверстие к своей головке, учитель проникал всё глубже и глубже. Мальчик зарыдал от боли и унижения, но учитель был безжалостен: его лицо лишь ещё больше исказилось звериной злобой.       Пока учитель вводил свой пенис мальчик извивался в страшных конвульсиях, казалось, он проходит очередную профилактическую электросудорожную терапию. От этих колебаний учитель в один момент полностью поглотил собой бюст Маркса и стал яростно приседать и подпрыгивать. Бывалый анус лопнул в пяти местах. Из образовавшихся трещин тут же потекли струи багровой, почти чёрной крови. Это был самый мучительный момент в жизни Дмитрия Григорьевича, который ему довелось пережить. Он с хрипом в последнем спазме сдавил своим очком бюст Маркса и потерял сознание. Мальчик попытался вырваться из объятий учителя и упал на пол в лужу крови. Дмитрий Григорьевич был уже мёртв. Его лицо застыло в гордой улыбке победителя. Глаза, страшные и холодные в своём матовом блеске, были устремлены в невидимую точку в пространстве, и в них ничего не отражалось. Мальчик медленно поднялся на ноги и посмотрел на залитое кровью основание бюста, затем снял учителя и откинул куда-то в сторону. Мальчик не мог поверить своим глазам. Анус учителя, диамат, сочившийся из него, превратил бюст Маркса в бюст Сталина, и что самое удивительное, Сталин был живой. Мальчик рванул к нему и упал на колени. Иосиф Виссарионович улыбнулся и сказал:       — Сынок, ты настоящий герой!       Юноша протянул обе руки к бюсту и попытался поцеловать вождя в губы. Иосиф Виссарионович не стал противиться, и они слились в страстном поцелуе, символизировавшем бесконечную любовь пролетариев всех стран к своему товарищу, мудрому и великому большевистскому лидеру, единственному истинному вождю народов.